Downstairs

      Фрэнк почистил свои зубки и направился в комнату Джерарда, он невероятно паникует по поводу предстоящей там ночи. Когда подросток заходит в комнату, то видит ее хозяина, сидящего на кровати в своей пижаме с звездными войнами. Черт, Фрэнку придется переодеваться перед Уэем? — Мне надо сменить футболку… — Ой, хорошо, я отвернусь!       Джерард отворачивается и неловко стоит лицом к стене, в то время как Фрэнк надевает свою огромную футболку. Он быстро прыгает на кровать, укрываясь одеялом. Юноша делает то же самое.       Они смущенно лежат друг с другом, пока Джерард не решает заговорить: — Что бы ты выбрал? Сыграть в «Джуманджи»* или жить в маленькой страшной деревне сатанистов?       Глубоко. — Я бы определенно жил в той деревне. К тому же, Сатана достаточно крутой. — Как Сатана может быть крутым?! — Он пытает только плохих парней! А борьба с богом была достаточно детской. Виноваты обе стороны. — Что? Ты превращаешься в Трампа? — Нет! Сатана — хороший парень! Ты вообще читал его заповеди? Очень даже идеально, хочу сказать. И вообще, я бы никогда не стал защищать нацистов, иди в задницу. — Но ты защищаешь демона. Разве это не так же плохо? — Я вырос в католической семье, я разбираюсь в этом дерьме! Нацисты убивают людей, а Сатана — нет. Также, нацисты судят людей за расу, пол, религию и так далее. Сатана никого не осуждает, это все бог.       Джерард признал свое поражение.

***

      Парни стали намного ближе. Пальцы Фрэнка слегка задевают пальцы Джерарда, они такие мягкие и теплые. Но даже это прекрасное чувство не остановит подростка перед очередным спором: — Что ты имеешь ввиду под «Дэдпул мог победить»? Магнето мог запихнуть катаны в его горло за долю секунды! — Да, но Дэдпул буквально не может умереть.

***

      Нога Джерарда закинута на Фрэнка, сжимая маленькое тельце, словно коала. Они до сих пор спорят: — «Шоу ужасов Рокки Хоррора» не может быть лучше «Франкенштейна»! Это плагиат, черт возьми! — Но зато прекрасный! Франкенштейн скучный, а Рокки — художественный шедевр.

***

      Фрэнк лежит на Джерарде, прижимаясь головой к высокому парню. Как они вообще к этому пришли?       Джерард баюкает подростка, как младенца, напевая медленную, незнакомую мелодию, заставляя мальчика постепенно проваливаться в сон.

***

      Машина едет очень медленно. Куда они направляются? Небо серое, а кукурузные поля выглядит так, словно были сожжены очень давно. Автомобиль очень грязный и старый, он ни на что не похож. Джерард оттирал кровь со своего лица. Фрэнк не понимал, чья это кровь. Юноша не слышит нашего героя. И не видит. Ничего не помогает, поэтому Айеро решает тихо сидеть, надеясь, что полиция их не поймает. Мир холодный и жестокий этой ночью. В точности, как и Джерард.

***

      Находиться в пустыне достаточно легко, когда ничего не чувствуешь: ни летящий прямо в лицо песок, ни горящее желтое солнце, ни медленное сердцебиение, когда Джерард парит над тобой, держа в руке странное разноцветное оружие. Это его лицо такое безэмоциональное. Что происходит? Почему его глаза такие пустые? Почему его волосы такие? Почему Фрэнк угасает прямо сейчас?

***

      Подростку продолжают сниться странные сюжеты. В некоторых участвует Майки, в некоторых они вместе с Рэем — их общим другом, — но абсолютно во всех фигурирует Джерард. Какие-то сны про старшую школу, какие-то про смерть, но в каждом из них есть юноша.

***

— Просыпайся, тыковка!       Фрэнк медленно открывает глаза, щурясь от яркости утра. — Отвали.       Джерард ухмыляется. Внезапно он запрыгивает на подростка и начинает трясти его. — Почти полдвенадцатого, приготовь мне завтрак!       Айеро наконец-то садится и смотрит в глаза хозяину комнаты, который сидит на его коленях, улыбаясь до ушей. Слишком рано для такого. — Во-первых, я не умею готовить, а во-вторых, слезь с меня, твое лицо слишком близко к моему.       Джерард хитро смотрит на подростка. — Ох, ты не хочешь близко находиться к моему лицу? Стыд. Я думал, между нами что-то есть, Фрэнки.       Юноша проводит своими пальцами по волосам подростка, наклоняясь ближе. Фрэнк забывает, как дышать. Джерард резко оттягивается назад: — Утреннее дыхание!       Уэй вскакивает с кровати, хватает зубную щетку и выходит из комнаты, виляя бедрами. Разве это так необходимо?

