Клетка памяти

Хочешь быть счастливым человеком — не ройся в своей памяти.

Тишина поглотила комнату. Лишь краткие вздохи и биение сердца. Брюнет не сводит глаз с Ли, руки опустились, а душа болит. Ливьен неловко прикусывает пухлую губу, так же смотря на Чонгука. — Прости... — тихо, еле слышно, выдавливает Чонгук. — Это ты меня прости, — словно обреченно произносит в ответ девушка. — Ти, я чувствую себя ублюдком, который пытается показать свои права, но... ты мне очень дорога. Мне неприятно видеть рядом с тобой мужчин, и я понимаю, что не имею права приказывать... Я говорил, что дам тебе время вспомнить и принять меня... Так и будет. Я сдержу слово. Извини за сегодня, — медленно произносит, а кажется, будто на одном дыхании. — Спасибо, — в улыбке отвечает брюнетка. — Ладно. Хватит соплей. Я привёз тебе кое-что, — Чон оживляется, встаёт с кресла, и направляется в прихожую. Парень возвращается с пакетами, которые оставил возле двери. Протянув девушке чёрные, картонные пакеты, присаживается обратно в кресло. — Что это? — заглядывает в пакет, расширяя свои, и без того широкие глазки. — Завтра вечер, о котором я говорил. А это вещи, которые я хочу, чтобы ты надела, — он облокачивается о спинку кожаного кресла, раскидывая руки по бокам. — Чонгук... Они же дорогие, — достаёт платье и туфли, рассматривая обновки. — Это важно? Ладно. Извини, мне нужно ехать. Прошу, будь завтра в этом наряде. Я позвоню, — Чон встаёт с усиженного места, целует девушку в макушку головы, и уходит в нежной улыбке. Парень знает, что делает. Знает, что нужно время. И уверен, что Ливьен его вспомнит. Он уверен. Ливьен полюбит вновь... Девушка встаёт, прихватывая с собой вещи, и поднимается в свою комнату. Желание примерить этот наряд поглощает, и вот, она уже натягивает на стройное тело платье. Шикарное чёрное платье до колена; Кружево наверху и внизу; Открытые плечи и спина; Обтягивающий чёрный материал, выдаёт изящную фигурку, что делает вид ещё сексуальнее; Бежевые, бархатные туфельки на невысоком каблучке. Девушка замирает, видя своё отражение в зеркале. Давно не надевала дорогие и красивые вещи. Единственный вопрос кружит в голове: как он узнал размер? Платье и туфли подошли идеально. Налюбовавшись вдоволь, девушка снимает одеяние, вешая платье на вешалку и ставит туфли рядом со шкафом. Надев спальную майку, прыгает в мягкую кровать. День был тяжелом. Столько мыслей в голове, но одна из них заставляет задуматься. « Почему я перестала видеть воспоминания? » Брюнетка спускается вниз, находит свою сумочку и достаёт тюбик с лекарством. Последние две таблетки. Быстро кидает в рот, проглатывая на сухую. Заверяет себя, что завтра купит новую упаковку и возвращается в свою комнату. Закрывая глаза, надеясь на здоровый сон, вновь открывает, обдумывая поведение Чонгука. Понимает, что она была бы счастлива вспомнить, что испытывала к нему, но... Она вспомнила его, но лишь то, что он был в её прошлой жизни. Если была такая сильная любовь, то почему чувства не проснулись? Разве это не странно? Может быть, она просто уже не тот человек, и взгляды поменялись? В который раз убеждается, что память играет с ней, и закрывает глаза.

