Вибратор Герца

Министерство магии после новогодних праздников встретило школьников мрачными видами и практически полным отсутствием работников. Дело об использовании магии вне Хогвартса несовершеннолетним вёл довольно уставший чиновник в потрёпанной серой мантии. Он оставил Блэка и Снейпа в своём кабинете, пока пошёл отправлять извещение родителям. Ни о каком суде речи и не было — маги тоже люди, и работать никто не хотел. Накладывались проблемы из-за того, что, по сути, веской причины использовать магию у Снейпа не было, а плюсом сверху он молчал всё время с момента, когда приехали сотрудники Министерства. Сириус сам не понял, какого чёрта тогда пошёл с ним. Просто Северус, покорно опустив голову, поднялся с пола и пошёл за этими людьми. Один из сотрудников остался в доме, разбираться с телом погибшей ведьмы и, вероятно, с вусмерть пьяным Тобиасом, а вот второй трансгрессировал их в Министерство. Блэк тогда посмотрел сначала на тело женщины, потом на поникшего недруга, и быстро нагнал его. Тут ему незачем оставаться. Даже найди он дорогу до дома, Блэк не настолько бесчувственная скотина, чтоб спокойно так прийти к друзьям, рассказывая, как они погуляли. И вот, уже третий час они сидели в Министерстве, потому что Снейп не говорил ни слова. Сириуса сначала не спрашивали, но, когда мужчина решил попытать удачу и обратиться к нему, кудрявый решил, что надо спасать ситуацию. Он нагородил несусветного бреда о том, что отец Снейпа запер его мать в комнате и тот думал, что она всё ещё жива, когда решил выбить дверь с помощью магии. Сам того не подозревая, он сказал практически полную правду. С той ситуации другие варианты казались абсурдными и не лезли в голову. Хотя и то, что Эйлин оказалась мертва не первый день по прибытии, тоже казалось абсурдным. Поскольку Северус молчал, не желая разбираться дальше, мужчина принял эту версию за истину. Он написал извещение родителям Сириуса, дабы его забрали, он ведь тут ни при чём, а со Снейпом предстояло разобраться. Один родитель погиб, второй — маггл, и в Министерство не попадёт. К тому же, пусть Эйлин и занимались авроры, самого Тобиаса в конце концов сдадут в полицию.