***

      Когда парни поднялись на кухню, Фрэнк был готов забыть обо всем произошедшем и сконцентрироваться на времяпрепровождении с этим сногсшибательным человеком. Их борьба действительно помогла делу. — Я не собираюсь готовить. Нам сначала надо позавтракать, а мои кулинарные навыки равны нулю, — пожаловался подросток. — Мои тоже, — помрачнел Джерард, — Уже обед! Нам надо съесть что-нибудь нормальное. — Почему бы нам не съесть завтрак, но он будет больше? В плане, куча завтраков с дополнительными продуктами. — Ты имеешь ввиду поздний завтрак? — посмеялся юноша. — У этого есть название?!       Парни быстро определились с кухонными обязанностями. Фрэнк готовил пиццу на тортилье и тосты, пока Джерард пек оладушки. — Не смей класть в мою порцию ананас! — крикнул Уэй через плечо, замешивая тесто. — Конечно нет! Ананасам нет места в пицце. И в жестяных банках тоже, раз уж на то пошло. — Я рад, что мы сошлись мнениями, ведь ножи находятся в этом ящике, — юноша постучал по тумбочке рядом с ним, — Потому что я собираюсь отстаивать свое мнение.       Фрэнк лишь посмеялся, доставая банку с халапеньо из холодильника. — Хочешь?       Джерард обернулся, чтобы посмотреть на предлагаемый младшим продукт, и увидев перец, он скривился: — Нет. Как ты это можешь есть вообще? — Я из Нью-Джерси, — сказал Фрэнк, выкладывая три целых халапеньо на свою пиццу. — Во-первых, что ты делаешь, черт возьми, оно сожжет тебе весь рот, а во-вторых, Фрэнки, мы оба из Нью-Джерси.       … — Это Нью-Джерси.       … — Фрэнки, мы буквально живем в Нью-Джерси.       Айеро ничего не ответил, вместо этого он решил уладить вопрос мирным путем. То есть начал драку едой.       Подросток взял горсть муки в руку и кинул ее в голову Джерарда. Ответ старшего парня не заставил себя долго ждать: он схватил кетчуп и брызнул им в лицо Фрэнка.       Война продолжалась, пока юноша не объявил перемирие, оправдав это тем, что подросток может испортить тесто для оладьев продуктами, которыми он бросается. Завтрак был подан достаточно быстро, и несмотря на сомнительные навыки готовки блюда получились очень даже неплохими. Естественно, Фрэнк запачкал Джерарда взбитыми сливками, но подросток явно извлек из этого свои плюсы, наблюдая, как юноша соблазнительно слизывает крем с тыльной стороны ладони.       Впервые Фрэнк получил удовольствие от готовки.

