тяжёлое детство соукоку

— Хэй, мумия растрёпанная, ты в конец ослеп? Мы уже подошли к дому, куда прёшь, как танк? — А я прогуляться хочу, пока одного слизняка окончательно в землю не впечатал. Казалось бы, куда ещё ниже, но ты превосходишь все ожидания. Или правильнее сказать «принижаешь»? Спасибо знакомству почти во всю жизнь и совместным тренировкам, иначе Осаму не успел бы пригнуться от удара с ноги. Мало того, что они весь день в школе ругались как кошка с собакой (все мы знаем, кто из них был саркастичной кошкой, а кто — разъярённой собакой), так шатен решил подлить масла в огонь. — Надеюсь, подохнешь где-нибудь в подворотне. — Это единственное твоё желание, которое я разделяю, — да, суицидальные наклонности и не думали уходить из полупустой головы. Чуя, развернувшись к шатену задом, к двери передом, напоследок метнул в голову брата камешек, после чего скрылся в коттедже. Ну и не надо, ну и пожалуйста! Хотя бы один побудет лишний часок. Подростки и раньше почти всё время были вместе, что ужасно доставало, так теперь родители приказали Чуе не оставаться одному, а Дазаю — следить за коротышкой. Хоть это и были меры предосторожности, они жутко раздражали и выводили из себя. Неужели такой сильный малый, как Чуя, не сможет постоять за себя? Да его вся округа боится, без исключений! Слухи о рыжеволосом драчуне и раздолбае-стратеге — единственный на всей Земле, кто вовсю играет на нервах взрывчатки, которую только он и может обезвредить — распространились даже по соседним районам, где мальчишки никогда не гуляли. А нафиг оно им надо? Времени из-за тренировок и учебы почти не оставалось, друзей у парней не было: все или боялись дружить с загадочной двойкой, или самим парням было скучно в их обществе, — а гулять вдвоём хотелось меньше всего. Осаму как-то раз сказал, что в будущем они будут в розыске как самый опасный дуэт, на что Чуя лишь съязвил что-то в роде: «При первой же возможности этот дуэт превратится в соло». После недавней их миссии Чуя поспешил в офис Мори с требованием разрешить ему задушить напарника. Видите ли, в его «гениальном» плане всю грязную работу провернул Чуя, а Дазай лишь прошёл по очищенному коридору, взял из кармана главного трупа какую-то хрень, похожую на мобильник, пощёлкал, поклацал, и «отработал». Нет, драться и месить чужие лица Чуе нравилось, но смотреть, как им пользуется эта шавка — нет. Он бы и лицо шатена подправил, вот только сил осталось маловато — не привык парень драться один с целой оравой взрослых, хоть и слабоватых. Пришлось приберечь их для возвращения, ведь дом у чёрта на куличиках, а перспектива лежать на базе врага да посапывать не радовала. — Я могу тебя понести, Чибикко-кун! — парировал в тот день Осаму, наблюдая, как сзади ковыляет братец. — Ага, и оставить в конуре соседской собаки. Спасибо, обойдусь. — Но ты же буквально с ног валишься. — Обычно ты не такой добрый. Извини, я умирать не хочу, это больше по твоей части, — отмахнулся Чу, не желая даже слушать о помощи. От кого от кого, а от Дазая он её точно не примет, пока находится в своём уме. На самом деле Дазай действительно хотел напакостить, но только дома: закрыть напарника в его же погребе, например, или ещё что-нибудь не сильно жестокое, чтобы не получить нагоняй от Накахары-сан. Но, увы и ах, рыжик не поддавался, а Дазаю приходилось постоянно останавливаться и ждать, когда этот калека сравняется. На попытку без разрешения взять Чую на руки Осаму получил кулаком в живот, и они уже вдвоём ковыляли до дома. Зато вместе! Накахара закрыл дверь на ключ (Осаму и через окно залезет, если надо будет) и поплёлся в комнату. После многочисленных рассказов родителей об опасности небольшая тревога и чувство дискомфорта против воли подкрадывались в разум и не давали покоя. И что вообще за агенты с Европейской мафии? Неужто им дома не сидится? Когда родители рассказывали мальчикам последние новости, Чуя почувствовал гордость за предков — они у него такие молодцы, что даже заграницей прославились! Вот только вся гордость улетучилась после слов «А ты, Чуя, наше уязвимое место, поэтому Осаму не будет оставлять тебя одного, пока мы не поймаем этих негодяев», и на её место пришло отрицание. С хера ли какая-то скумбрия будет его защищать? Да он палец о палец не ударит, если на Чую нападут, только дверь придержит и будет приговаривать: «Он хороший мальчик: к лотку приучен, ест не много, а если врезать по шее, не будет просыпаться около суток! Правда, борзый слегка, но здесь может помочь скотч или кляп». Накахаре даже опаснее с Дазаем, который с радостью аннулирует его гравитацию и поможет схватить. В отсутствии бинтованного ебалая парень лишь с облегчением вздыхал: и нервы в сохранности, и проблем меньше. Голова коснулась подушки, стоило школьной рубашке упасть на пол. Чуя смотрел в потолок и думал о нынешней ситуации: они посрались с Дазаем, который куда-то свалил, хотя должен был охранять Чиби; Портовая Мафия разыскивает неизвестных врагов-с-жопы-мира в районе дома семьи Накахары; родители каждые несколько часов звонят парню с вопросами, всё ли в порядке, что уже порядком поднадоело. Конечно, приятно быть сыном могучих мафиози, но вот быть их Ахиллесовой пятой такое себе удовольствие. Хорошо хоть у предков много знакомых по всему земному шару, от которых они и узнали о предстоящей атаке. Какая упёртая эта Европейская Мафия! Они человеческого языка не понимают? Почему, если супруги не хотят переезжать из-за личных проблем и интересов, они планируют силой вынудить перейти от Портовой Мафии Японии к себе? Будь Чу-чу постарше, он бы лично навалял всей организации, вот только ждать ещё около пяти лет они не намерены. Придётся рыжеволосому поиграть в жертву. Упёртую, дерущуюся, с невыносимым характером и тяжёлым ударом, но жертву. Веки падали на глаза, в сон клонило безумно. Прошлой ночью они с Дазаем готовились к сегодняшней контрольной и спали от силы часа