Время

Тэхён подставляет свою шею под горячие поцелуи Чонгука и даже не сопротивляется. Перед его глазами всё плывёт из-за накатывающего возбуждения и омега ничего не может с этим поделать, находясь в плену губ Чона. Запах альфы окутывает его с ног до головы, словно строя вокруг Тэхёна щит от чужих, а Ким плавится как шоколад на солнце в крепких руках. Голову кружит до невозможного и температура тела ужасно высокая, кажется, если Чонгук его отпустит, то Тэхён камнем упадёт в пучину неспокойного моря. Ему плохо. От самого себя тошно, потому что даёт Чонгуку делать с ним всё, что тот захочет. Он даёт ему надежду на хорошее, которое невозможно. Это «хорошее» им обернётся ничем иным, как болью. Огромной, душащей болью, которая засосёт обоих в чёрную дыру. Они будут летать в этой бесконечности среди космических обломков, камней и пыли. Чонгук отрывается от чужой кожи, которую всю исцеловал. Тэхён томно выдыхает, открывая глаза и смотря на альфу, который почему-то остановился. Он наклоняет голову в бок и смотрит старшему в глаза, заглядывая в самую душу и выворачивая её, как пустой кошелёк. Под ними плескается холодная вода, ударяясь об основания лайнера. Ночью море неспокойно. Ветер поднялся быстро: холодный, пробирающий до костей. Им бы зайти внутрь и согреться, но Тэхён словно прирос к железному ограждению, не двигаясь от слова совсем. Ему ни капли не холодно, поцелуи и касания Чонгука греют похлеще атомного реактора. — Я хочу, чтобы ты ответил честно, — Чонгук отходит совсем немного, но достаточно, чтобы Тэхён напрягся. До этого он чувствовал поддержку, а сейчас держался за холодный металл голыми руками. Чонгук его больше не держит и омеге страшно упасть. — Пожалуйста, не давай мне пустых надежд. Я ненавижу, когда со мной играют. Тэхён спрыгивает с ограждения. Огонь внутри пожирает омегу изнутри и вот-вот достигнет таких размеров, что сожжёт всё вокруг — это внутренние противоречия, которые сейчас толкают омегу на необдуманные поступки. Этот огонь сидит и в Чонгуке, только он его давно обуздал — приручил, а Тэхён с ним не справляется. Языки пламени первым делом поражают мозг, лишая человека разума. Он делает так, как велит его сердце — очаг. И Тэхён щуриться по-лисьи, подходя к альфе и приближаясь к его уху, языком играясь с небольшой серёжкой в мочке. Чонгук напрягается, а его правый уголок губ тянется вверх в игривой ухмылке. — Мне нравится играть, забыл? — Тэхён приподнимает брови, мол: «представляешь?» и скользит языком по чужой ушной раковине, опаляя кожу своим жарким дыханием. — Ты никогда не рассказывал про свои азартные наклонности. Ты ведь законопослушный гражданин, — Чонгук басит. Его голос снизился до такой степени, что возможно спутать с чужим и Тэхёну это нравится. Альфа с ним становятся каким-то диким и необузданным, словно настоящий волк. — Спокойной ночи, Гук-и, — Тэхён хитро улыбается и стреляет в Чонгука глазами, посылая тому воздушный поцелуй. — Увидимся на рассвете. Проблема никуда не делась, как и вопрос Чонгука, который Тэхён успешно проигнорировал. Между ними снова возникает какая-то иллюзия, подпитываемая недосказанностью и страхом старшего, который так и не поставил точку. Альфа смотрит вслед уходящему внутрь Тэхёну, облизывая свои губы и поднимая глаза на звёздное небо. Ему неприятно то, что Тэхён решил таким грязным способом его обыграть: соблазнить и уйти, оставив опешившего Чонгука одного. И что это было? Что Тэхён чувствует по отношению к нему? Зачем старший заговорил о своём обещании, которое не сдержал? Эти и куча других вопросов вертелись у альфы в голове, ответы на которых он хочет найти. Но ни сегодня, ни завтра и даже ни через два дня. Что-то ему подсказывает, что ответ может испортить их пятидневный отдых. Пусть всё остаётся так, как есть, а дальше…а дальше будущее, которое никому не известно. Наверное, им обоим нужно подумать. Я люблю тебя из уст Чонгука звучало так красиво и искренне, что Тэхёну хочется верить и ответить: «Я тоже», но по его мнению альфа слишком поспешил. Разобрался ли Чонгук сам в себе вообще? Ким в этом очень сильно сомневается.

