Клетка памяти

Из писанных или реченных слов печальней нет: "Так быть могло б" Джон Гринлиф Уиттьер

Есть пять стадий принятия. Отрицание. Гнев. Торг. Депрессия. Принятие. Ли обогнала всё, пройдя все девять кругов Ада за два дня. Лёжа пластом в кровати, она на пару мгновений мечтала вернуться в Калифорнию. В ту самую ” Золотую клетку ” Да, там было тяжело, но не так больно. Казалось бы, что такого во фразе, которая произносится миллионами каждый день? Для Ли это была не просто фраза, а грубая, мерзкая пощечина. Сильнее той, которой она наградила Юнги на балконе. Девушка не помнит, как добралась до отеля. Не помнит, что говорила молодоженам и как оправдывалась. А оправдывалась ли ? Смахнув с красных опухших глаз слезы, тянется к телефону и в ужасе соскакивает с постели. Убежав в ванну, целый час пытается привести себя в надлежащий вид. Огромное количество косметики кое-как спасает ситуацию, но вот глаза… Они никогда не обманут. Присев на диван тут же подскакивает и идет к двери. — Моя малышка. Я так соскучился. Парень с порога встречает любимую своей фирменной улыбкой. Подхватывает девушку и кружит в ритме вальса, пока в его душе царит радость и гармония. За два дня он успел истосковаться по брюнетке. Ли отвечает тем же, но вот ее душа еще не собрана. Она не успела собрать ее остатки, что так рьяно пыталась склеить. Потребуется время, и она уверенна, что самый лучший парень поможет ей в этом. Хоть и не узнает о той боли, что ей пришлось пережить.

****

Прошел еще один день. Пока Хосок принимал душ, Ливьен позвонила Даоми, вкратце объяснила сложившуюся проблему, и попросила не задавать лишних вопросов при парне, дожидаясь уединения. Как только они останутся наедине, девушка конечно же поделится с подругой своим ужасом. Пара провела день в городе. Прекрасный солнечный день, который подарил обоим хорошее настроение. Вечером, они решили заехать на чай к Кхангам. Новая ячейка общества с огромным удовольствием встретила друзей. Проведя полчаса за увлекательной беседой Ливьен не выдержала, и поцеловав Хосока в щечку увела подругу на второй этаж. Просветив девушку в свою ситуацию они обе потупили взгляд и притихли. — Дао, скажи мне, что я дура. Скажи, что должна стереть это из памяти и жить так, как жила до этой фразы, — поднимает молящий взгляд на подругу. Ей кажется, что если кто-то другой ей скажет, что она глупая, что нельзя так убиваться, то она поверит. Заставит себя поверить. — Прости, но нет, — сказала, как отрезала, обрывая последнюю ниточку надежды. Ли смотрит вопросительно, пока внутри все бурлит от желания услышать объяснение сказанного. — Ты любишь Хосока? Ли молчит. — Даже я понимаю, что обманным путем не достичь счастья. Я всецело за твой выбор, но не пытайся обмануть весь мир, пока твоё сердце тебе же не верит. Вот тут, — кладет руку на грудь подруги, — застыл силуэт грубого, дерзкого блондина. Его от туда не вытянуть щипцами. Твои отношения с Хосоком - это иллюзия созданная твоей головой. Ты мечтала об искренних чувствах, безмерной любви и вот, когда Юнги ранил тебя так, что дышать было невозможно, рядом оказался тот, кто дал тебе этот заветный глоток воздуха. Но это не тот воздух, которым ты бы хотела дышать. Скажи, что не права и я сразу замолчу, — смотрит с теплом на отчаянную подруга, а та молчит. Молчит, потому-что сказанное Даоми то, что Ли держит в себе и боится произнести в слух. — Выбор всегда за тобой. Прими решение, пока вы трое не сошли с ума. — Тут нечего решать. На этом предложение закончился диалог и девушки спустились к парням. Просидев еще около часа, пара попрощалась с хозяевами дома направляясь в отель.

