jucundissimus est amari, sed non minus amare

      Ближе к закрытию бара, когда люди уже расходились, Хёнджин убирал рабочее место, как его окликнули. Весьма красивый парень вальяжно стоял напротив него через стойку, непонятно улыбался и выглядел в принципе удивленным.       – А где Юнхо? Что тут произошло за эту неделю?       – Юнхо сегодня ушёл раньше. Я новый бармен – Хёнджин, - вежливо ответил Хван, так же вежливо улыбаясь. – Будете что-то?       – О, приятно познакомиться. Я – Хонджун. Ко мне можно на ты. Чаще всего я пью «Космополитен», так что – валяй, - Хон по-свойски уселся на стул у бара, рассматривая помещение бара. – А Минги на месте? Я знакомый его, если что, - уведомил он.       – В кабинете.       – Понятно. Спасибо, - Хонджун принял поданный коктейль и отсалютовал Хёнджину.       Новый бармен ему понравился, коктейль вышел не хуже чем у Юнхо, так что Минги с барменом не прогадал.       По-обычаю Хонджун появлялся в баре ближе к выходным, в основном под ручку с каким-то мужиком – с очередным «кошельком». Хоть он и сейчас не хотел попадаться на глаза Минги, так как было стыдно за произошедшее на прошлых выходных, но его тянуло в бар. Никак не к Минги, нет. И всю неделю он тоже не думал о старшем и не чувствовал стыд за своё поведение.       Вообще, почти после каждой встречи с Минги Хонджун задумывался о многом. Правильно ли он поступает, что он вообще творит, чего он хочет и почему так выёбуется перед старшим. Может боится сближаться с ним, как друзья хотя бы? Держит дистанцию. Но зачем и почему?       Он ведь может нормально общаться с друзьями, без всех этих пошлостей и намёков, а с Минги почему-то не получается: просыпается либо сука и блядь, либо драма квин с пошлыми шутеечками. И Минги почему-то не прекращает общаться, хотя любой другой скорее бы уже отказался от своих чувств. Но Сон терпит и не отказывается. Это о чём-то говорит? Определённо. Но Хонджун этого в упор не видит. И не увидит, пока не захочет.       – Спасибо, Хёнджин... думаю мы одного возраста, чтобы я не называл тебя уважительно?       – Мне двадцать четыре.       – Прекрасно. Мне тоже. Значит, без этих обращений. Спасибо за коктейль, - Джун положил на стойку пару купюр.       Он поднялся со своего места и пошёл прямиком в кабинет к Минги. Ему кровь из носу хотелось увидеть старшего. И может немного поиграть, как он привык. И не стыдно тебе блять. В баре играла "Arctic Monkeys - Do you wanna know?", и почему-то Хонджун даже не задумался о значимости его появления у Минги в кабинете под эту песню; где тоже играет эта песня, так как стереосистема подключена во всём баре в одну. Конечно, в кабинете еле слышно музыку, и Минги не выключает – просто чтобы не было так тихо.       – Минги? - Хонджун заходит в кабинет даже не постучав, но ему ведь многое позволено в этом баре, почему бы и нет?       – Неожиданно. Привет, - Минги оторвался от бумажек на столе, подняв взгляд на вошедшего.       – Привет. Как дела? Соскучился? - легко улыбаясь, Хонджун закрыл дверь и медленно прошёл по комнате.       – А ты как думаешь?       – Думаю, что соскучился. Как по мне можно не скучать? - он подошёл к столу, ставая напротив Минги, опустился на крышку стола, прям на бумаги, и подпёр руками подбородок, смотря на откровенно ахуевшего Сона. Минги держался чтобы не опустить взгляд за ворот рубашки, которая открыла вид на тело Хонджуна. – Ну чего ты смотришь на меня, будто призрака увидел?       – Если ты не заметил, то тут документы, - сквозь зубы сказал Минги. Но не из-за злости, а просто из попытки приструнить наглого Джуна.       – Ой, прости, - без капли сожаления произнёс Хонджун, игриво улыбаясь. Он всё же будет играть на нервах Минги. – Я думал, ты захочешь рассмотреть меня. Ну, ладно...       Он медленно поднялся, всё же внутри переживая за бумажки, которые могли под ним скомкаться, и сел на диванчик. Минги заметно вздохнул и расслабился, возвращаясь к документам, а Хонджун сидел и наблюдал. Но сидеть на одном месте долго – это не про Кима, поэтому через пару минут он уже развалился на диване, рассматривая кабинет.       