Mission: 10

      Солнечные лучи старательно пробиваются сквозь белые шторы, освещая и так светлую комнату. Вся мебель контрастно сочетается друг с другом, дополняя интерьер и тем самым успокаивая душу парня. Для счастья не хватает лишь одного — родителей. С самого детства Тэхён был очень привязан к папе, который щедро одаривал его любовью и заботой. Ким вырос довольно восприимчивым ко всему происходящему ребенком, всегда улыбался и был радостным даже в трудную минуту. Его не волновало, что происходило на планете, как проходила политика и всё остальное — самое главное, что рядом есть семья.       И так в шесть лет он потерял своих родным. Мир казался таким маленьким и крошечным, что омеге было трудно дышать на протяжении нескольких лет. Он до сих пор не может забыть момент, когда прощался с папой и отцом и провожал их в долгий и неизведанный путь, в котором нет конца.       Тэхён лениво встаёт с кровати и в который раз смотрит на их общую фотографию, где омега, которого папа легко обнимает за плечи, а отец гладит по голове, был счастлив и выглядел радостным. Он не забудет их. Они подарили ему жизнь, за которую Тэхён безмерно благодарен.       Омега успевает выпить кофе, прежде чем покидает уютный дом.       Солнце на улице светит так ярко, что Ким щурится, словно полуслепой, пытается привыкнуть к нему, пока его поплывший взгляд наконец не фокусируется на нужной машине.       Сегодня нужно изучить места, где проходили бои императоров, чтобы погрузиться в ту самую атмосферу.       И спустя два часа пути Тэхён оказывается в месте, похожем на центр какого-то города, и заинтересованно разглядывает здания, доступ к которым был ограничен высокими длинными заборами. Всё старое, обветшалое. — Господин, мы собрали информацию об этом месте, — помощник Кима протягивает ему папку с документами, — сражение проходило двести лет назад. Всего около пятисот погибших и семидесяти восьми раненных. Вся огороженная территория больше непригодна для жизни, выжившие люди были переселены. — Спасибо, Набом, — омега внимательно рассматривает бумаги и читает каждое слово, стараясь ничего не упустить. Цифры страшные, сравнивая с парком, в котором было всего лишь восемьдесят убитых и сто семь раненых. Он не может представить масштаб битвы и ход событий, так как это действительно очень трудно даётся. Никто не заслуживает этого.       Но такова судьба.

***

— Сначала стоит получить более точный план местности и съездить туда, нам нельзя медлить, — Раян сидит напротив Чонгука и тихим голосом предупреждает его. — Ёнгук точно что-то знает по этому поводу.       Альфа уже который час смотрит на карту, где в круг обведено место будущего сражения. Он как никто другой погрузился в войну, и его старания должны окупиться. Чон не собирается сдаваться. И он уверен, что ему удастся поставить на колени весь млечный путь. Чонгук добьётся этого, несмотря ни на что, даже если на кону будет стоять собственная жизнь. — Я поеду туда через неделю, когда уляжется эта ситуация с мероприятием, — Чонгук нервно трёт переносицу, поднимая на несколько секунд тяжёлый взгляд на своего человека и опять возвращаясь к карте. — Не думаю, что император Земли переварил ту встречу, — альфа легко улыбается, чем приводит Раяна в негодование. На самом деле он поражен спокойствием императора, ведь все остальные спят и видят его смерть.       И только Раян понимает, что Чон ни в чём не виноват, ему просто с малых лет в детские руки вручили этот груз, не оставляя никакого выбора, кроме как принять с распростёртыми объятьями. То же касалось и характера, который альфа унаследовал от отца. — Как скажешь, — Раян встаёт и рассказывает ему задачи, расписанные на целый день. — Тебе надо быть более осторожным на данный момент. Император Сатурна ищет тебя по всей планете как ненормальный. Просто хочу предупредить, — Раян переживает не меньше остальных. — Кстати, для тебя сегодня организовали праздник, где будут омеги твоего гарема. Обязательно появись, иначе госпожа Чон будет отчитывать меня. — Посмотрим, — Чонгук провожает его легкой улыбкой, параллельно вырисовывая непонятные символы на карте.       В какой-то момент его усидчивости приходит конец, он откидывает всё, над чем работал, и зарывается пальцами в длинные густые волосы, беспокойно их теребя. Устал ждать помощи от других. Ёнгук всё равно опять найдёт причину для сомнения в своём сыне и в сотый раз пожалеет, что у него родилось такое отродье. А ведь другие и в подметки Чонгуку не годятся.       Альфа же намного сильнее, чем кажется. У него есть все шансы воплотить легенду в реальность и оставить свой след в истории Вселенной.       Чонгук встаёт с кресла и решает переодеться. Надев чёрные спортивные шорты и длинную белую футболку, выходит из комнаты. Тренировка не ждет, сегодняшние планы — тоже.       Он спускается на первый этаж своего особняка и выходит в сад. Отдельное место для усиленных тренировок помогало ему успокоиться и привести мысли в порядок. Чон достаёт из кармана специальное устройство и при помощи него создаёт вокруг себя купол, тем самым скрывая силу и обеспечивая безопасность. Всё что угодно, лишь бы скрыться от других, когда они так старательно пытаются его найти.