***

— Джи, мне скучно!       Уэй ставит свою шестую чашку кофе на столик рядом с пакетом лакрицы и вздыхает: — И что мне сделать?       Фрэнк молчит, обдумывая все возможные варианты. Они могут вернуться вниз и прочесть восхитительную коллекцию комиксов, выйти на улицу и начать стрелять друг в друга водными пистолетами, или… — Давай сыграем в «Правда или Действие»! — Фрэнк, тебе двенадцать? — закатил глаза Джерард, — Если да, то четырехмесячное дело больше не рассматривается.       Айеро игнорирует повышенное сердцебиение, когда юноша упоминает об их «сделке». — Тогда я расскажу Майки, что ты украл его лакрицу, — ухмыльнулся Фрэнк, указывая на открытую упаковку. — Ты мелкий засранец. Я же дал тебе несколько штук! — Вообще все равно. Поиграй со мной, — потребовал наш герой. — Ладно.       Фрэнк и Джерард сидят на ковре в гостиной, их игра скоро начнется. — Хорошо, нам надо установить какие-то правила. Что делать, если кто-то отказывается выполнять действие? — спросил подросток, скрещивая руки на груди. — Я не знаю! Я не играю в игры для вечеринок! — Ты скучный, — Айеро показывает юноше язык, — Хорошо, если кто-то отказывается от действия, то должен выбрать правду, и наоборот. Действия не должны включать в себя поход на улицу, — Джерард посмеялся над этим, — Также ты не можешь заставить меня целоваться с тобой, нам надо подождать.       О боже. — Давай начнем. — Позвони в пиццерию и закажи огромный пенис.       Это уже третье действие, которое Фрэнк получает от Джерарда. Подросток уже жалеет. Он решил смягчить свои наказания, зная, что юноша не очень хорошо знаком с игрой, но тот в свою очередь доказал свое мастерство в придумывании постыдных действий. — Я… — Фрэнк обдумывал предложение. Действие стыдное, да, но собирается ли подросток сдаваться? Нет!       Подождите, еще как собирается, но все равно этого не сделает. Почему? Потому что он, черт возьми, из Нью-Джерси! — Я сделаю это.       Сексуальная ухмылка на лице Джерарда практически оправдывает унижение, которое предстоит пережить Айеро. Парень начал искать какую-нибудь пиццерию в Нью-Йорке, чтобы его не узнали. Он набирает первый попавшийся номер, ответ последовал после двух гудков: — Здравствуйте! Это «Пицца Нейта». Как я могу помочь Вам? — человек по ту сторону трубки определенно женщина, что делает ситуацию менее неловкой. — Ммм… — Фрэнк смотрит на Джерарда с болезненным выражением, но все, что он получает, это забавный смех, — Могу ли я заказать огромный пенис, пожалуйста?       Уэй заливается смехом, закрывая рот рукой, чтобы работница пиццерии не услышала его. Фрэнк немного отодвигает телефон от уха, стыдясь своих слов. — Джи, я могу уже сбросить? — прошептал подросток. — Если разговор продлится больше тридцати секунд, то я разрешу тебе ходить два раза подряд, — покачал головой юноша, переставая смеяться. — Ладно.       Фрэнк возвращает гаджет к уху, слыша, что женщина тоже смеется. Это ведь не так смешно! — Господи, Паул, иди сюда, ты не поверишь, что этот парень только что сказал! — Что? — послышался мужской голос по ту сторону трубки.       Айеро быстро сбрасывает звонок, пока второй человек не начал смеяться над его заданием. — Тридцать секунд, все честно. Правда или действие? — Правда. С тебя два вопроса, я обещал тебе двойной ход, тыковка.       Сейчас. Фрэнк может смутить Джерарда или аккуратно выведать какую-то стоящую информацию о парне. Как бы сильно желание отомстить не искушало подростка, есть кое-что, что он хотел бы узнать: — Ты серьезен по поводу четырехмесячного дела?       Гостиная погрузилась в тишину. Подросток, краснея, смотрит на юношу, который очень тепло и с любовью улыбается. — Если ты за, то, да, я серьезно. Я бы и сейчас тебя взял, но боюсь, я слишком стар, чтобы встречаться с семнадцатилетними. Не помню, говорил ли я, но мне двадцать один.       Фрэнк смотрит на юношу, сидящего перед ним, и старается выглядеть, как можно спокойней. — Окей, теперь вопрос, выливающийся из твоего ответа. — Он считается за второй ход. — Хорошо. Мой второй вопрос: почему? Почему ты хочешь встречаться со мной?       Джерард мягко смеется, протягивая руку вперед, чтобы погладить волосы подростка. — Во-первых, то, как ты выглядишь. Но и твой бросок пультом в меня тоже был достаточно впечатляющим, — Фрэнк перебил Уэя своим недовольным «эй», но парень не обратил на это внимания, — Но уже спустя день нашего знакомства, мне кажется, что мы просто были обязаны встретиться. Мы что-то типа родственных душ. Я чувствую это. Несмотря на все наши споры, которые достаточно забавные, я не скучаю с тобой. Я даже понятия не имею, сколько сейчас времени! Также ты превратил «Правду или Действие» во что-то смешное. Я ни за что не отпущу такого человека, тыковка.       Щеки Фрэнка горят, а дышать слишком тяжело. Это была самая милая и лучшая вещь, которую о нем говорили. Его сердце бьется с бешеной скоростью, а бабочки в животе плодятся слишком быстро.       Может, они и правда родственные души?

