Глава 2. Карта мертвого дурака
5 августа 2023 г., 22:09
Кин Хираи — последний наследник старого рода Хираи по мужской линии, обожал часовые механизмы. Внушительная коллекция разнообразных часов — старинных, выкупленных у чванливых коллекционеров, разнообразных скульптур, из причудливых шестеренок, которые больше подходили для выставок современного искусства, все они были заперты в самой дальней комнате поместья.. Глава семейства любил проводить свободные часы — а иногда и целые дни — за копанием в старых сломанных часах, что служило не только эдакой медитацией, но и помогало разложить все про многочисленным полочкам в голове и найти решение.
Разбирая всякий, — как любила их называть Госпожа Хираи — хлам, он вынимал самые красивые и хорошо сохранившиеся детали и часто мастерил из них очень симпатичные диковинки. Акане с теплом в сердце отметила подвеску из крохотных золотых шестеренок в форме созвездия что отец подарил ей в первый же день после ее пробуждения.
«У каждой детали есть свое уникальное место. Замени её на другую, и в механизме начнется настоящий хаос. Жизнь работает также.
Все люди ищут свое место в этой жизни, и когда они его находят — они обретают счастье. Но если они идут по неправильному пути и занимают не свое место — их жизнь превращается в кошмар.
Найди свое место, лучик, и не позволяй никому заставить тебя усомниться в его правильности».
***
Непонятная тоска накрыла вновь. Будто внутри сидит кто-то маленький, скребет крохотными коготками и скорбит об утрате. Кто-то, но точно не сама Акане. Ощущалась грусть, печаль и элементарная жалость, но этого не достаточно, чтобы оплакивать потерю сутками. События вчерашнего вечера вызвали легкий стыд, чем сметение — та истерика около дома… будто кто-то в этот момент завладей ею. Кто-то, кто действительно любил эту семью. Та боль была настолько глубокой, что казалось, потеряй она контроль еще больше, и она своими же руками вырвет себе сердце — абсолютно пустое и ненужное. Не открывая глаз, Акане первым делом начала перебирать события вчерашнего дня, отчего невеселые мысли заполонили разум. Что же делать дальше? В первую очередь нужно вернуться домой — оттуда уже должны были убраться следователи. Пожар был не таким страшным, может удастся взять что-то из вещей. После по-хорошему бы сходить в участок и навестить мать. В конце-концов, скрываться Акане незачем, за её спиной ничего незаконного нет. А о проникновении в опечатанный дом попросту никто не узнает. Не заметит. Потихоньку открыв глаза и немного привыкнув к солнечному свету, девушка приподнимается со скамьи, о чем практически сразу жалеет. Голова раскалывалась, спину ломило от боли, а ноги и руки хорошенько так подморозило за ночь. Голова будто была набита какой-то ну очень тяжелой ватой, к горлу подкатил ком, а тело будто всю ночь пинали. Перед глазами пронеслось лицо той самой доброй старушки, которая очень настойчиво предлагала чай. «Добрая» старушка и её настойка с очень «полезными» травками. Внезапно желудок больно скрутило, что заставило девушку не смотря на боль подорваться со скамьи и бежать к ближайшему кусту. Боль скрутила желудок, толчками выбивая из него жидкость. Девушка с трудом выпрямилась, глотая воздух будто рыба, выброшенная на берег. В попытке стереть навернувшиеся слезы, она лишь размазала вчерашний макияж по глазам и ладони. «Очень доброе утро» На негнущихся ногах Акане дошла до небольшого фонтана неподалеку и с ужасом взглянула на размытое отражение в воде. Припухшие глаза, сильно выделяющиеся на бледной коже синяки под глазами и словно вишенка на торте — размазанные полосы стрелок и слипшиеся длинные ресницы. «Выгляжу будто неделю провела в притоне» Опустив ладони в холодную воду, девушка со слабой улыбкой отметила единственную хорошую вещь за два дня: «Хорошо, что никто меня не увидит, минус одна проблема» Вот только улыбка с лица девушки в миг исчезла из-за группы молодых людей, проходившей мимо с ярко выраженным отвращением на лицах. Было не слышно, кого именно они обсуждали, но осадок остался приличный. «Или увидят?..» Умыв лицо настолько быстро, насколько