Вибратор Герца

— Мне надо проветриться. Северус встал. Замер, часто моргая, но быстро взял себя в руки и пошёл на выход. Ремус порывался пойти за ним, но Сириус махнул ему рукой, мол, сиди, и поднялся сам. Но его путь шёл через кухню, чтобы взять ещё бутылку виски, так что Снейпа он чуть-чуть упустил. Ну как чуть-чуть… Когда Сириус, накинув перед этим куртку, вышел на улицу, слизеринца не было видно. Блэк огляделся, немного запаниковал. На самом деле он смутно осознавал, насколько Северус может опьянеть. Да чего там, сам Северус смутно это понимал, поскольку никогда не пил. Стойкое отвращение к алкоголю у него появилось ещё в детстве, когда он наблюдал за пьянками отца, и сейчас он напрасно надеялся, что его не возьмёт то количество спиртного, которое он выпил. Жгучее чувство в груди растеклось сразу же, а сознание немного повело. Но он всё ещё трезво мыслил и ровно шёл, на самом деле верно решив проветриться. Снейп всего лишь обошёл дом, сев на заднем дворе на скамейку, даже не скинув перед этим с неё снег. Он часто дышал, стараясь унять бешеное сердцебиение, притом это было не из-за виски, а из-за его собственных волнений. Больше, чем компании мародёров, он боялся только стать таким же, как отец. Неуправляемым пьяницей. Если рассматривать страхи, на третьем месте шёл Тёмный Лорд. Северус не понял, почему сейчас подумал о нём, видимо, настолько помутился рассудок. А ещё от мыслей о Лорде предплечье начало неприятно жечь, но всё это было лишь самовнушением — метки слизеринец не имел и общался с Волан-де-Мортом только через других пожирателей. Это, на самом деле, только подливало масла в огонь и добавляло страха при мыслях об этом волшебнике. — Вот ты где. — Довольно радостно заявил Блэк, вылезая из-за угла дома. Он только подошёл, как Северус поднялся со скамьи, отходя на несколько шагов в противоположную сторону. — Не ходи за мной. — Снейп круто развернулся и почти что ровно пошёл в сторону дороги. Разумеется, для Сириуса это было скорее «пошли, чего покажу», так что вообще не удивительно, что он просто пошёл следом. Назревал логичный вопрос, куда они, собственно, идут, ибо Северус, выйдя на дорогу, определённо шёл в каком-то конкретном направлении. В какой-то момент Сириус узнал дорогу, по которой шли они с Джеймсом пару дней назад, добираясь до дома Лили. Паучий тупик — действительно жуткое место с кучей одинаковых непрезентабельных на вид домов. Отхлёбывая из горла виски, Блэк огляделся. Они сделали несколько поворотов, уходя вглубь на вид криминального маггловского района, но этого хватило, чтоб Сириус с уверенностью мог сказать, что теперь не знает, куда им идти. Днём он может ещё сообразил, куда шагать, но не вечером, уж увольте. — Эй, ты вообще в состоянии привести нас обратно? — в два больших шага Блэк нагнал Снейпа, чтоб быть уверенным, что его услышали. Услышать может и услышали, но не ответили. Сириус честно ждал, когда терпение кончилось и он просто внаглую схватил Северуса за плечо, довольно сильно сжав его. Конечно, это заставило слизеринца остановиться. Он развернулся, покачнулся на скользком снегу и, чтобы не упасть, схватился за руку на своём плече. Даже без перчаток зимой рука Бродяги оставалась теплой, только кончики пальцев слегка прохладные. У Северуса же наоборот, ледяные руки, на улице ставшие ещё более холодными. Блэковская ассоциация всех слизеринцев со змеями успешно подтвердилась, он посмеялся сам себе от шутки в голове и мужественно сдержал этот холодный натиск, от которого мурашки прошли по всей спине. — Иди прямо и два раза налево. Не потеряешься. — Только и ответил Северус, а сам пошёл в обратном направлении, куда собирался изначально. Блэк только