***

— Мы должны провести этот вечер на высшем уровне, без каких-либо ошибок, — главный евнух особняка стоял перед омегами, подсказывая, как нужно вести себя перед императором и чего делать ни в коем случае нельзя. Танцы, развлечения, музыка — всё было сделано для Чонгука. Самое главное, чтобы он оценил. Иначе…       Все начали потихоньку собираться в покоях императора. Разлили любимое вино Чонгука, включили музыку, и, стоило дверям открыться, омеги невиданной красоты тут же выстроились по местам.       Самым последним вошёл Чонгук, одетый в чёрный кожаный пиджак. На его мощной шее был повязан чёрный платок, в очередной раз подтверждающий, зачем он тут.       Чон аккуратно поднял запястье, указывая евнуху, что можно начинать. Да будет праздник. Музыка глушила внутреннюю бурю, которая только сильнее нарастала с каждой минутой. Мысли не покидали уставшее сознание, и альфа не мог нормально расслабиться. Всё, что его заботило — это война. Каждый день он просыпался лишь с одной мыслью. Война. Каждый час он размышлял лишь о войне. Будто плёнка, которая постоянно отматывалась то вперёд, то назад. Покоя не было и здесь.       Но вот музыка сменилась, омеги вспорхнули со своих мест и начали танец, раскрывая себя во всей красе и соревнуясь друг с другом за сердце императора Солнца.       Чонгук смотрел словно сквозь них, перед глазами всё плыло и смазывалось. Он не мог сосредоточиться ни на чем, поэтому просто позволил глазам устало прикрыться. Раян рядом коснулся его плеча. Конечно, Чонгуку сегодня нельзя уйти одному.       До его ушей долетел тонкий звон колокольчиков, отчего он заинтересованно повернулся. Это звенел ножной браслет одного омеги. У него была яркая экзотичная внешность и хитрые раскосые глаза, словно говорящие, что их обладатель готов на любую подлость, но только не против своего господина. Для него он будет самым верным и преданным.       Чонгук несколько секунд выдерживал этот зачаровывающий взгляд, а потом кивнул Раяну. Все присутствующие тут же покинули зал, оставляя императора и омегу наедине. — Для меня честь, принести удовольствие Вам в этот вечер, мой господин, — альфа на эти слова лишь развязывает платок и утягивает омегу в свою кровать. В его действиях нет ни капли нежности и осторожности, Чонгук пожирает его целиком и полностью. Не церемонится с растяжкой, сразу грубо заполняет омегу собой. Не жалеет, когда вдалбливает податливое тело в кровать. Не думает о состоянии парня, когда изливается на тонкую талию, сразу же после этого выгоняя его. Чуждо это всё. И не для него.       Он не привык дарить кому-то тепло, когда в своё время не получал его. Смотря на людей, у которых есть счастье, Чонгук понимает, что никогда не сможет иметь что-то подобное. Не может даже мечтать об этом.       Вселенная определила его судьбу — судьбу победителя, а Ёнгук наставил его на этот путь, создав настоящего монстра. И Чонгук, в своё время, тоже создаст монстра. Человек, не чувствующий ничего, не сможет подарить счастье другому. В мире не может существовать его вторая половина. Так было написано. Такова судьба.       Чон встаёт с кровати и, накинув на себя халат, идёт к балкону. На Земле действительно спокойная аура, каждый занят своим делом, не обращая внимание на других. Чонгук достаёт из коробочки белую сигарету и закуривает. Запрещённое притягивает в свои объятия и окутывает. Он облокачивается на перила, устремив взор в глубокий космос. Глухая ночь показывает свою красоту, а маленькие светящиеся фигуры, красиво переливающиеся сверху, дают надежду на хорошее будущее. И альфа действительно верит. Ребёнок, так и не покинувший глубину сердца, долго стучался, пытался открыть неизвестные ему двери, подарить себе уют и тепло, но каменные стены не могли пропустить его. Чонгук сам виноват. Загнал себя в клетку, запрещая абсолютно всё. Забылся в пространстве своей души и долго искал выход, которого не существует.       Виноват.