Он был пару раз в кабинете старшего, но никогда не обращал внимание на детали. Выдержанный стиль, больше классики – серые стены и белый стол, полочки и небольшой шкаф в углу. Его внимание привлекло кожаное кресло бордового цвета, на котором сидел Минги. Оно достаточно большое, на нём наверняка было бы удобно уместиться на бёдрах Сона и целовать, целовать, целовать.       – Ебать мысли... - прошептал Хонджун, находясь в своём «мире», где Минги разрывает на нём рубашку и покрывает поцелуями шею и плечи.       – Ты что-то говорил? - Минги услышал бубнёж Хонджуна и теперь решил он поиздеваться. – Какие там у тебя мысли?       – В чём разница между мной и комаром?       – Ой блять... ты опять? - выдохнул разочарованно Минги. Он надеялся что сегодня Хонджун адекватный и не будет его заёбывать. Ага, сейчас.       – Если комара шлёпнуть, он перестанет сосать, - с улыбкой продолжил Хонджун. – О, я стрельну сигаретку? Спасибо.       Теперь он мог занять свой рот сигаретой, до этого лежащей в пачке на столе рядом с диванчиком. На радость Минги, он и правда замолчал, но мысли крутились о том, что мог бы занять рот не сигаретой, а кое-чем пониже уровня ремня старшего. Да что же это такое?!       – А ты ещё долго будешь заниматься... ну, этим... - покрутив сигаретой в направлении стола, спросил Хонджун.       – Ты что-то хотел?       – Знаешь, да. Но я не буду это озвучивать, потому что ты всё равно откажешь. А на мои желания тебе похер.       – Если ты про секс, то откажу. У тебя разве нет клиентов? - как бы Минги не было противно и сложно это сказать, но он это сказал. Спросил, точнее.       – Я вообще-то не со всеми сплю, - фыркнул Хон, затягиваясь сигаретой. – Я же не блядь какая-то...       – Прости, я не хотел обидеть.       – Да ладно.       Конечно, ему стало обидно что старший о нём так думал. Но Минги знал чем занимается Хонджун, что ему нужно было думать? Что Джун с клиентами собирает пазлы и пьёт чай за душевным разговором? Раньше он бы и не заметил то, что сказал Минги, но его задело. Задело и стало так больно где-то в груди, а на глазах появлялась влага. И почему он так реагирует?       Минги заметил что Хонджун притих и отвернулся от него, хотя до этого сидел и разглядывал. Он ведь правда не хотел обидеть Хонджуна, но как ещё сказать то, что идёт последствием "образа" Хонджуна. Сон не считал его проституткой или блядью, дающей направо и налево. Ему было достаточно знать, что Хонджун не по своему желанию пошёл в эту сферу.       – Джун-и, ты чего там? Сырость развёл? - Минги потихоньку подходил ближе, надеясь, что всхлипы ему послышались.       – Всё нормально. Просто... забей, - Хонджун резким движением вытер слезу, оставил дотлевать бычок сигареты в пепельнице и так же резко потянул Минги к себе за руку, обнимая руками его торс. – Надеюсь, ты не против и потерпишь.       Минги конечно не против. Только «за»! И терпеть не станет – ему приятно что Хонджун сам захотел его обнять. Но он всё ещё переживал что младший расстроен, поэтому решил что если Хонджуну так станет легче, то пусть обнимает сколько хочет. Он запустил руку в волосы младшего, поглаживая и чуть оттягивая. Через пару минут Хонджун поднял голову, смотря снизу вверх на Минги, закусывая нижнюю губу.       – Присядь, пожалуйста, - он отпустил старшего и отодвинулся на диванчике.       Минги присел, не понятно зачем и неизвестно что ожидать от Хона. Он не ожидал, что Хонджун возьмёт его за руки и будет смотреть в глаза. Со временем они оба расслабились рядом с друг другом и буквально читали друг друга по взгляду. Пара минут "гляделок" и они тянутся друг другу. И никто не останавливается, пока их губы не смыкаются с чужими. Сначала это просто сминания губ, посасывая поочередно то верхнюю, то нижнюю, затем они почти одновременно соприкасаются языками.       Целуются они медленно и глубоко, языки сплетаются. Рука Минги отпускает руку Хонджуна, перемещаясь на щеку младшего. А Хон обвивает руками шею старшего, чуть наваливаясь на него и перемещаясь ему на бёдра. Сон тут же смещает руки на талию и нехотя отстраняется.       – Что ты делаешь? - шепотом спросил Минги, поглаживая пальцами стан Хонджуна.       – Ну... Ох, блять! Прости, пожалуйста! - Хонджун тут же вскочил с Минги, в спешке ударяясь коленом об столик. – Твою ж мать. Ну почему?!       – Слушай, ты не виноват. Давай просто забудем, ладно? Считай, я тебя обидел и утешил.       – Нет, - замотал головой Хонджун. – Я просто... блять это так сложно! А самое хуёвое знаешь что? То, что я не могу тебе всё рассказать, что у меня внутри блять происходит. Прости, пожалуйста.       – Так, хорошо. Только не истери, ладно? - Минги сейчас сам паниковал и не знал что делать. Он вообще не ожидал, что Хонджун так ярко отреагирует на это.       – Отвезёшь домой? - Хонджун вцепился в руку Минги и смотрел на него со слезами на глазах.       – Конечно. Я принесу тебе воды, ладно?       Через минут десять они ехали в машине и молчали. Хонджун просто разбирался со своими чувствами и мыслями, не понимая чего он добивался. А Минги не мог понять что это вообще было.

***

      Хорошо просыпаться в тёплых объятиях, под тёплым одеялом, – потому что у Ёсана даже летом ноги мёрзнут. Лучи солнца не будят, потому что окно зашторено. Просыпаешься по своему желанию и лежишь ещё пару минут с закрытыми глазами.       Ёсан проснулся раньше из-за ощущения, что произошедшее – сон и Юнхо его не вдалбливал в кровать. Но, чувствуя на своей талии тёплые руки, что кольцом обхватывали его в объятии, он расслабленно-счастливо улыбнулся и выдохнул. Это не сон. Это всё на самом деле. И поясница не приятно тянет тоже не из-за неудобного положения во сне.       Он смотрел на Юнхо около двадцати минут, наблюдая как он облизывает губы во сне, как иногда подрагивают веки, чувствуя как иногда пальцы старшего сжимали его талию, будто проверяли на наличие рядом Ёсана. А Ёсан рядом, смотрит и влюбляется ещё больше. Ему позволено было понаблюдать за сном Юнхо – он этим пользуется и наслаждается.       – Ты скоро прожжёшь на мне дыру, - хрипло прошептал Юнхо, не открывая глаз, что стало неожиданным для Ёсана, который вздрогнул от испуга.       – Мне можно, - фыркнул Кан, целуя в щеку Юнхо. – Доброе утро.       – Доброе. Удобная кровать? - вспомнил Юн их разговор в баре.       – Очень.       Юнхо и Ёсан уже проспали пол дня, лишь в обед соизволив выбраться из постели и объятий. Они всё ещё голые, но выспавшиеся и счастливые. Юнхо рад видеть Ёсана в своей постели, а Ёсан рад просыпаться не один.       Вдвоём они пошли в душ, не спеша целуясь и ублажая друг друга руками. Медленная взаимная дрочка со совместным принятием душа хорошо взбодрила их, учитывая что Юнхо сегодня ещё работать, а Ёсан решил пойти посидеть в баре с друзьями, чтобы не обижались за вчерашнее.       Затем они завтракали: Юнхо сделал Ёсану тосты с вишнёвым джемом, как и обещал перед сном. Юнхо смотрел и не верил своим глазам, что у него на кухне сидит его парень в его футболке, ест сделанные им тосты и бесконечно рассказывает всякое разное. Ёсан очень красивый без макияжа, который в основном состоит из плотного тональника и теней. Тональный крем скрывает особенность Кана – родимое пятнышко у левого глаза и на виске. А сейчас Юнхо хочет поцеловать каждый миллиметр этого красноватого пятнышка.       Они имели возможность рассмотреть друг друга в дневном свете, с чистой кожей, потрогать и пообниматься вдоволь. Ёсан в футболке Юнхо «тонул», можно было бы ему и без шорт (тоже Юнхо) щеголять, но нет.       Чону очень нравился такой по уютному домашний Ёсан. Они лежали на диване в обнимку, тихонько переговариваясь, не обращая внимания на рабочий для фона телевизор. Младший всё водил пальцами по груди Юнхо, вырисовывая какие-то узоры, и смотрел на свои же пальцы, когда рассказывал что-то о себе.       К вечеру Юнхо отвёз Ёсана домой. Тому нужно было собраться, потому что должен встретиться с друзьями, а Юнхо нужно было в бар. Правда, они посидели в авто, перед тем как разойтись, ещё минут тридцать, держась за руки и иногда целуясь.

