Amor est miraculum

Солнце назойливо светило в глаза. Алексей хотел было укутаться сильнее в теплый плед, но потом вспомнил, что был не в родных стенах дома, а в гостях у филолога Владимира Ивановича, с которым познакомился в поезде. Также он вспомнил, что точно не укрывался, потому что пледа на диване не было. И улыбнулся, поняв, кто это сделал. Также он с удивлением обнаружил, что вся гостиная украшена гирляндами и мишурой, а в углу, недалеко от дивана, стоит пушистая ёлка с имитацией снега, наряженная в красивые старомодные игрушки. С шкафа, в котором толпились разномастные книжки, а на нижней полке стоял красивый фарфоровый сервиз, свисал яркий блестящий «дождик». И когда Владимир только успел? Лежащий на зарядке телефон показал девять утра. Послышался шум с кухни, и Алекс пошел туда, шлепая тапочками. Там стояли большие пакеты с огромной надписью «ОКЕЙ». Мужчина уже успел сходить в магазин, который находился весьма не близко. Сам он пытался прикрепить скотчем мишуру к цветочным горшкам. — О, я тебя разбудил? Прости, я тут решил украсить комнаты, Новый год как никак! Поздновато конечно, но лучше поздно чем никогда. Завтракать будешь? О, не против, что на «ты»? — Нет, все в порядке. Не откажусь от завтрака. — Сейчас, будешь тосты? — мужчина положил нарезанный хлеб в тостер. Алексей кивнул, но садиться пока не стал. — Знаете, я подумал вчера над вашими словами, — тихо сказал он, — я позвоню. Или напишу. Ещё не решил. Владимир серьезно кивнул. Все время он был каким-то взволнованным, постоянно смотрел в телефон. Почти не сидел на месте и занимал себя перевешиванием гирлянды с одного места на другое, а потом вовсе занялся готовкой: начал мариновать курицу, чистить картошку. Алексей завтракал и собирался вскоре ехать домой. — Задержись до обеда. Курица будет готова, потом и пойдёшь, — предложил о Владимир с какими-то нервными нотками в голосе. — Да я и так у вас задержался, занимаю ваше время, — пробормотал Алекс. — Что ты, мне только на пользу. — Спасибо за еду, — поблагодарил молодой человек Владимира. — Оставь тарелку, я сейчас посудомойку загружать буду. — Хорошо, ещё раз спасибо. Я схожу за телефоном. Владимир Иванович прикрыл глаза, соглашаясь. Алексей ушёл в гостиную. В «ВК» пришло уже больше пятидесяти сообщений от второго аккаунта Серёжи. Первый был внесен в черный список. В обычных сообщениях тоже набежало не меньше тридцати. Пропущенных звонков — двадцать шесть. Алексей почувствовал себя виноватым. Серёжа и правда волновался, судя по количеству сообщений по типу «где ты?» и «с тобой все в порядке?». Он тяжело вздохнул и нажал на кнопку звонка. Динамик протяжно загудел. А потом оттуда донесся взволнованный голос: — Леша? Леша это ты? С тобой все хорошо? — Да, со мной все хорошо. Прости, заставил волноваться. По поводу вчерашнего… — Боже, прости, Леш, это был мой однокурсник Матюха, я тебе о нем рассказывал, помнишь? Я просто позвал его квартиру помочь украсить, хотел сюрприз тебе устроить, кто же знал, что так выйдет, а? Сердце Алексея сжалось. Какой же он дурак! Прав был Владимир, надо было сразу ответить. И вообще поговорить без идиотских истерик! — Я идиот, Сережа, такой идиот… Прости дурака, а? Прости… Весь праздник тебе испортил… Голос парня по ту сторону трубки зазвучал странно, будто Сергей был в подъезде дома. — Это ты меня извини, надо было предупредить… Напугал ты меня до смерти! Никогда больше так не делай, никогда, слышишь? Это ещё хорошо, что мне сказали… — Чего? — Алекс был в недоумении. Кто мог сказать? Может, его видели в Москве на вокзале, или кто-то такой же сумасшедший поехал в Питер в праздник? — Подожди, потом поговорим, я сейчас, — быстро протараторил Сергей и сбросил вызов. Алексей устало кинул телефон на диван и положил ладони на лицо. Щеки пылали от стыда, в горле застрял ком. Если бы не его глупость, то они с Серёжей отметили бы праздник вдвоем, только вдвоем! Как же так… Затрещал дверной звонок. К Владимиру кто-то пришёл? И его не предупредил? Он бы тогда ушёл, чтобы не мешать. Алекс услышал торопливые шаги из кухни. Дверь открылась, в коридор кто-то