Вынужденный альянс

      Цепной топор впился в плоть. Кровь как будто бы рванулась прочь только бы не встретиться с мономолекулярными зубьями – алый фонтан обдал Анрайса с головы до ног. Несмотря на страшную рану, отродье хаоса не сдавалось, а продолжало тянуться к капитану Караула Смерти. Щупальца впивались в крепкую терминаторскую броню, и присоски выщипывали керамит. Вроде бы ничего смертельного, но доспехи понемногу истончались, и уже какая-нибудь другая тварь могла воспользоваться уязвимостью. Анрайс рассёк отродье надвое. Боль никак не отразилась на омертвевшем лице носителя. Напротив, демон стал вдвойне опаснее и приобрёл сверхъестественную ловкость. Одна его половина оплела ноги Анрайса, другая прижала цепной топор к боку и поползла к голове, не разжимая хватки. Пришлось отключить питание двигателя, чтобы случайно не разрубить поножи. Анрайс прорычал и попытался разорвать никак не желающую погибать тварь, однако та теперь больше походила на резину.       Одну половину чудовища удалось размазать по палубе сабатонами, но та, что сверху, выстрелила щупальцами прямо в шлем и разбила правую линзу. На конце бешено раскачивающегося жгута появилась игла, но воспользоваться ей чудовище не успело. Торгнюр поймал щупальце за мгновение до того, как оно вонзилось Анрайсу в глаз. Вдвоём десантники порвали чудовище в клочья. Анрайс отошёл на пару шагов, выхватил из кобуры волкитный разрядник и сжёг шевелящиеся останки. Он даже перевести дыхание не успел, как на воинов Караула выбежали чумные зомби. Некоторые из гнилых уродцев ещё помнили что-то из прежней жизни: мертвецы в боевых скафандрах, покрытых печатями чистоты, нет-нет, но стреляли из абордажных дробовиков, пусть даже чаще попадали по товарищам, а бывшие матросы инстинктивно направились к погрузчику, на котором покоился многотонный макроснаряд. Анрайс и Торгнюр приняли бой на артиллерийской палубе. Им, в отличие от многих других защитников "Амбиции", отдых не требовался, а поэтому, закончив зачистку в одном месте, они тут же переходили в другое. На соседнем участке процесс перезарядки был автоматизирован, да и само орудие куда совершеннее. Здесь же ещё чувствовался дух старого доброго Имперского Флота. Снаряды перевозили на тягачах, перегружали на направляющую вручную усилиями нескольких десятков матросов, потом цепляли стропы и тащили до клинового затвора. Выстрел артиллеристы пережидали в специальных бункерах, чтобы потом выбраться наружу и работать уже в респираторных масках, так как вонь прометия и отработанного газа невыносима. Немногие люди способны пережить многолетнюю службу в таких условиях, но духи макропушек вознаграждали за каждую пролитую каплю крови или пота. Анрайс ни раз слышал истории о том, что выпущенные из устаревших орудий снаряды находили врага в бездне космоса без помощи мастера-канонира. Анрайс разрубил первого атакующего, схватил второго за вытянутый рог и отсёк голову, пнул третьего, а потом втоптал его в палубу. Наконец он дождался, когда волкитный разрядник остынет и сжёг целую дюжину вопящих подгнивших уродцев. Торгнюр не отставал. Он бесхитростно раскидывал оживших мертвецов силовым кулаком, а тех, кто ещё был способен двигаться после сокрушительных ударов, убивал меткими выстрелами из штормового болтера. Один выстрел – один труп. Раздался озлобленный рёв. Против Ангелов Смерти вышел предводитель гнилого войска: многометровая тварь с вытянутыми конечностями и плоской головой, которая походила на обтянутую чёрной кожей тарелку. На верхней половине раскрывались три уродливых буркала. Стоило только твари распахнуть пасть для очередного неразборчивого вопля, как она тут же теряла из виду десантников. Анрайс побежал по дуге, чтобы воспользоваться случаем, но резко остановился, когда заметил, что