***

— Пожалуйста, Джи! Мы сидим дома уже больше суток!       Уэй закатил глаза, проходя мимо подростка, направляясь на кухню, чтобы взять что-нибудь на перекус. — Мне кажется, ты хочешь прогуляться в парке, но уже почти полночь. К тому же, я не люблю выходить на улицу.       Когда Джерард открыл холодильник в поисках провизии, то Фрэнк схватил его за руку. Юноша повернул голову, тепло смотря в глаза подростка. — Почему тебе не нравится ходить гулять?       Старший парень легонько сжимает маленькую ладошку, улыбаясь. — Не люблю толпу. И людей в принципе.       Фрэнк хихикает: — Именно поэтому я предлагаю тебе выйти сейчас! Никого не будет на улице, давай устроим пикник, я как раз знаю одно место.       После того, как Фрэнк замечает неопределенность во взгляде Джерарда, он хватает вторую руку, медленно размахивая ими, и снова говорит: — Я куплю безалкогольное вино, а ты закажешь пиццу. Это будет нашим первым свиданием, — Айеро заметил, как Джерард уже собирался возразить, но быстро перебил, — Без всяких штучек, которые делают парочки, конечно же.       Юноше явно понравилась такая идея: — Я захвачу покрывало, а ты сбегай за моим кошельком.       Фрэнк кивает и направляется в подвал.       Кажется, весь город заснул, когда все было готово к пикнику, и Джерард закрыл дверь позади них обоих. Уэй переплетает свои пальцы и пальцы Фрэнка. — Веди, тыковка.       Прогулка по прохладным улицам Бельвилла** во время такой тихой ночи, когда фонари освещают путь приятным оранжевым светом — магический опыт, и нет ни одного человека, с которым бы Джерард хотел делиться этим теплом, как с Фрэнки. На улице не морозило, но было достаточно свежо, поэтому дыхание парней было немного туманным. Идя в пальто, держа теплую руку Фрэнка и смотря на черное небо над ними, эта ночь ощущалась, как Хэллоуин. Прекрасный момент для их первого свидания.       После того, как парни купили вино и пиццу, Фрэнк взял всю инициативу на себя и повел Джерарда ближе к периферии их маленького городка. Узкие двухсторонние асфальтовые улицы освещены темнее, так как в одинокой части города рядом с лесом не так много уличных фонарей. Мрачность придает жуткую атмосферу их прогулке, казалось, что кто-то идет позади, но парни вдвоем любят страшные вещи, так что они просто наслаждаются разговором о классических фильмах ужасов о вампирах и продолжают свою дорогу.       Чем дальше они углубляются в окраину, тем сильнее Джерарду начинает казаться, что они заблудились в этих лабиринтах. Но в любом случае, почему они здесь? Разве леса не было рядом с Волмартом, где они покупали ужин? Почему это место? Почему-       Паника юноши пропадает, как только Фрэнк показал куда-то влево и объявил: — Мы на месте!       Джерард облегченно выдыхает и смотрит в направлении, указанном Фрэнком. Это церковь. Маленькая белая церквушка, видимо, она стоит здесь уже долгое время, вопреки своему удобному расположению. Темные деревья возвышаются над зданьицем, будто укрывая его, скрывая святое убежище от человеческих глаз.       Уэй повернул голову и увидел восторженные глаза Фрэнка, он был похож на щенка, который сидит в ожидании похвалы. — Оно невероятно, Фрэнки.       Подросток ухмыляется и отпускает руку Джерарда: — Догони меня!       Подросток начинает бежать, и у юноши явно нет никакого времени, чтобы отреагировать. Осознав произошедшее, он погнался за младшим парнем. — Вернись, засранец, я же не знаю, куда идти!       Оказалось, что за церковью находится кладбище. Достаточно большое, оно уходило далеко в лес. Фрэнка нигде не видно. Он хочет поиграть, не так ли? — Фрэнки! — крикнул Джерард, проходя по погосту и заглядывая за каждую могилу, не теряя бдительности, на случай если мальчик захочет напрыгнуть на него, — Где ты?       Уэй снял свой рюкзак, уходя вглубь леса. Это игра. Но кого напугают первым? Старший уверен в своей победе, пока не слышит шум из веток дерева напротив него.       Что-то приземляется позади него, и кровь стынет в венах Джерарда. Он начинает пятиться и падает в мокрую траву. Затем слышится чей-то смех. Чертов панк!       Фрэнк, хихикая, подходит к юноше и протягивает ему руку. Тот хватается за нее и встает. — Разве это место не прекрасно?       Джерард быстро оправляется после поражения, когда подросток упоминает кладбище. — Да, оно идеально страшное для такой парочки, как мы.       Парни вернулись к месту, где оставлен рюкзак, доставая свои вещи. Уэй расстилает покрывало на аккуратно постриженную траву, а Фрэнк открывает вино. Звезд нет на этом ночном небе. Это помогает жуткой эстетике сего места, заставляя церковь выглядеть более одиноко на фоне мрака.       Пока мальчики лежали, держась за руки и поедая пиццу, Джерард спросил то, что волновало его все это время: — Как ты нашел это место?       Фрэнк улыбнулся юноше, одаривая его теплым взглядом, а затем поднял голову на небо: — Я живу здесь неподалеку. У меня не было особых развлечений, когда я был ребенком, поэтому я исследовал окрестности на своем велосипеде, достаточно быстро нашел это место. Я играл здесь в прятки сам с собой. Мне известен абсолютно каждый квадратный метр в этом городе. — Как ты играл в прятки сам с собой? — Окей, может, на самом деле я играл и не один. Я украл игрушки у хулигана, который живет здесь неподалеку, и прятал их. Он всегда выходил искать меня, но никогда не находил.       Джерард смеется над историей и берет бутылку вина, отпивая из нее, словно это водка. — Оно ужасное, — кривится юноша.       Он делает еще один глоток и потом предлагает напиток Фрэнку. Они пьют в тишине, окруженные темными могилами во время этой бесконечной ночи. Ветра нет, единственный источник звука на кладбище — дыхание парней.       С Фрэнком время летит незаметно, но мгновенья длятся вечно.