вошел. — Алексей, а это к тебе гости! Алекс замер. Что? К нему? Кто? Никто не знает, что он здесь, у незнакомого мужчины… Сердце Алексея замерло, а потом застучало, как бешеное. Он выскочил в коридор и замер в двери. Там с дурацкой искусственной бородой, в новогодней красной шапочке и с большим рюкзаком стоял его Серёжа. Он повернулся, и своими пронзительными голубыми глазами посмотрел прямо в его, Алексеевы, карие глаза, на которые уже наворачивались слезы. — Как ты… Серёжа… Он почувствовал слабость в ногах, сделал на пробу пару шагов и упал в объятия своего парня. Ещё холодного, все ещё без нормальной шапки. Он почувствовал, как прохладные губы прижались к его лбу. — Леша, милый, прости, прости за все. Я не хотел, думал, сюрприз устрою… — Дурак! Это я должен извиняться! — ударил его по плечу Алекс и разревелся, тихо шепча что-то между «дурак» и «прости». Он рыдал взахлеб, а Сергей гладил его по спине, уткнувшись лицом в кудрявые вихры. Никто не заметил, как Владимир Иванович с грустной улыбкой проскользнул в кухню, ставить курицу в печь. *** Алексей, все ещё всхлипывая, сидел в обнимку со своей второй половинкой. — Кто же знал, что Владимир Иванович твой дядя, а? — тихо спросил он сам себя, не ожидая ответа. Оказалось, что в тот же вечер, едва только Алекс убежал, Сергей, расстроенный, поехал провожать дядюшку на вокзал. Там, в сторонке, рассказал ему, что да как было. Владимир и до этого наслушался историй об Алексее Мухине, прекрасном парне, которого тогда Сережа величал «другом». Раскрыл, что Леша не просто друг, мужчина случайно, когда без стука вошел в комнату, а его племянник как раз прощался со своим парнем. Он и краснел, и отпирался, но, не встретив упреков и агрессии со стороны дяди, тут же вывалил все о возлюбленном. И уже на вокзале Владимир ничего не мог сделать, кроме как посочувствовать ему. И каково же было удивление филолога, когда хмурый молодой человек, в точности похожий на парня с фотографий, которые ему показывал племянник, сел рядом с ним в поезде! Владимир позвонил Сергею сразу, как убедился в том, что перед ним никто иной как Алексей Мухин, главный виновник скандала! Точно журналист, ей-Богу! Сережа прыгнул в первый скоростной поезд до Питера, потратив почти всю стипендию на билет. Владимир Иванович пока не беспокоил их, только один раз принеся чаю и тостов для Сергея. Пара вместе разглядывала Серёжины детские фотографии, которые он принес из своей комнаты, в которую Алекс так и не решился зайти. — Тут мне семь, дядя меня на рыбалку взял тогда, — показал Сережа на тощего черноволосого мальчишку, держащего в руках небольшую рыбку, кажется, карася, — я тогда выбросил его обратно в воду. Дядя не понял, посмеялся, попытался объяснить смысл рыбалки, но я так и не понял. Ни тогда, ни сейчас, — улыбнулся он, глядя на фото. — А тут ты с кем? — спросил Алексей, прижавшийся к плечу парня. — А, это, по-моему, дядь-Саша. Друг дяди по работе. Они вместе хорошо общались, но потом что-то случилось и дядь-Саша уехал. И дядя Влад к нам стал реже приезжать. Здесь мы на ёлке, прямо перед Новым годом. На фото были запечатлены два улыбающихся мужчины и стоящий между ними мальчишка с алыми от холода щеками. Сердце у Алекса почему-то сжалось от какой-то неведомой тоски. Тут он встрепенулся, подскочил к рюкзаку. Там он достал сверток, немного смятый, в блестящей оберточной бумаге. Алексей протянул его Сергею. — Мой подарок. Немного запоздалый, но все же… Сережа заулыбался и начал распаковывать сверток, бережно развязывая ленточку. Он радовался, как ребенок, тут же натянув шапку на голову. — Спасибо, солнце, ты всегда знаешь, что мне нужно! А я вот без подарка… — Дурак ты, Сереж. Мой лучший подарок, это ты… Сергей рассмеялся и, притянув Алексея к себе за руку, нежно поцеловал. — Идите обедать, голубки! — раздался голос Владимира из кухни. Алексей стянул с парня шапку и кинул её на диван. Черные, собранные в хвостик на затылке волосы Сергея теперь торчали в разные стороны. Пара рассмеялась и вышла из гостиной. Шапка сползла с дивана на пол. Из кухни послышались громкие голоса и веселый заливистый смех…