***

Они встретили рассвет через 3 часа, которые длились слишком долго. Тэхён сидел в отдельной каюте и смотрел через небольшое окошко на море, которое с приходом солнца успокоилось. Он выбрался наружу первым, так и не вздремнув из-за кучи мыслей. Воздух был таким чистым, что Тэхён даже прокашлялся. Немного морозно, но это бодрило больше, чем приносило дискомфорт. Этот мороз чувствуется совсем иначе, никак зимой или осенью. Он отрезвляет и приводит в чувства. — Заболеешь, — внезапно появившийся Чонгук пугает расслабленного Тэхёна, и омега дёргается, оборачиваясь. На его плечи падает тот самый плед, который они стащили из домика. — Красиво. Чонгук смотрит вперёд, замечая небольшие островки освещённые светом. Они совсем скоро приплывут к берегу и ступят на землю, так что сейчас им нужно в полной мере насладиться этим драгоценным временем. Альфа берёт телефон и фотографирует красивый пейзаж, жмурясь от резких лучей раннего солнца. Оно пока что не греет, но дарит необходимую иллюзию тепла. Он оборачивается и видит Тэхёна с противоположной стороны, который тоже фотографировал, пока резко не взвизгнул, отпрыгивая от бортика. — Откуда тут дельфины? — Тэхён хватается за сердце, слыша смех младшего. Он был удивлён не меньше, но реакция омеги смешила. — Хватит ржать, гиена. — Чего? — Чонгук вмиг успокаивается и хмурится, смотря на Тэхёна, который теперь смеялся. — Да ты в край охренел, Ким Тэхён! — Гиены милые! — начинает оправдываться омега и убегает внутрь. Чонгук за ним, почти догоняя, но тот прошмыгнул в помещение, где за штурвалом стоял рулевой. — Простите. Мужчина засмеялся, слегка отходя и давая Чонгуку пройти. Тэхёну хочется заорать этому незнакомцу громкое: «Предатель», но это слишком грубо и неуважительно. Альфа загоняет его в угол, хватая за руки и вытаскивая оттуда, пока Тэхён кричал и просил о помощи. — Ладно-ладно, прости, — Чонгук отпускает его руки и Тэхён широко и хитро улыбается. — Обезьянка? — Какая ещё обезьянка? — Чонгук негодует. — Тебя укачало? — Ну такая, с красной попкой, — Тэхён выглядел серьёзным, когда говорил о обезьянке с красной попкой, но выражение лица Чонгука в этот момент добило его и омега начал звонко смеяться, откинув голову назад. Чонгук прикрывает глаза и выдыхает. Между ними по коридору проходит кто-то из экипажа и он наклоняется в знак уважения, а Тэхён почти что падает со смеху, придерживаясь за ручки дверей. Точно чокнутый. — Овца и обезьянка с красной попкой, — Чонгук трёт переносицу и смеётся. Между ними продолжает проходить персонал и он не перестаёт здороваться с каждым, а Тэхён смеётся только сильнее. Он похож на игрушку в машине, которая вечно кивает головой. И откуда здесь столько людей? — Хватит смеяться в конце концов! — Всё-всё, — Тэхён прокашливается и убегает снова на улицу, преодолевая большой путь до выхода. За эти несколько минут солнце высоко поднялось и было не так холодно. Он стягивает со своих плеч плед и держит его в руках. — Чонгук? — Что? — альфа сидит на лежаке, откусывая принесённое свежее яблоко. Он замечает здесь же мандарины. — Любишь мандарины? — Да, — Тэхён поворачивается к нему лицом, опираясь поясницей на ограждение. — А куда мы потом? Осталось три дня до премьеры. — М, а куда ты хочешь? — Чонгук сидит к нему в полуобороте, снимая с оранжевого ароматного фрукта шкурку. — Клуб? Хочу оторваться, — на лице омеги расцветает кошачья улыбка. Он уже предвкушает, как прекрасно пройдёт его вечер в компании Чонгука, алкоголя и громкой музыки. — Я не был там с 17 лет, чувствую себя каким-то стариком в 22 года. — Я заметил, — альфа злорадно хихикает, получая от омеги громкое «иди нахер». Он разделяет мандарин на две части и встаёт, протягивая половинку Тэхёну, а свою съедает в один присест. — Клуб, так клуб. Мне нравится. — Ещё бы, — Тэхён цокает, закатывая глаза и принимая из рук младшего мандарин.