фыркнул, мол, ага, так я тебя и бросил, и пошёл молча. Именно в момент, когда Северус говорил, Сириус понял, что тот действительно пьян. Не так чтобы не соображать, скорее чтоб считать, что ему море по колено, горы по плечу и земля пухом. Это было той причиной, по которой Блэк шёл следом. Проследить за врагом и, если что, поржать над пьяными выходками. Будет жаль, если до выходок не дойдёт. — Чё встал? — в своих мыслях Сириус шёл и не заметил, как Северус остановился. Блэк чуть не врезался в него, пошатнулся, но остался стоять, ибо не был ещё таким пьяным, чтоб с ног валиться. Северус не ответил. Он просто стоял и смотрел на какой-то дом, точно такой же, как и его окружающие. Какое-то время Сириус ещё стоял и надеялся, что последует объяснение, но, кажется, его не будет. Тогда он решил самостоятельно расшевелить попутчика, сильно взял Снейпа за локоть и потянул в сторону, однако на удивление тот вырвал свою руку и пошёл прямиком к этому страшному домишке. — По заброшкам походить захотелось? — фыркнул Сириус, топая следом. Северус обернулся через плечо, даже не замедлив шаг. — Это мой дом. Подожди здесь. — Настоял слизеринец, на что гриффиндорец лишь поднял руки ладонями вверх. Идти в этот дом, зная, что это не просто заброшка, а жилой дом этого засранца — и наверняка логово змеев — не хотелось. Сириус достал сигарету, прикурил, глядя в спину стремительно уходящему Северусу. Тот подошёл к крыльцу, с явным усилием открыл тяжёлую входную дверь и прошмыгнул внутрь. На самом деле, в пьяной голове Блэка случился лёгкий диссонанс. Общаясь до этого в кругу своих друзей, они разумно считали, что Северус из чистокровной семьи среднего или ниже среднего достатка. Считали, конечно, что живет он в захолустье, но не в маггловском районе же, ей-богу. В памяти всплыли моменты, когда Лили рассказывала о матери Снейпа. Мимолетом упомянула её фамилию, но Блэк запомнил. Принц. Семья таких же чистокровных, как и он сам. Но живут как отщепенцы даже по меркам магов. Неужели вышла за маггла, отказалась от всего и…

***

Зайдя в дом, Северус огляделся. В гостиной было открыто окно, оттого в доме стоял практически такой же холод, как и на улице. Он, на самом деле, пришёл с конкретной целью: сказать маме, что он не умер, он в порядке и, скорее всего, ещё пару дней побудет в гостях у Лили. Поэтому, не задерживаясь надолго, Снейп прошел дальше по коридору, в спальню родителей. Дверь была закрыта, но на ней никогда не было замка или хоть какой-то задвижки. Он пихнул её плечом — безрезультатно. Она всегда плохо открывалась, в принципе, как и всё в этом доме. Двери всегда скрипели, но хотя бы с усилием, а открывались. Потом он решился осмотреть её внешне: глаза постепенно привыкали к вечной темноте этого дома, и теперь он смог заметить на петлях следы сварки. Отец что, просто заварил дверь собственной спальни? Паника постепенно овладевала юношей, но, собрав волю в кулак, он двинулся дальше. Отца не было ни видно, ни слышно, но на всякий случай он поднялся вверх, на чердак, в свою комнату. Там и при целом окне было ужасно холодно, но и там не было никого. С некоторой опаской он подошёл к своему матрасу, поднял подушку, расстегнул наволочку и сунул руку в перья, тут же нащупывая резную ручку палочки. На месте, отлично. Он всё-таки взял её, сунул под пояс штанов, не зная, куда ещё деть, как вдруг услышал шум внизу. Слабое позвякивание стекла, скорее всего, бутылок. Уже примерно понимая, какую картину застанет, он быстро спустился по лестнице. От опьянения не осталось и следа, поскольку к холоду, практически уличному, прибавилась нехилая такая доза адреналина. Напротив лестницы, вываливаясь из двери небольшой