***

— Сириус Блэк, почему сначала ты сбегаешь из дома, а потом мне приходит извещение о том, что тебя задерживают в Министерстве?! — на пороге кабинета объявился разъярённый Орион Блэк, стремительно проходящий в кабинет. От громкого голоса Северус слабо задрожал, что почувствовал близко сидящий Сириус и вместо того, чтобы посмотреть на отца, перевёл взгляд на Снейпа. Тот сидел, низко опустив голову. Чёрные волосы закрывали заплаканное лицо, руки на коленях сцеплены в замок. Ногтем он разодрал до крови какую-то небольшую ранку на ладони и, собственно, продолжил её терзать. Орион подошёл к ним, и Сириус, натянув на лицо бесячую улыбку, поднялся с дивана. Он только было открыл рот, чтобы начать оправдываться, вероятно наврать что-то, как Орион замахнулся на него тростью со злобным «Молчать!». Отец часто замахивался на него, реже на Регулуса, чем-нибудь, но никогда не бил. А вот мать могла. Доставалось преимущественно Сириусу, хотя в детстве пару раз прилетело и младшему. Но, поскольку сейчас он гордость родителей, его оплошности не несут за собой наказания, да и наказывать уже взрослого Сириуса перестали, поскольку в сознательном возрасте это стало бесполезно. Да, в детстве строгие родители ещё были авторитетом, но сейчас, когда у Сириуса были свои и идеи, и убеждения, идущие вразрез с идеями родителей, ни о каком уважении речи не шло. — И слышать от тебя ничего не хочу. Поговорим дома. Собирайся, нечего тебе водиться… С этими. — Он неопределённо махнул рукой в сторону Северуса, разумеется, заметив его неприметный видок. Неожиданно для обоих Блэков, на этом моменте Снейп поднял голову, сверив Ориона холодным взглядом. Какая бы ни была ситуация, он остался высокомерным слизеринцем. И если до этого Орион не узнавал его, то теперь внимательно осмотрел бледное лицо с яркими синяками после драки и в особенности покрасневшие пустые глаза. Детей в ряды пожирателей забирали редко, но, если уж бронировали, лишь за какие-то особые заслуги их самих или их родителей. Родители периодически ручались за детей, но за Северуса никто не ручался. Он вышел на Лорда через посредника в лице Люциуса и зарекомендовал себя с лучшей стороны. Он пока не заслужил метку, в основном потому что были трудности заклеймить несовершеннолетнего. Тёмный Лорд лишь набирал власть и бездумно не рисковал, однако не оставлял детей без пометки. — Можете оставить меня с моим сыном на пару минут? — обратился Орион к сотруднику, что всё это время был в дверях. По его лицу было видно, что уходить он не очень хотел, но семья Блэков была очень влиятельна и почитаема, а сам он занимал не очень уж высокую должность в Министерстве. Так что, кивнув, мужчина вышел, закрыв за собой дверь. Уже зная, что он будет делать, под удивлённый взгляд Сириуса Северус сам задрал рукав кофты, демонстрируя чистое предплечье. Однако он лишь вытянул руку, к которой Орион приложил кончик своей палочки. Кажется, он что-то прошептал, и по предплечью Снейпа прояснился белый рисунок. Сириус наклонился, чтобы поближе увидеть, что там нарисовано, и с ужасом глянул на Северуса. По его предплечью растекался контур тёмной метки. Только контур с бледно-белым свечением, который не обладал свойствами той же тёмной метки. На самом деле, рисунок проявлялся, только если палочку наставлял пожиратель с меткой. И каким бы детским не был этот знак, он, непременно, значил лишь одно — Северус уже оклеймён и не избежит метки после совершеннолетия. Или авады, если решит дать заднюю. — Произошло что-то серьёзное? — задал вопрос Орион, глядя, очевидно, на сына. — Нет. — Хрипло ответил Снейп. — Да. — Одновременно с ним заявил Блэк. Тяжело вздохнув, так же резко, как пришёл, Орион и ушёл. Судя по голосам за дверью, он прямо там разговаривал с чиновником из Министерства, пока Сириус впитывал информацию, а Северус поправлял рукав. — Это значит, что ты пожиратель? — Это значит, что ты идиот. Разговор не пошёл. Сириус сел, на этот раз чуть подальше, и нервно ждал возвращения отца. Переговоры на самом деле не заняли много времени. Вернувшись, министр объявил, что Северус не будет исключён из школы, но в качестве наказания у него изымают палочку на два месяца. Разумеется, это значит, что и по учёбе он просядет за это время, ибо без палочки в Хогвартсе на половине предметов делать нечего, чего уж говорить о нападках мародёров… Но на этом их отпустили. Орион тут же пытался утащить Сириуса домой, но тот закатил новый скандал прямо в коридоре Министерства под звуки тихих удаляющихся шагов слизеринца. В конце концов Блэки нагнали Снейпа, Орион трансгрессировал их прямо перед домом Лили, но сам, даже не бросив взгляд на сына, тут же исчез с громким хлопком. А Сириус остался, смеряя слизеринца нечитаемым взглядом. Снейп тоже посмотрел на него. Он искренне не понимал, почему Блэк здесь, а не дома, и ещё больше не понимал, почему Орион доставил их сюда. Из Министерства обоих выпустили, очевидно, под слово старшего Блэка, но он ничего не говорил им обоим. А то, о чём болтал с Сириусом, осталось неизвестным для Северуса. У Блэка, к слову, тоже было немало вопросов, но их пришлось отложить, так как в одной кофте и шортах из дома вылетела Лили. За ней, всё ещё помятый после пьянки, вышел Поттер. Ремус тоже подбежал, с волнением обнимая Сириуса, после чего так же, как и Лили, обратил внимание на весьма потерянный взгляд Снейпа. — Что случилось? Где вы были? — обеспокоенно причитала Лили. Она хоть и стояла ближе всех к Северусу, почему-то не решалась дотронуться до друга. Сириус глянул на Северуса, ожидая, что он что-то скажет. Но тот молчал, как в Министерстве, с той разницей, что только голову не опустил. И когда Сириус уже хотел было сам рассказать как есть, опустив страшные подробности, Северус всё же заговорил: — Я использовал магию вне школы, и нас забрали в Министерство. — Выпалил он. Лили строго глянула на Сириуса, который стоял явно удивлённый, и всё же решила спросить. — Зачем? — разумеется, она уже подумала, что, оставшись наедине на улице, они с Сириусом повздорили, и Снейпу пришлось защищаться магией. Поттер подошёл поближе, явно заинтересованный разговором. — Не знаю. Я был пьян и испугался пробегающей мимо собаки. — Нагло соврал Снейп, но до чего ж убедительно. На какое-то мгновение даже Сириус поверил, но он, чёрт возьми, знает правду. Разумеется, все зашли домой, ведь на улице стоять было ужасно холодно. Сириус отправился в душ, чтобы согреться под горячей водой, пока Лили продолжила о чём-то допрашивать Снейпа. Уже в душе Сириус решил, что Северус не хочет говорить при Джеймсе. Это ведь лишь очередной повод для издевок и причина лишний раз прицепиться к нему в первые месяцы, пока он беззащитен без палочки. Выйдя из душа, его с расспросом встретил Поттер, и они временно скрылись на кухне поболтать. Ремус присоединился. Но почему-то вместо того, чтобы рассказать им правду и посмеяться, Сириус поддержал враньё Снейпа, добавив лишь каких-то деталей о том, как Снейп орал от страха, когда пробежавшая мимо собака уронила что-то. Он так же упомянул, что его лишили палочки, но сказал, что сроком на две недели. Блэк не был великим защитником, но не хотел лишний раз провоцировать друзей.