***

В клубе громкая музыка. Настолько, что Тэхён с непривычки жмурится и закрывает уши. Чонгук же чувствует себя, как дома. Разгорячённые и пьяные тела, много алкоголя, кто-то толкает наркотики, кто-то прижимается в тёмном уголке здания, кто-то ведёт философские беседы с барменом, что до блеска натирает бокалы и рюмки — всё, как и полагается. Здесь пахнет смешанными запахами алкоголя, запахами людей и никотина, который вдыхают гости вместе с сигаретным дымом, покуривая свои любимые с кнопками. Девушки откровенно одеты: альфы — привлекают внимание, а омеги тихо соблазняют, кокетничая и флиртуя с каждым. Парни глазами ищут друг друга: альфы оценивают, омеги без передышки танцуют. Чонгук заказывает Тэхёну пину коладу, а себе виски со льдом. Он не любил пить популярные коктейли в клубе, как пиковая дама или типа того, предпочитал чистый алкоголь, даже абсент ни с чем не мешает — только в чистую. Омега осматривается, прикусывая свою губу. Он не мог расслабиться даже в такой обстановке. Ужасно. Тэхён с Чонгуком сидели у барной стойки, попивая свой алкоголь и молчали, потому что перекричать музыку невозможно. — Привет, я Эрика, — девушка в чёрной короткой юбке подошла к Чонгуку, наклонившись к его уху. — Не хочешь составить мне компанию? — на лице у незнакомки появляется хитрая ухмылка. Её длинные ногти касаются кожи лица альфы, а Чонгук поднимает глаза на Тэхёна, который смотрел на всю эту картину. Он не слышал, что девушка шепчет младшему, но ему это не нравилось. Тэхён стучит пальцами по стеклянному стакану и смотрит не сводя взгляда. Его ноги обтянуты чёрной джинсой с небольшими порезами на коленях, а сверху красная футболка и накинутая косуха. Всё это они приобрели днём в магазине, ведь идти в клуб в домашних трениках или свадебном костюме было бы странно. У Чонгука всё было по классике: чёрные джоггеры, любимые неизменные тракторы от баленсиаги и чёрная футболка. С длинными волосами был бы похож на панка, проносится у Тэхёна в мыслях, и он усмехается. И правда, но ему безумно бы шло. — Его муж против, — Тэхён нависает над девушкой как туча, загораживая свет от прожектора и улыбается, видя на лице незнакомки с короткой юбке и чулках смятение. — Кольца нет, какой ты ему муж? — девушка посмеивается и Тэхён отпускает взгляд на ладонь Чонгука. На пустую ладонь. Он облизывает губы и усмехается, смотря на альфу недолгие три секунды. — Хороший, — голос Чонгук был как гром. Омеги переводят взгляд на самодовольного альфу, а он кладет свою руку на поясницу Тэхёна, усаживая того к себе на колени. Ким в шоке, а девушка закатывает глаза и с разочарованным вздохом уходит. — Так мило, что ты заявляешь свои права на меня, Тэхён-и. — Я не заявляю. Пытаюсь облагоразумить тебя и напомнить о контракте, — от Тэхёна веет холодом и Чонгук его очень хорошо