***

      Когда парни начинают идти обратно домой, Джерард замечает грустное лицо другого мальчика. Он выглядит отстраненно, его брови опущены, а взгляд направлен на космос. Ох, нет. — Что не так, Франкенштейн? — Завтра мне надо будет вернуться домой, — грустно улыбается подросток, смотря на Уэя.       Ох… — Почему это плохо? Если ты грустишь из-за меня, я же не умру, ты всегда можешь прийти в гости.       Фрэнк берет Джерарда за руку, сжимает ее и оглядывается. Подросток смотрит на небо, стараясь сделать вид, что он не напуган прямо сейчас. — Нет… это не из-за тебя. Не буду врать, ты очень веская причина не покидать дом, но в основном это все из-за мамы.       Айеро начинает чувствовать себя тревожно, он не любит говорить о матери, но ему хотелось бы, чтобы Джерард об этом узнал каким-то образом. Поэтому младший засовывает руку, которая не соединена с Уэем, в карман и достает салфетки, что всегда хранит в своем пальто, и начинает перебирать их между пальцев. Он часто так делает, ведь если в руках будут не салфетки, а резинка или мячик для стресса, то люди буду понимать, что ему беспокойно. Подросток медленно убирает упаковку обратно в карман, и начинает свой рассказ. — Родители развелись, когда мне было шесть, и с того момента я не видел своего отца-мудака. Мать начала пить и спать со всеми подряд. Это не так уж и критично, но мне не нравятся пьяные странные мужчины в доме.       Фрэнк остановился, пытаясь успокоиться. Он не хотел показывать эмоции, и неважно, что Джи будет очень сильно его поддерживать. Когда младший мальчик собирает все свое мужество, то наконец-то поднимает взгляд на юношу. Уэй лишь смотрит на него с нечитаемым выражением лица, ожидая окончания жизненной истории Фрэнка.       Хорошо. — Но те мужчины, с которыми она встречается, просто ужасны. Они постоянно кричат и иногда бьют ее. Я еще ни разу не был ранен, но наблюдая за тем, что достается маме, такое чувство, что меня тоже избивают. Она не лучшая мама, но я все равно люблю ее, и то, как-… — подросток сглотнул, снова останавливаясь, ведь его горло горело из-за подступающих к глазам слез. Он продолжает. — То, как она ведет себя рядом с этими парнями просто ужасно. Словно она рабыня и боится их. Иногда она тоже так ко мне относится, если злится. Я понятия не имею, что она в них находит, но все эти мужчины, с которыми мама встречается, такие.       Джерард лишь смотрит на младшего. Он не может ничего сказать. Он не может сказать «я проходил это» или «я знаю, что ты чувствуешь», и юноша понимает, что ему повезло. Все, что он может сделать-       Фрэнк удивляется, когда Уэй обнимает его. Это так мягко, тепло и успокаивающе. Это буквально все то, чего Айеро не чувствовал мгновение назад.       Подросток прекращает теребить салфетку и обвивает руки вокруг высокого парня. Все хорошо прямо здесь, в ласковых объятиях Джерарда. Фрэнк начинает плакать в самый неожиданный момент, но когда он прижимается головой к шее юноши, то просто не может сдержаться. Аейро рыдает и трясется, Уэй прижимает его к себе еще сильнее. Парень выпускает из себя все свои переживания и боль сквозь слезы, которые копились годами. Насколько близки они теперь?       