три. Осаму сразу после неё уснул прям на парте, и братцу пришлось его будить не одним подзатыльником и ударом в спину. На задних рядах можно спокойно опустить голову, якобы конспектируя нудную учительскую речь, а самому сладко посапывать до душераздирающего звонка, и Дазай прекрасно этим пользовался. Жаль только, что Чую посадили на вторую парту, где такой трюк точно не прокатит. «Домашка подождёт, — думал засыпающий подросток, силой гравитации задёрнув шторы, — я вздремну всего часок, ничего за это время не случится». Сон не заставил себя долго ждать: уже через минуту парень мирно и, на первый взгляд, крепко спал. На самом деле слова «крепкий сон» не были известны ни одному члену Портовой Мафии: мафиози спали максимально чутко, просыпаясь от малейшего шороха, что по наследству или в ходе подражания переняли оба мальца. Хотя, Дазай иногда делал вид, что его и танком разбудить не получится, но если угроза была не шуточной, парень один из первых вскакивал с койки в полной боевой готовности. Чуткий сон был второй причиной, почему большинство членов мафии выбирали тихие и «заброшенные» районы проживания (первой причиной была сама работа в ПМ). Прошло чуть больше пяти минут спокойного сна, как за окном зашелестели кусты. Это был тихий шелест, будто от пробежавшей кошки или вспорхнувшей птицы, но он вмиг разорвал связь парня со сном. Рыжик резко принял сидячее положение на кровати и раскрыл шторы, от чего резкий шорох стал громче. Спугнул кошку? Чуя на всякий случай открыл окно и выглянул на улицу. Или это Дазай подкрадывается? Чёртов суицидник, и где его носит? Он не сильно любит ходить один по улицам, видите ли ему «бесить некого». Но тогда зачем он спрятался в кусты? Неужто ему мало тех побоев, что тот получил в ходе очередной драки в столовой? — Осаму? — чуть повысил голос Накахара, продолжая вглядываться в кусты. — Скумбрия, если это ты, я добавлю синяков и сломанных рёбер в твою коллекцию, шутник херов. Но никто не ответил. Парень, пожав плечами, вернулся в комнату, не закрывая окно: пусть проветрится. Мятая рубашка поднялась с пола и улетела куда-то в сторону ванной комнаты. Неделя только началась, а это уже вторая грязная по самое не хочу. Мама точно подумает, что он нанялся школьным уборщиком или танцует брейк-данс прямо в коридоре; в крайнем случае, проиграл кому-то в карты и теперь служит его ковриком. Даже от падения с лестнице в начальной школе рубашка не была такой грязной. Правда, в тот раз она порвалась на обоих плечах, но благо рядом со швом, и нитки почти не были видны. Наверное, с тех пор Накахара и начал носить жилет, который обязательно снимал перед драками: он не только сковывал движения, но и слишком быстро пачкался, даже быстрее рубашек. Накинув поверх майки домашнюю футболку — переодеваться было ужасно лень, — Чуя отбросил желание спать в дальний угол сознания и принялся разбираться с портфелем. Так, что тут у нас? Учебник по алгебре, тетрадь для лабораторных по физике, черновик, фантики от конфет, украденных из-под носа одноклассника, разбросанные по всему рюкзаку ручки, дым… Стоп, дым? Парень вскинул голову и незамедлительно поднялся на ноги. Он ещё не заходил на кухню, чтобы успеть поджечь дом, да и дым слишком быстро распространялся. За считанные секунды он заполонил комнату настолько, что Чуя не видел абсолютно ничего. Он чуть было не споткнулся о собственный рюкзак в попытке дойти до двери. Дым этот был не от горения, он вообще гарью не пах. Со стороны левого уха послышались шаги. — Кто здесь? — крикнул подросток, загораясь красным свечением. Сквозь дым к нему подходила неизвестная фигура, почти с него ростом — точно не Дазай. Этот ушлёпок не особо выше, сантиметров на три-четыре, но походка и скорость приближения точно не его. Значит, на Чую всё-таки напали. Осознание пришло мгновенно, и парень взмыл к самому потолку, где из-за дыма было тяжело дышать, но другого выхода нет: снизу его легко могут схватить, особенно если этот человек обладает какой-то более разрушающей способностью. Активировать порчу вообще не вариант, ведь от дома останутся только щепки, а нахождение Осаму неизвестно: он может не успеть остановить бушующую силу Арахабаки, которая впоследствии убьёт рыжика. Оставалось только сбежать через окно или дверь, но и тут есть свои нюансы: у двери неизвестный, явно не намеренный отпускать добычу, а на улице может быть подкрепление. Да и окно предательски низко, он может не успеть пролететь до того, как его схватят. Дым заполнил комнату в считанные секунды, значит, это дымовая шашка. Такие прибамбасы активируются мгновенно, получается, её не могли спрятать тут и оставить на таймере. Причиной её появление либо дверь, либо окно. И если это всё же окно, на улице его точно поджидают. Чёрт! — Малыш, этим дымом опасно дышать в большом количестве. Ты можешь отравиться, — звучал женский голос со стороны двери. Любой подросток подумал бы: «Ха, да это простая тётка, я её одной левой!», — но Чуя знал, что в преступном мире женщины бывают коварнее и даже опаснее мужчин. — Странно это слышать от человека, который напал на ребёнка в его же доме. Вы не думали, что мафия сотрёт вас в порошок одним взглядом после того, как вы, европейские шавки, решились напасть на её младшего члена, — Чуя в принципе никогда не отличался вежливостью и намеревался продолжить гневную тираду, если бы не кашель от дыма. Всё-таки надышался. — Оу, значит, японская мафия уже в курсе о нашем визите? Вот ведь незадача, а я хотела поиграть с тобой подольше. Что ж, получается, времени терять нельзя. Дым скопился в верхней части комнаты, где находился подросток, а вот на уровне женщины почти рассеялся. Чуя осознал недостаток своего плана после того, как на его ногу нацепили что-то похожее на тюремный браслет, после чего парень больно рухнул на пол. Что это ещё за чертовщина? Гравитация сопротивлялась, после чего вовсе исчезла. — Что ты сделала с моей