****

— Ты и представить себе не можешь, как же я счастлива за тебя и этот ресторан. Сжимая в руке кружку горячего напитка Ливьен с огоньками в глазах хвалит давнего друга. Проснувшись утром решила, что нужно навестить Ли Тана. Нового владельца ресторана Кан Ливьен. По прибытию в Америку, она отправила в Сеул папку с документами, в которой передала свое детище администратору, находясь в полной уверенности, что Тан добросовестно справится с ролью хозяина, что заставит всеми путями процветать ресторан. Так и произошло. Тан пристроил летнюю террасу, расширил кухню и увеличил количество персонала. Все эти новости заставляют Ливьен от чистого сердца радоваться за парня и сам ресторан. Пообщавшись еще какое-то время, Тан извинился перед девушкой, так как работа и ненавязчивый контроль требуют внимание хозяина. Он взял слово, что они еще обязательно встретятся перед отъездом брюнетки. Она по-детски улыбается смотря в панорамное стекло на кипящую жизнь Сеула. Утром, парень захотел навестить давнего друга, предлагая съездить вместе с Ли, но та была не в том настроении, чтобы с кем-то знакомиться, от того и решила съездить в ресторан, пока Хо будет отсутствовать. Она понемногу приходит в себя. Заставила поверить саму в себя, уже который раз, что Хосок её судьба. Что только с ним она познает счастье и любовь. Она вычеркивает Юнги из списка “ сердечно-душевная недостаточность “ Но, видимо, карандашом. — Прошу, не кричи и не гони меня. За столик, напротив девушки присаживается парень, с ходу прося о пощаде. Он не спал около суток, не ел и гробил свой организм алкоголем все эти три дня. Он подавлен и растерзан собственными мыслями. Ему плохо. Больно. Ливьен выпускает рваный вздох, когда видит состояние парня. Хочется обнять его, сказать, что все будет хорошо. Что они переживут всё это недоразумение, но… по отдельности. — Я тебя очень сильно прошу, поехали со мной. Нам нужно поговорить. — Не нужно. В этом нет никакого логического смысла, — отрезает накорню, вставая с усиженного места, чтобы скорее покинуть компанию причиняющего боль парня. — Я не отпущу тебя, пока не получу ответы, — Юн не изменяет своей традиции в настойчивости. Он аккуратно придерживая девушку за локоть, выводит из ресторана направляясь к своей черной Chevrolet Camaro. Девушка злится, толкает блондина, в надежде, что он отпустит. Увы. Двадцать минут криков и легкой истерики, и вот машина останавливается на набережной, возле причала. Парень одним рывком выходит из машины и бережно выводит Ливьен. Взяв крепко девушку за руку, ведет к небольшому мини катеру. Владелец водной машины помогает ребятам перебраться с суши на лодку и махнув рукой, дал понять, что можно отплывать. Юнги уверено берется за штурвал и отчаливает в просторы Желтого моря. Отплыв на достаточное расстояние от берега, глушит мотор и поворачивается к изумленной девушке. Она устала кричать и просить оставить ее в покое, от того и молчит, как рыба в этом море. — Не смотри так на меня. От сюда ты не сбежишь, — облокачивается на стойку, упираясь плечом в холодное железо, заранее опережая вопрос девушки. — Давай. Говори уже, что ты хочешь и верни меня на берег, — машет рукой, заставляя парня ускориться. — Прости меня… — Угу. Хорошо. Прощаю. Вот и помирились. Давай, заводи свой агрегат и поплыли уже, — словно дитё, с такой же наивностью. — Хватит вести себя, как ребенок. Это правда, которую я должен высказать тебе, иначе я задохнусь от всего этого дерьма. Я знаю, что моя правда - это твоя боль, но не считай меня настолько павшим, что я не могу чувствовать того же, — он налетает на брюнетку, заставив ее глазки округлится от шока. Крепко хватает ее руки, слегка притягивая к себе, вдавливая девушку в деревянную стойку. Понимая, что пугает, отстраняется, присаживаясь на край кожаного сидения. Он напуган не меньше. Для него это тоже в новинку. Долго выдыхает и вновь решается посмотреть на ту, что заняла всю область сердца. Та, что заставила больше года мучаться и страдать. Каждый божий день он умирал, чтобы проснуться и вновь влачить своё жалкое существование. Тогда, отослав ее в Америку, наивно полагал, что так будет лучше для всех. Так и произошло. Всем стало лучше, кроме него самого. Он выпустил из рук маленького птенчика, жадно нуждавшегося в тепле и любви. Птенчик вырос в прекрасную птицу с золотыми крыльями, а хозяин так и остался с надеждой в руках. Да только вот и надежда эта ускользает сквозь пальцы, словно песок. — Я привез тебя сюда, не чтобы клясться в любви и говорить о чувствах. Я потерял это право еще тогда, в загородном доме, — уводит взгляд в сторону, прижимая кулак к губам и тяжело вдыхая весомую