чувствует. Этот тон…последний раз Чонгук его слышал утром после пьянки в кровати Тэхёна. Непробивной и отстранённый. — Ты мне нахер не сдался, Чон Чонгук. Чонгук молчит, убирая руку с его талии, давая старшему встать. Когда Тэхён поднимается, альфа встаёт с барного стула и уходит вглубь танцпола, прихватывая с собой стакан с недопитым алкоголем. Он осушил его залпом и слился среди незнакомых людей, пропадая из поля зрения омеги. Тэхён заказывает себе ещё коктейль и следует примеру младшего, собираясь хорошенько отдохнуть сегодня. Он, параллельно танцуя, потягивает алкоголь из трубочки, раскачиваясь в такт музыки. Постепенно он расслабляется, отдаваясь этой ночи полностью. Алкоголь уже становится губительным для пьяного Тэхёна, но он не останавливается, чувствуя себя не достаточно пьяным. Разгорячённые тела всё чаще и чаще дотрагиваются до него, затаскивая в самую глубь танцпола и омега даёт себя трогать там, где раньше бы не позволил. Чужие руки нагло лапают его, водя вдоль изгибов тела и Тэхёну нравится чувствовать себя кем-то желанным. Пальцы скрепляются на животе омеги и Тэхён оборачивается в кольце чужих рук, сталкиваясь со взглядом Чонгука. Он удивлённо хлопает глазами, щурясь и лицо альфы расплывается, дымкой уносясь куда-то в сторону. Омега испуганно выпутывается из чужих объятий, оглядываясь по сторонам. Он замечает силуэт младшего в углу возле будки диджея и удивлённо смотрит вперёд, видя совершенно незнакомое ему лицо. Ему привиделся Чонгук и Тэхён немного зависает, пытаясь понять, где на самом деле альфа. Может быть перед ним и есть он, просто у Кима сильные галлюцинации? Тэхён мотает головой и отходит назад, стукнувшись лопатками о бетонную стену. Он смотрит вниз на свои руки, которые отдавали разными неоновыми оттенками. Всё вокруг было в слоу-мо и очень плохом качестве. — Ты не следил за своим стаканом, Тэхён-и хён, — Тэхён резко поворачивает голову и видит рядом с собой Чонгука. Чонгука-ли? Омега часто моргает, но силуэт не пропадает и он допускает вариант, что это и есть его Чон Чонгук. — Нельзя оставлять алкоголь без присмотра. Посмотри на меня. Тэхён, словно загипнотизированный поднимает взгляд на Чонгука, задирая подбородок вверх. В этих тракторах альфа был значительно выше. Гук обхватывает пальцами его подбородок и берёт в руки фонарик, светя на Тэхёна. Глаза у омеги полностью чёрные за исключением глазного яблока. Зрачки расширены, дыхание сбито и глупая улыбка на лице — всё это указывает на наркотики в крови. — Гук-и, — тянет Тэхён, закинув обе руки на шею Чонгука. Альфа хмурится, быстро убирая мобильный в карман и держа слегка шатающегося Кима. Он повисает на Чоне и тянет его лицо ближе к себе. — Разве это не прекрасно? — Что именно? — на лице у Чонгука появляется добрая улыбка. Он смотрел на омегу с