Случай в университете

— Тебе не кажется это несправедливым, что первогодок заставляют убирать весь этот хлам? Что за дедовщина? — Все через это проходят, — Гарри точно заделался философом с таким другом, — зато в следующем году нам уже не придется таким заниматься. Рон стоит опершись о швабру и с тоской взирает перед собой. Он бы еще понял, если бы их заставили убираться в сентябре, перед занятиями, но какой в этом смысл, когда прошло уже почти полгода, Рождество и Хэллоуин позади, а в ближайшем будущем ожидается лишь стылый февраль. Староста группы - заучка Гермиона - уже успела где-то выяснить и рассказать всем, кто хотел и не хотел слушать: политика университета давно заключается в том, чтобы приобщать студентов к общественно важным занятиям. Ребята постарше посещали дома престарелых и проводили время с пожилыми, организовывали ярмарки для сбора благотворительной помощи, разрабатывали уникальные молодежные проекты для города. Ну а первогодок просто просили прибрать часть залов и комнат, что использовались нечасто. Рон, конечно, Гермиону выслушал и понял, но все равно не смог одобрительно отнестись к подобной деятельности. — Некоторым и сейчас не надо, — Рон недовольно кивает в сторону Малфоя, который сидит в противоположной части комнаты на высоком письменном столе. Драко общается с одногруппницей (Рон почему-то думает, что общается он слишком мило и это бесит), подкидывая и ловя раз за разом зеленое яблоко. Пальцы непроизвольно сжимаются на деревянной рукоятке швабры, когда Уизли видит, как Драко смеется, запрокидывая голову и обнажая белоснежную шею. — Рон, — Гарри вскидывает бровь, глядя то на друга, то на смеющегося блондина, — ты что, эээ, — закусывает губу, чтобы хотя бы не ржать, — рассматриваешь его? — Чего? — Рон даже не моргает, но когда смысл вопроса доходит до него, он заливается краской и резко дергается, фыркая, — нет, конечно, придурок! Просто он меня бесит. Почему все работают, а он отлынивает? — Да забей, — Гарри пожимает плечами. Рон пару раз уныло мажет шваброй по полу. До его ушей снова доносится смех и он, резко всовывая швабру Гарри в руки, целенаправленно шагает в сторону Драко. У Рона слишком мало времени, чтобы придумать фразу, с которой он собирается обратиться к Малфою в своем праведном желании призвать того к ответственности, поэтому он возле однокурсника останавливается молча, сверкая глазами. — Чего тебе, — губы Малфоя растягиваются в гаденькой усмешке, когда он окидывает Рона взглядом от макушки до пят, — рыжий? — Какого черта ты себе позволяешь? — Рон вскидывает голову и смотрит с нескрываемым презрением, — думаешь, что ты чем-то лучше остальных, мистер-избалованный-и-богатый? Ему кажется, что во взгляде напротив проскальзывает что-то нетипичное для Малфоя. Обида? Досада? Непонимание? Рон отгоняет от себя подобные мысли, списывая их на какое-то свое странное помешательство на этих глазах, чтоб они провалились. Драко спрыгивает со стола, щурится и поджимает губы. Рон сжимает кулаки, но не пятится, когда Малфой подступает ближе. — И чем же по твоему мнению мне заняться, а? — он говорит медленно и угрожающе, и Рону становится холодно от этих ледяных интонаций. — Ну хрен знает, помой что-нибудь, — ворчит Рон, но позиций не сдает, хотя уже жалеет, что спровоцировал Малфоя. Рону совершенно не нравится, когда он так смотрит, как будто на самом деле ненавидит. — Ооо, это я могу, — Драко тихо смеется и его улыбка не предвещает Рону ничего хорошего. Уизли сглатывает, не разрывая зрительного контакта и напрягается. Если Малфой хочет драться, Рона ему ни за что не победить. В конце концов, Рон - младший из братьев, драться для него - это способ выжить. Но Драко не собирается драться. Он приверженец совершенно других методов. Он тоже не отводит взгляда, рассматривает вихры рыжей челки, веснушки, яркие голубые глаза, обветренные пухлые губы. Какой же ты придурок, Уизли Какой же ты идиот, Малфой Рон слышит тихий всплеск - Малфой опускает руку в таз с мутной водой, возле которого сидел. Еще один звук - тонкие пальцы сжимают отяжелевшую от количества впитанной воды большую тряпку, которая больше похожа на какое-то речное чудище. Уизли не собирается отступать до тех пор, пока не чувствует чужую руку и грязного, мокрого тряпичного монстра в районе своего паха. Вода с оглушительным звоном капает на пол, стекает по светлым джинсам на ботинки, просачивается через ткань. Драко не убирает руку, сдавливает пальцы и Рону становится жарко где-то в районе затылка. — По-мыл, — тихо и раздельно сообщает Малфой, впиваясь взглядом в зрачки напротив. Он слегка отстраняется и тряпка с отвратительным шлепком падает вниз, позволяя всем полюбоваться мокрым пятном на причинном месте Рона, — кажется, у тебя потолок