****

Утро девушки началось в двенадцать дня. Сегодня не поедет на работу, так как этот вечер проведёт с Чонгуком. Парень должен заехать в шесть, от чего девушка мается весь день. Единственное полезное дело на сегодня, так это поход в аптеку за таблетками. Провалявшись на кровати до пяти, решает начать собираться. Наносит легкий макияж, одевает шикарное платье, подаренное Чонгуком, и присаживается на край кровати. В голову лезут неприятные воспоминания. Через год, после выхода из комы, отец нанял дочери профессионального учителя боевых искусств. Спросите зачем? Вот и Ли не знает зачем. Девушку тренировали, как бойца перед боем. Четыре года тренировок, и желание понять, для чего? Все эти годы, Ливьен послушно выполняла указания родителей. Не дерзила, не отказывалась. Выполняла, аргументируя тем, что раз надо - значит надо. Именно таким аргументом, девушка обучалась на дому. По рассказам родителей, Ли отучилась в одной из лучших Сеульских школ. Ей нужно было образование, от чего родители пристроили дочь в университет Калифорнии, и заплатили кучу денег, чтобы её обучали дома. У девушки не было выпускного, так как она просто напросто не пошла туда. Родители и учитель предлагали пойти, но та отказалась, оправдываясь тем, что не видит смысла идти туда, где не разу, не ступала её нога. Видеть счастливые лица выпускников, которые четыре года, душа в душу, учились и общалась, и понимать, что ты совсем чужая в этом месте. Ливьен тянется за телефоном, набирая номер, который знает наизусть. Вновь истошные гудки. « Ну почему? » - мыслено вскрикивает, когда не получает ответа от родителей. Девушка настолько измучена, что хочется кричать. Слезы укрывают пеленой глаза, но та сдерживается, чтобы не испортить макияж. Без пяти минут шесть. Девушка быстро выпивает купленные таблетки, и уверенно спускается на первый этаж. Через четыре минуты звонит Чонгук, сообщая, что подъехал. Брюнетка закрывает дом и направляется к машине. Усаживается на переднее сидение, медленно поворачивается к брюнету и смущенно опускает глаза вниз. — Тиен, ты ослепительно выглядишь, — Чон слегка приоткрывает рот, обводя девушку искусным взглядом. — Спасибо, но... Откуда ты знаешь мои размеры? — девушка слегка приподнимает брови, смотря парню в глаза. Этот вопрос не на шутку рассмешил Чонгука. Прикрыв рот двумя пальцами, при этом оперев локоть о дверь, он тихо улыбается, выдавливая тихие смешки. Девушка же сидит с открытым ртом. Что смешного? — Ти, я знаю твоё тело от тридцать седьмого размера обуви, до маленькой родинки под левой грудью, — выдохнув, поворачивается на ошарашенную Ли. — Чего? Что? Издеваешься? Да нет! Шутишь! Нет? Это правда? Ты с ума сошёл? Просто подглядывал за мной? Да? Ты не можешь знать! Или правда знаешь? Ну да! Родинка же есть. Вот чёрт! — Чон тронулся с места, широко улыбаясь и слушая возмущённую Ливьен. Через полчаса машина остановилась возле шикарного особняка. Всю дорогу Чонгук слушал вопросы и утверждения удивлённой Ливьен. Его позабавила такая реакция. Мило. Обидно. Огорчает то, что раньше он изучал тело девушки вдоль и поперёк, а сейчас... Она удивлена тому, что Чон видел её обнаженной. Досадно... — Страшно, — тихо произносит девушка, выглядывая в окно, осматривая двухэтажное здание. Высокое, в темных тонах, освещённое ночными подсветками. Лестница, ведущая к входу и пару швейцаров. Всё выглядит дорого-богато, что дух перехватывает. Девушка чувствует уже знакомую боль в голове. Схватившись за голову обеими руками, пригибается к коленям.

Вдох

Ливьен стоит рядом со столиком, обставленным цветами и едой. Вокруг шум и разговоры. Всё очень интеллигентно и высокопоставленно. Люди в дорогой одежде обсуждают свои деловые проблемы и предложения, придерживая в руках бокалы с дорогим алкоголем. Девушка поворачивает голову, и замечает своих родителей. Те, что-то бурно обсуждают с парочкой « богатеев » Ливьен хочет подойти ближе к родным, но резкий туман дурманит голову...