это было возможно, девушка облегченно вздохнула, будто со смытой грязью от косметики и высохших слез с её плеч упала как минимум половина её проблем. Но другая половина требовала немедленных действий. Решительным шагом она вернулась с скамье и критичным взглядом осмотрела лежавшее на нем пальто. Раздражение вместе с растерянностью накатило новой волной. «Оно не моё» Пальто было темнее на два оттенка, длиннее и явно шире в плечах. что означало одно — карты пропали. Дрожь в ладонях, участившееся затрудненное дыхание были предвестниками волны паники. От обиды и безысходности взгляд затмили вновь навернувшиеся слезы. Сначала она потеряла воспоминания, потом дом, а теперь и карты, к которым ощущала слишком сильную привязанность. У неё не осталось ничего, что можно было еще потерять. Хотя нет, было. Жизнь. «Нет, паниковать нельзя. Нельзя. Соберись… что же делать?..» Судорожно перебирая в руках ткань пальто, она прижала его к себе и начала осматриваться, как почувствовала тонкий аромат парфюма. Оглядевшись по сторонам, будто замышляет какое-то непотребство, Акане неуверенно преподнесла воротник к лицу и осторожно вдохнула. Да, запах исходил от вещи, и, чего скрывать, был довольно приятным, и что более любопытно, знакомым. Оторвавшись от вещи, девушка заметила визитку, лежащую на земле и чудом не унесенную ветром. Дазай Осаму Вооруженное Детективное Агенство «Ах ты черт хитрожоп…» — Девушка! — красноречивые мысли были прерваны на самом начале, а сказать, хоть и в мыслях, хотелось много, — Хорошо, что я вас встретила. Помните меня? В цветочной лавке? Вы мне еще сказали поставить на красную тройку. — Такого я не говорила, — вспомнив девушку, что остановила бабку с ее уговорами на «остаться на ночь» после «очень вкусного» чая, — простите, мне пора идти. Единственное, что стояло перед глазами на данный момент — серебристые карты безо всякого изображения, которые так бесчестно были украдены. Казалось, что сама жизнь девушки зависела от них. И сильная тяга к ним была тому подтверждением. — В любом случае, вы мне очень очень помогли. Я выиграла баснословную сумму в тот вечер, до сих пор не верится, что смогла уйти оттуда живой. Просто чудо какое-то, — прошептала брюнетка, абсолютно не обращая внимание на безразличие на лице Акане. — Я очень за вас рада, распорядитесь этими деньгами благоразумно, — легко поклонившись светловолосая была готова развернуться и идти на поиски так называемого агентства, как почувствовала руку на плече. — Погодите пожалуйста. Это правда… эти деньги появились в самый нужный момент. Вы спасли меня. Я хочу хоть как-то вас отблагодарить. Если есть что-то, что в моих силах… — Вы знаете где находится Вооруженное Детективное Агентство? — Нет. Я слышала о нем, но где находится не знаю, — увидев, как Акане была готова уйти, она добавила, — Давайте я поймаю такси, они то точно знают что где находится. Повернувшись в сторону выхода из парка брюнетка добавила: — Мое имя Харада Аи. Приятно познакомиться.***
Сидя на заднем сидении, Акане не без интереса слушала разговор Харады и таксиста, который уверял, что знает город и округу лучше своих собственных пяти пальцев и занимается этим делом для покоя души. По его словам, для него нет ничего лучше, чем встречать разных людей и слушать их истории, давать советы или просто быть для них той самой жилеткой для «поплакать». Харада же с удовольствием рассказывала ему свою историю. Со стороны они выглядели как два старых друга, которые видятся редко и проводят время за чашкой чая, вспоминая старые добрые. Харада Аи, окончившая школу права на отлично, учителя которой пророчили девушке блестящую карьеру адвоката, одним импульсивным решением перечеркнула свое светлое будущее, как бы иронично не звучало, оказавшись на скамье подсудимых. Однако, и водитель и Акане остались без подробностей, так как машина остановилась. Когда Харада, расплатившись крупной купюрой и не взяв сдачу вышла, таксист, увидев все ещё пораженный такой откровенностью девушки взгляд Акане, пояснил: — Такова моя способность — я могу разговорить человека и узнать боль его прошлого. Но