интересом, ожидая, что же он будет делать дальше, а Тэхён в это время бессовестно облизывал собственные губы. — Ну…всё это? — Тэхён прикрывает один глаз, словно подмигивает Чонгуку и альфа почему-то смеётся. — Мне нравится, когда ты такой. — Какой? — Чонгук вопросительно поднимает бровь и улыбается. — Которого хочется поцеловать, — Тэхён наклоняет голову в бок и задумчиво мычит. — И раздеть. А вообще пошли танцевать! Я хочу танцевать. Чонгук давится воздухом, когда Тэхён начинает вываливать на него все свои хотелки. «Это всё лсд и алкоголь», — оправдывает омегу Чонгук. Он отцепляет от себя старшего, держа его за запястья на всякий случай и ведёт к выходу, но омега отказывался следовать за ним, начиная кусать альфу за руки, чтобы тот его отпустил. — Чонгук-и, пожалуйста, ещё чуть-чуть, — невинная улыбка на лице Тэхёна немного пугала побитого Чонгука, которого омега искусал. — Я пойду, если выполнишь одно моё желание. — Желание? — Чонгук всё-таки тормозит, но рук Тэхёна не отпускает. Сказать «нет» не получиться, так что альфа почти не задумываясь кивает головой. — Окей, какое? — Поцелуемся? — Тэхён хихикает, убирая чёрную прядь за ухо. — Поцелуй меня. Чонгук проводит языком по ряду зубом и выдыхает через нос. Он отпускает одно запястье Тэхёна и кладёт свою руку на его шею, притягивая к себе и целуя. Поцелуй был горьким из-за выпитого обоими алкоголя, но это совсем не имело значения. Тэхён вытаскивает свою руку из ослабшей хватки альфы и зарывается пальцами в густые волосы, обнимая младшего за шею и приоткрывая рот шире. Чонгук на немую просьбу омеги охотно отвечает, скользя языком внутрь, а Ким слегка приподнимается на носки, кусая альфа за губу и ухмыляясь в поцелуй. Это всё было очень странным. Они стояли у входа в клуб и целовались по просьбе Тэхёна, хотя Чонгук бы и так его поцеловал. Смотреть на эти раскрасневшиеся и покусанные губы было сложно. Сдерживаться ещё труднее. — Я исполнил твоё желание, — Чонгук выдыхает в губы напротив, облизывая свои и смотря Тэхёну в глаза. А у него снова та самая вселенная, несмотря на широкие зрачки и явное алкогольное опьянение. Альфа не знает, почему ему не удается оторвать свой взгляд с чужих красивых глаз, которые смотрели на него в ответ расфокусировано и пьяно. — А теперь поехали. — Хочу ещё, — Тэхён ведёт себя как ненасытный ребёнок, которому недостаточно одной конфетки. Только Чонгук не конфетка или…да чёрт его знает, что у омеги сейчас творится в голове. — Тебя. Целовать. — Поехали и я обещаю, что поцелую тебя ещё раз, — Чонгук видит, как глаза Тэхёна бегают по его лицу, а улыбка становится всё шире. Если бы каждый человек радовался обычному поцелую так, то наверняка люди стали бы ценить каждое мгновение с ещё большим трепетом. Ведь не будет больше поцелуя, похожего на предыдущий. Ни одного.

