Клетка памяти

« Она много спит, потому-что её сны лучше её жизни » Сон не поможет тебе, если устала душа.

— Что?! — по телу девушки побежали мурашки, от чего она подлетела с кровати усевшись на самый край. « Зачем? За что? » — Пару дней, после твоего исчезновения, ходили различные слухи. Через три дня у твоих родителей была пресс-конференция, где один из корреспондентов решил уточнить верность слухов. Твои родители подтвердили слова общества. Лити, они сказали, что ты погибла, — Юнги сложно произносить такое , от чего старается говорить тихо и размеряно. — Боже. Но зачем? — подносит ладонь ко рту, до конца не понимая услышанного. — Есть у меня пару предположений, но меня волнует кое-что другое. — М? — потупив взгляд в пол, уже не воспринимает здраво реальность. — Сегодня, я разогнал машину до двухсот восьмидесяти километров, а ты и глазом не моргнула, — он слегка наклоняется вперёд, стараясь видеть глаза девушки. — И что? — всё ещё не понимает, к чему он ведёт. — А то, что люди побывавшие в аварии, боятся садиться в машину. Но, даже если и садятся, то испытывают страх. Лити, ты сидела, и даже не дрогнула от такой большой скорости. Юнги действительно этим насторожен. Он не просто так просил Ливьен посмотреть на спидометр. Он ждал реакции. Но её не последовало. Теперь, в голове девушки появилось ещё больше вопрос, на которых ответа нет. — Что ты хочешь сказать? — поднимает голову, кинув на блондина неуверенный взгляд. — Пока, ничего. Ложись спать, — пусто обрубает, не желая продолжать этот разговор. — Погоди. Если по городу прошла новость о моей гибели в автокатастрофе и каждый второй знал об этом, то почему ты , Чон и Бона удивлялись и переспрашивали, когда я говорила за аварию? — сводит брови, пытаясь понять. — Если честно, то я слышал о тебе , но лично не знал , именно поэтому не уделял этой новости внимание. А вот говоря за ребят, то считаю, что они просто не поверили в это, — слегка взволнованно отвечает Юнги и вновь указывает девушке, чтобы та легла спать. Ливьен послушно откидывается на подушку, устало закрыв глаза. Она потеряна. Загнана в клетку, из которой совсем недавно выбралась. Только вот, эта клетка намного больнее и непонятнее. Пытается заглушить мысли, тяжело дышит, и боится заплакать. Она не из тех людей, которые позволяют себе слабость на глазах других, от чего держится из последних сил. — Юнги, завтра ты снова станешь грубым и холодным? — спустя пару минут, тихо шепчет Ли, в надежде услышать правду. — Я и сейчас такой, просто держу себя в руках, чтобы не усугубить твоё, и так скудное положение, — слегка ухмыляется и вертится в кресле, утаптывая себе местечко. Ливьен вновь выдыхает и закрывает глаза, в надежде поскорее уснуть, чтобы хотя бы на время забыть о страхе, недопонимании, унижение и выплаканных слезах. Утром станет легче. Должно стать легче...

