Незабудка - наш с тобой секрет.

День за днём меня погружало больше в учёбу. Я не могла столь долго быть рядом со своей любимой, в мозгах была химия и другие немаловажные предметы, которые предстаяло сдавать на экзамене и окредитации. Совсем перестала выходить лишний раз из комнаты. Порой, я ощущала себя крайне плохо, однако… это не стояло на переднем плане. Конечно же, такое поведение не могла не замечать Мари. В один из выходных дней, когда я опять изводила себя учёбой, в дверь быстро постучали пару раз и, не ожидая разрешения, вошли. — М?.. — не повернув головы, отпила из чашки ледяной чай и тут же выплюнула его обратно, скривившись. Он был уже не свежий, да и, к тому же, вместе с жидкой составляющей в рот залетела заварка. — Кхм… Всё нормально? Не подавилась? — на плечи легла пара изящных рук, легонько сжав. В голосе слышались нотки настороженности. — Кхэ… м. Всё ок. — щеки опалило жаром из-за не очень красивой сцены, которая сейчас случилась и я отодвинула чашку подальше. Отложив тетрадь с конспектом, подняла взгляд на Мари. — Так… ты что-то хотела или просто?.. Женщина смотрела на таким замученным взглядом, что впору думать, что не она к экзамену готовится, а Мари. Хотя, девушка тоже выглядела так, будто скоро спятит или упадёт в обморок. За это время она сильно сбросила в весе и из-за бессонницы под глазами зияла синева… — Варья… Варвара… — Д.да?.. — Это начало пугать. Спина девушки стала прямой, как струна. На это женщина лишь нежно погладила по плечу и тускло улыбнулась. — Мари, что с тобой? Ты… меня пугаешь, скажу честно. — А ты меня пугаешь ещё больше… — наконец-то хоть что-то конкретное вышло из её ротика, а не просто имя. — От чего? Что не так? — взгляд метнулся к зеркалу во всю стену на шкафу, но ничего необычного там не было замечено, потому, Варя вновь глянула на немку. — Неужели… ты не видишь? — Говори… — Ты… измучила себя… неужели ты не хочешь хоть немного отдохнуть? Учёба тебе так важна? Важнее…чем… — Нет. Не говори так. — уже зная, чем Мари собиралась закончить предложение, в голосе появился холод. — Просто, у меня такое воспитание. Даже если я хочу отдохнуть, я не позволю себе, пока не сдам всё. Прости… прости… — Ты извиняешься? — Ты выглядишь так, будто… устала, но от чего? Я в этом, наверное, виновата… — О.м, ну… нет. Просто, я переживаю за тебя. — Настолько? — резко встала и немного отшатнулась назад, почти сев на стол. — Ч. чего ты так… реагируешь резко, я же ничего тебе не сделала — выражение лица Мари стало ещё печальнее, будто ей от этого сделалось больно. — Прости. Голова закружилась, вот и всё. А встала, чтобы… м… — прикрыв на миг глаза, закусив нижнюю губу, медленно обвила талию женщины руками и просто обняла. Мари выдохнула, будто бы даже с облегчением и одна рука легла на голову Вари, мягко погладив. — Люблю тебя. — промямлила в плечо женщины. В ответ был тихий смешок, а потом поцелуй в макушку. — Отдохни, ради меня. — М… — а вот тут было тяжело сказать сразу «да». Было на то много причин, а ещё больше — страха. — Прошу тебя. Ты так давно не сидела просто так со мной… рядом… да и, если не отдохнуть, какой толк в том, что ты учишь? — возможно из-за переживания, но её акцент стал явственнее, а голос задрожал. Подняв голову и увидев влагу в глазах Мари, что-то сломалось внутри. Это она виновата в состоянии. Конечно, ну конечно. Эгоист. Для человека, которому 18, она слишком холодна к проявлению чувств. Те, кто хоть раз пытался вписаться в её жизнь как спутник… не выдерживали месяца… ставили точку первыми, потому что зачем любить того, кому это не нужно? Зачем напрягаться, если тебя не ставят ни во что? Зачем тратить нервы, слушая тихие возмущения на счёт других, даже не на себя. Пауза, возникшая в момент принятия, их взгляды, упершиеся