***

Зайдя в комнату после ужина, Сириус обнаружил Северуса, сидящего на подоконнике с сигаретой в руках. На нём были только футболка и трусы, отчего на голых ногах Сириус отлично рассмотрел яркие синяки и бледные шрамы. В основном всё вокруг колен. — В чужих вещах рыться не хорошо. — Беззлобно заявил Сириус, проходя к своей кровати. На ней валялись его джинсы, из кармана которых Снейп и стащил сигареты. — Ты им рассказал? — полностью игнорируя слова Блэка, спросил Снейп, делая глубокую затяжку. — О том, что ты конченный идиот? Да. — Не придуривайся. Правду о том, что сегодня случилось. Рассказал или нет? — Почему я должен молчать? Такое приключение. Тем более, ты ж Лили рассказал. — Уверенно заявил Блэк, подойдя ближе. Он забрал свои сигареты, прикурил одну, всматриваясь в лицо Снейпа. Под глазами красные, словно натёртые следы, ещё темные синяки от ударов Поттера. Мокрые после душа волосы он убрал назад, так что лицо теперь было хорошо видно. И больше всего на этой бледной харе выделялся горбатый нос. Только за один его вид можно было законно заехать по нему, но Сириус мужественно сдержался. — Я не рассказывал ей ничего. — Как удар под дых прозвучало от Снейпа. Получается, сегодняшнее приключение осталось только между ними двумя. Сириус поспешил выдохнуть в приоткрытое окно сигаретный дым. — Почему? — задал он вполне логичный вопрос. — Это лишнее. Ты рассказал своим? — настойчиво повторил Снейп, и облегчённо выдохнул, когда Сириус отрицательно покачал головой. Почему-то хотелось ему верить. Хотя, соври он, Снейп узнает об этом. Просто позднее. — Так почему… — Не важно. — Перебил Северус, делая ещё одну глубокую затяжку. Наконец, он повернулся к Блэку полностью, недоверчиво оглядел его. — Что ты хочешь за своё молчание? О, разумеется, это ж слизеринец. Как же без взаимовыгоды. Блэк фыркнул и только отвернулся к окну чтобы заявить, что он не такой и ему ничего не надо, как вдруг подумал, что нет. Надо. Он, конечно, не слизеринец, но и из Снейпа по доброй воле не вытащить информацию. — Ответь на мои вопросы. — Где гарантии, что ты не расскажешь, когда получишь информацию? — ещё одна бесячая черта слизеринцев. Блэк пожал плечами, выдыхая. — Клятву дам. — Не поверю твоим словам. — Что мне тебе, непреложный обет дать? — Дай. — Совсем спятил? В отличие от тебя, я не хочу лишиться палочки на два месяца. Северус задумался. Разумно, вообще-то. И как этой кудрявой бестии поверить на слово? Только идиот поверит. — Ладно, договорились. — Возможно, он правда идиот и будет жалеть об этом. Но Блэк первый протянул руку, а Снейп тут же её пожал. — У тебя один вопрос. — Не слишком ли мало? Я всё-таки твой секрет храню. — Сириус убрал руку, и только тогда ощутил контраст. Он впервые трогал ладонь Снейпа, и она оказалась ужасно холодной. Дело было, скорее всего, не в том, что он сидит при открытом окне. Он, видимо, всегда такой. — Хорошо, сколько ты хочешь? — Хм… Десять. — Не слишком ли много? — Не слишком ли мало? — Десять так десять. Спрашивай. — Сдался Снейп, привычно затушив сигарету о язык, ибо пепельницы здесь не было. Бычок он оставил, решив, что потом выкинет. — Ладно. Для начала, что за метка у тебя на предплечье? — А я могу врать? — А я могу всем рассказывать, что сегодня произошло? — Засранец…