Одна жизнь на двоих

Лань Цзинь И проснулся от щемящего чувства боли в груди, он подскочил ухватившись за сердце и подскочил с постели рухнув на пол. Встав на ноги он помчался в одних нижних одеждах к цзинши. Хотя он и знал что не стоит так врываться во владения, но беспокойство все росло с приближением к месту. Собрав все свои силы внутри, он постучал в дверь и ждал, когда ему разрешат пройти во внутрь. Ожидание давалось с трудом томление давило все органы, приказывая вжаться не позволяя и произнести и слова. Когда ему отворили дверь, перед ним предстал Лань Ванцзы с невозмутимым лицом в немом вопросе. Цзинь И вымолвил вопрос: - Второй Молодой Господин Лань, могу я пройти и навестить Мо Сюаньюя? Второй Нефрит, постояв на месте кивнув ему отходя в сторону пропуская во внутрь. Лань Цзинь И прошел в комнату Мо Сюаньюя заранее постучавшись, ему не ответили и он вошел, закрывая за собой дверь. Мо Сюаньюй собирался приводя свой внешний вид. Заметив позади себя гостя он обернулся и смотрел в молчании на Цзинь И. Именно сейчас ему хотелось многое высказать прямо в лицо, но юноша подавил в себе желание запечатав внутри все свои эмоции и молча прошел мимо Цзинь И ко входу. Его руку перехватили и кажется ему показалось что, что-то хотели сказать, но продолжали не нарушать тишину восоздавшую между ними. Мо Сюаньюй больше не стал ждать теряя терпение и отдернул руку,выходя из комнаты. Лань Цзинь И остался на месте стоять в пустой комнате. Оглядев комнату Лань Цзинь И вышел из нее, чувство беспокойства не покидало, а продолжало нарастать с большей мощью, даже не помогала тайная слежка за юношей. Так прошли еще несколько месяцев в сплошных нервах и давющей болью в груди. Однажды войдя в ученическую комнату Лань Цзинь И обнаружил на своей постели письмо адресованное ему. Он присел на на кровать и принялся разворачивать его, вчитываясь в каждый аккуратный почерк и идеально выведенные ероглифы. Здраствуй мой дорогой возлюбленный! Я долго решался писать тебе или нет. Читая ты теперь думаешь, что я сумашедший упавший на твою бедную голову, возможно это так, но я пишу тебе считая что так правильно. Нам не удалось поговорить после той ночи, объяснится друг перед другом, что ж я начну первым. Возможно ты не испытываешь того что и я, или осознал какую ошибку совершил, с кем связал себя. Я не сожалею о тех днях что нам удалось провести, не важно какими они были, для меня самыми яркими в моей жизни. С самой первой нашей встречи, мое сердце странно прыгало вскач, по началу я не мог понять что со мной, но с каждой нашей случайной встречей я наконец-то принял чувства, что постепенно закипали закрепляясь в глубине моей души. Наверно тебе отвратно читать мое признание, но иначе быть не может. Я не удивлюсь и пойму ,если ты будешь избегать меня, значит будет таким ответ и я его приму. Я не стану просить тебя о дружбе, но прошу лишь дать ответ, не важно в письме или с личным визитом, это куда лучше чем томится в ожидании, согласись со мной. Сейчас я просто желаю тебе счастье, я искрении буду рад что у тебя все будет хорошо. Р. S Мо Сюаньюй Тем временем на охоте. Мо Сюаньюй был взволнован, ведь сегодня охота будет трудной. В далеке от Гусу в деревушке завелась неизвестная тварь, она вылазивала из под земли и за ночь пожирала всю деревню. И когда Мо Сюаньюй вызвался помочь его не хотели брат, опасаясь что он может погибнуть.Но он их уверовал что вернется целым и невредимым, ответа Мо Сюаньюй ждал долго, со вздохом его отпустили со старшими адептами, приказав им следить, чтобы тот не вел себя опрометчиво. Покинув орден Мо Сюаньюй оглянулся назад и улыбнулся. На сердце было спокойно, все тревоги отошли на второй план, сосредоточившись на мисии. Сейчас Мо Сюаньюй, как нельзя кстати успел привести мысли в порядок, направив в нужное русло. Ни кто не имел представление что за тварь их там поджидала, адепты вооружились: сигнальными огнями, сетями, талисманами. Мо Сюаньюй взял тоже самое, хотя он был менее опытнее нежели старшие заклинатели, но не боялся идти на рожон, страха он не чувствовал, только успокоение, странное смирение с положением дел. Один адепт вырвал из мыслей Мо Сюаньюя говоря что они на месте. Все разделились по двое человек разведать обстановку. Мо Сюаньюй шел молча разглядывая местность, по взглядам жителей деревни было видно, как они рады заклинателям, которые избавят их от страха. Мо Сюаньюй с адептом шли в доль деревни углубляясь дальше они заметили вход в пещеру, от туда чувствовалась удушливая темная энергия. Двое адептов подметив что туда двоим опасно входить вернулись в деревню собирая