***

На такси они доезжают до знакомого Чонгуку дома, правда здесь он не был долгие 6 лет. Приезжал раньше с бабушкой в их старую обитель, чтобы обновить воспоминания, полистать фотографии и встретиться со старыми друзьями со двора. Сейчас этот район считается заброшенным, но бабушка продолжает приезжать сюда каждый год, не давая дому увянуть. Ведь без хозяина он бы подкосился, сгнил и с большой вероятностью, тут бы поселились бездомные животные или подростки, которым некуда податься. Он сказал Тэхёну ждать его, а сам притащил лестницу из сарайчика и забрался на несколько ступенек, залезая рукой в небольшое отверстие между крыльцом и навесом, вытаскивая ключи. Он быстро открыл им висевший на двери замок и они зашли внутрь. Здание было каменное, только веранда с крыльцом деревянные. Тут было два этажа: на первом кухня, ванная и гостиная. На втором две спальные комнаты и вторая ванная. Внутри уютно, несмотря на осевшую пыль и скрипучие полы. Интерьер довольно миленький, много места и мало лишних вещей. В гостиной также стоял камин. Чонгук с помощью фонарика включает рубильник и дома загорается свет. Тэхён ойкает, испугавшись внезапного загоревшегося света и начинает оглядываться, изучая всё вокруг. — Где мы? Ты стащил чужие ключи и мы проникли в дом каких-то чуваков из клуба? Или ты мошенник со стажем? — изо рта Тэхёна полились десятки вопросов, на которые Чонгук не ответил и поспешил ставить чайник, чтобы напоить им Тэхёна и уложить спать. — Вау, что это? Омега берёт рамку с камина, вытирая рукой пыль и смотря на фотографию. Двое мужчин, женщина и маленький ребёнок на её руках. Тэхён догадался, что это Чонгук по его чёрным глазкам пуговкам. Он был очаровательным ребёнком. — Гук-а, а где мой обещанный поцелуй? — Тэхён ставит фотографию обратно и садится на диван. Голова кружится и хочется спать на самом деле, но пока он не получит свой поцелуй — не ляжет. — В кого ты такой настырный, Ким Тэхён? — Чонгук бегает по дому, занося с крыльца старые дощечки и брёвнышки, забрасывая их в камин. Сначала он проверил тягу и убедившись, что всё в порядке, начал зажигать его. Тэ заинтересованно смотрел на то, что делает Чонгук. Он привстал с дивана и чуть не свалился, но благо удержался на ногах, подходя к альфе. Ким сел на колени рядом, устало кладя голову на чужое плечо и смотря на разгорающееся пламя. Красиво. — Тебя отпустило? — тихо спрашивает Чонгук, наклоняясь голову в бок и смотря на полуспящего Тэхёна, который удобно разместился на его плече. — Посмотри на меня. Чонгук поддевает пальцами подбородок Тэхёна, заглядывая в глаза. Зрачок пульсировал, становясь то большим, то маленьким и альфа слабо улыбнулся. Ещё не отпустило, но из-за алкоголя Тэхёна вырубает. И кто же решил воспользоваться Тэхёном в таком состоянии? Чонгук был рад, что в эту ночь он был рядом. — Поцелуй или смерть? — вдруг спрашивает Тэхён, поглядывая на огонь. — Пять лет назад меня почти изнасиловали на вечеринке и ещё два года назад я бы с уверенность ответил: «смерть». — Что? — Чонгук удивлённо таращиться на Тэхёна, который внезапно решил рассказать ему об этом. Попытка изнасилования 17-ти летнего парня…неужели, ему пришлось столкнуться с этим? Альфа в этот момент начинает вспоминать всё, начиная с того, как сам принуждал на какой-то тусовке девушку, целуя её против воли и заканчивая поцелуем на лайнере с Тэхёном. — Ты хочешь поговорить об этом? — Нет, просто слушай, — Тэхён снова кладёт свою голову на плечо Чонгука, а альфа не смеет и шевельнуться. — Это была обычная вечеринка в честь моей очередной победы на соревнованиях. Я пригласил самых близких из своего окружение и этот день смог показать мне, кто по-настоящему был мне другом. И знаешь? После этого рядом со мной никого не осталось. Чонгук не хочет слушать. Он кусает свои щёки изнутри и ничего не говорит, как и просил Тэхён. Насколько тяжело ему было тогда? Одному против всех, с этой болью внутри… Чонгук боится думать. Не хочет верить в это. — Половина снимала, а другая помогала раздеть меня, — Тэхён улыбается, словно говорит о каком-то счастливом моменте в своей жизни. Просто