Спустя какое-то время, Фрэнк прекращает свои всхлипывания и вытирает лицо одной из салфеток. Джерард подает голос, удивив подростка своим вопросом: — Что твоей маме нравится делать?       Фрэнк смотрит на старшего, чувствуя себя идиотом, прежде чем ответить. — Я правда не знаю. — Ну же. Она делает что-нибудь, что заставляет тебя улыбаться? У нее есть какое-нибудь хобби?       Айеро обдумывает это все, а затем слегка улыбается: — Она любит готовить. Очень много печет. Но не когда ее парни рядом. А еще мама любит петь, когда готовит. В основном это какие-то старые песни, которые ты мог услышать от своего дедушки.       Джерард снова взял подростка за руку, призывая продолжить их путь. — Тебе следует начать готовить с мамой. — Что? Я же не умею, — смущенно спрашивает мальчик. — Попроси ее научить тебя, — улыбнулся Уэй. — Это-… — Фрэнк задумался: его мама счастлива, как никогда, во время готовки, и он определенно хочет стать частью этого, — Это было бы невероятно, на самом деле.       Юноша ухмыляется и отпускает руку мальчика. — Я могу понести тебя на спине.       Наш герой не возражает и забирается на высокого парня, кладя голову на копну черных длинных волос. — Не думай, что не можешь прийти в наш дом, — снова начал разговор Джерард, — Ты всегда будешь жданным гостем, и неважно, наведаешься ли ты к нам из-за очередного бойфренда мамы, или когда почувствуешь себя одиноко. Ты всегда можешь прийти к нам. Ко мне.       Старший улыбнулся: — Всякий раз, когда жизнь начнет казаться жестокой, тыковка, я буду ждать тебя внизу.

***

      Они добрались до дома Уэев, и Фрэнк спрыгивает со спины Джерарда. Юноша начинает открывать дверь, но внезапно оборачивается.       Парни стоят на крыльце, и брюнет может видеть ночное небо позади подростка, придающее ему магическое сияние. В воздухе появился легкий ветерок, но озноб — не единственное, что вызывает мурашки у Джерарда. Он не смог устоять и протянул руки к бледному лицу Айеро, прикасаясь к коже. Она такая же мягкая, коей и выглядит.       Фрэнк смущен и уже собирается открыть рот, чтобы спросить, что это за внезапная сцена, но Уэй прерывает его вопросом, которого подросток ждал весь вечер: — Могу я поцеловать тебя?       Джерард наблюдал за расширяющимися зрачками мальчика и дожидается ответа.       Фрэнк мягко кивает.       Уэй улыбается одними лишь уголками губ и прижимается к губам Фрэнка. В мгновение, когда их губы соприкасаются, Джерард чувствует, как адреналин разливается по венам, но он старается сделать этот поцелуй нежным. Они оба закрыли свои глаза, наслаждаясь моментом. Никаких фейерверков, искр и магии. Только прохладный воздух во время чувственного поцелуя, и темнота, окутывающая их, словно они обнимали друг друга. Слегка помятые губы Фрэнка скользят по губам Уэя, пока ветер осторожно дует. Джерарду не нужны фейерверки. Счастья внутри него достаточно, чтобы сказать, что все это было предназначено заранее. *Джуманджи — книга, в которой рассказывается о подростках, решивших сыграть в старую игру, в последствии попавших в джунгли с множеством опасностей. **Бельвилл — это городок в графстве Эссекс, штат Нью-Джерси, США