весь отряд и отправились к пещере. Покинув границы деревни, сквозь дебри они пробирались к пещере, чем ближе они подходили, чем явственее темная энергия проявлялась. Оказавшись возле входа в пещеру Мо Сюаньюй сделал шаг вперед, но его притянули назад схватив за шиворот. Но Мо Сюаньюй рвался туда и пошел вторым. Углубляясь в пещеру адепты оглядывлись по сторонам они шли на зов темной энергии. Когда они добрались до места, то остановились у озера разглядывая местность. Пройдя дальше, то внезапно под ногами адептов зашевелилась земля, из нее возвышалось чудовище. Оно походило на черепаху обладавшевшей огромными размерами. Заклинатели призвали мечи в печати нападая на черепаху, но все безуспешно, ее панцырь был щитом защищая от атак, стрелы тоже не могли пронзить ее, отскакивая назад. Мо Сюаньюй вытащил меч и ринулся в атаку прямо в пасть чудовищу, но его оттолкнули в сторону, и черепаха заглотила одного заклинателя. Тогда те пустили талисманы пытаясь усмирить тварь, но и они не действовали на нее. Темная энергия с огромной скоростью заполоняла всю пещеру давя своим присутствием заклинателей. Те падали на колени, когда их пыталась поглотить огромная мощь, Мо Сюаньюй не стал исключением, он искал выход в своей голове, как можно ее убить, но выход был, ринутся прямо в пасть зверю. Мо Сюаньюй пересиливая себя поднял свой меч и ринулся прямо к зверю. При этом говоря адептам чтобы те не волновались о нем и у них все получится, одарил их улыбкой. Мо Сюаньюй запрыгнув на голову черепахи проскользнул в ее пасть и пока та не успела закрыть ее пронзил острым мечом крича адептам атаковать, пока есть возможность. Адепты собрали все луки и пустили их в сторону зверя. Несколько попало в шею и глаза лишая зверя зрения, запустившие талисманы подействовали но не на долго. Мо Сюаньюй держась обеями руками за рукоятку меча, пока чудовище извивалось от боли. Кто-то запустил в нее еще стрелы подавая прямо в пасть.Один из адептов успел залесть под панцырь и проткнуть ее изнутри. Тем временем темная энергия тановилась гуще, пуская свои корни, кто-то выдохся и ели стоял на ногах но продолжал сражаться, а кто-то успел повалится на грод камней оставшись без сил. Черепаха оставалась все еще живой хотя и раненой, тогда Мо Сюаньюй решился на шаг. Вложив всю свою силу в мечо он перерезал горло чудовищу и вытащил меч выпрыгнув из пасти. Из ее горла брызгами полилась кровь и туша упал с большим стуком. но темная энергия не собиралась покидать место держа здесь заклинателей. Чувствуя что если со всем этим не покончить то они не вибирутся отсюда, Мо Сюаньюй закричал: - Уходите! Те стояли не шевелясь молча, они не хотели оставлять его одного и искали решения вместе, а терпение Мо Сюаньюя кончалось: - Ну же! Чего вы ждете! Уходите я сам справлюсь! Не стойте! Те будто и не слышали его отравляясь темной энергией, тогда Мо Сюаньюй отбросил их огромным потоком светлой энергии ко входу к пещеры и принялся поглощать темную энергию, пытаясь удержать в себе он вспомнил одно заклинание способное рзвеять темную мощь, но цена оказывалась за применение этого заклинания высока, не давая шанса остаться в живых. Роясь в своей памяти Мо Сюаньюй чертил символы духовной силой и произнося заклинание. В этот момент он вспоминал всех кого знал, кто относился к нему с теплом и заботой и тех кто его ненавидел, сейчас он был благодарен всем этим людям, независимо от того были ли их поступки по отношению к нему плохими и хорошими- это не имело значения, главное благодаря им он смог наконец жить и обрести пусть не долгое но благодушие с покой и главное любовь. МО Сюаньюй успел завершить заклинание перед тем, как черный сгусток потока уничтожил его ядро, он ощутил облегчение. Внутри него не осталось совсем темной энергии, как и золотого ядра. Мо Сюаньюй чувствовал, как угасает свечение ядра, поток светлой энергии перестал протекать по каналам и отдавать по венам, вес тела стал невыносимо тяжелым, а голова наливалась свинцом от отдающий в висках, руки неумолимо дрожали, а из ушей и глаз стекала струйками кровь, застилая виденье глазам, накрывая алой пеленой. Веки по своей воле грозились закрыться но Мо Сюаньюй из-за всех сил продолжать стоять на ногах, пытаясь расслышать хоть что-то. В ушах стоял гул, из-за которого невозможно что-либо разобрать.Ноги уже не могли удерживать вес тела и Мо Сюаньюй подался воле упасть облегчив себе тяжесть. Но не успев коснутся холодных камней его поймали за подмышки и отнесли в другую часть пещеры, посадив так чтобы он облокотиться спиной. Чувствуя неминуемый уход Мо Сюаньюй расслабил мышцы лица и выдал самую яркую и исскреную улыбку со словами: - Я...