способностью? — воскликнул не ожидавший такого поворота Накахара, глядя снизу вверх на нападавшую. Женщина лишь лукаво улыбнулась, что ещё больше разозлила парня. Он вскочил на ноги и принялся в рукопашную наносить удары, от которых та ловко уворачивалась. Но вот незадача: не менее ловкий и быстрый малый всё же хорош в драках, и один удар пришелся по челюсти. От атаки или от неожиданности она упала на пол, где её толкнул под рёбра злой, как собака, и гордый, как лев, парнишка. — Сними эту чертовщину, пока я не превратил тебя в мясную котлету, — процедил сквозь зубы голубоглазый, тыча в лицо женщины левой ногой. Вместо ответной атаки она вцепилась в браслет зубами, и парень почувствовал влагу. Слюна. Неужели он настолько сильно её ударил, что она лишилась рассудка? — Хэй, его руками снимают. Доставай свой ключ и… — Повинуйся мне, носитель моей души! Слова звучали громко и победоносно, и стало ясно, что это их главный козырь: Чуя упал на пол полностью обездвиженный. Тело будто не слушалось, лишь глаза растерянно бегали по комнате, а изо рта лилась отборная брань. И где подростки понабрались столь плохих слов? Ох уж эти школьники. — Ну что, малыш, неприятно быть жертвой? — над ним встала брюнетка, её улыбка бесила пуще прежнего. — Твоя слюна имеет парализующий эффект? Какая мерзость. — Ты меня недооцениваешь, крошка. — Единственный, кто называл меня крошкой и до сих пор жив, это длинноногий упырь-стратег, которого мне просто не выгодно убивать. А вот с тобой я расправлюсь при первой же возможности. — Это мы ещё посмотрим. По лицу брюнетки было видно, что она хочет продолжить диалог, но её прервал мужской голос со стороны окна: — Ты ещё не всё? Сколько можно возиться с каким-то подростком? — Посмотрю на тебя, когда этот подросток попытается вас всех прикончить, — влез паренёк, сдув упавшую на глаза чёлку. — А тебе слова не давали. Лилия, если закончила, давайте уезжать, нам нельзя терять ни минуты. Женщина закатила глаза с выражением лица аля «За что мне такие напарники?» — Я тебя понимаю, мой напарник тоже дуб дубом. — А тебя не учили обращаться к старшим на «вы»? — Я в принципе не пользуюсь правилами, которым меня учат, тем более касательно вежливости и этикета. А ты хочешь, чтобы я делал исключение для своего убийцы? Ха, смешно. — Кто сказал, что я твой убийца? В наши планы не входит твоя смерть, ведь этим мы разожжём вражду между нашей и вашей мафией. Мы всего-навсего украдём тебя, — она мило улыбнулась, будто это в порядке вещей. — Тогда внесу поправку: я не буду делать исключения для своих будущих жертв. — Смотрю, ты упёртый малый, но позволь тебя огорчить: то, что ты сын двух мафиози и обладатель силы Арахабаки, ещё не делает тебя непобедимым. — Смотрю, вы любите недооценивать детей криминальных улиц. — Лилия! — снова крикнули со стороны улицы. — Да иду я! — нервно ответила она тем же криком. — Иди за мной, носитель моей души. Чуя неестественно вскочил на ноги и поковылял за женщиной, словно кукловод дёргал за ниточки марионетки. Перед главным входом их поджидали двое высоких мужчин, и Чуя почти был уверен, что у них нет способностей. Обычные телохранители с пистолетами за пазухой и навыками боя. В мафии большинство людей составляли такие же амбалы, которые были лишь массовкой. Парочку таких людей послали вместе с двойкой на их первое задание на случай, если парнишки не справятся сами. Сказать честно, мужчины сами не понимали, на кой черт их послали следить за разрушающим дуэтом, и поэтому разошлись уже в начале боя. Чуя проклинал их, когда они с Дазаем ковыляли домой. В драке помощь не понадобилась, но вот донести школьников хотя бы до штаба они могли. — И с этим коротышкой ты так долго возилась? — один из мужчин упёрся руками о ноги, наклоняясь к Накахаре. Улыбка была настолько бесячей, что Чуя без раздумий харкнул прямо в чуть приоткрытый рот. Победоносная ухмылка расплылась на лице, пока мужчина реагировал на наглый жест жертвы. — Лилия, вы бы удосужились парализовать ему ещё и рот, — отозвался второй, еле сдерживая серьёзное лицо. — Если бы это было возможно, я бы сделала это и без твоих замечаний. Когда первый мужчина перестал вытирать рот от слюни рыжика, его злые глаза встретились с голубизной очей юного мафиози: — Нам же разрешено его пытать, так ведь? — Вообще-то нет, но один раз ударить можно. Это останется между нами, — улыбнулась брюнетка. Довольно ухмыльнувшись, мужчина злобно потёр ладони, замахнулся и… отлетел на пару шагов назад. Самодовольное лицо обладателя низкого роста даже не дрогнуло: — Вы правда думали, что мощь Арахабаки можно погасить каким-то слюнявым браслетом на ноге? Если бы это было так, мой напарник давно убил бы меня, ведь это не просто моя способность, а моя душа. Погаснет внутренний Арахабаки хоть на секунду — умру я. — Лилия, что это значит?! — разгневался второй мужчина, пока первый продолжал потирать руку. — Я не знаю! Он потерял способность, подчинился моему приказу, а сейчас… создал щит? — Барьер гравитации, безмозглые. Может, твоя глупая способность и ослабила мой дар на девяносто восемь процентов, но оставшиеся два всё ещё под моим контролем. — Упрямый щенок, — процедила сквозь зубы женщина. Вдали показался проезжающий автомобиль, предположительно соседей с третьей улицы. Троица встрепенулась, женщина приказала Чуе залезть в машину, что тот против воли выполнил, и все четверо успели спрятаться до проезжающей мимо дома машины. — Мы так вовсе собьёмся с графика! Наденьте на этого ребёнка шапку и поехали. — Шапку? Я не собираюсь надевать ваше тряпье, только вшей мне не хватало. — Тебя никто не спрашивал, — Лилия кинула на худые ноги черную плотную шапку. — Надень её по самые глаза, носитель моей души. С омерзением парень натянул шапку, не пропускающую даже солнечных лучей. Чертова европейская мафия, нашли же, кого посылать! — Он готов, дави на газ. — Ну что, малыш Накахара, веселье только начинается!