***

— Дата сражения установилась, — на всех улицах планеты Земля громко прозвучал властный голос, который снова заставил слушать, чтобы узнать дату смерти, всё человечество. — Ровно через месяц в руинах Ктесифона пройдёт первый этап сражения за звание владыки Вселенной, который определится на третьем этапе.       Ктесифон был столицей древней Персидской империи и находился на берегах реки Тигр. Сейчас от него остались лишь руины, так что он давал отличную возможность императорам показать свою истинную силу, опробовать её на каждом из них. Древний город в самом деле был хорошим местом для первого этапа сражения.

***

— Почему именно это место ты выбрал? — Джин задаёт вопрос всевышнему-судье, который слушал на данный момент каждого императора и соизволил таки ответить слишком интересующейся персоне. — Это место безопасно, как для вас, так и для человечества. По крайней мере хоть кто-то сможет выжить… — Тогда ответь, что задумал Император Солнца? — самое главное — узнать о человеке, который подарил своим рождением страх всем во вселенной. — Мне не известно, но даже если бы я обладал информацией, всё равно не стал бы говорить, — голос будто бродил где-то в лёгких, зарождая невесомую дрожь в теле Кима, который и так был не спокоен в последнее время. — Значит, ты на его стороне? — Нет.       Джин встаёт со своего места и уходит в другую комнату. Разговор не имел никого смысла. К тому же ничего нельзя было поменять.       Руины Ктесифона действительно безопасны. Они безлюдны уже больше тысячи лет, значит, будет мало жертв.       Омега заходит в свою комнату и смотрит в зеркало, сразу же замечая маленькие шрамы на теле, которым ещё требовалось время для заживления. От затылка до лопатки красиво растягивающийся шрам заживал ровно два дня, остальные — намного быстрее. После аварии аппетит пропал, и сил не было даже на прогулки. Джин лишь выходил из дома и гулял в саду, смотрел на растительность и уходил обратно к себе. Самочувствие с каждым днём становилось хуже и хуже. И он даже не успел поблагодарить Намджуна за помощь. Салфетка, которую он даже не тронул, лежала на столе.       Он ложится на свою кровать и снова пытается заснуть. Режим сна стал неконтролируемым, Джин мог заснуть в обед и проспать до утра, а мог не ложиться совсем.       Сознание отключается, мысли теряются, и, казалось бы, омега уже улетает в царство Морфея, но громкий стук в дверь его будит. Джин спокойно встаёт с кровати и, накинув на широкие плечи халат, идёт встречать незваного гостя. Открыв дверь, он сразу узнаёт стоящего перед ним альфу и впадает в шок из-за того, что тот заявился к нему в не лучшее время дня и нагло просится пройти внутрь. Намджун держит пакет, в котором лежит лекарство, и пихает его ему в руки, а Джин ведь даже кружку нормально держать не может. — Здравствуй, Джин, — Намджун спокойно здоровается с Кимом и закрывает за собой дверь. — Здравствуйте, — омега отходит от двери и останавливается перед входом, преграждая альфе путь. — Я решил Вас проведать и узнать, как у Вас дела, — Намджун откровенно рассматривает правильные черты лица и пытается запомнить больше деталей. — Как Вы себя чувствуете? — Нормально, — омега делает шаг назад и всё-таки впускает Намджуна, а тот сразу же садится на стул и начинает перебирать таблетки. Читает инструкцию, проговаривая всё Джину, сидящему напротив него. Такая забота только греет душу омеги и заставляет тепло равномерно распределиться по всему телу. — Это принимать только во время плохого самочувствия, сопровождающегося головной болью, бессонницей и упадком сил, — альфа спокойно берёт другую коробку и достаёт следующую бумажку. — А эта мазь поможет зажить ранам, обладает противовоспалительным действием.       Когда альфа снова взял новую коробку, омега тут же аккуратно отобрал у него её, спросив: — Зачем Вы это делаете? — Джин ставит коробку на стол. — Я в порядке и смогу проследить за собой. — Вы и вправду думаете, что я ничего не понимаю, — Намджун резко встаёт. — Будь Вы простолюдином, не смогли бы так быстро залечить свои раны. Это не свойственно людям. — Вы… — омега испуганно смотрит ему в глаза. Ни одного нужного слова не приходит в голову, он приоткрывает рот, но чуть не ли не давится воздухом от услышанного: — Император Сатурна, Ким Намджун.       Вновь. Это повторяется вновь. Что ему сказать? Как оправдаться? Как внушить, что он не является существом, которое претендует на место правителя вселенной? Что сейчас происходит в голове омеги, никто не увидит. Он старательно сдерживает эмоции, вместе с этим пытаясь прийти в себя и очнуться от шока. Такого быть не может. Как он мог так промахнуться и встретиться именно с этим человеком?       Он не ожидал познакомиться с другим императором так быстро, ведь прошло всего лишь две с половиной недели с момента его прибытия. Это не могло произойти уже сейчас. Не должно было всё случиться именно так. — Я не понимаю… — Притворяться не стоит, я уже знаю, — альфа спокойно смотрит вниз на омегу. Взгляд растерянный. Он не в лучшем состоянии. Мешки под глазами, растрепанный вид, бледная кожа — с этим омегой что-то не так. — Ясно, — Джин только сильнее сжимает руки в кулачки и, наконец собравшись, поднимает ледяной взгляд. — А теперь покиньте мой дом… — Я заеду к Вам вечером, — Намджун направляется к входной двери и открывает её. — Мы обязательно поговорим об этом.       Омега остаётся один. Лучше бы он не выходил в тот злосчастный день. Лучше бы не переходил эту дорогу. Лучше бы его сбил кто-то другой. Лучше бы…