друг в друга… с губ младшей особы сорвался тихий выдох. — Извини меня, пожалуйста. Я… мне… эм… сядь… — вид был потерянным, однако она сама легонько направила женщину в сторону дивана. Села сама, а после притянула к себе Мари. Не успела немка издать и звука, девушка уселась ей на колени. Обняв ладонями лицо, нежно коснулась её губ своими. — В… чт… — Тш… не стоит сейчас… — а после обняла за шею и положила голову на плечо Мари, прикрыв глаза. Так они просидели около часа. Обнимаясь и молча. Наконец, Варя шевельнулась первой. — Свет мой… тебе лучше? — шёпот звучал в непосредственной близости от уха женщины, от чего та сначала напряглась, слегка дрогнув. — Мне и не было плохо. Ты… — Не стоит. — Ты не хочешь со мной говорить? — Не в этом дело. Просто такая беседа ни к чему не приведёт. Не думай, что я чего-то не хочу… или что не люблю тебя, если молчу. Одним из девизов моей жизни стала фраза «люби молча»… и я сама не замечаю, когда это чувство эгоизма, а когда действительно пустота. Но тебе я готова поклясться, что… «люблю, люблю, люблю и всегда буду любить». — а после, мягко улыбнулась и коснулась губами щеки Мари. — Ох… и кто же сказал такую злую фразу? Неужели ты никто не добивалась любви от человека? — Нет. И фраза та совсем не злая. В моём случае, очень подходящая. Ведь… большинство тех, кому бы я могла признаться в любви ранее… это люди за 40, у которых семья и своя жизнь. Меня в ней не должно быть, потому, всё что остаётся, — любить молча. — Но ведь я уже твоя, почему бы тебе не общаться со мной больше? Молчать незачем. — Легко сказать. — Ладно. Просто обещай, хоть иногда, любить меня не молча — Мари улыбнулась. — Хорошо, — кивнула и потупилась взглядом, уйдя в какую-то прострацию совсем неожиданно. Немка гладила девчушку по спине, выводя замысловатые узоры тонким пальчиком. Рука её давно была под футболкой и, если сначала можно было ощутить прохладу, то вскоре она согрелась и сравнялась с температурой тела Вари. Даже стала удвоеннее. Девушка молчала. Хотя, даже находясь в некой задумчивости, пальчики перебирали мягкие пряди волос возлюбленной. — Мари! — она резко очнулась, чем повергла идиллию в прах феникса или, проще, — довела до инфаркта. От столь чётко произнесённого имени, женщина испугалась и даже убралась руку, будто действие, совершаемое ранее было чем-то излишне неприличным. — Да? Я слушаю… — Поцелуй меня, по настоящему. — звучало ровно и так, будто она просит её покормить супом. — Э… эм… — замешательство. Однако, Варя терпеливо молчала и ждала. — Л.ладно. И… в следующий же миг, почти не мешкая, губы девчонки опалило горячим дыханием, а после мягко поцеловали. С каждым движением их тела становились ближе, дыхание тяжелее, а поцелуй глубже и откровеннее. Каждую обуревало волнами жара и жажды, вот только понять, с чего так снесло крышу, весьма сложно, ведь это просто поцелуй, но… такой настоящий, что всё нутро пылало. От нежности и страха, до страсти и излишней смелости в действе. В конец, загадочным образом Варя оказалась в горизонтальном положении, а над ней Мари. Одна нога девушки обнимала за талию немку, руки, не зная что делать, сжимались на шее и плече. Рука женщины же блуждала по горячему животу и груди… Когда они очнулись, на Варе не было футболки, а на платье Мари были расстегнуты пуговицы. — Ох… п.просто поцелуй… зашёл слишком далеко… — Не просто поцелуй…а настоящий. Прости, ты слишком одурманила меня, я не смогла вовремя остановиться. — женщина подняла белую футболку и протянула Варе. — Прости. — виновато улыбнулась и оделась. — Это ты прости — сказала, застегивая пуговицы на платье. — Пойду сделать чай… — Угу. Но, как только Мари вышла из комнаты, девушка провалилась в сон. Было слишком хорошо и удобно в той позе, в которой её оставила немка.