Выдох

— Тиен! Снова? — парень обхватывает обмякшую Ли за плечи, фокусирую взгляды. — Всё хорошо, — через силу шепчет, пытаясь заставить мозг заработать, как прежде. — Хочешь, не пойдём? — продолжает прожигать девушку взволнованным взглядом. — Нет. Пойдём, — уверенно отвечает, поправляя пряди волос. С одной стороны, она рада, что видения о прошлой жизни вернулись, но с другой, вернулась и эта дикая боль, что рвёт на части каждый кусочек плоти. — Хорошо. Не переживай и не волнуйся. Будь рядом, и ни с кем не разговаривай без меня. Всё будет хорошо. Просто расслабься, — спокойно, словно заученный текст, заверяет брюнет, крепко держа в своей руке руку девушки. Ли кратко кивает, прикусывая нижнюю губу до боли. Это всё, как социальная фобия. Пять лет провести в запертых стенах, не имея возможности выйти из клетки, пообщаться с людьми. Страшно понимать, что боишься большого скопления людей. Сравнивая со своим рабочим местом, то этот ресторан пустышка. Хоть там и бывает много посетителей, но там Ливьен спокойно. А здесь же, сотни глаз будут прожигать хрупкое тельце обреченной, шепчась и оговариваясь за ее спиной. До безумия волнительно. Единственное, что её успокаивает - тёплая рука Чон Чонгука. Словно греет изнутри. Парень отпускает руку и выходит из машины. К авто подходит швейцар, в попытке открыть дверь даме, но Чон его резко останавливает. Открыв дверь Ливьен, отдаёт ключи от машины служащему этому зданию. Девушка опускает голову делая неуверенные шаги к лестнице. Заметив это, Чонгук берет брюнетку за руку, крепко сжимает, дабы успокоить волнение. Пара поднимает по мраморным ступенькам, под поклон швейцаров. Дверь открывается. Чонгук поворачивается к девушке лицом, и напоследок нежно кивает. Ли набирает побольше воздуха в лёгкие, и они проходят внутрь. Больно. Глазам больно, от столь яркого света. То, что было снаружи, огромная противоположность тому, что есть внутри. Идеально белые мраморные полы и стены. Идеально, от слова - божественно. Две огромные люстры из хрусталя, с размера одной комнаты в обычном жилом доме. На стенах подсветки для картин. А картин тут уйма. Аж глаза разбегаются. Второй этаж является балконом, к которому ведут две лестницы с двух сторон помещения. С левой стороны от входа небольшая сцена, с такой же белоснежной стойкой. По всему « залу » мирно расположены колонны, по пояс человеку, выполненные в древне римской архитектуре. На колоннах стоят бокалы с дорогим алкоголем, которые то и дело, берут присутствующие выпивая залпом. Чонгук слегка сжимает ладонь девушки, и та, послушно идёт вперёд за брюнетом. На удивление Ливьен, но никак не на Чонгука, к паре подходит пожилой мужчина с сединой. Поприветствовав Чона, поворачивается к Ли, и слегка кланяется. Девушка тут же отвечает тем же. Мужчина начинает о чём-то разговаривать с Чонгуком, чего Ливьен уже не слышит. Девушка погружена в раздумья. « Не так уж тут и страшно » - уверяет себя мыслено, выдавливая легкую улыбку. Через пол часа « безудержного веселья » пару наконец оставили в покое. Единственное, что до сих пор смущает брюнетку, так это разговор, произошедший двадцать минут назад с милой парой средних лет. Женщина с рыжими волосами, поинтересовалась у Чонгука, кем я прихожусь брюнетку. Тот, незамедлительно ответил, что та его девушка. Парочка ушла, а вопросы остались. Девушка? Серьезно? Да глупости же. — Чонгук, потрудись обьяснить то, что ты сказал той рыжей, — начинает брюнетка, когда подходит с парнем к одной из колонн, чтобы выпить шампанского. — А? А-а. Я был вынужден, — делает вид, что не понимает, затем вроде как вспоминает. — Вынужден? — в улыбке переспрашивает, делая глоток игристого вина. — Понимаешь, если бы я сказал, что ты моя знакомая или просто подруга, то вопросов было бы больше. Они бы не поверили, и загрузили бы нас многочисленными вопросами, — спокойно заверяет, делая глоток того же игристого. — Как много « бы » , — констатирует Ли, слегка приподнимая уголки губ. — Ангел, я буду вынужден тебя покинуть на время, — спустя несколько секунд выдаёт брюнет, допивая залпом напиток. — Куда ты? — Ли ставит бокал на место, опираясь о край колонны локтями. — Сейчас начнётся пожертвование. Типа аукциона. Только чуть по-другому. — По-другому? Это как? — Ли приподнимает брови, заинтересовавшись здешними правилами. — Эти люди собрались, чтобы что-то продать или купить. Каждый предоставит либо свою ценную вещь, либо поставит огромные бабки, чтобы что-то выкупить, — Чон принимает ту же позу, что и у брюнетки, смотрит ей прямо в глаза, будто выискивая в ней интерес. — И что будешь делать ты? Ставить или отбирать? — игриво интересуется, аккуратно облизывая нижнюю губу. — Отбирать. — О. Что же? — девушка оживилась. — Вон, видишь? Это - древнейшая книга наших предков. В книге описаны традиции и обычаи Японии, Кореи и Китая, которым придерживались в четырнадцатом веке. Её продаёт какой-то олух, ничего не смысля в этом деле. О-ох. Как же она прекрасна, — Чонгук указывает на балкон, где в стеклянном футляре, на длинной стойке красуется старая, потрёпанная, чёрная книга. — И что ты с ней будешь делать? Неужто читать? — ухмыльнулась Ли, когда повернулась обратно к другу. — Тц. Заложу её в банк, подписав контракт о использовании книги в целях увеличения интереса людей к своим традициям и предкам. И полезно, и выгодно. Банк будет выплачивать мне огромнейшие деньги за этот антиквариат, — игриво произносит, в мыслях представляя, как держит в руках драгоценную вещь эпохи. — Коварно, Чон Чонгук, — вновь ухмыляется, переводя взгляд на сцену. — Не скучай, — Чон целует девушку в макушку и удаляется к сцене. Ли спокойно выдыхает, делая глоток алкоголя, и смотрит на людей стоящих на сцене. Один за одним присутствующие поднимаются на сцену, выполняя цель сегодняшнего вечера. Облокотившись локтем о колонну, слушает нудные рассказы людей, представляющих свои « драгоценности » со сцены. Неожиданно, Ли вздрагивает, когда чувствуют пристальный взгляд со спины. Неуверенно обернувшись, видит перед собой идеальной внешности парня. Тот слегка улыбается, замечая волнение брюнетки. — Здравствуй, Кан Тиен. По спине девушки бежит табун мурашек. В голову приходит ясная мысль о том, что парень был с ней знаком.