он уже устал плакать каждый раз, вспоминая тот день из прошлого. — Мне удалось убежать. Знаешь как? Я разбил одному из них голову вазой и убежал. Из собственного дома бежал прямиком к соседям, но никто не открывал. Я сидел у чужих ворот и плакал, уткнувшись в свои колени, а потом ко мне подошла женщина. Она была очень красивой, с модной сумочкой и в дорогих вещах. Я сначала подумал, что она пройдёт мимо, но нет. Она подошла ко мне и села рядом, прямо на грязную траву в своём красивом жёлтом платье и крепко обняла меня, а я не мог ничего сказать. Женщина отвела меня к себе домой. Сюда. Мы были здесь. И всё тут было точно также. И мы сидели с ней также на этом месте и разговаривали. Вон там, — Тэхён указывает на фотографию в рамке. — Это ведь твоя бабушка, да? Когда я встретился с ней в вашем новом доме, то был готов разреветься. Сидя за одним столом с ней…мне хотелось кинуться в ней ноги и сказать спасибо. Тэхён не уследил за моментом, когда с его глаз потекли слезы. Он их не заметил, потому что для него это мелочь. Чонгук продолжал молчать какое-то время, думая о сказанных Тэхёном слов. Бабушка ему рассказывала и Чонгук, который до этого не верил в судьбу, радикально изменил своё мнение. Всё это звучит слишком нереально и, он бы даже сказал, невозможно. В мире, в котором до этого жил альфа, не было ничего более странного, чем это. Эта история потрясла его в большой шок. — Чужой человек помог мне больше, чем собственные родители. Они даже не подали заявления, точнее, отец был против. Папа же поддерживал меня, водил к психологам, но это не помогло. Всё, что я делал — это танцевал, доводя себя до истощения. Я обещал себе, что лучше умру, чем поцелую кого-нибудь, но через три года мне удалось вылезти благодаря новому окружению и настоящим друзьям, — Тэхён шмыгает носом, вытирая сопли руками. — Всё было замечательно. Мне даже удалось лечь в постель с человеком, который мне правда нравился. А потом… — А потом появился я, — заканчивает за Тэхёна Чонгук и омега кивает. Тут говорить не нужно, чтобы понять. Родители, надавив на сына, заставили его выйти за человека, которого не любит. Как и шесть лет назад, когда его заставляли делать то, что он не хотел. — Ты сильный человек. Самый сильный, которого я встречал за всю свою жизнь. И я сейчас так злюсь на самого себя, что позволил этому произойти. — Злишься за то, что не оказался среди моих друзей тогда? — Тэхён поднимает голову и смотрит на Чонгука, которого так тронули его слова, что в глазах у альфы блестели слёзы. Чон кивает словам старшего и грустно улыбается. — Мы не знали о существовании друг друга. Если бы другие обстоятельства свели нас, думаю, мы бы стали хорошими друзьями. — Кан Джисон, он причинял тебе боль? — Что? — Тэхён от тона Чонгука сжимается. А альфа смотрит на него так, что по одному лишь приказу готов разорвать любого на куски. — Всё было обоюдно, Чонгук. Я бы не позволил ему сделать что-то против моей воли. — Зачем ты просил меня поцеловать тебя? — Потому что я хочу, чтобы ты меня поцеловал, — Тэхён говорит почти шёпотом и Чонгук стискивает челюсть. Не из-за злости. Он просто подумал о том, что кто-то мог целовать его без разрешения. Что кто-то мог причинить Тэхёну боль и сейчас альфа чувствует себя сумасшедшим, потому что был готов убить. Убить, растерзать, бросить на корм собакам всех тех, кто когда-то позволил притронуться к людям без их согласия. Он обещает себе, что никогда так больше не поступит. — А я хочу тебя обнять, — отвечает Чонгук и Тэхён улыбается. Его заплаканное опухшее лицо выглядело очаровательно, а зрачки почти сузились до нормального состояния. — Можно? Тэхён вместо ответа набрасывается на альфу с объятиями, валя того на пол и Чонгук смеётся, обнимая старшего в ответ. Они лежат в обнимку перед камином и молчат, слушая размеренное дыхание друг друга. И это так драгоценно. Каждый день с Тэхёном особенный и Чонгук рядом с ним меняется, стараясь быть для него всем. Я буду твоим самым преданным фанатом, буду твоим другом, отцом, братом. Буду твоим всем. Уйду, если ты попросишь и вернусь, даже если ты этого не захочешь.