***

Как и предполагал Чуя, Осаму надолго не хватило: в отличии от брата, шатен не любил долгие прогулки в одиночку. На самом деле он вообще не любил оставаться надолго один, если этого не требовалось: в мысли лезли серьёзные и «взрослые» вопросы и проблемы, он вспоминал слова родителей, думал, как дальше быть, что ему ещё предстоит пережить, что может случиться, если он вдруг допустит маленькую, но серьёзную оплошность, и сможет ли он пережить смерть единственного близкого человека — Чуи. Несмотря на их своеобразные взаимоотношения, рыжик был единственным человеком, которого Дазай знал всю жизнь. Хочешь не хочешь, но привяжешься, когда почти полные сутки в течение 13 лет находитесь вместе. На прошлом задании, когда Чуя полез напролом через главный вход, Осаму пробирался по заранее изученным тайным ходам и подстреливал затаившихся врагов, которые могли исподтишка напасть на расслабленных мафиози. Он задерживался буквально на пару секунд у темных окон, чтобы увидеть обстановка в главном зале: Чуя с диким весельем разбрасывался людьми, как детскими палочками для счёта, а пули отскакивали от него, словно мячи от батута. На лице невольно появлялась улыбка: он справляется, за него можно не переживать. Осознание, что единственный близкий человек — брат — обладатель могучей, но разрушающей способности, далось тяжело. Ведь если Осаму не успеет, если он задержится на минуту или две, если он будет не в состоянии дотронуться до брата — он погибнет, и Дазай погибнет вместе с ним. Шатену приходилось просчитывать всё на много шагов вперёд, учитывать каждый возможный исход событий и не забывать про детали и лимит напарника. Удерживать столько информации в голове обычному человеку крайне сложно, но для Дазая это вовсе не проблема. В бою он, может, и не самый главный воин, но вот его мозги точно на вес золота. Ему не раз предлагали стать одним из глав Портовой мафии, но мальчик твердил одно и то же: «Сначала окончу школу, а потом посмотрим». Конечно, он уже давно согласился на эту должность, но совмещать ежемесячные самостоятельные и роль главы будет нелегко физически. Стратегические навыки и не детский ум плоды не только изученных книг и лекций Мори: предположительно, в большей части они передались мальчику от родителей. Оба супруга были начитаны и очень умны, их план никогда не давал сбой, а миссии всегда заканчивались успехом. Осознание, что одна оплошность мальчика привела к гибели обоих родителей, не давало покоя. Это ещё больше заставляло Дазая создавать идеальный план без единой задоринки. Всё должно пройти четко по плану, иначе карточный домик рухнет от неточного движения или лишнего вздоха. Перед входом в особняк Осаму пустым взглядом оглядел дверь. Загадочные золотистые узоры покрывали тёмно-красное, на первый вид, дерево, но на самом деле дверь дома мафиози состояла из отборного металла, скрывающего все шумы и выстрелы в доме «обычной» семьи. Нет такого понятия как «жизнь без ссор и ругани». В обычных семьях супруги ругаются на повышенных тонах, ломают посуду, кричат на детей, дети кричат на родителей, иногда доходит до рукоприкладства. В семьях одарённых мафиози дела обстоят чуточку по-другому: супруги ругаются на кухне, одарённая жена оглушает всех вокруг своим криком, даже не напрягаясь при этом, муж в ответ выдаёт свои козыри, а если ссора затягивается, разнимать родителей лезут уже не менее одарённые дети: Чуя влетает в комнату и лёгкими манёврами подталкивает родителей к брату, который аннулирует их способности, объявляя ничью. Конечно, за такие вмешательства ярость родителей переключалась на отпрысков, но парни этого и добивались: они не раз отлынивали от наказаний или сбегали с арестов, а дом и семейный очаг в любом случае останутся целы. Натянув улыбку на безжизненное лицо, шатен зашел внутрь и направился прямой наводкой на кухню. В любом случае Чуя либо дрыхнул в кровати, либо сидел за уроками, поэтому проверять эту атомную бомбу нет смысла, а поиграть на его нервах можно будет и после обеда. По телосложению парней можно было сделать вывод, что они едят раз в месяц хлеб с водой, а остальное время голодают. На самом же деле подростки имели волчий аппетит, они могли за день опустошить набитый холодильник, при этом не поправляясь ни на грамм. Вся еда уходила в силу и энергию, а они в свою очередь тратились на тренировки и учёбу. Иногда у мальчиков настолько не было времени сбегать и подогреть обед, что Чуя просто «приносил» холодную еду в комнаты, и парни обедали, не отвлекаясь от занятий. Помимо погреба под домом был тренировочный подвал, где парни занимались, если не успевали ходить в ПМ. Лимит гравитации Чуи не позволял ему приносить еду из кухни в подвал, и в таких случаях за пропитанием бегал Неполноценный. В такие моменты Осаму не ленился подогреть готовую еду в микроволновке, за что Чуя был ему очень благодарен (но конечно вслух не признавался). В холодильнике заботливо оставленная кастрюля Накахарой-сан была не тронута, значит, рыжик ещё не ел. Что ж будешь делать с этим трудягой-лентяем? И так ростом не выдался, так ещё и исправляться не хочет. Вздохнув, Осаму взял на себя роль хозяйки и подогрел две порции. Если эта тыква вместо головы спит, шатен не постесняется разбудить его криком «Рота подъём!» или стаканом холодной воды в личико. Заодно устроят пробежку по всему особняку. Осаму с подносом в руках открыл дверь с ноги, уже готовый принимать удар братца, но на его удивление в комнате никого не было. Неужто этот отличник сразу направился в ПМ или подвал на тренировку? Ещё и на голодный желудок, вот отбитый. Не желая спускаться проверять подвал, Дазай взял мобильник и набрал номер Чуи.

Телефон зажужжал в кармане школьных штанов. Чёртова вибрация прошла по всему сидению, через пару секунд послышался рингтон. — Что это ещё такое? — испугалась Лилия. — В вашей Европе нет мобильных телефонов? Мне вас жаль. Женщина бесцеремонно перевернула мальчика и вытащила телефон из заднего кармана. — Кто такой «Скумбрия»? — Не ваше собачье дело, — как-то обиженно отмахнулся рыжик. Лилия ровно посадила парня на сидение: — Сейчас ты берёшь трубку и говоришь ему, что всё нормально, ты просто вышел погулять или ещё что-нибудь обыденное. — Сейчас ты перестаёшь мне угрожать и выпускаешь из машины, — довольная ухмылка, не закрытая шапкой, блеснула в солнечных лучах.       Женщина подавила в себе желание ударить жертву, злобно глядя на экран. Что за упёртый человек звонит столь долго и настойчиво? Наконец, когда звонок прекратился, Лилия отключила смартфон и швырнула в дальний угол сидения.