протек, — улыбка совершенно провоцирующая, а в глазах черти танцуют. — Беги, Малфой, — у Рона сначала белеют, а потом краснеют уши, — беги, или я убью тебя при всех. Они срываются с места почти одновременно, но Драко получает фору из-за того, что Рон поскальзывается на чертовой тряпке и чуть ли не падает. Однокурсники расступаются, давясь смехом, хотя некоторые выглядят обеспокоенными. — Рон, помни про полицию! — Гарри складывает руки рупором возле рта, но потом обреченно машет другу вслед. Драко залетает в очередную открытую дверь и понимает, что оказался в ловушке. Это тупик, подсобка, склад спортинвентаря. Малфой резко разворачивается, думая, что опять придется ему вытирать грязные стены своей рубашкой. Громкий топот Уизли уже совсем близко, настолько близко, что вооружиться Драко ничем не успевает. Рыжий влетает в комнату, захлопывает за собой дверь и жутко сверкает глазами. — Ну все, сука, с меня хватит, — у него даже руки слегка трясутся, так сильно он хочет переломать Малфою все ребра. Рон ураганом преодолевает несколько шагов, их разделяющих, снося по пути какие-то вещи, на которые Драко сейчас внимания не обращает. У Малфоя сердце колотится загнанным кроликом в груди, а щеки не запланировано розовеют. Он давно уже не мог не думать о том, что достает Уизли неспроста. Эти мысли посещали его вечерами, когда он оставался один на один с самим собой и образ рыжего увальня нагло преследовал его до самой ночи. Драко пытался отгонять ответы, что напрашивались сами собой, но с каждый днем это становилось делать все сложнее. А что если и сам Уизли ведется на его глупые, детские провокации по похожим причинам? От судорожных, скомканных размышлений Драко отвлекает удар спиной о стену. Он шипит тихо, обвивая пальцами запястья сжатых на воротнике его рубашки рук. Рон слишком близко, от него пышет жаром и Драко не хватает воздуха. Он прижимается затылком к прохладной стене. Желание проверить свои чувства, расставить все точки над i полностью вытесняет доводы рассудка из головы. — Чего с тебя хватит? — выдыхает Малфой, уже не заботящийся о том, как звучит его голос. — Тебя! Тебя с меня хватит! — Уизли нависает над ним и прядь рыжих волос касается бледного, влажного от выступившего пота лба. Драко упирается коленом парню в низ живота, и, слыша его озлобленный вдох, ядовито хмыкает. — Точно? — он отпускает запястья, чтобы ухватить Рона за джемпер, почти что копируя его собственное действие. Подтягивает его еще ближе, сжигая расстояние между их телами, вытравливая его, заполняя собой и запахом своего одеколона, — пожалеешь, если уйду. У Рона кружится голова, когда он скользит взглядом по растрепанным волосам, по приоткрытым губам, по маленькой капельке пота, стекающей с виска. В груди больно сжимается узел, спускается куда-то в живот и выжигает внутренности. В голове гулким набатом бьются неясные мысли. Рон хватает Драко за плечи, сжимает пальцы, впиваясь ими в кожу до синяков. Он так его ненавидит сейчас, что дышать больно. Но почему же тогда при виде светлых, дрожащих ресниц, бледных губ, при звуке рваного дыхания у Рона темнеет в глазах? Они тянутся друг к другу одновременно, сталкиваясь в поцелуе. Затуманено Малфой думает о двери - кто угодно может зайти, но ему почему-то наплевать. Пальцами он путается в рыжих волосах, тянет пряди, заставляя Рона рычать ему в губы, и улыбается мысленно. Скользит рукой по позвоночнику, царапает через ткань джемпера кожу, прижимает к себе, точно слиться хочет. Опускает колено с живота ниже и слышит полустон, от которого полноценно срывает башню. Рон кусает его губы, целует грубо и жадно, с остервенением каким-то. Сжимает одной рукой рубашку на спине Драко, выправляя ее из брюк, второй скользит по лицу, накрывая щеку. Не останавливайся Нужно остановиться Легкие обжигает огнем. Они отстраняются так же резко, жадно хватая воздух, глядя друг на друга ошеломленно. Драко облизывает припухшие губы, смахивая волосы со лба, и тянется снова к лицу Рона, но тот отшатывается, выпуская его из своих объятий. Грудь тяжело вздымается, как после долгого бега. Он бормочет что-то смазанное, невнятное, прежде чем развернуться и броситься к дверям. Драко прикрывает глаза, приваливаясь к стене. Он пару раз глубоко вздыхает, закрывая лицо руками, запуская пальцы в безнадежно растрепанную шевелюру. Может ему и стоило бы догнать Уизли, но что бы он ему сказал? Эй, придурок, ты мне, короче, нравишься, поэтому я достаю тебя. Малфой фыркает, опускает взгляд на то место, где только что стоял Рон, и вдруг начинает смеяться. Заправляет рубашку обратно в брюки, поправляет прическу, разглаживает воротник. Он и не с таким справлялся, приручить Уизли у него уж как-нибудь получится. Драко не из тех, кто отказывается от того, чего хочет.