****

Открывает глаза, попутно оглядывая душное помещение. На улице идёт дождь, от чего в комнате нечем дышать. В этом минус летнего дождя. Медленно поднимается с кровати, решая незамедлительно открыть окна. Справившись с задачей в виде « повернуть ручку и потянуть на себя » возвращается в тёплую кроватку. Не успевает укрыться пледом, как слышит звонок в дверь с первого этажа. Быстро взглянув на телефон, дико злится, так как, всего ничего, семь утра. Спускаясь на источник звука, незаметно для самой себя, вспоминает вчерашний вечер с Мин Юнги. Этот парень... Что с ним не так? Он же умеет быть добрым и отзывчивым, но почему-то прячется за чёрными очками с надписью « мне на всех похер » Возможно, он прав был вчера. Это его натура и смысл жизни. Ли тяжело выдыхает, понимая, что при ближайшей с ним встрече, вновь услышит дерзкую и обидную фразу, которая оборвёт всё желания находиться с ним рядом. Девушка подходит к входной двери и опустив взгляд в пол, тянет за дверную ручки. — Здравствуй, Ливьен, — до девушки доходит слишком родной голос матери. Быстро поднимает глаза, при этом максимально расширяет, и не верит в происходящее. За матерью стоит серьезный отец, который за эти пару секунд, уже два раза взглянул на наручные часы. Женщина не смотрит на ошеломлённую девушку и просто проходит внутрь, а за ней и отец. Пройдя в гостиную, миссис Джун присаживается в кресло, а мистер Ёнг на диван. — Мам? Пап? — неуверенно начинает брюнетка проходя внутрь широкой комнаты. — Мы не на долго, так что сразу к делу. То, что вчера произошло, было нужным. Так что, не держи обиды, и прими как должное, — женщина сложила ладони на колени смотря прямо перед собой. Да. Ливьен узнает своих родителей. Мама - как обычно держит планку серьезной и величественной дамы. Ровная спина, сложенные руки, серьёзный взгляд и не капельки эмоции на лице. Папа - вечно смотрит на часы, вальяжно раскинувшись на диване. — Нужным? Должное? Мама, ты слышишь, что вообще говоришь? Я соскучилась по вам... Я даже не знала, что вы в Сеуле, и увидев вас на том вечере, теплилась надеждой о том, чтобы хотя бы обнять, — Ли сводит брови, чтобы миновать попытки эмоций довести девушку до слез. — Мать сказала, что так было нужно - значит было нужно, — в помещении раздаётся грубый, слегка осиплый голос отца, от чего брюнетка вздрагивает. — Мы ещё какое-то время будем в Сеуле. Мы подумали с отцом о том, чтобы устроить семейный ужин, так что жди приглашение, — миссис Джун одаривает мужа строгим взглядом и слегка прокашливается. — Почему вы не сказали мне моё настоящее имя? — не подумав, на одном дыхании, выпаливает уверенную фразу, которая плотно держит её за горло с того момента, как она узнала своё прошлое имя. Да, Ливьен спала крепко этой ночью, но даже во сне мысли не пожалели девушку. Всю ночь ей снились родители и всё случившееся тем вечером. Тем вечером; в день когда она прилетела в Сеул; жизнь в Калифорнии. Всё « это » заставляет много думать и переживать, не позволяя сделать передышку. Услышав такой вопрос от дочери, родители вздрогнули. Их лица моментально опустели, словно этот вопрос что-то большее, чем просто слова. Женщина встаёт с места и медленно подходит к дочери, которая внутренне борется, чтобы не заплакать. — Ливьен, так было нужно для твоего блага. — Почему вы всем соврали, что я погибла в той аварии? — Ли не сдаётся. Если есть возможность - ею нужно воспользоваться. Родители Ливьен довольно умные люди, иначе не имели бы свой статус и ведущую компанию. Именно поэтому не думают спрашивать « откуда она узнала? » , « кто мог ей рассказать? » , а лишь растеряно оглядываются друг на друга. Слишком много нерешённого. Слишком много несказанного. — Это получилось спонтанно. Ты впала в кому, и врачи не давали утешительных прогнозов. Все в один голос твердили, что ты умрешь, лишь мы с твоим отцом верили в лучшее, — женщина кладет ладонь на дрожащее плечо дочери и неуверенно заглядывает в глаза. — Ливьен, не засоряй себе голову тем, чего уже не вернуть. Не копайся в прошлом. Ты принимаешь таблетки? — отец раскинул руки на спинку дивана, слегка покачивая правой ногой, которую закинул на левую. — Да. — Вот и хорошо. Извини, нам нужно ехать. Скоро тебе придёт приглашение на семейный ужин, — перехватывает миссис Джун, и указывает мужу на выход. Ли понимает, что ничего путного не выбьет из родных, поэтому решает опустить эту тему до того момента, когда сама во всем разберётся. Проводив родителей, облегченно падает на диван в гостиной, глубоко вдыхая приторный запах помещения. С таким скудным настроением обстановка вокруг не кажется такой милой и одушевлённой. Из неё, словно выкачали все хорошее и утешительное. Вспомнив слова отца, встаёт с дивана направляясь в свою комнату. Достав из прикроватной тумбочки тюбик с таблетками, привычно проглатывает две красных капсулы на сухую. Откинувшись на огромную кровать, закрывает глаза в надежде отдохнуть. Плохо получается. Ворочаясь на кровати, чувствует нарастающую боль в голове. Такую знакомую боль...

Вдох

— Прости, крошка, больно будет. Придётся потерпеть.