Перезванивать больше трёх раз смысла не было: телефон отключен, и включать его никто не собирался. Ебаный рыжик, ему тут обед на подносе в прямом смысле принесли, а он мало того, что трубку не взял, так ещё и телефон выключил. Остудив свой пыл, Дазай пораскинул мозгами: если вспомнить прошлые непринятые звонки, Чу перезванивал при первой появившейся возможности. Если телефон выключили сразу после первого звонка, значит, его слышали или как минимум увидели надпись «непринятый вызов» на экране. Хоть отношения между братьями враждебные, телефонные звонки никогда не пропускали по своему желанию, в какой бы ссоре они не находились. Обед в тарелках стыл, пока Осаму наворачивал круги по комнате в раздумьях. Мысль об атаке неизвестных пришла в первую очередь, но волнение за близкого пыталось найти более безобидный случай: может он на важном переговоре с Мори-саном, или злой тренер саморучно выключил телефон подопечного, пока тот тренировался. Оправданий нашлось много, Дазай уже облегчённо вздохнул, пока не споткнулся обо что-то тяжёлое и не упал. Что за хрень? Рюкзак Чуи, что валялся посреди комнаты, он сразу пнул под стол, чтобы ходить не мешал. Растирая ушибленные о твёрдый ковёр ладони, Осаму обернулся на причину падения: тонкий и достаточно длинный железный цилиндр валялся у стены. Шатен взял сравнительно тяжёлую находку в руки и принялся осматривать. В память врезались моменты из началки: дети бегали по нижним этажам мафии, один догонял другого из-за очередной ссоры. Смеющийся Дазай забежал в комнату, дверь которой забыли закрыть, Чуя влетел за ним. На удивление мальцов, комната представляла собой хранилище оружия: автоматы и пистолеты всех калибров, гранаты, кинжалы, большое количество патронов разных размеров и форм, а на одном из больших ящиков красовалась красная надпись «Дымовые шашки». Оружия школьники и так видели много, а вот дымовые шашки были обнаружены впервые. Враги общими силами упорно пытались открыть ящик, однако тот отказывался поддаваться. На одной из его сторон была приклеена бумажка с какими-то цифрами-буквами, а рядом — распечатанный рисунок шашки, которую 13-летний Осаму держал в руках. Все сомнения вмиг рассеялись, шатен крепко сжал железку в левой руке, правой быстро набирая номер Огая — этот человек был единственный, кто не подвержен риску умереть от звонка мобильного и знает местонахождение большинства своих людей. Сообщить ему о случившемся — самый правильный вариант. — Добрый день, Дазай, — весело ответили на той стороне. — Ты как раз вовремя. Я тут для Элис платье новое выбираю… — Чую похитили! — перебил шатен говорящего, особо не задумываясь о правилах этикета. — Не добрый, — сразу помрачнел Огай-сан. Если Осаму перебивает босса и орёт в трубку — дело серьёзное. Не часто забинтованного шатена охватывают эмоции. — Жди на месте, никуда не иди один. Сейчас мы приедем и всё решим. Не волнуйся, с твоим братцем ничего не случится. Ответить не позволили — в трубке послышались гудки. Конечно, Осаму не собирался сидеть на месте и ждать взрослых. Он вышел на улицу, осмотрел проезжую часть, место рядом с домом, участок у окна в комнату мальчиков. Ветки кустов, за которыми так следила Накахара-сан, поломаны у самых корней, газон растопчен, а среди зелёной травы у дороги блестят рыжие волоски. Машины тут проезжают крайне редко, когда парни шли домой, таких следов от шин точно не было, иначе один из них пустил бы шутку на этот счёт. Дазай сделал вывод, что европейские агенты приехали за Чуей, спрятались в кустах, бросили шашку в комнату, а когда тот вылетел из окна (что рыжик часто делал, недолюбливая обычные двери), спокойно поймали и оглушили ударом в голову. В принципе, всё логично и правдоподобно. Но неужели до слизняка не дошло, что сбегать в окно — значит попасть в капкан? Он, конечно, туповатый, но до такого его тыква вместо головы должна додуматься. Получается, сбежал он не через окно. Если его не поймали на улице, следовательно, его поймали ещё в доме. Дверь была на удивление открыта, хотя, уходя, шатен четко слышал, как Накахара поворачивает ключ в замочной скважине. Взрослые говорили, что агентов будет несколько, ведь с одним любой одаренный ребёнок справится на раз-два. Один страховал у окна, второй вломился через дверь? Чуя успел бы пролететь через проход. Значит, через дверь вломились двое как минимум. Или же один одарённый? Тогда какая должна быть у него сила, чтобы поймать Арахабаки-штаны-на-лямках. Со стороны дороги послышался шум, который мог исходить только от оравы мафиози. Осаму глянул на наручные часы: «Быстро же они, и полгода не прошло». Мальчишка уже готовил ответы на многочисленные вопросы старших, однако Дазая лишь оттолкнули в сторону, чтобы тот не мешал профессионалам. Да как они смеют ни во что не ставить человека, который почти разгадал пропажу младшего Накахары?! Осаму уже хотел было качать права, но вовремя остановился: из машины выбежала белокурая девочка с яркими голубыми глазами, точь-в-точь как у Чуи, а за ней вытянулся Огай Мори. К боссу подошли агенты, докладывая о найденных за минуту уликах, но тот лишь поднял раскрытую ладонь, призывая всех к молчанию. — Где Дазай? — первым делом спросил Мори-сан. Взрослые расступились, освобождая путь подростка к боссу. — Что ты успел разузнать? Босс, хоть и сказал Осаму просто ждать, прекрасно знал своего подчинённого, чтобы догадаться о его расследованиях. — Агентов было больше двух, один одарённый, вошел через главный вход, оставшиеся ждали у окна и забросили туда дымовую шашку. Чую поймали ещё в комнате, увезли на машине в неизвестном направлении, — парень протянул железный цилиндр на раскрытой ладони. — Где в это время был ты? Почему оставил Накахару одного? — босс нахмурился, отчего даже улыбка с лица златовласой девочки пропала. — Я хотел дать ему остыть и пошел прогуляться, — виноватый тон звучал тише ранее сказанного доклада. — Предполагаю, Накахара-кун вдоволь остынет по пути в Европу. Остаётся надеяться, что мы успеем до их вылета. Кошки скребли на душе. Опять из-за необдуманного поступка близкий человек Осаму в беде. Знал же, что не стоит оставлять этого слизняка одного, так чего оставил? — Босс, мы отследили их местонахождение. Заброшенная фабрика на… — Мне не к чему адреса. Садимся в машину и выдвигаемся. Группа Накахары скоро закончит с миссией, пришлите им координаты фабрики. Взрослые оперативно вернулись в машины, оставив подростка стоять и хлопать глазами. Огай ничего ему не сказал, значит, хочет оставить дома. Ну уж нет! — Мори-сан, я поеду с вами. — Детям не место на миссиях по спасению членов мафии, — хоть мальчики не являлись официальными сотрудниками ПМ, все с самого начала называли их «младшие мафиози» и считали полноправными членами организации. Да и детьми их никто не называл, кроме родителей, Коё и, конечно, Мори. — Но я могу быть полезен, я уже не ребёнок! Иначе вы не отдали бы мне место одного из пяти глав. Я полезен, и вы это прекрасно знаете. Я поеду с вами. Голос звучал твёрдо, а худые ручонки уже открывали тяжёлую дверь авто. — Ты уже проворонил его один раз, — надавил на больное Огай. — Вот именно. Я обязан исправить свою ошибку, — парень поправил бинты на глазу, и Мори только сейчас заметил спрятанный за пазухой пистолет. — Никто не имеет права наносить вред этому пройдохе, кроме меня.