на лиловом языке чудовища находится ещё одно немигающее око. К этой твари стоило поискать иной подход. Однако демон не собирался ждать, когда его изгонят в Море Душ. Он хватал уцелевших чумных мертвецов и прикреплял к иссохшим конечностям. Не прошло и нескольких секунд, как чудовище нарастило мясо на костях. Ожившие мертвецы вязли в твари, как в болоте. Они вопили, ревели, выли, хотели вырваться на волю, но стали с демоном одним целым, невольными зрителями разыгравшейся трагедии. Чудовище взмахнуло рукой и погрузило когти глубоко в палубу в том месте, где Анрайс находился всего лишь мгновение назад. Капитан приблизился, чтобы отсечь пальцы, но тварь вспорола металл и отбросила его, как капризный ребёнок надоевшую игрушку. С Торгнюром тот же манёвр не сработал: скальд ответил ударом на удар, и чудовище лишилось когтистой кисти. Из рваной раны вылетела струя зловонного гноя. Иной воин поостерёгся и посмотрел бы, на что способна тварь в бешенстве, но Торгнюр пошёл напролом. Он выбросил кулак вперёд и в короткой вспышке, сопровождающейся разрядами молний, размозжил коленный сустав чудовища. Оно взвыло и рухнуло на Торгнюра. – Торгнюр! – закричал Анрайс. Анрайс набрал предельную для тактических доспехов дредноута скорость и протаранил чудовище, сбивая его с боевого брата. Тварь рухнула на спину, и капитан перерубил ей брюхо, попутно превратив в лохмотья пару сращенных с чёрной шкурой оживших мертвецов. Несмотря на страшные раны, и зомби продолжали тянуть к десантнику руки. Чудовище тоже ещё не угомонилось. Яркий луч разрядника вонзился демону в плечо. Оставшаяся рука обвисла плетью, а потом и вовсе отвалилась. Тварь издала отчаянный вопль, оглядела противников, потеряла пару глаз от выстрелов Торгнюра, а потом сбежала прочь с артиллерийской палубы. Торгнюра послал вдогонку ещё пару болт-снарядов, а потом произнёс: – Вот это да! – Что такое? – спросил Анрайс. – Вроде и покруче видели. Там… внизу. – Да не, – произнёс Торгнюр, перезарядив штормовой болтер, – я не об этом. Просто не припомню, когда было также горячо. Почти ежедневно отправляю на тот свет одну сотню врагов Императора за другой, а они всё не кончаются. – И? Анрайс зашагал по следу недобитого чудовища. – И то, мой друг, что наступает Час Конца, время Последней Битвы. Волчий Король вернётся, и я встану подле него, чтобы встретить славную смерть! Анрайс сперва ничего не сказал, бросил на боевого брата быстрый взгляд. Он ничего не прочёл по бесчувственному наличнику шлема, отвернулся и рассмеялся. – Что?! – воскликнул Торгнюр. – Так поэтично! – отозвался Анрайс. – И это здорово. – Считаешь иначе?! – Да нет, успокойся. Ты прав. Тяжёлая война. Даже не знаю, дотянем до конца или нет. – А ты бы хотел жить вечно? – Почему нет? Заскучать мне точно не дадут. Анрайс перевёл цепной топор с холостого хода на полную мощность, так как расслышал шипение и вопли демона, звон, с которым костяные когти попадают по металлу, выстрелы, а также воззвания безымянного героя: – Я изгоняю тебя в Варп, нечисть! Во имя Бога-Императора! Десантники появились к окончанию отчаянного противоборства. Демон, опалённый и загнанный в угол слитным залпом лазерных ружей, попытался наброситься и проглотить безумца, который самоотверженно на него бросился. На безымянном герое не было ни силовых, ни панцирных доспехов, только грязная белая тога с бурыми разводами, да потёртые калиги. В руках он держал деревянное копьё с железным наконечником. Если бы кто предложил Анрайсу пари, то капитан поставил бы все памятные безделушки на чудовище, однако уже в следующее мгновение взлохмаченный седовласый герой вонзил копьё в пасть твари. Древко не переломилось, а наконечник пробил плоть, кости, чёрную шкуру, которые и болт-снаряд не всегда брал, а потом вырвался из