Выдох

Схватившись обеими руками за голову, не понимает, что только-что увидела. Да и толком ничего не увидела. Лишь голос. Приглушённый и почти незнакомый. Кажется, что незнакомый. Зарывшись с головой под подушку, тяжело дышит, не зная, как утихомирить эту боль. Жгучая боль, которая прожигает с ног до головы. Будто тысячи иголок пронзают хрупкое тело до костей. Иногда кажется, что она душевно погибает, когда делает этот злосчастный вдох перед видением. Ли слышит из-под подушки звонок в дверь. Нехотя поднимается с мягкой постели и спускается на первый этаж. Почесав переносицу перед входной дверью, открывает железную преграду. — Ти, детка! — Тиен, почему так долго открываешь? Мы подумали, что что-то случилось. Перед брюнеткой стоят взволнованные друзья. Чонгук оперся одной рукой о каменную стену, прожигая Ли взволнованным взглядом, а Бона мнётся с ноги на ногу, переживая за подругу, так как ей уже рассказали о вчерашнем происшествии. — Я просто отдыхала. Проходите, — она шокирована переживанием друзей и их неожиданным появлением. Ребята проходят в гостиную, а за ними озадаченная Ливьен. — Хотите что-нибудь выпить? — девушка застывает в дверном проёме, заправляя прядь выпавших волос за ухо. — Нет. Лучше расскажи, что вчера произошло? — Бона присаживается в кресло, указывая подруге на соседнее. Ливьен присаживается напротив друзей и глубоко вдыхает. В течение десяти минут, безостановочно рассказывает историю того вечера и все свои пережитые эмоции. Чонгук частично знал об этом от Юнги, но не в подробностях. Сейчас, нужно быть слепым, чтобы не заметить шок и удивление на лицах друзей. — Как ты себя чувствуешь? — Бона вздрагивает, понимая переживание подруги. — Уже лучше, — девушка выдавливает натянутую улыбку, совсем не совместимую с тем, что сейчас на душе. — У меня сегодня выходной. Я останусь с тобой, — утверждает брюнет, слегка потирая указательным пальцем нижнюю губу. — Гукки, ты обещал меня свозить сегодня по магазинам, — неодобрительно возмущается блондинка, прожигая парня раздражённым взглядом. — О. Извини. Я вызову тебе такси, — он достаёт из кармана джинс телефон, спокойно набирая номер общественного обслуживания. — Чон, если обещал, то свози. Мне лучше, — Ли вытягивает руку вперёд, пытаясь остановить парня, но получает в ответ лишь грозный взгляд собеседника. Через десять минут Бона уже едет в такси максимально раздражённая. Девушка обиделась на друга за несдержанное обещание. Но должна ли она злиться? Важно сходить по магазинам, когда друг нуждается в поддержке? Возможно, Бона просто ревнует. От этого и злится. Ливьен и Чонгук проводили блондинку, и направились на кухню. — Чонгук, зачем? Я бы спр... — Я хочу кушать. Как на счёт блинчиков с фруктами? — парень перебил Ли, не желая выслушивать упреки по поводу его поступка. — Хочу креветок в чесночном соусе, — она мягко улыбается, понимая, что о ней заботятся.

****

Пара пообедала, весело проводят вместе время. Чонгук не упускал возможности обнять Ливьен, измазать носик в соус и покормить со своей тарелки. Он безумно рад быть рядом с ней. Как тогда... Когда она была его... Весь оставшийся день они провели вместе. Чон отключил телефон, чтобы его никто не побеспокоил. Общаясь за просмотром комедии, успели обсудить все лучшие моменты, когда были вместе. Сидя на мягком, ворсистом ковре, Чон рассказывает, а Ли смеётся. Ей действительно приятно быть с ним. Видеть его улыбку, его эмоции и тепло. — Ты в курсе, что я ночую с тобой? — он надкусывает шоколадное печенье, не сводя взгляда с огромного телевизора. — У меня есть возможность возразить? — девушка делает глоток газировки, поворачивая растрепавшуюся макушку на парня, получая в ответ на свой вопрос отрицательный взмах головы. — Чон... Спасибо тебе. Спасибо за этот день, за поддержку. Мне приятно, — поворачивается лицом к парню, чувствуя тепло его тела. — Спасибо, Тиен. Спасибо за то, что вернулась, — он аккуратно обнимает щеку брюнетки своей ладонью. Расстояние между лицами уменьшается, а воздуха становится катастрофически мало. Чёрные глаза парня сверкнули, от чего Ли вздрогнула. К чему это ведёт? Поцелуй?