порцию воздуха, — знаю, что причинил тебе немало боли. Да и не только тебе. Но я не смогу дальше жизнь спокойно, если ты меня не поймешь. — Что я должна понять? Что ты бесчувственный? Что ты эгоист думающий только о себе? Он не дает ей продолжить. Рывком встает вплотную к девушке. Нежно обхватывает ладонями покрасневшие щечки, заглядывая прямо в душу, сквозь намокшие глаза. — Я проклял каждый последующий день, после твоего уезда. Как мальчишка, забоялся своих чувств к тебе. Я мог спасти тебя от Кима. Я должен был. Но я струсил! Мое сердце разрывалось от каждого твоего взгляда, от каждой слезинки. Я молил всех, гребенных, высших существ, чтобы ты уехала. Я мог бы и сам исчезнуть, но знал, что при малейшей мысли о тебе приеду, прибегу, приползу. Я свой же личный антагонист. Врал сам себе и был чертовски убедителен. Но плевать с высокой колокольни на мои чувства. Большее, из-за чего я хотел сгинуть с этой планеты - это ты. Наконец, я понял, что убегая от самого себя, нанес вред тебе. Нанес вред единственному, мать его, человеку, которого полюбил! Услышь меня, — слегка трясет голову девушки, доказывая, что намерение серьезное, а слова искренни, — убей меня, растопчи, скинь с катера, я не стану бороться за эту жизнь, но скажи, что прощаешь. Скажи, что не держишь обид, и будешь счастлива. Скажи ! Лити! Он говорит, словно бредит. То шепчет, то кричит. Он не в себе. Но и Ливьен оставила рассудок в этом бездонном морском дне. Она плачет. Боль съедает. Выбор мечется от хорошего ангела к плохому. Она уже не понимает, что хорошо, а что плохо. Смотрит в покрасневшие глаза парня и молится, чтобы это скорее закончилось. Иначе, её сердце разорвется от нестерпимой горечи. Есть эмоции, которые не описать словами. Лишь взгляд, мурашки, вспотевшие ладони могут дать намек на внутреннее состояние. Парень смотрит с надеждой, но ответа не следует. Слегка кивает своим же мыслям и отпускает личико напуганной брюнетки. Поворачивается к ней спиной, чтобы она не видела гримасу боли и разочарования. — Я … Он не дает ей закончить предложение. Быстрым разворотом тянет талию девушки на себя впиваясь таким чувственным и слегка дерзким поцелуем. Они оба этого хотели. Это единственное, что может говорить громче, чем любые слова. Упиваясь сладостью друг друга, забывают обо всем вокруг. Больше нет страха, и она тонет в крепких мужских руках. Он прижимает её крепче, немного увеличивая темп поцелуя. Девушка нежно проводит языком по таким желанным губам. Она так этого хотела… Нуждалась в этом поцелуе многие годы. Ноги подкашиваются, но крепкая хватка не дает пасть обмякшему телу. Парень первым разрывает физический контакт, но не спешит отстраниться. На губах еще не растворивший привкус поцелуя. Она поджимает губы, стараясь оставить в памяти этот ментолово-медовый привкус. Парень упирается лбом в макушку девушки, пока оба переводят дух. — Я… — Нет, Лити. У тебя будет еще время всё мне высказать. Пусть этот долгожданный момент закончится на поцелуе, — слегка покачивается, наслаждаясь ароматом девушки. Она пахнет персиком и сакурой. Самый приятный запах из всех, что касались рецепторов парня за всю жизнь. Он заводит мотор и крутит штурвал в сторону берега. Как они добрались обратно до ресторана, и как она вернулась домой девушка помнит сумбурно. Сидит в ванной с включенным краном и размышляет. Как такое могло произойти? Когда рядом нет манящего блондина, а за дверью находится ничего не знающий шатен - просыпается совесть. Она тяжелым камнем падает на сердце, заставляя задавать самой себе вопросы. Молчит, пока внутренний голос кричит. “ Неужели ты на столько жестокий человек? Промолчишь? Заставишь Хосока жить в неведение, а себя с грузом? “ Понимает, что отношения с Юнги не возможны, но и шатена обрекать нельзя. Юн навечно в сердце. Этого не изменить. Даже если она уйдет от Хо, то лучше быть всю жизнь одной, чем прожить с нелюбимым. Это ведь нечестно. Эгоистично. Но… Что если не уходить? Уехать обратно и забыть? Ведь больше года жизни в Америке всё было замечательно. Пара строила будущее, жила в честности и искренности. Или это был блеф со стороны девушки? Возможно, она заставила себя поверить в то, что это правильно? Вновь создала иллюзию? Она запуталась. Как принять решение, если от её слов кто-то пострадает? Смотрит на свое отражение в зеркале, чувствуя теплую линию на щеке. “ Зачем я вернулась? Глупая Ли! Оказывается, не Юнги холодный, расчетливый эгоцентрист - а ты! Ты бездушная, безмозглая дура! “ Освежив лицо холодной водой, закрывает кран. На сегодня хватит эмоциональных потрясений и самобичевания. Как жить дальше? Еще будет время подумать. Утро вечера мудренее.