***

Заброшенная фабрика на окраине города, как банально. Машины мафии, такие громкие в городе, почти беззвучно подъехали к тайному убежищу врагов. Мафиози максимально тихо пробрались до входа, некоторые умудрились подняться до высоких окон, чтобы отследить обстановку внутри. Аккуратность и беззвучность были излишни: трое взрослых спокойно сидели на пыльных стульях, а в десяти метрах от них стоял Чуя. Агенты смеялись вовсю, с лица не уходили широкие улыбки, пока ребёнок крыл их отборной бранью. На удивление мафии, Чуя за всё наблюдение ни шелохнулся, что крайне не похоже на драчуна. Был сделан вывод: его кто-то контролирует. — Это вам с рук не сойдёт, твари! Вот увидите, портовая мафия разгромит всю вашу организацию, не успеете и глазом моргнуть! — Крошка, нам уже всё сошло с рук! — парировала Лилия. — Я даже не думала, что поймать сына сильнейших в бою мафиози будет так легко. Хотя, что скрывать, все карты изначально были нашими. — Ты лжёшь. Пока мы в Японии, ещё ничего не решено. — Не переживай, совсем скоро мы полетим в Европу, осталось подождать два часа до первого самолёта. — Через два часа ваша голова будет валяться отдельно от тела, мымра. — Малыш, — Лилия поднялась и стала медленно приближаться к мальчику, — почему ты решил, что твои любимые родители вместе с мафией помогут тебе? Мы знаем всё о самых сильных мафиози. Мы знаем, что твои родители могут умереть от обычной пули, попавшей в их большое сердечко. Большое и доброе сердечко, которое они готовы отдать ради тебя. Да, может в бою они и сильны, но не перед всеми пули витают в воздухе, не так ли? Широкая улыбка и сказанные слова заставили вспомнить несколько случаев, когда родители действительно были подстрелены. Их ранили самыми что ни на есть простыми пулями, которые могли привести к печальным последствиям, если бы не вовремя оказанная медицинская помощь. В голову врезались слова Дазая: «В бою я обычный ребёнок, один выстрел — и я труп. Передо мной пули не висят в воздухе», сказанные в ванне несколько месяцев назад. А ведь он прав, не все способности оберегают от пулевых ранений. И, к сожалению, его родители одарены именно такими способностями. — …А это место, — продолжила она шепотом на ухо, — просто напичкано пулемётами, которые я могу активировать одним нажатием на кнопку. Это последние технологии — они нацелятся на бьющиеся сердца людей и вмиг заставят их остановиться. — Даже если это так, — процедил сквозь зубы рыжеволосый, — вам ни за что не справится с кучей наших людей, мы выигрываем как минимум в числе. А вот эти слова были правдой: фабрику окружили как минимум тридцать мафиози, и все чего-то ждали. — Почему мы не нападаем? — уже истерил Осаму. — Мы теряем время! — Ждем группу Накахары, — спокойно ответил Мори-сан. — Без них начинать нельзя. — Но нас много, мы можем… Огай кинул на подростка нервный взгляд, заставив замолчать. — Переживания не дают тебе здраво мыслить. Остуди пыл и подумай хорошенько обо всех рисках и вариантах, как ты делаешь обычно. Одна осечка может привести к смерти твоего некровного брата. Слова звучали как пощёчина, и Дазай отшатнулся назад. Босс прав, ему нужно взять себя в руки, не время играть в героя. На кану стоит жизнь голубоглазого балбеса. Раздался звонок. Мори, спокойный, как удав, поднял трубку: — Да? Замечательно, ждем с нетерпением, — короткий разговор подошел к концу, взгляд снова впился в шатена. — Они приближаются. Можешь идти, с остальным разберёмся мы. Твоя цель: освободить гравитацию Чуи. Она нам понадобится как минимум для вашего побега, если что-то пойдет не так. — Мне не удастся дотронуться до одного из них, они натравят на меня Чиби. — Тогда придумай что-нибудь. Как и следовало ожидать: обычному члену группировки дали бы чёткие указания, а Осаму пустили на самотёк, зная, что подросток в любом случае выкрутиться. Даже если бы ему расписали все действия по пунктам и протянули листочек со сценарием, шатен скомкал бы его и бросил в ближайшую урну, намереваясь следовать своему давно уже придуманному плану. Так работал любой уверенный в себе стратег, а если речь идет о подростке, можно быть уверенным, что тот специально пойдёт по другому пути назло руководителю. Мол, я и без ваших глупых инструкций могу справиться, бестолочи, лучше смотрите и восхищайтесь моим умом. Шатен кивнул и направился к единственному входу. Благо, фабрика была напичкана разными ящиками и неисправленными машинами, прячась за которыми шатену удалось приблизиться к цели. Узнать что-то у Чуи и не попасться не получится: враги сразу всё просекут. Подобраться к ним тоже не выйдет: слишком далеко, да и надёжного пути нет. Если Осаму покажется, на него натравят Чую, но рот его они не контролируют (его длинный язык никто не может контролировать, даже способностью), так что рыжик может подсказать Осаму противоядие. Но раскрыться надо так, чтобы это выглядело случайно, иначе враги просекут подмогу. Чертов Чуя, сколько же от тебя проблем! Дазай спрятался за самым близким к Накахаре автомобилем и принялся махать руками, пытаясь обратить внимание брата на себя. Долго ждать не потребовалось: удивленный взгляд голубых взгляд приковался к мумии, а поднятая бровь так и говорила: «Ты что тут забыл, пустоголовый?». «Да-да, Чибикко-кун, я тоже не рад тебя видеть», — пронеслось в мыслях. — Кто умудрился поймать самого бога разрушения и запутанных волос? — прошептал Осаму, зная, что тот услышит. — Я тебе голову сверну, как только выберемся отсюда, скумбрия бинтованная. — Я вообще-то тебя спасти пришел, неблагодарная ты скотина. Лучше скажи, что за великий кукловод тобой управляет? — Я им управляю, — громко раздался голос Лилии. — Какая милая сцена! Друг пришел спасти нашу марионетку. Как жаль, что я вам этого не позволю. — Позвольте вас поправить, — Осаму встал во весь рост, выходя из укрытия, — не друг, а брат. — Брат? — удивилась женщина. — В нашей базе данных не говорится о втором сыне семьи Накахары. — В вашей базе данных есть информация о людях, а ходячая мумия и человек — разные вещи, — усмехнулся Чуя. — Посмотрим, что ты скажешь, когда эта мумия тебя спасёт, — пробубнил Дазай. — Не стоило мне оставлять тебя одного, слизняк. Так и знал, что вляпаешься в неприятности. — Ну-ну, не вини его, — Лилия уже второй раз влезла в разговор, что начинало раздражать. — Дети всегда слабее взрослых, одаренные они или нет. Это естественно — быть слабым. — Кого ты там слабым назвала, тварь?! Если бы не ваш проклятый дым, ты в жизни не поймала бы меня! — Настоящие мафиози должны быть готовы к любым неприятностям. Неужели ваша японская мафия не научила юных сотрудников таким простым правилам? Что ж, ничего страшного, в Европе мы всему тебя обучим. Ну, а пока… избавься от незваного гостя, носитель моей души! Ранее опущенные руки Чиби дёрнулись вверх, словно их потянули за нитки, и рыжеволосый уже как обычно набросился на брата, но отличие всё же было: удары выглядели куда враждебнее старых драк. Осаму знал все приёмы брата, каждый выпад и замах, что позволяло уклоняться от большинства ударов. Без помощи гравитации Чуя был чуточку медленнее, и Осаму сыграло это на руку. — Как она тобой управляет? — приблизившись к брату, спросил Осаму, тут же отпрыгнув от удара левой руки. — На ноге какая-то железка, там её слюна. Кажется, именно