кладовой, заставленной лишь некоторыми банками чистящих средств, коробками старых вещей и пустых бутылок, вываливаясь, полу стоял Тобиас. — Где мама? — тут же спросил Северус, хотя по отцу было видно, что он смертельно пьян. Кажется, он уснул в кладовке, потому что там не было окон и при закрытых дверях было относительно тепло. От Тобиаса пахло алкоголем и мочой, и всё равно Снейп подошёл, придержал его за плечо и помог сесть относительно ровно. Как бы там ни было, ему всё ещё нужны ответы, а мужчина выдавал только какое-то бормотание. Поэтому Северус настойчиво повторил вопрос, теперь уже громче, и таки получил не очень доброжелательный ответ: — В спальне. Спит. — Тобиас икнул, махнул головой куда-то. Видимо, он думал, что в сторону спальни, но попал вообще мимо. Поняв, что в этом состоянии вряд ли старший представляет особую угрозу, Северус опустился на корточки перед отцом, попытался заглянуть ему в глаза. — Дверь заварена. — Напомнил младший, на что, к большому удивлению Снейпа, отец разошёлся хриплым смехом. Всё это очень уж не нравилось брюнету, паника стала овладевать им сильнее. Он хотел услышать, что мама ушла к сестре, подружке, соседке, да кому угодно. Но Тобиас молчал, чем еще больше нервировал своего сына. Наконец, Северус сорвался, отошёл от мужчины и в два больших шага оказался напротив двери в спальню родителей. Дрожащей рукой он достал палочку, направляя её на дверь. — Не смей! — лишь завидев палочку, прокричал Тобиас, предпринял попытку встать, но Снейп не собирался останавливаться. — Бомбарда. Дверь слетела с петель, частично разлетелась щепками. На пару секунд от взрыва Северус зажмурил глаза. В нос тут же ударил сладковатый запах, а сердце ушло в пятки. Он не слышал ругательств отца, не чувствовал холода и не хотел открывать глаза. Потому что знал, что будет, когда он их откроет. — Что стряслось? — послышался откуда-то справа голос Блэка, который, естественно, с улицы услышал взрыв и ломанулся в дом. Северус никак не отреагировал, моргнул и на несгибающихся ногах шагнул в комнату. На кровати и правда лежала Эйлин. С закрытыми глазами, словно спала. Она и правда была здесь все это время. Северус подошёл к самой кровати, медленно опустился на край, всматриваясь в бледное, красивое лицо матери. На её левом виске чернела рана с уже толстым слоем запекшейся крови. — Фу, что за вонь? — произнес ещё не понимающий ничего Сириус, когда шагнул в комнату следом. Ему не было видно раны, он просто закрывал сгибом локтя лицо, в частности нос, и подходил ближе. Лишь оказавшись рядом с кроватью, Блэк замер, глядя на неизвестную ему женщину, которая, очевидно, была матерью этого слизеринца. — Оу… Эм, Снейп… — Блэк не находил слов, и уж тем более растерял их все, когда Северус, взяв заледеневшую руку матери, громко всхлипнул. Как бы ни старались мародёры, им не удавалось довести до слёз Снейпа. Порой они очень этого хотели, но по сути кличка Нюниус дана именно за бубнёж, а не слёзы по факту. Да, они шутили, что после всего этого наедине Северус всё же плачет, но шутить об этом, представлять и наконец видеть — очень разные вещи. Не находя себе места, Сириус положил руку на плечо Снейпа, чуть сжал его. Тот, на самом деле, даже не чувствовал этого, сжимая холодную руку матери и проливая на неё горячие слезы. Он плакал молча, но слёзы текли непрерываемым потоком. В комнате было так же холодно, как и в остальном доме, и уже попахивало трупом. Сириус не эксперт, он не мог понять, как долго тело тут лежало в таком состоянии, и вообще не очень хотел смотреть на женщину. Положив и вторую руку на плечо брюнета, он потянул его на себя, решив, что лучшим будет оттащить Северуса от тела матери.