я..очень...кха, кха,...очень рад... что...все...кха..закон... И он оборвался на последнем слове сомкнув губы вместе. Его тело меняло цвет на бледный становясь до ужаса холодным, пульс больше не прощупывался, грудная клетка не вздымалась. Когда заклинатели подняли тело, они стали выбираться из пещеры осторожно неся на своих руках Мо Сюаньюя. Тем времен в комнате Цзинь И. Адепт сидел в кровати сжимая письмо, он понял что ошибался заставляя подавить все свои эмоции вызываемым Мо Сюаньюем. Он много раз прокручивал мысли в голове, почему поступил так с ним, хотя знал что просто боялся, боялся себя и своих чувств, что не сможет выдержать насмешки, нет не в свою сторону, а в сторону того кто ему был дорог. Он не хотел причинять излишнюю боль, ведь догадывался что судьба к юноши не питала благосклонности, преподнося одни испытания. Он помнил их встречу, как тот извинялся за испачканные одежды, как не уверенно он рассматривал его, боясь что причинят боль, а спустя, каких-то пару месяцев он стал меняться: более мужественный и напористый, стал больше улыбаться и веселится и хотя Сюаньюй не был до конца с ним прямолянейнным, в его глазах все читалось и слова не требовались. Сидя на кровати и продолжая сжимать листок бумаги в руке Цзинь И сожалел, что последнее время избегал и не смог сказать то что хотел, впрочем, как и недавно, когда он чуть ли не мчался удостоверится что с ним все в порядке и это его больная фантазия играет с ним. Но почему сейчас сжимается сердце в груди, а беспокойство только растет каждой минутой? Почему именно в этц минуту хочется сорваться с места в поисках него? Ответ не приходил в голову, а в окружении стало так тихо, как никогда раньше. Птицы перестали петь, чистое небо меняло оттенки на багровые, ветер исчез так, будто и вовсе не проносился в комнату, а тишина давила на душу, терзая адепта догадками. Цзинь И встал и вышел из ученической комнаты развеять угнетенные мысли, но они все давили, под натиском печали не давая рассуждать в другом направлении. Оказавшись на руже проходя по ордену Лань Цзинь И не заметил ни одной души и это было странно. Он бродил по ордену в поисках узнать что происходит. И проходя мимо главных ворот заприметил толпу учителей, адептов, и самого Вэй У Сяня с Лань Ванцзы. В дали могло показаться что они не стыдясь ни кого обнимаются у всех на виду, но чем ближе был Лань Цзинь И, тем картина становилась яснее. Лань Ванцзы одной рукой обнимал Вэй У Сяня, а другой гладил его по спине успокаивающе в свадебном наряде с красной вуалью на голове закрывающее лицо от посторонних глаз, нельзя разглядеть какие эмоции у Вэй У Сяня, только кажется почему-то плечи его дрожали в молчаливой тишине. Решив разобраться что все таки произошло, он отпихивал каждого человека из толпы в сторону прорываясь сквозь них. Добравшись до места, где стояла супружеская пара Лань Цзинь И перевел с них взгляд и опустил голову на землю. Увидев мертвенно-бледное тело Цзинь И рухнул на колени перед юношей, схватив за воротник одеяний он приподнял Мо Сюаньюяя и стал кричать, как в то время обжигали горячие капли слез щеки: - Вставай! Хорош притворяться! Но ему ни кто не ответил, все стояли молча, а кто-то пытался его оттянуть в тот момент, когда адепт начал трясти холодное тело. Но его крепко вцепился в юношу не размыкая рук крича: - Не отдам! Ни отпущу, пошли прочь! Все прочь! убирайтесь! Он долго приходил в осознание, что сейчас он потерял большее чем своя жизнь, эта боль потери не сравниться с собственной смертью, именно сейчас хотеться все крушить во круг, ломать себе кости, отправиться туда же. Чувствуя опустошенность после ощущения потери мир сменился краски радуги на черный и белый, а сердце рассыпалось на осколки и где-то растворилось в воздухе. С наступлением глубокой ночи постепенно собравшая толпа расходилась и остались только трое человек: он, Лань Ванцзы и Вэй У Сянь. Все трое продолжали хранить молчание не нарушая тишину. Лань Цзинь И не решался поднять взглянуть на лица тех кто привел его в Облачные Глубины. Сжимая тело Мо Сюаньюя в своих руках крепче он опустил голову и поцеловал его в синие губы, большой ручей слез стекал и падал на умиротворенное лицо мертвого юноши. Когда прохладный воздух оседал на лицах трех заклинателей, Вэй У Сянь склонился над бледно-мертвенным телом беря его в руки унося прочь, в место где тело Мо Сюаньюя будет погребено. Лань Цзинь И остался сидеть на коленях склонив голову. Оставшись в такой позе до глубокой ночи, он слышал поток плачущей мелодии гуцыня и флейты доносящийся из цзинши.