не беспокойтесь, я не сплетник, так что все услышанные мной истории остаются со мной, — улыбнувшись в зеркало заднего вида, он добавил, — Кто знает, может мы встретимся вновь и я смогу послушать вашу историю. — Вы бы могли стать писателем, — не понимая, почему она все еще сидит в машине вместо того, чтобы выйти и наконец встретится с хитрым темноволосым лисом. — Таковы мои принципы — любая история, прозвучавшая в этой машине — в ней и остается, — он тихо рассмеялся, отчего морщины в уголках глаз стали выразительнее. «Он наверное очень много улыбается» — пронеслось в голове Акане, пока она смотрела на лицо таксиста. Он показался единственным по-настоящему добрым человеком из всех, кого она встретила за последние два дня. Возможно в этом и скрывалась причина нежелания уходить — люди тянутся к добру, а его сейчас очень непросто найти. — Вам пора, ваша спутница вас заждалась, — девушка поклонилась и покинула салон автомобиля, будто только слова её владельца могли позволить это сделать. Немного жутко, но по светлому удивительно. — Тут мы с вами разойдемся, думаю, мне там делать нечего. Это мой номер, если вдруг понадобится помощь, звоните, — порывшись в сумке, Харада достала маленький блокнот и карандаш, а после начала быстро что-то писать, — Я серьезно, позвоните мне. Поблагодарив и попрощавшись, Акане хотела убрать бумажку в карман пальто, однако остановилась на полпути — пальто было не её. Подумав, куда можно ее спрятать и не потерять, девушка бегло осмотрелась по сторонам, а после зайдя за угол, быстро запихнула её в декольте. «Не думаю, что мы сможем стать друзьями, Харада Аи». Сделав неуверенный шаг в сторону нужной двери, девушка остановилась, давая себе минуту, чтобы собраться с мыслями. Стоя напротив большого окна, она отчаянно сжимала мужское пальто — будто оно могло спасти ее — одной рукой и смятую визитку другой, на обратной стороне которой чуть смазанными чернилами виднелся аккуратный почерк. «Буду ждать в кафе на первом этаже».***
10 минутами ранее
— И на кой ты только ограбил её? — раздраженно спросил мужчина, возвышаясь на столом, за которым сидел брюнет. — Никого я не грабил, я ж не преступник какой-то. — Разве нет? — с большим сомнением в вопросе произнес мужчина, скрещивая руки на груди, — и что ты там второй час разглядываешь в этих картах? — Это не просто карты, Куникида, это что-то, чего я пока не могу понять, — крутя в руках серебристую карту, которой ничего, кроме мелких надписей, образующий рамку, не было, — с этой девчонкой явно что-то не то. — Почему же? — взяв одну из карт, блондин внимательно смотрел на глянцевую поверхность, после чего быстро вернул на место, — ощущение от них… — Ужасающее, будто затягивает куда-то, — продолжил брюнет с, казалось бы, несвойственной ему серьезностью, — предполагаю, именно они и дают ей способность видеть будущее. — Хочешь сказать только она может видеть, что они показывают? — Точно не могу сказать. Я видел изображение глаза тигра на одной из них, но только после того, как она произнесла предсказание. До этого, карта была пустой, — собрав разложенные по столу карты в аккуратную стопку, Дазай убрал их карман. — Это не её способность. Я коснулся её плеча пока она говорила. Но она все продолжала и продолжала. Глубоко вздохнув и записав что-то в своей тетради, блондин развернулся в сторону выхода и у самой двери задав последний вопрос, мучавший его все утро: — Ты уверен, что это точно та Хираи? Может ты тогда ошибся и нашел… — Уверен. Дочь Кина Хираи оказалась жива. — Понятно.***