***

      Тэхён возвращается домой. Уставший после долгой поездки, он быстро переодевается в спортивную одежду и опять выходит из дома для пробежки. Это единственное занятие, которое сможет его успокоить и немного зарядить. Погода нисколько не ухудшилась и позволяла насладиться тёплым ветром, который развевал пепельные волосы и освежал лицо.       Тэхён пробегает арки, любуясь природой того самого парка. На мгновение останавливается и рассматривает тихую чащу, что осталась позади него, и снова восстанавливает бег. Ему хватает часа пробежки, чтобы привести своё тело и мысли в порядок, но это пока что начало.

***

      Чонгук вновь гуляет по заброшенному людьми месту, где только он и его дети. Барон и Брауни дерутся друг с другом и непонятно что делят, а может, просто играют. Чону остаётся только догадываться.       Брауни снова лает на уже взбешенного брата и отходит назад, пока Барон идёт на него и резким движением налетает, крепко сцепив зубы на шее, оставляя свой след. Так было всегда. Никого не пожалеет, даже будь то брат. Брауни тихо скулит и прижимается к ноге своего хозяина, который, в свою очередь, спокойно смотрит на своё творение. Барона воспитал именно он. Превратил его в себя.       Собака недовольно смотрит на брата, будто отчитывая старшего за слабость, которую ему привил отец. Чонгук же спокойно идёт вперёд, не оглядывается на них, не видит, как Брауни поджимает свои уши всё сильнее к голове и ластится к хозяину, чтобы получить защиту.       Чонгук продолжает свой путь и, немного походив по парку, понимает, что оказался там же, где и в первый день. Стоит на том же месте и смотрит вперёд, будто опять увидел голубые напуганные глаза. Он долго думал, что с тем парнем не так. Когда все люди стараются избежать этого пугающего душу место, тот как ни в чем не бывало гулял и наслаждался. Альфа понимал, что мальчишка, может быть, не был осведомлён, где находился, но это не повод ослаблять бдительность.       С виду такой маленький, крохотный и беззащитный омега даже не догадывается, что упадёт, не успев сделав свой первый шаг.       Альфа поворачивается к Барону, который опять начинает лаять, но уже в сторону дороги, сворачивающей направо.       Тот самый парень…       Опять бежал, совсем не задумываясь, прямо к нему, в объятья альфы, поджидающего его, словно добычу.       Омега был одет спортивно. Чёрные легинсы облегали стройные ноги, а длинный бежевый свитшот прикрывал ягодицы и так правильно смотрелся.       Ким бежал легко, почти не задыхаясь, опять поглощённый мыслями и не замечающий ничего вокруг. Будто не было забот и проблем в этом страшном мире.       Чонгук более уверенно вышел, подзывая своих детей.       Барон срывается с места. Медленные шаги приближают их к столкновению. Осталось совсем немного, и…       Тэхён резко останавливается и смотрит на хищника, который уже угрожающе раскрыл клыкастую пасть на его хозяина, который притягивал к себе ближе и готов был подать омегу на блюдечке собаке.       