затылка демона. Неизвестный смельчак быстро выдернул оружие и отскочил в сторону, чтобы смердящая туша не раздавила его при падении. Чумные мертвецы потянулись прочь от убитого чудовища, вырываясь из стремительно разлагающейся плоти, но каждый из них получил по одному отточенному и смертоносному удару. – Это ещё кто? – спросил Торгнюр. – Вроде бы вместе с наёмниками каких-то культистов видели, – произнёс Анрайс. – Может быть, это их духовный лидер. – Всеотец защищает? – А ты как думал? Десантники направились навстречу с победителем демона и группой наёмников Classis Libera. Последние не изменились и спустя десятилетия. Всё та же одежда и снаряжение, которое Анрайс запомнил по скоротечным уличным боям в Кантаврисе: яркие наряды, преимущественно синих или красных оттенков; в касках меньшинство, многие предпочитали широкополые шляпы с перьями; камзолы с пышными рукавами и кирасой поверх; свободные штаны с гульфиками один другого больше и, наконец, ботфорты. Наёмниками руководил мужчина примерно пятидесяти лет с аугметической рукой и пустым взглядом, словно происходящая кровавая вакханалия его ничуть не удивила. – Капитан Анрайс де Ле Стат, – представился капитан. – Это мой боевой брат Торгнюр Шумный. – Вилхелм ван Дейк, войсковой квартирмейстер, – произнёс командир наёмников. – Ваш товарищ очень смел, – сказал Анрайс и салютовал демоноборцу цепным топором. – Слава! Однако копьеносец не обрадовался такому знаку внимания, а прищурился и буравил капитана взглядом из-под кустистых бровей. – А это… Демоноборец перебил квартирмейстера: – На вас метка… Кровь отхлынула от лица, и бледный герой словно бы постарел ещё на десяток лет. Но пальцы до скрипа сжались на древке, а рот растянулся в хищном оскале. – Они отмечены! – проорал он. – Стреляйте! Стреляйте, глупцы! Некоторые наёмники начали было поднимать оружие, когда квартирмейстер рявкнул: – Отставить! Но демоноборца это не остановило. Он неожиданно ловко для почтенного возраста подскочил к Анрайсу, замахнулся копьём, ударил и оставил зарубку на прочном керамите шлема. Капитан перехватил оружие, вырвал его из рук демоноборца, а потом схватил его за горло и приподнял. Противник попытался разжать медвежью хватку и – Анрайс не поверил глазам – оставил пусть и неглубокие, но вмятины на доспехе. Капитан размахнулся и бросил нападавшего в строй наёмников. – Взять его! – приказал квартирмейстер. Демоноборца облепили по рукам и ногам, но он никак не унимался. – Отмечены! Отмечены! Демоны знают их! Они слетятся сюда, как мотыльки на огонь! Убейте их, пока не стало слишком поздно! – Капитан… – квартирмейстер пристально поглядел на Анрайса. Демоноборец в это время толкался, пытался ударить, плевался, даже укусил одного из наёмников до крови. – Я чист перед Богом-Императором, – ответил Анрайс. Он снял с головы посечённый и помятый шлем. Несколько секунд командир наёмников и капитан Караула Смерти смотрели друг на друга, а потом Вилхелм ударил демоноборца шаром-противовесом силового меча в висок. Тот сразу обмяк и перестал сопротивляться. Анрайс выдохнул. Не то чтобы он опасался наёмников, а в иное время, в ином месте сполна бы им воздал за провал операции в Кантаврисе, но теперь не желал проливать кровь. Сейчас не только у Конклава, у всего Империума врагов слишком много, чтобы отказываться от помощи даже таких людей, как солдаты Classis Libera. – Спасибо, господин ван Дейк, – произнёс Анрайс. – Не за что, капитан. Этот… человек чёрт знает сколько лет провёл в стазисном поле. И ведь как-то самостоятельно из него вышел. Всю дорогу нёс какую-то ахинею, но и демонов лихо валил, поэтому мы его не прогнали. – Стазисное поле? – Долгая история, – квартирмейстер поморщился и махнул рукой. – Сейчас есть другие заботы. – Тогда не будем отвлекаться. В бой!