Мужчина стоял облокотившись о барную стойку, и что-то рассказывал официантке, держа ту за руку. Девушка улыбалась, но на слова не особо реагировала. Выглядело так, будто эти речи она слышит каждый день. Тихо зайдя в помещение, Акане негромко прокашлялась, давая знать о своем присутствии. Только сейчас Акане заметила перекинутое через руку мужчины свое пальто. Надеясь как можно быстрее вернуть свои вещи, девушка сделала пару шагов навстречу. — Рад снова увидеть вас. Хорошо поспали? — он пошел в сторону столика у окна, — Не замерзли? — А вы крайне внимательны, Господин Дазай. Я бы сказала, слишком, — садясь и укладывая чужое пальто себе на колени, ответила Акане, наблюдая за тем, как укладывает её пальто на сидение рядом с собой, — Нет, не замерзла, вашими молитвами. — Я рад. Берегите свое здоровье и не спите на лавочках — вредно для спины, — его голос становился слаще и слаще. Беседа начала перерастать в битву «У кого яда больше». «Да чтоб тебя тот тигр сожрал» — Говоря о здоровье, как вам купание в реке? Хороша водичка? — не отвлекаясь на принесенный чай, ответила Акане. Уровень токсичности вокруг них дошел до желтой отметки. — Еще как. Очень советую, — облокотившись о край стола и чуть приблизившись, словно собирается поделится секретом, он добавил, — хотя вчера вы тоже успели освежится. Как водичка из-под цветов? — Следите за мной? — Нет, что вы. Я ж не сталкер какой-то. Чисто случайно проезжал мимо по делам, — невинности его лица позавидовали бы дети, — Смотрю, такая красивая девушка, да еще и одна, ну я и остановился. Вдруг помощь понадобится. — Вы так заботливы, — повторив его движения и приблизившись, она сказала то, что с утра крутится у нее на языке, — Заботливы настолько, что потом чисто случайно прошли мимо меня в парке и по доброте душевной укрыли своим пальто. Не замерзли? Мое то вам явно не размеру. — Я же не извращенец какой-то… — Разве нет? — вздрогнув от испуга, Акане обернулась, увидев стоящего позади высокого, серьезного вида блондина, — прошу прощения, не хотел прерывать ваш обмен любезностями. Дазай, у нас срочное дело. — Прошу меня простить, — он поднялся и пошел вслед за блондином, не забыв оставить на столе колоду карт и телефон, — Очень надеюсь на новую встречу, Госпожа Хираи. Взяв колоду в руки, девушка сразу почувствовала облегчение, и, казалось, что от них исходит легкое тепло в её ладонях. Показалось ей это или нет, не имело никакого значения. Пусть её будут считать сумасшедшей, но привязанность Акане к картам не была односторонней. Они тоже скучали. Телефон, на удивление девушки, оказался полностью заряжен. Но к еще большему удивлению — и огорчению одновременно — не было ни одного пропущенного вызова или сообщения. Будто произошедшее прошлой ночью имело место только в её мире — в вакууме, полном иллюзий и безумия — и на самом деле ничего не произошло. «Он наверняка его полностью облазил. И ничего не нашел», — одна мысль о разочаровании и недовольном лице Дазая немного подняла настроение. Когда девушка встала изо стола, пальто, все это время лежащее на её коленях, упало на пол. «Черт, снова забыла отдать ему пальто» — подняв голову к потолку, она едва смогла подавить желание взвыть. Подняв вещь и отряхнув, она посмотрела в сторону двери, через которую пару минут назад вышли мужчины. — Прошу прощения, не могли бы вы отдать это тому молодому человеку, что сидел вон за тм столиком? — аккуратно положив вещь на барную стойку, она отодвинула ее от себя, как бы отрекаясь. — Ах, Дазай-сан… Мне очень жаль, но мы не несем ответственности за забытое имущество наших посетителей. Мы не можем его тут оставить, но вы можете отдать его лично. Господин Дазай тут каждый день ошива… пьет кофе с коллегами. Мило улыбнувшись, официантка легко подхватила поднос с чайным сервисом, будто тот не имел веса, и скрылась за дверью служебного помещения. Быстрым шагом выйдя на улицу, она не заметила сидящего на подоконнике с уличной стороны трехцветного кота, смотрящего за представлением с нескрываемым удовольствием. Все шло как надо.***
Следуя направлению, которое указала милая официантка из того кафе, Акане добралась до участка за час. Не без приключений, естественно: пара явно не знакомых с правилами приличия людей с включенными диктофонами преследовала ее два квартала, то и дело задавая вопросы о врагах семьи, комментариях о случившемся и дальнейшие планы по бизнесу почившей главы семейства. Вот же не повезло девушке случайно налететь на одного из них позволить себя заметить. Однако в участке дела обстояли не лучше. Переполох, бегающие по кабинетам работники, несмолкающие телефонные звонки и явно находящиеся в бешенстве руководители отделов давали