Сделай шаг

      — Я не могу вот так взять и поехать в Малибу, — повторяю я, несмотря им в глаза.       — Почему? — спрашивает Алек.       — Дастин, — коротко отвечаю, выламывая пальцы на руках в разные стороны. — Папа не позволил ему работать с тобой три года назад. Представь что будет с ним, когда он узнает, что я еду в Малибу подписывать с тобой контракт.       — Что? — вдруг появляется Дастин в коридоре и сверлит меня с папой своим взглядом.       — Дастин… — папа встает и подходит к нему.       — Ты разрешаешь Тиффани уехать и работать с Алеком? — на его лбу вздулась вена. Он зол и в смятении.       — Дастин, ты сам видишь какая ситуация происходит, — он показывает рукой в сторону двери, намекая на толпу папарацци. Он касается рукой плеча Дастина, но брат ее отдергивает и молча поднимается к себе в комнату. Взъерошив себе волосы, папа усаживается обратно на диван.       — Черт, — выпускает он, потирая лицо. — Наверно Тиффани права, — говорит папа, нарушая тишину. — Это несправедливо по отношению к Дастину.       — У Дастина все еще своя группа?       — Да, у них здорово получается, — говорю я. — Было бы честно, если ты возьмешь его с ребятами, а не меня. Думаю, через пару месяцев этот ажиотаж вокруг меня пройдет и все станет на свои места. А Дастин заслуживает внимание и признание публики.       — Тиффани, в отличии от тебя, он не в выпускном классе! — говорит папа.       — Он может пойти в школу в Малибу!       — Вместе с Джорданом и Дугласом? Это бред! Думаешь родители парней согласятся на это? — раздраженно спрашивает папа. — Это дорого перевозить всех троих туда.       — А если у них пойдет все в гору, то с деньгами не будет проблем.       — Так, ребятки, — вздыхает Алек, прерывая нас. — Ситуация усложнилась, не спорю.       — Не то слово, — говорит папа.       — Могу сказать, что наличие поддержки от лейбла не дает полную гарантию успеха парней. С Тиффани все проще, так как она себя уже зарекомендовала и вызывает интерес общественности. Этот танцевальный проект, скандал с ее коллективом и видео в Инстаграме положили отличное начало. Люди любят эти скандалы и ажиотаж. Дастин… это труднее.       — Я понимаю, — грустно вздохнув, говорю.       — Я подумаю что можно сделать и непременно сообщу, — говорит он, потирая лицо. — Какие у вас планы на Рождество, Новый год? — спрашивает Алек, переводя тему.       — Семейный ужин в горах, — кричит мама с кухни.       — Да, мы будем сидеть в пещере и жарить на костре маршмеллоу, укрываясь шкурой белого медведя, — улыбается папа.       — Так себе перспектива, — махнув рукой, сказал Алек.       — На самом деле, на высшей точке мы хотели арендовать деревянный домик и посидеть в семейном кругу. А с утреца прокатиться на досках.       — Это куда лучше, — Алек показывает большой палец в камеру. — Джеймс, Тиффи, я обдумаю обо всем этом и позвоню, как найду компромисс, окей?       — Да, старик, звони, — вздыхает папа и закрывает ноутбук. — Надо поговорить с Дастином?       — Мне кажется, он не хочет тебя видеть.       — Мы живем под одной крышей, ему не спрятаться от меня. Он же не просидит в комнате вечность, — говорит папа и подымается, оставляя меня одну. ***       — Привет, Тиффани, — здоровается со мной Бритни Шей, капитан группы поддержки.       — Привет, — засовываю учебник в шкафчик и смотрю на фотографию с Дастином.       — Ты стала весьма… обсуждаемой в последнее время, — начинает она и натянуто улыбается.       — Это еще мягко сказано, — усмехаюсь ей и вижу вдалеке Адама, закрывая шкафчик.       — Я хотела тебя позвать в нашу команду, — Бритни поправляет волосы и повернулась туда, куда я смотрела. — Неловко вышло с Адамом, — комментирует она и я взглянула на нее.       — Он в прошлом, команда?       — Ага.       — Бритни, я не могу.       — Типа не твой уровень и ты достойна большего?       — Типа у меня травма и мне противопоказаны сейчас физические нагрузки.       — Слушай, я ненавижу Кристалл Моррис, ты это знаешь?       — Догадывалась, — пожимаю плечами и обнимаю учебники в руках.       — Я хочу утереть ей её высокомерный нос. Она ведет себя так, будто она получила Оскар.       — Ты ведешь себя так же, — резко говорю и откидываю назад волосы. Бритни раскрыла рот от хамства, но у меня не было цели обидеть ее. — Извини, я к тому, что тебя она раздражает только потому, что затмила тебя.       — А ты затмеваешь ее, в связи с последними событиями, и я буду в выйграше.       — Хочешь преуспеть за мой счет? Мило, — ловлю взгляд от Адама и отворачиваюсь.       — Мне нельзя заниматься сейчас, извини, — говорю ей и она опускает взгляд.       — Я хотела, чтобы ты поставила нам танец на Рождественский фестиваль, — говорит она, пожимая плечами и я тут же заинтересованно взглянула на нее.       — Что за фестиваль? — вскидываю бровь.       — По случаю Рождества. Мой отец занимается его организацией, — я хватаю ее за руку и веду по коридорам школы, обращая на себя внимание. Кто-то даже умудрялся меня фотографировать на телефон исподтишка.       — Расскажи мне все об этом фестивале, — шагая на одном уровне с Бритни вдоль коридоров, спрашиваю ее.       — Он будет длиться три дня на Высшей точке гор. Папа уже распорядился строительством сцены и декораций для фестиваля. Фестиваль уже начинают рекламировать для туристов и уже составляют шоу-программу. Папа рассчитывает сделать музыкальный фестиваль и если он пройдет хорошо, он может стать ежегодным, как Коачелла, только зимняя версия. Там будут крутые исполнители. Я могу предложить отцу, чтобы ты спела для разогрева публики перед секретным гостем, — улыбается она, касаясь моего плеча. — Но ты должна нам поставить фантастическую хореографию!       — Спеть для разогрева? Что за секретный гость? — останавливаюсь, нахмурив брови.       — Тифф, на то это и секретный гость, чтобы о нем никто не знал.       — Это какая-то звезда?       — Как сказал папа — это супер-звезда, — она пожимает плечами. — По прогнозам, приезжих будет большое количество. Это может стать чем-то значимым для тебя, верно?       — А ты можешь попросить его, чтобы он утвердил в шоу-программу группу Дастина?       — Дастина? — она открывает рот уже второй раз. — Он конечно смазливый мальчик, но это не входило в мои планы, — она хмурится.       — Я поставлю вам хореографию, при условии, что ребята из 3D будут на разогреве у того секретного гостя, — уверенно смотрю на нее и она молчит, раздумывая мое предложение.       — По рукам, — она тянет мне руку и я тут же ее пожимаю.       — Это будет фантастически круто, уверяю тебя.       — Я верю тебе, — она так улыбнулась, будто мы в сговоре за что-то противозаконное.       — Ты сказала там будут и другие артисты, помимо секретного гостя.       — О, да, — она кивает и я так же киваю, намекая, чтобы она назвала имена. Бритни осмотрелась по сторонам, будто не хотела чтобы ее кто-то слышал. — Post Malone, The Chainsmokers.       — Кто нибудь еще? — наклонив голову вбок, улыбаюсь.       — Черт, Тиффани! Билли Айлиш, Дав Камерон, Дуа Липа.       — Ты шутишь? — я вскрикиваю на весь коридор и Бритни испугано осматривается.       — Тиффани!       — Боюсь представить кто будет секретным гостем, — волнующе вздыхаю.       — Они все еще не утверждены, ведутся переговоры с их менеджерами. Дав Камерон, Пост Малон и Чейнсмокерс утверждены и приедут.       — Ты представляешь что будет, если их всех утвердят?       — Это будет что-то фантастическое. В Киллингтон в Рождество приезжает много людей на отдых, а тут еще и фестиваль!       — Я в предвкушении.       — Ты уверена, что хочешь дать возможность выступить Дастину, а не самой? — она смотрит на меня, как будто предупреждает не совершать ошибку.       — Определенно, — твердо говорю ей и представляю, как сообщаю эту новость Дастину.       — Тогда завтра после уроков встречаемся на парковке, — говорит она и уходит. ***       — Рождественский фестиваль? — взрывается от эмоций Оскар и усаживается на багажник своей машины.       — Оскар, об этом еще никто не должен знать!       — Рождество через месяц! Они хотят все афишировать за неделю?       — Нет, но Бритни сказала никому не говорить, — говорю ему, пытаясь охладить его пыл. Вивиан стояла рядом и задумчиво терла подбородок. Оскар обожает все, что связано с фестивалями и концертами. Он не пропускал ни единого большого концерта разных исполнителей в Бостоне. Комната его увешена постерами групп и сольных артистов. Иногда, мне кажется, его мать специально звонит менеджерам исполнителей и просит их отказываться от концертов в Бостоне.       — Значит, ты согласилась поставить танец Бритни и ее девочкам из группы поддержки? — вдруг спрашивает Вивиан, после длительного молчания.       — Да и она дала слово, что сделает все, чтобы Дастин выступил на фестивале.       — А ты сама не хочешь? Это огромная возможность.       — Я… я бы хотела, но Дастину нужнее.       — Я все-таки считаю, что там должна выступить ты, — она вскидывает руки и садится рядом с Оскаром. Переминаясь с ноги на ногу, я пыталась подобрать слова.       — Ты же знаешь, что я не занималась профессионально вокалом, а это масштабное мероприятие. Мой навык вокала не то, что нужно показывать на такой сцене. Это совсем другой уровень. Понимаешь… выложить дурацкий ролик на Ютуб, где я ради развлечения пою не сравнится с большой сценой, где будут идолы миллионов.       — На фестивале не будет миллионы людей. Наш фуникулер будет мотаться как никогда прежде из-за фестиваля, но это все равно не Коачелла, понимаешь?       — Один из самых популярных мест для горнолыжного курорта в Штатах, Рождество и музыкальный фестиваль со звездами — вместе это гремучая смесь и соблазн для туристов и жителей из других штатов, — возмущаюсь и опираюсь о машину.       — Давай найдем преподавателя, который тебе поможет подготовиться, — предлагает Оскар и я раздраженно вскидываю руки, расхаживая туда сюда.       — Это бред!       — Тиффани! Ты лишаешь себя такой возможности! А все из-за того, что чувствуешь себя виноватой перед Дастином! Это глупо и он должен тебя поддерживать, а не ты его! — повышает голос Вивиан.       — У меня с ним всю жизнь были прекрасные отношения, — разочарованно я останавливаюсь. — А сейчас он сидит у себя в комнате и не хочет разговаривать ни со мной, ни с отцом.       — Он не должен обижаться и обвинять тебя в том, что у тебя что-то получается.       — Я больше не хочу это обсуждать, Вивиан. Я молча ухожу с парковки, оставляя свою машину и иду вдоль улицы, неподалеку от школы. Пиная ногами снег, оставляю за собой грубые следы. Зима в Киллингтоне это одно из тех мгновений, которые стоит увидеть. Зимний Нью-Йорк, конечно, прекрасный но Киллингтон это другое. Здесь совершенно другая атмосфера. Когда Киллингтон мерцает огнями и усыпан снегом, я ощущаю себя в сказке. Сотни деревянных коттеджей с панорамными окнами и треугольными крышами. Каждый район готовят к Рождеству, обвешивая город гирляндами, которые вечером озаряют улицы ярким светом. Кафе и магазины уже с новогодними витринами и привлекают своей атмосферой людей. На конце аллеи вижу Старбакс и направляюсь туда. Сейчас меня не преследуют папарацци, что меня радует. На витрине Старбакса искусственным снегом написано: «Попробуй имбирно-пряничный латте!» Витрина усыпана нарисованными снежинками и карамельными тростями.       — Хочешь кофе или чай? — слышу позади голос, от чего вздрагиваю. Обернувшись, вижу Хантера. Почему-то мне было приятно его увидеть здесь и сейчас. Я не смогла вымолвить и слова, стоя вкопанной в снег.       — Эм… да, — смущенно отвечаю ему и он приподнимает уголок губ. Он выглядит потрясно. Волосы спадают ему на глаза, но он их не убирает. Руки его в карманах черного пальто и он, высовывая одну руку, открывает дверь Старбакса, кивком приглашая войти. Чувствую запах кофе и корицы. Чувствую тепло и приятную атмосферу. Слышу рождественские песни из колонки. Он проходит к кассе и вглядывается на табло с меню.       — Хм, один имбирно-пряничный латте и один мятный мокка, — говорит он, а я продолжаю осматриваться, пока он выбирает объем. Он расплачивается и кассир жестом просит присесть, оповещая, что напитки нужно подождать несколько минут. — Спасибо. Он разворачивается и, взглянув на меня, подходит ближе.       — Мы можем сесть тут или…       — Тут, давай сядем тут, — он кивает и проходит в самый дальний угол. Он не оборачивается назад, чтобы убедиться иду ли я за ним. Он итак это знает. Пройдя к столику, он отодвигает стул и смотрит на меня. Полагаю, он хочет, чтобы я села. Я молча подхожу к стулу и пытаясь сесть, он задвигает его, после садится сам. Наконец он проводит рукой по волосам, убирая их назад и мне открывается взор его густых бровей, пряничных глаз и длинных ресниц.       — Как ты узнал, что я буду именно этот латте? — вдруг спрашиваю его, после длительного молчания.       — Было не трудно догадаться, — он кивает на витрину, где отзеркалено название латте.       — Оу, точно, — опускаю взгляд, улыбаясь.       — Так и что тебя гложет, Тиффани? — он ерзает на стуле, усаживаясь удобнее. Взглянув в мои глаза своим глубоким и завораживающим взглядом, он искривился в подобии улыбки. Уверена, искренняя улыбка у него куда прекраснее, но я ее так и не увидела, пока.       — У меня все хорошо, — отвечаю ему, опуская взгляд.       — Не люблю, когда врут, — резко говорит он, переводя взгляд на большое окно заведения. — Иногда, — он вздыхает, — проще довериться незнакомцу, выговорив ему все, что лежит у тебя внутри. Он вновь взглянул на меня и наклонив голову набок, сказал:       — Попробуй. Прикусив нижнюю губу, я вздохнула и взглянула позади него, подбирая слова.       — Я… постой, — я выпрямляюсь и наклонившись над столом, смотрю пристально на него, от чего он нахмурился. — Я могу узнать как тебя зовут, «незнакомец», — показываю кавычки и он ухмыльнулся.       — Хейден, — спокойно говорит он и у меня падает с плеч камень. Он не Хантер и уж тем более не Хулио, Хорхе или какие там были варианты? — Что? — он усмехнулся моей реакции.       — Мы делали ставки на Хулио, — улыбаюсь я и он раскрывает рот.       — Хулио? Вы с друзьями обсуждали меня? — кривится он.       — Мне кажется, тебя обсуждают все, когда ты приезжаешь за Мишель, — услышав это, он высокомерно улыбнулся и опять поправил волосы. Ему не идет такая улыбка, он кажется нарциссом.       — Мне кажется, мы съехали с темы, — сказал Хейден и закинул ногу на ногу.       — Ну, с чего начнем: как твоя сестра увела моего парня или с того, что меня выгнали с танцевальной команды? А может с того, что мой брат узнал, что из меня хотят сделать поп-звезду, а он так и будет в моей тени? Ну или с того, что меня не понимают мои друзья? Или с того, что я не знаю, чего хочу? Одной рукой он потер свои виски и перенес руку на подбородок.       — Твоя жизнь не скучная.       — Уверена, таким ты похвастаться не можешь, — уже усмехаюсь я, поправляя волосы. Нам кричат, что наши напитки готовы и Хейден пошел за ними. Он довольно высокий и стильный. И почему мне хочется выложить ему все, что твориться у меня внутри. Оскар бы умер, если бы узнал, что я сейчас с ним. Его гейский радар подсказывает, что Хейден один из них. Я не умею отличать натуралов от геев, но Хейден… видимо таков и есть.       — Это твое, — он ставит красный огромный стаканчик передо мной и усаживается обратно.       — Спасибо, — улыбаюсь и прикасаюсь двумя ладонями к стаканчику, ощущая его тепло сквозь бумажную текстуру.       — Итак, значит из тебя хотят сделать поп-звезду? — он это так сказал, будто никогда не слышал ничего бредовее.       — Видишь ли, — я вздыхаю, подбирая нужные слова. — Я состояла в танцевальном коллективе и мы не думали, что когда-то нас позовут в какие-то проекты. Мы занимались… для себя. Нам нравилось танцевать, а в танце можно выплеснуть положительные и отрицательные эмоции. Это как перезагрузка.       — Перезагрузка, — повторяет он, кивая. — Как ты попала в коллектив? Я тепло улыбнулась, вспоминая самое начало нашей истории. ***       — Тиффани, ты стараешься недостаточно! — возмущается Ной, почти вырывая волосы на своей голове. Я пыталась выполнять те или иные движения, повторяя за ним, но выходило не так, как он этого хотел.       — Мне нужно отдохнуть! — усаживаюсь я на пол, тяжело дыша.       — У тебя есть десять минут, — он смотрит на время и подходит к стерео-системе, делая музыку тише. Мы занимались на тот момент уже не в парке, как первый год, а в новой студии, которую снял Ной на заработанные деньги от преподавания. Я развалилась на полу и смотрела в потолок, восстанавливая силы.       — Я схожу за водой, тебе принести? — спрашивает Ной.       — Да, — говорю ему и слышу как двери открываются и закрываются. Я пролежала не двигаясь около пяти минут, и когда двери открылись, не обратила внимания.       — Кхм-кхм, — кто-то прокашлялся у входа и это был не Ной. Голос девчачий. Повернув голову ко входу, я увидела Кристалл Моррис. Она только переехала в Киллингтон и уже умудрилась сделать так, что ее знали все в средней школе. Уверена, Бритни Шей рвет волосы на голове. В средней школе Бритни была та самая обсуждаемая девочка, которая занимается черлидингом и ходит с двумя подружками по коридорам школы.       — Кристалл? — я подымаюсь с пола, принимая сидячее положение. — Что ты тут делаешь?       — Я узнала, что ты занимаешься танцами, — сказала она, осматривая студию. — Мне было бы интересно сотрудничать с тобой.       — Типа танцевать? — спрашиваю ее, нахмурившись.       — Типа да, — улыбнулась она. — Видишь ли, я хочу поступить в Академию танцев в Беверли-Хиллз и мне нужна команда, с помощью которой я получу балл при вступлении.       — Ты только в средней школе и уже выбрала колледж? — спрашиваю ее, удивляясь.       — Моя жизнь расписана на ближайшие десять лет и мне нужно начинать делать уже сейчас, если я хочу достичь большего.       — Тебе двенадцать, — скрещиваю руки на груди, смотря на нее, как на ненормальную.       — Тринадцать, — резко говорит она.       — Это не важно.       — В Киллингтоне мало ребят нашего возраста, которые танцуют, но мне необходимо собрать хотя бы пятерых. Ты в деле?       — Слушай, а что я с этого буду иметь? — наклонив голову набок, спрашиваю ее.       — Если ты захочешь поступать в творческий колледж, то с помощью команды ты сможешь произвести впечатление. Если мы начнем сейчас, то представь какой опыт у нас будет через пять лет?       — Ну, возможно, ты права, — выдохнув, соглашаюсь с ней. — Ты знаешь Ноя? Это мой тренер.       — Да, я уже это знаю. Мой папа оборудовал эту студию и сдал в аренду, чтобы Ной обучал и меня, — она подходит к магнитофону, касаясь регулятора громкости. — Потанцуем? — спрашивает она, заманчиво улыбаясь и кивнув ей, она делает музыку громче. ***       — Как можно определить свое будущее в тринадцать? — не унимается Хейден, делая глоток кофе.       — Я тоже считала ее ненормальной.       — Я в тринадцать лет еще жевал сопли и прогуливал школу, — пожимает он плечами.       — Собственно, так мы основали коллектив и танцевали в студии, под контролем Ноя около трёх лет. Потом отец Кристалл стал нашим продюсером, так как начинал верить в то, что у нас может что-то получится. Нанял нам очень очень профессионального хореографа с огромным и внушительным стажем. Он отправил заявку на участие в конкурсе в Лос-Анджелесе и нас утвердили. Мы поехали в Лос-Анджелес в середине августа и вот я вернулась только недавно.       — Я видел пару ваших выступлений, — говорит он, прокручивая стаканчик.       — Оу, правда? — приятно удивляюсь и скрывая свое смущение, делаю глоток латте.       — Ага. У тебя здорово выходит.       — Я столько лет этим занимаюсь, что по-другому и быть не может.       — Самоуверенно, — он приподнимает уголок губ. — Так и… что ты собираешься делать?       — Не знаю, — растерянно смотрю на Хейдена, откидываясь на спинку кресла. — Мой дядя предложил мне поехать в Калифорнию и подписать контракт с музыкальным лейблом.       — Кто твой дядя?       — Он музыкальный продюсер, кхм… Алек Тернер.       — Не слышал, — он пожимает плечами, продолжая болтать стаканчик.       — Мой папа не любит о нем говорить, — грустно улыбаюсь. — И не любит принимать его помощь. Поэтому… это большого стоит, раз он согласился, чтобы я уехала в Малибу. Вдруг за окном проезжает машина и от туда выходит папарацци, нагло пытаясь сделать снимки сквозь витрину. Хейден резко подскакивает и хватая мой локоть, тянет меня к выходу. Я не успеваю сориентироваться, как Хейден достает из кармана шапку и надевает мне ее на всю голову, закрывая пол лица. Я не вижу дороги, а только чувствую теплую руку парня, который сжимает мою руку крепче. Доверившись ему, я следую туда, куда он ведёт. Хейден меня усаживает в машину и сам садится. Снимая шапку, я осматриваюсь и не вижу ни одного папарацци. Мы даже не на той улице, где они были.       — Мы вышли через какой-то другой выход?       — Да, — говорит он, резко тронувшись с места. Мы набирали безопасную скорость, чтобы нас не занесло на скользкой дороге.       — Такое ощущение, что ты каждый день сбегаешь от папарацци, — говорю ему и он усмехнулся, сжимая руль крепче.       — К счастью, мне не приходится попадать под вспышки папарацци, но я подумал, что ты не в восторге от них.       — Это да, я чувствую себя… уязвимой перед ними?       — Они те еще провокаторы, — говорит он и желваки его задвигались. — Куда тебя отвезти? — спрашивает он, коротко взглянув на меня.       — На парковку школы, — говорю ему, вспоминая, что именно там стоит моя машина.       — Сейчас не лучший вариант туда ехать, я отвезу тебя домой.       — Но…       — Так будет лучше, — подытожил он и я, закусив нижнюю губу выдавила что-то вроде «угу».       — Я так о тебе ничего и не узнала, — говорю, перебирая подол свитера.       — В следующий раз, — говорит он, поправляя волосы. — Так и куда везти?       — Гранд Стрит 33, — отвечаю Хейдену и он кивнул, настраивая одной рукой навигатор. Буквально через семь минут мы уже подъехали к подъездной дорожке дома и он остановился.       — Это оно?       — Да, — тепло улыбаюсь.       — Теперь я знаю где ты живешь, в случае, если захочу закидать твой дом камнями, — улыбается он так, как я еще не видела. Это, думаю, можно назвать искренней улыбкой.       — Уверена, ты не захочешь, чтобы потом мой отец закидал твой дом фекалиями, — он морщится и я смеюсь.       — Покажи ему окно Мишель, а не мое, ладно? — он взглянул на меня, улыбнувшись.       — Хейден?       — М?       — Спасибо, — улыбаюсь ему и он, опустив взгляд, тоже улыбнулся.       — Знаешь, Тиффани, — он вздохнул, смотря в лобовое стекло, где горит свет из окон моего дома. — Если ты действительно получаешь удовольствие от того, что делаешь, то сделай все, чтобы это стало твоим будущим. Ничто не приносит такого кайфа, если ты занимаешься любимым делом и можешь получать отдачу. Не важно что за отдача: деньги или признание публики. Просто факт в том, что ты кайфуешь и при этом, получаешь что-то взамен. Если у тебя нет возможности поехать в Калифорнию, сделай все здесь. Интернет фишка клевая, где люди и заявляют о себе. Не бойся большого внимания к себе, потому что от этого тебе не деться. Ты, конечно, можешь перестать распространяться о себе, но тогда тебе предстоит покончить с танцами и прочим. Пока ты что-то делаешь — за тобой будут наблюдать. А если перестанешь, то перестанешь получать удовольствие. Думаю, это не плохая пища для размышления перед сном, верно? — он коротко взглянул на меня, бегло пройдясь по мне глазами.       — Думаю, мне важно было это услышать.       — Уверен, ты сделаешь правильный выбор, — подмигивает он. — Ну все, выметайся, — улыбается он, давая понять, что с добрыми намерениями говорит.       — Можно тебя обнять? — вдруг спрашиваю его, выламывая пальцы на руке.       — Разве об этом спрашивают? — мягко спрашивает он. Я молча тянусь к нему, заключая его в объятия. Обжигая своим дыханием его шею, я чувствую приятный запах его одеколона.       — Ты хороший, Хейден, — говорю я, отстраняясь.       — Ты меня не знаешь, — он пожимает плечами и я открываю дверцу его машины, подымаясь. — Тиффани? — говорит он и я наклоняюсь, чтобы видеть его лицо.       — Да?       — Не думай обо мне, ладно? — говорит он, не смотря на меня. Его желваки опять задвигались.       — Что? — нахмурившись, переспрашиваю.       — Ты слышала, — коротко говорит он и тянется, закрывая двери, так как я этого не сделала. Стоя в раздумьях, наблюдаю, как он уезжает. Захожу в дом и встречаю на пороге родителей, у которых одинаково скрещены руки на груди.       — Что вы тут делаете? — усмехнувшись, спрашиваю их.       — Теоретически, живем, — отвечает папа и мама на него взглянула, закатывая глаза.       — Ты не вышла в магазин, — вздыхает мама, сжигая меня своим взглядом. Как скоро лазерные лучи испепелят меня? Широко раскрыв глаза, я подхожу ближе.       — О, черт! Ради бога, извини меня! — мама опустила руки и разочарованно посмотрела на меня.       — Выйдешь завтра, — устало говорит она и уходит в гостиную. Иду за ней.       — Но… я не могу завтра.       — А чем ты занята?       — Наверняка черной матовой Камарой 69 года, — говорит сзади папа и так же заходит в гостиную.       — Вы подглядывали за мной? — развернувшись, спрашиваю папу. Он ехидно улыбнулся, пожимая плечами. — Мам, я согласилась поставить хореографию для Бритни.       — Что за Бритни? — спрашивает мама, пытаясь вспомнить неких Бритни из моего круга общения.       — Бритни Шей.       — Она разве не в команде черлидеров? — уточняет мама и усаживается на диван, закидывая ногу на ногу.       — Да, но она хочет станцевать с девочками на Рождественском фестивале на Высшей точке. Кстати, папа, ты слышал об этом фестивале? — спрашиваю его.       — Да, Рэй Шей хочет сделать невозможное на это Рождество, — он так же уселся на диван и открывает Макбук. — Ты представляешь, что будет с фуникулером, если они действительно воплотят задуманное?       — Я думала, ты тоже в этом участвуешь, — пожимаю плечами.       — Я занимаюсь долгосрочными развитиями, а не трехдневным марафоном, бюджет которого можно было потратить на более существенные вещи.       — Да брось, это же круто.       — Для подростков, — добавляет он.       — Там будет ярмарка, фудкорты, каток, сцена и много чего другого!       — Эй, я думал, что ты в моей предвыборной кампании! Слышу звук сообщения на телефон. Бритни Шей: Папа утвердил группу Дастина, малышка. Дело за тобой *подмигивающий смайлик» Я озаряюсь улыбкой и убираю телефон.       — Никуда не уходите! Я сейчас! — родители переглянулись и нахмурились. Я сломя голову побежала по лестнице и врываюсь в комнату Дастина, чуть не срывая дверь. Он сидел на краю кровати в наушниках, спиною ко мне. Я подлетаю к брату, снимая наушники и откладывая его ноутбук.       — Тиффани, что ты делаешь? — хватаю его за руку и силой вывожу из комнаты. Он не особо доволен, но не сопротивляется и идет за мной. — Эй! — возмущается он. Слетев с лестницы, я толкаю брата на диван, от чего он чуть не сбивает рядом сидящего отца.       — Объяснишь? — он нахмурился и все три пары глаз уставились на меня.       — Итак, — я прочищаю горло и заключаю руки за спиной. — Все вы знаете, а если кто-то не знает, то… на Рождество на Высшей точке будет фестиваль, — шагаю от начала до конца журнального столика. Папа закатил глаза, Дастин продолжал хмуриться, а мама подперев лицо рукой, болтала ногой. — Фестиваль музыкальный. По моим источникам, там будет Пост Малон, Чейнсмокерс, может Уикенд и еще пару артистов. По прогнозам там будет много людей. Останавливаюсь и смотрю на Дастина, наблюдая за его реакцией.       — У меня получилось договориться, чтобы… барабанная дробь… группа «3D» выступила на разогреве у секретного гостя! — чуть ли не воплю эту новость на весь дом и челюсть Дастина падает на пол. Папа с мамой шире раскрыли глаза и уставились на него.       — Тиффани… — вымолвил он что-то похожее на мое имя. — Я не знаю что сказать… Дастин встает и обнимает меня, крепко сжимая.       — Я должна остаться в живых, Дастин! — отрываюсь от него. — И я придумала, что можно сделать с ситуацией, которая вчера осталась не обсужденной.       — Только не говори, что мне надо звонить Алеку! — папа недовольно скрестил руки, демонстративно надувая губы.       — Дастин выступит на фестивале и продолжит заниматься с группой, выставляя видео на Ютуб. Если на фестивале ими заинтересуется публика, то это флеш-рояль в кармане. Как только Алек будет в нем уверен после всех этих манипуляций, а он будет, то он перевезет их. Я уверена, что парни справятся на фестивале. Они выпустят свои пару треков, стриминг которых, принесут им заработок. Их будут звать давать концерты и они будут получать гонорар. В следующем году он поедет в Малибу и будет заниматься с парнями на домашнем обучении, так как из-за их статуса, они не смогут нормально ходить в школу. Ну, а мне нужен менеджер, который будет мне помогать со всем этим, так как на меня опять сегодня напали папарацци, — высказав поток слов, я выдохнула и осмотрела семью.       — Тиффани… — начинает папа, вздохнув. — Ты не можешь так просто взять и решить это.       — Но…       — Нет точной гарантии, — говорит папа и взглянул на Дастина.       — Давай просто позвоним Алеку! Я разве одна верю в то, что у нас может получится? — папа молча тянется к карману, доставая телефон. Мы все смотрит на него, ожидая, когда ответит Алек.       — Ей богу, они мне надоели! — ворчит папа в трубку и я слышу смех Алека. После он что-то пробормотал и папа ставит на громкую связь.       — Что у вас там случилось, ребятки?       — Дастин будет выступать на фестивале на Высшей точке! — говорю так громко, чтобы он точно все расслышал.       — Оу, я на самом деле хотел вас набрать, но Джеймс меня опередил, — я победно смотрю на отца и он чувствует этот взгляд. — Мои ребята поедут на этот фестиваль. Мне пришлось требовать у организаторов фотоотчет с подготовки фестиваля. Ей богу, я когда от агента ребят из Чейнсмокерс услышал новость, где в одном предложении фестиваль и Киллингтон, не поверил своим ушам. Пришлось выходить напрямую на организаторов.       — Киллингтон лучший город для горнолыжного курорта! — парирует папа.       — Конечно, Джеймс, — смеется Алек. — Я правильно понял, что Тиффани каким-то образом организовала выступление парней Дастина?       — Все верно, дядя Алек!       — Дастин рядом?       — Да, дядя Алек, — говорит Дастин и ей богу, я вижу, как он побледнел.       — Мальчик мой, ты понимаешь что это значит?       — Догадываюсь.       — От этого фестиваля зависит наличие контракта с лейблом, сечешь? Мои сопродюсеры отказались брать малоизвестную группу, поэтому вам, парни, надо сделать невозможное — заявить о себе.       — Я понял.       — Я свяжусь с нашим менеджером из Бостона и отправлю его в Киллингтон. И Дастин, вы должны до Рождества набрать хотя бы полмиллиона подписчиков на Ютубе. В идеале — миллион. Челюсть Дастина вновь отвисает и он нервно сглотнул.       — Мой человек профессионал своего дела и вам придется делать все так, как он скажет. Даже если вам это не понравится. Парни из Чейнсмокерс поддержат вас на фестивале, они в курсе о тебе и о Тиффани. Нечто большее с тобой мы загадывать не будем, посмотрим что будет после фестиваля. А что касается Тиффани, — он остановился и ей богу, мое сердце упало вниз.       — Что там? — спрашиваю я, разрушая интригу.       — Сопродюсеры заинтересованы тобой, но твой вокал это любительский уровень, — говорит он и мама вздохнув, ушла. — Мы приняли решение, чтобы ты совмещала и танцы и голос, но тебе нужно позаниматься вокалом. Каждый день ты будешь тренироваться и Чарльз займется вами обоими, пока вы торчите в Северном Лос-Анджелесе, это ты хотел услышать, Джеймс?       — Другое дело, Алек! Северный Лос-Анджелес достойный псевдоним Киллингтону.       — Я о перспективе ребят, чтобы никто не остался обиженным.       — А, ты об этом, — он вздохнул. — Что будет, если у Дастина и парней все получится?       — Я заберу их в Малибу, — уверенно говорит Алек.       — Послушай, тебе своих детей мало? Я же чокнусь с Шарлоттой, если вы оставите меня с ней один на один. К тому же, он ещё ребёнок. Ему всего шестнадцать!       — Джеймс, дети бы все равно уехали от вас.       — Звучит как оскорбление.       — А по поводу возраста не переживай. Джастин Бибер тоже начал рано свою деятельность.       — Ага, и что с ним сейчас? — возмущается папа. — У парня не все в порядке.       — С Дастином мы этого не допустим. У парней будет жесткая дисциплина, если они проделают достойное начало. Мы с Дастином улыбаемся, переглянувшись.       — Мне придется на Рождество переться в Киллингтон, — вздыхает Алек. — Я должен лично оценить масштаб мероприятия и результат группы Дастина. Организуй мне дом на Высшей точке, пока не стало поздно. Народ попрет в твой город и фуникулер обалдеет от объема работы. Усмехаюсь третьему упоминанию фуникулера и мне действительно становится жаль вагончик.       — Попроси об этом Чарльза! — недовольствует отец, закидывая ноги на столик.       — Уверяю тебя, Чарльзу будет не до этого. И кстати, Джеймс, у общественности будут ко мне вопросы об одинаковой фамилии с Тиффани и Дастином и наоборот. Либо придется поправить мою Википедию, либо придумать историю. Мне не принципиально, если вскроется, что мы с Тифф и Дастином родственники. Я скрывал это только по твоей просьбе и буду дальше действовать так, как ты посчитаешь нужным.       — Никто не поверит в однофамильцев, которые работают вместе. Они в любом случае догадаются, если даже ты и ребята будете отрицать.       — Ну, это прям творческая династия Тернеров, — смеется Алек. — Мы можем войти в историю.       — Давай поменяемся детьми, уверен что во Вселенной допущена ошибка и Челси моя дочь, а не твоя. Мне подкинули двух самозванцев, которые хотят от меня сбежать, — шутит папа и касается плеча Дастина.       — Да, смешно, Джеймс, но мне пора. Увидимся на Рождество и не забудь про дом. Дети, завтра нужно встретить Чарльза по-человечески. Слушайтесь его.       — Пока, дядя Алек, — говорим мы с Дастином.       — Увидимся, старичок, и не забывай подметать свой песок, — говорит папа и отключается. Он поднимает свой взгляд на нас. — Я вас ненавижу, — говорит он и встает. — Неужели я такой плохой отец, что вы хотите убежать к этому самодуру? — он кивает на телефон, намекая на Алека и оставляет нас.       — Ты понимаешь, к чему все ведет? — спрашиваю брата, смотря туда, где секундами ранее, стоял отец.       — Еще не осознаю, — коротко говорит брат, смотря в пустоту.