она нас связывает, — Чуя попал Осаму в бок, из-за чего второй согнулся, — Дазай, назад! Шатен послушался, поддавшись спиной назад, что позволило увернуться от удара с ноги. Чуя не желал зря травмировать братца (вот выйдут отсюда, и отметелит его как следует, но сейчас он нужен ему дееспособным) и потому по возможности предупреждал об атаках. Стиль боя изучен хорошо, но не всегда есть время понять атаку, проанализировать и уклониться. — Мне теперь его снять надо? Ох, Чиби, я тебя ненавижу, — простонал Осаму, еле успев пригнуться от хука справа. — Хватит паясничать, идиот! Не знаю, можно ли его быстро снять, чтобы я в это время тебя не убил, но аннулировать его ты точно способен. — Слышать из твоих уст, что я на что-то способен, действительно воодушевляет. Осаму отвлёкся, пропустив удар в челюсть. — За этот извиняться не буду, заслужил, — вставил Чуя, разворачиваясь для замаха ногой, — Пригнись, шпала! Подчиняться приказам обладателя рыжих волос не входило в планы Дазая, но быть избитым, между прочим, тоже. Нагнувшись, забинтованная рука потянулась к ноге с браслетом, но тут же получил коленом в живот. — Предупреждай, имбецил! — шатен прижал руку к месту удара, согнувшись от боли. — Я сам не знал! Не забывай, что двигаюсь не самостоятельно. Направо! Дазай не мог пошевелиться, боль пульсировала и отдавалась по всему телу, а осознание очередного удара пришло только после того, как его откинуло в сторону. — Это ещё что?! — сбесилась Лилия, в ярости вскочив со стула. Осаму лишь удивлённо хлопал глазами: его не ударили, а лишь оттолкнули. За секунду до этого он, кажется, увидел красное свечение. Чуя вернул гравитацию? Во время опасности обладатель рыжих волос так же отталкивал шатена в сторону своеобразным сгустком воздуха. Неужели он провернул этот приём перед ударом? Глаза устремились на брата: рыжик стоял на месте, было видно, как тело тянется к Осаму, но парень сдерживает его. Красное свечение гравитации блекло моргало, как еле дышащая лампочка в старой люстре. — Избавься от нежданного гостя, носитель моей души! — повторила крик Лилия. Тело Чуи с большей силой потянулось на Осаму, подросток зажмурился, пытаясь остановиться. — Мумия, сейчас! — сжав до боли кулаки, крикнул коротышка. Объяснять не пришлось: шатен бросился в ноги брата, вытянутой рукой дотронувшись до браслета. Наконец освободившийся от способности брюнетки мальчик упал на землю, пытаясь отдышаться. Осаму не составило труда расстегнуть браслет и отбросить в сторону, проводя ладонью по рыжей макушке, поглаживая: — Не знал, что ты будешь так стараться не ударить меня, Чибикко-кун. — Отвянь, — парень злобно отпихнул забинтованную руку. — У меня не оставалось выбора, ты скривился от одного удара, хотя он был даже не в полную силу. — Ты весь бой сдерживался? Я сейчас расплачусь. — Не время нюни распускать, — Накахара медленно поднялся, вкладывая все оставшиеся силы в победную ухмылку. Дазай знал, что тот окончательно вымотался, но показывать врагу свою уязвимость ни в коем случае нельзя. «Даже если вам невыносимо больно, выпрямите спину. Если не осталось сил, ухмыльнитесь. Деритесь до конца и ни за что не показывайте врагу свою слабость — это прямой путь к поражению», — твердил им отец Осаму, когда уставшие дети лежали на полу после выматывающих тренировок. Двое подростков против троих взрослых. В любой другой ситуации победа была бы за старшими, но не в этой: самодовольные коварные улыбки детей светились уверенностью в своей победе. У них было всё: сила, навыки боя, аннулирование способности, своеобразный телекинез, щит от пуль, безошибочные стратегические решения. Несовершеннолетние и непобедимые машины для убийств, ей богу. Чуя хотел было начать атаку на врагов, стоящих неподалёку в полной готовности отражать удары, но его опередили: в фабрику со всех возможных ходов ворвались мафиози, быстро уложив врагов на лопатки. — Молодец, Осаму, — к мальчикам подошел Мори, его лицо обрамляли чёрные прямые волосы, — ты успешно справился со своей задачей. — Так точно, босс, — улыбнулся шатен, глянув на сжатого рыжика. Видимо, парня охватил стыд, ведь из-за него мафии пришлось отложить более важные дела на потом. Осаму с ещё более широкой улыбкой обнял рыжика. — На самом деле, Чуя тоже постарался на славу: если бы он не сопротивлялся способности, мне было бы куда тяжелее её остановить. — Вот оно как? — босс чуть приподнял брови в знак удивления. — Чуя-кун, ты смог сопротивляться? — Ну, вроде того… — рыжий даже не пытался отстранить Осаму по неизвестной причине: либо слишком вымотался, либо не хотел избивать спасителя при боссе. — Я рад, что вы быстро взрослеете. Можете отдохнуть, на этом ваша миссия окончена. Босс отвернулся и ушел к группе взрослых, а мальчики продолжили смотреть ему вслед, хлопая ресницами. — Вот это да, Чиби! Нас похвалил сам босс! — Осаму ещё сильнее сжал ручонки, будто пытаясь задушить коротышку. — Да-да, я слышал. Может ты уже отпустишь меня? — Чуя косо смотрел на брата, что продолжал висеть на его шее. Закатив глаза, парень ради приличия похлопал рукой по спине шатена. — Ладно, ну хватит, мы справились, можешь отпускать. Но Дазай будто не слышал рыжика, он продолжал глупо улыбаться, даже не намереваясь разжимать руки. Терпение Чуи подошло к концу: он и так еле на ногах стоит, так тут ещё мумифицированная скумбрия на нём повисла, — и отпихнул прилипшего к нему идиота. Осаму лишь фыркнул, отвернувшись. Ну и не надо, ну и пожалуйста! Старшие мафиози обезоружили троицу, Мори приказал вести их в штаб мафии для опроса, а там уже разберутся. Родители Чуи поспешили к мальцам, желая узнать, какого хера это всё произошло? Дружные отношения младших мафиози вмиг растворились, и парни принялись оправдывать себя, перекидывая вину на другого. Родителям ничего не оставалось, кроме как облегчённо вздохнуть: они живы, и это главное. Когда вся работа подошла к концу, большая часть людей расселись по машинам, намереваясь возвращаться в город, а семья Накахары с двумя мужчинами в костюмах остались: места попусту не хватило, и им вызвали автомобиль, оставалось дождаться его. Супруги велели детям далеко не отходить, ведь фабрика наверняка набита разными ловушками, но стоило Осаму немножко подколоть Чую, как подростки устроили убийственные догонялки по всей фабрике. Ну, что с них взять? — А что это у тебя? — один из стоящих у входа мужчин указал на след помады, что красовался на щеке второго. — Да эта кудрявая лезть начала, похоже мужика давно не было. Видать, успела меня «пометить», — усмехнулся тот. Увы и ах, но причина поцелуя была не совсем во влечении: мужчина, которого женщина так старалась поцеловать, хранил в карманах своего пиджака конфискованные телефоны. Однако мобильник Лилии не совсем им являлся — это была лишь маскировка, на самом деле гаджет представлял собой пульт управления ряда огнестрельных оружий, спрятанных по всей фабрике. «Если план провалится, убейте их, — велел босс Европейской мафии до отправления тройки. — Не достанутся нам, так пусть не достанутся никому». Женщина, сидя в машине, шепотом продиктовала мужчине каждое действие для активации пулемётов: «достань телефон в синем чехле, набери код из пяти цифр, нажми на красную кнопку в левом верхнем углу. Три. Два. Один. Прощай, семья Накахары».