понять, что в городе случилось что-то страшное. Из перекрикиваний удалось разобрать только взрыв, жертвы, Портовая Мафия, резня в переулке. Неожиданно, на девушку кто-то налетел сзади. — О Господи, что вы тут… Акане? — девушка сразу узнала того полицейского, что вывел её из дома в тот злощастный вечер, а после представился бывшим работником отца, — ты к матери пришла, да? Прости, сейчас вы увидеться не сможете, сначала тебе нужно дать показания. И… зачем тебе два пальто? Ты кого-то ждешь? Пожав плечами и отвернувшись, девушка дала понять, что отвечать на этот вопрос не намерена. Да и не скажешь ведь, что это — гарантия того, что она снова придет на встречу, а просто выбросить вещь не позволяет совесть. Мужчина взял папку с ближайшего стола, отвел девушку в темный кабинет, посередине которого был лишь стол и два стула, а на стене висело широкое зеркало. Не нужно быть предсказателем, чтобы понять что за этим зеркалом. — Садись, это не займет много времени, я потом сообщу твоей маме что ты приходила. Из-за некоторых обстоятельств вы не сможете увидится в ближайшее время, но я обязательно… — Ясно. Можно сразу к допросу? — Акане не понимала, почему она чувствует неприязнь к этому парню, который ничего плохого ей не сделал. Не сделал же? — Это не допрос, я просто задам пару вопросов, — он замялся после того как открыл тонкую папку, что принес с собой, — где ты была прошлом вечером в половине девятого? — Гуляла. Подруга может подтвердить. Когда я вернулась, дом уже пылал, а вокруг было полно народа, — он был готов задать другой вопрос, как Акане его перебила, — С отцом отношения были хорошие, семья была дружной, мать с отцом любили друг друга, у неё не было мотива. Сестры уехали за день до этого, есть ли враги у нашей семьи я не знаю. Я могу идти? Мужчина сжал губы, брови сошлись на переносице. Отложив папку, он сложил ладони в замок и приблизился. — Акане, ты что-нибудь помнишь из своего прошлого? Ну, до несчастного случая? — чувство тревоги сковало горло. Девушка нервно потерла вспотевшие ладони о подол платья. — Это имеет отношение к следствию? Нет, не помню, как и вашего имени, — необъяснимое раздражение накрывало с головой, как и желание поскорее покинуть эту комнату, — А теперь, думаю, я могу идти. Акане поднялась с места и пошла в сторону двери, а мужчина не стал её останавливать, лишь произнес перед самым её уходом. — Митсеру Накамура — мое имя, — Акане остановилась у порога, обернувшись, — мы расстались перед тем, как это случилось с тобой. Я… — Прошу прощения, Накамура, но мне пора, — казалось, что все её естество кричало «Беги». Незаметно сжав ладонь в кулак — висящее на руке пальто прекрасно скрывало жест — она поклонилась и быстро скрылась из виду. Только покинув участок девушка смогла глубоко вздохнуть. Совсем забыв про сжатый на нервах кулак, она осторожно разжала пальцы, ногти впились в кожу, оставив после себя ноющие розовые следы. Карты, что девушка сжимала свободной рукой в кармане пальто, буквально горели. То ли от того, как отчаянно она их сжимала, то ли они тоже чувствовали тревогу. Вытащив колоду дрожащими руками, девушка отошла в сторону, чтобы не быть снова сбитой с ног кем-то. Карта сменяла другую, но никаких ставших привычными картинок и звуков не было, будто карты дали обет молчания. Перебирая карты, Акане молила дать ей хоть какую-то подсказку об этом человеке. Почему он так её пугает? Безликое серебро карт молчало, пока в один момент, после неизвестно какого круга, одна из карт явило изображение — серый череп с раскрытым ртом и с шапкой шута, съехавшей с макушки. С ножей расположенных внизу стекали темные капли, а позади лежали мелко нарисованные груды костей. Полицейский, бывший поклонник, работавший на её покойного отца, который до жути напугал её по сути ничего не делая. Держаться бы от него подальше, но видимо он и занимается этим делом. Не слишком ли быстрый карьерный рост? Место самой темной лошадки, что еще утром занимал странный детектив Вооруженного Агентства, по праву переходит Митсеру Накамуре, лицо которого сегодня точно придет девушке в кошмарном сне.