Эта встреча слишком неожиданная, но от этого не менее желанная. Тэхен думал об этом таинственном альфе с двумя стрёмными псами несколько дней.       Сердце Кима пропустило удар.       С виду незнакомец был спокоен, хотя, если внимательнее приглядеться, можно было заметить едва видный огонёк в глазах кофейного цвета. Они понравились Тэхёну ещё в первый раз. — Я ведь предупреждал, — альфа нервно массирует свой затылок и смотрит, не отводя взгляда.       Тэхён не понимает, что он бормочет себе под нос и продолжает внимательно его изучать.       Чёрная водолазка, которая покоилась под таким же цветом ветровкой, сильно выделяла его крепкое тело, мощные поджарые мышцы. Широкие джоггеры, заправленные в берцы, выглядели правильно. Хотелось рассматривать всё дольше и дольше, лишь бы случайно не упустить какую-нибудь мелкую деталь.       Альфа подходит ещё ближе, оставляя между ними жалкие три метра. Атмосфера накаляется. Тэхену кажется, что кислород начал медленно сгорать, и надеется, что чувствует это не один. — Я предупреждал не гулять здесь, — альфа спокойно блуждает взглядом по лицу омеги и ожидает хоть малейшую реакцию. Он получает её уже через секунду. Тэхёна начинает трясти. — Вы понимаете, где находитесь? — Общественное место, где можно гулять каждому, — Тэхён говорит тихо, не скрывает правду. Но внутри что-то ломается. Его любопытство. — Ошибаетесь, — Чонгук делает ещё один шаг навстречу, пугая бессильное существо перед ним. Тэхён не понимает, куда смотреть. Альфа всё наступает на него, но он стоит как вкопанный, и признаётся, что помимо страха чувствует что-то ещё. Что-то совсем неизвестное. — Это далеко не общественное место.       Оба молчат. Омега слишком долго думает о фразе, сказанной незнакомцем, ничего не понимая. Пустым взглядом сверлит чёрные берцы, как вдруг до него неожиданно доходит. Глаза в шоке распахиваются, он отшатывается и зажимает ладонью рот. Огонь ненависти охватывает всё его тело, лишая возможности сделать вдох. Детская наивность рушится мгновенно. Ведь никто больше не может находиться в этом месте.       В месте, где определилась судьба омеги. Тут лишили его самого ценного — родителей. Его счастье здесь потеряло надежду и смысл. — Я-я… — Это место не для смертных, Вы не представляете, что тут может произойти.       Тэхён не может ошибиться. Он нашёл его. Самого дьявола. Великолепного чёрного ангела, несущего лишь смерть. Ким ведь хотел этого, так почему сейчас его сердце обливается кровью? Почему он трясётся и не может сказать ни слова? Каким же глупым Ким себе сейчас кажется, ведь запомнил его, думал о нём, как о привлекательном альфе. Просто невозможно. — Ясно, — омега поджимает губы, беря себя в руки, обходит альфу и убегает тем же темпом. Он не забудет этот вечер, как и прошлый.       Боже мой. Сам император Солнца.       Чонгук тем временем достаёт телефон из кармана штанов и набирает Раяну, охранявшему покой императора, и докладывает про омегу, побежавшему в сторону заброшенных аттракционов. Требует взять с собой подкрепление и выйти к нему на встречу. Назад пути нет.