Минутой ранее

— Осаму, ты поплатишься за это! — кричал Чуя, почти догнав брата, но тот предательски свернул в сторону, из-за чего Накахара чуть не упал на бетонный пол. — Чуууя, ну чего ты? Я же пошутил! — весело парировал Дазай. Ему очень повезло, что рыжик слишком устал, чтобы использовать помощь гравитации. — Возьми свои слова назад, ублюдок! — Неа, ты же знаешь, я никогда не делаю подобного. То, что вышло из моего великого рта, больше туда не вернётся. — То же могу сказать о твоих зубах, которые я тебе выбью! Усилив рывок даром, Чуя повалил Дазая на пол, усевшись верхом, и замахнулся правой рукой, левой держа суицидника за воротник. Всё происходило на глазах у родителей: мальчики оббежали фабрику раза два, а Чуе удалось поймать задиру на том же месте, откуда началась погоня. Взрослые были достаточно далеко, и Чуя знал: они не успеют его остановить до удара. Вот теперь-то Осаму получит по заслугам, и плевать, что ранее он и так был избит голубоглазым. Дазай даже не закрывал лицо руками, а хитрая улыбка продолжала сиять на лице: он знал, как Чиби это бесит. Голубые глаза так и горели яростью, Осаму же спокойно лежит, не ёрзает и не пытается сбежать. Подумаешь, ещё один синяк под глазом. Сегодня Чу-чу и так его отметелил под воздействием способности той брюнетки и в школьном буфете. Одним ударом больше, одним меньше — нет никакой разницы, всё равно парень уже привык к боли, хоть и ненавидел её всей душой. Боль, собаки и Чуя (первые два у шатена ассоциировались как раз таки с третьим) — единственные вещи, которые Осаму ненавидел. Увы, но первая и последняя преследовали Дазая всю жизнь. Вот и сейчас третья ненависть принесёт первую. Кулак вот-вот прилетит в лицо шатена, но мальчик замечает блеск со стороны ящиков. — Чуя, обстрел! — почти крикнул шатен. Послышались выстрелы, Осаму закрыл голову руками, но это было излишне: внезапно образовавшийся гравитационный барьер сдержал все выпущенные пули. Осаму выдохнул, посмотрев на своего спасителя, но радоваться было рано: со стороны взрослых донеслись выкрики. Дети повернули головы в сторону старших: тела в черных плащах и костюмах безжалостно разрывали огнестрелы со всех сторон, заставляя продырявленных взрослых отшатываться от каждой пойманной пули. Мальчики словили на себе взгляд падающих трупами родителей. Как только обоймы закончились, Чуя, забыв про усталость, сломя голову бросился к родителям. Бездыханные тела лежали в луже крови, рыжие волосы отца пропитались его же кровью, а голубизна маминых глаз потускнела. Парень упал на колени, пелена слёз затуманила ужасную картину, из горла раздался истошный крик потери, что был слышен за пределами фабрики.

***

Потирая запястья от наручников, Осаму медленно приблизился к курильщику, что стоял, облокотившись о кирпичную стену: — Чуя, сколько раз тебе говорить: курить после каждого задания чревато для твоих лёгких Рыжеволосый сделал вид, что не услышал напарника, затягиваясь по новой. Осаму, вздохнув, оглядел кучу трупов на площади. Гробов не хватит, придётся рыть братскую могилу. А ведь эти люди даже не подозревали, что их убьют несовершеннолетние члены вражеской организации. Шатен повторно глянул на штакет напарника: — Откуда у тебя они? — Осаму давно вызубрил марки всех сигарет, которые обычно курит слизняк, а эту видит впервые. — Они же, вроде бы, дорогие. — Нашел в кармане одного из убитых. Видимо, главарь хорошо им платил. Шляпник достал из кармана плаща почти целую спизженную пачку, показывая упаковку мумие. — А ты знал, что сигареты препятствуют росту? Наверное, поэтому ты ни чуть не вырос со средней школы. Шутки про рост всегда кончались плохо для самого шутника: Чуя в последний раз затянулся и выпустил дым в самодовольное лицо Дазая, а пока тот откашливался, потушил сигарету о его плащ. Реакция последовала незамедлительно: Осаму с выпученными глазами смотрел на испорченную одежду, пока улыбающийся Накахара засовывал пачку обратно в карман. — Чиби, ну что ты наделал? Это же был подарок Мори-сана! — Противно-истерическим голосом начал жаловаться напарник. — Как я теперь ему в глаза смотреть буду? — Я тебя умоляю, когда это Осаму Дазай перед кем-то испытывал чувство стыда? — Вот тогда! — обиженное выражение лица сменилось хитрой улыбкой. — Не удивляйся, если однажды в твоих перчатках будет вырезана мордочка кошки. В глазах бога гравитации сверкнули молнии, Чуя злобно глянул на скумбрию, уже намереваясь прирезать своим ножом. Длинноногий выскочка лишь продолжил глупо лыбиться, подняв руки в жесте «я сдаюсь»: — Шучу, шучу. Неужели ты действительно поверил, что я способен на такое коварство? И не зазнавайся, это не из уважения к тебе. — Знаю, — коротко ответил Чуя, поправляя перчатку на ладони. — Когда-нибудь они будут обтягивать кисти. — Ну, если ты дорастешь до роста отца, то всё может быть, — Дазай покосился на чёрные перчатки, с внутренней стороны которых почти стёрлась от времени надпись: «Собственность Накахары». — Клянусь, если когда-нибудь твоя способность даст сбой хотя бы на некоторое время, я забью на весь риск и натравлю на тебя Порчу.