***

      Ветер спокойно продувал каждый уголок парка, иногда покачивал качели в тихом и мёртвом месте.       Тэхён слышит каждый шаг позади и почему-то ускоряется, хотя знает, что напрасно. Пока никто не сбегал от императора Солнца.       Он останавливается напротив колеса обозрения и оборачивается, чтобы посмотреть в глаза смерти, обрушившейся так резко и неожиданно. Ким смотрит глаза в глаза, боится отвести взгляд, но медленно отступает назад.       «Ты не представляешь, что тут может произойти», — резко врезается в голову и причиняет тупую боль, а ведь не разберешь, где именно болит. — Я не шутил, — Чонгук подходит ближе и не обрывает зрительный контакт. Крадётся, изучает свою жертву, не умеющую скрывать страх перед могучим и сильным хищником. — Я не знал… — Мне казалось, что я правильно тогда выразился. — Вы не сказали, что это за место. — И не обязан, — люди, собравшиеся вокруг Чона, стали медленно находить на омегу, который вот-вот потеряет сознание от чужого присутствия и совсем не понимает, как успел так влипнуть и что делать дальше. — Не подходите… — единственное, что мог сказать омега в этой ситуации. — Ты уже сделал то, о чём я тебя предупреждал, — Чонгук поднимает руку и подаёт сигнал, чтобы омегу схватили. — Надо было думать раньше. Уже поздно.       Тэхён предпринимает заведомо провальную попытку сбежать, но его тут же хватают, выкручивая руки и заставляя согнуться. Беспощадно возвращают во власть дьявола. Вот и всё. Теперь ему больше нечего терять.       Его глаза мгновенно окрашиваются в чёрный цвет, он чувствует прилив сил, которого так давно не хватало. Тэхён слишком нуждался в нем.       Сила охватывает всё тело и раздаёт электрический заряд в каждую клетку. Тэхён не целится, просто бьёт туда, где стоит сам император Солнца. Чёрная стрела с каплей белого оттенка срывается и с невероятной скоростью летит прямо в Чона.       Чонгук спокойно отворачивается, замечая, как омегу без труда тащат к нему. Из рук Раяна он берёт шприц, постукивает по бокам, а затем одним точным движением делает укол в шею Тэхёна. Сильное снотворное, способное убить простого человека, сразу же действует на омегу, и тот теряет последние силы для сопротивления.       Мышцы сразу парализует, он не может лишний раз двинуться, повисает на руках людей, держащих его. Тело будто каменеет, и Ким тонет в чувстве безысходности. Больше не будет света, ведь Чон уже перекрыл все пути к нему.       Всё-таки попался. — Тэхён, — Чонгук касается императора Луны, то ли пытаясь успокоить, то ли запугать. Он осторожно убирает прядь волос за ухо и внимательно смотрит в глаза врага, у которого взгляд уже совсем поплыл. Омега только прикрывает веки и полностью отдаётся Чонгуку. Сдаётся перед тем, кто виноват во всем происходящем с ним. А человек, который привлек наивного омегу, сейчас смотрит на него и радуется своей маленькой победе. Вселенная точно не любит Тэхёна, который так старался выжить в этом жестоком мире.       Страшно иметь дело с Чонами. Чон Чонгук стал личным искусителем для Тэхёна, а тот же, в свою очередь, добровольно прыгнул в его объятия. Ему некого винить в случившемся. Он сам виноват, сам подставился под удар, а теперь расплачивается за ошибку, захлебываясь кровью.       Как же суров мир.       Тэхён уже проиграл этот бой. Бой с дьяволом всегда нечестный.