***

      В субботу, как и в пятницу, людей достаточно много, но работать Юнхо было не в напряг, учитывая что ему стало легче с появлением Хёнджина. Они улыбаются и общаются с посетителями, исполняют свою работу, не отвлекаясь на постороннее – то что находится вне барной стойки, дальше их зоны, так сказать.       Юнхо сегодня скучно без Ёсана, который конечно всё равно должен придти со своими друзьями; Чон признал что привык к обществу парня, привык что тот сидит рядом и что-то рассказывает, или просто глазеет, в ответ ловя на себе взгляды Юнхо. Но ему заменили компанию. С ним стоял Минги, иногда помогая с заказами, они переговаривались. Сон рассказал другу о произошедшем с Хонджуном и Юнхо пытался как-то поддержать друга, чтоб тот не переживал. Конечно, Минги это не особо помогало, но он хоть улыбался и выглядел живее.       Ближе к полуночи в бар приходит Хонджун с каким-то мужиком. Минги встретился глазами с Хоном и тут же забыл о прошлых мыслях.       Хонджун помахал рукой Юнхо и Минги, что в ответ так же помахали рукой и переглянулись друг с другом. Хонджун сделал вид, что ничего не было или для него это правда ничего не значит? Нет, Минги не будет об этом думать.       У Хонджуна слишком хорошее настроение? Ждите беды. Это они запомнили как дважды два. Вот только от знания, что может что-то произойти, легче не становилось. Наоборот, Минги раздражался и вызвался помочь Юнхо с коктейлями, чтобы занять себе руки и голову. А так же перестать наблюдать за вип-столиком, где сидел Хонджун и его «кошелёк».       – Вот блядство. Какого он идёт сюда? - прошипел Минги, отворачиваясь к алкоголю, а спиной – к залу. Он решил что сейчас ему крайне необходимо протереть пару стаканов и стопок. К ним направлялся тот мужик, пришедший с Хонджуном.       – Логично, что за выпивкой, - ответил Юнхо. – Держи себя в руках.       – Молодой человек, сделай пожалуйста что-нибудь на своё усмотрение и покрепче, - сказал мужчина, после поворачиваясь к Хонджуну и махая ему рукой.       Юнхо под негодующий взгляд Минги сделал на свой вкус, но не крепкий, и подал заказ. Пока Юнхо отошёл чуть дальше, Минги стоял полубоком к стойке и протирал полотенцем склянки, краем глаза наблюдая за мужчиной. Он чуть осматривался и затем достал из рукава какой-то порошок, высыпая из пакетика в напиток. Который сделали Хонджуну. Мужик тут же свалил обратно за столик, а Минги, от злости слишком сильно поставил стакан на столешницу, что благополучно треснул, бросился следом.       – Эй, ты куда? - Юнхо успел схватить его за руку.       – Этот мудак что-то подсыпал в бокал Джуну. Я пойду пару ласковых скажу.       Минги резко вырвался из захвата Юнхо и поспешил, пока Хонджун только крутил в пальцах этот бокал.       – Ну ёб твою ж мать, - обречённо прошептал Юнхо в след Минги, затем видя что в бар заходит компания вместе с Ёсаном, который улыбается и машет рукой. Юнхо тут же улыбается и в ответ машет. – Как всё вовремя складывается, однако! Простите, - Юнхо громко возмутился и привлёк к себе внимание сидящих рядом за барной стойкой. Юнхо остался наблюдать за стойкой, надеясь что его друг вполне сможет сдержать себя в руках и не выйти из себя.       Тем временем Минги подошёл к столику. Хонджун повернул голову к нему и лукаво улыбнулся.       – Прошу прощения что беспокою. Но в моём баре я не терплю иные вещества, кроме алкоголя. Что вы подсыпали в коктейль?       – Ты о чём, парень? Кто подсыпал?       – Минги, ты может что-то путаешь? Не наговаривай, пожалуйста.       – Он подсыпал тебе в алкоголь какой-то порошок! Повезёт, если это просто виагра, - Минги еле держался чтобы не пуститься во все тяжкие. – Просто покиньте бар.       – Хорошо, мы уйдём, - тут же вспохватился мужик. Хонджун недовольно и недоверчиво посмотрел на Сона и поднялся с места.       – Нет, Хонджун останется. Уйдёте только вы, выгоняю я вас, - Минги кивнул на мужчину.       – Я сам решу, оставаться мне или нет, - Хонджун поднял голову, чтобы посмотреть в глаза старшего, и дерзко смотрел.       – Нет, ты останешься здесь, - сквозь зубы проговорил Минги, хватая младшего за руку и, разворачиваясь, таща его за собой по направлению в кабинет.       – Эй! Что ты себе возомнил, выблядок? - за спиной Минги их догонял тот мужчина и крайне грубо выражался. Теперь точно весь бар видит происходящее.       – Выблядки подмешивают хуйню какую-то в коктейли, а я забираю своё, - остановившись и обернувшись, через чур громко сказал Минги, чувствуя, как Хонджун сзади замер. Где-то за барной стойкой Юнхо от резкости своих движений разбил бутылку. – По хорошему, покиньте заведение.       Мужик снова проматерился на Минги и ударил его кулаком по лицу, попадая в скулу. Минги отпустил Джуна, и начал наносить удары мужчине: сперва лбом ударив его в переносицу, заставляя от боли согнуться пополам, а потом коленом в живот. В этот момент их начали растаскивать: подбежавший Юнхо оттаскивал Минги к стене, где стоял Хонджун, находящийся в ахуе шоке и своих мыслях, а мужика оттащил охранник, уводя его за пределы бара, а люди начали расслабляться из-за вновь появившегося спокойствия.       – Минги, смотри на меня, слышишь? Тебе надо успокоиться! Дыши глубоко, вдох-выдох, повторяй за мной! - Юнхо приводил в чувства Минги, который всё ещё порывался к тому мужику, которому не мало так попало за последние пару минут. Минги только через минуту, что казалась вечностью, обратил внимание на Юнхо и тут же выдохнул, прогоняя гнев и злость; за столько лет он научился брать себя в руки. У Сона прояснился взгляд и постепенно приходило дыхание в норму. – Всё, всё хорошо. Хонджун, отведи его в кабинет, пожалуйста, я за аптечкой схожу.       Хонджун растерянно кивнул, взял Минги за руки и повёл в комнату. Уже в кабинете он посадил Минги на диван, а сам сел на колени перед ним.       – Ты в порядке? - он осторожно прикоснулся пальцами рядом с разбитой скулой Минги.       – Да, всё нормально, - ответил Минги, замечая что-то новое во взгляде Хона. – Прости что обломал тебе вечер.       – Он правда что-то подмешал? - Хонджун проигнорировал фразу Минги.       – Я бы не петушился так, если бы он не подмешивал. Он попросил крепкий коктейль и потом высыпал какой-то белый порошок.       Юнхо, принеся аптечку и лёд, ушёл по просьбе Хонджуна оставить их.       – Спасибо тебе. Этот человек раньше занимался наркотой. Были и лёгкие наркотики и тяжёлые, но он вроде завязал с этим, - объяснялся Джун, открывая перекись и смачивая ватный диск. – Я... я не знаю как тебя благодарить. Больше всего на свете я боюсь попробовать наркотик и не суметь слезть с него. У меня уже есть один такой пример... Может быть больно, потерпи.       Пока Хонджун аккуратно обрабатывал ссадину, Минги рассматривал его. Он не впервые видит его так близко, но впервые видит его таким. Таким испуганным, осторожным, медленным и переживающим. Это новое открытие. Он верил и знал, что Хонджун может быть нежным и ласковым, без игривости, может быть самим собой. Но раньше Хонджун не показывал свои такие стороны. До предыдущей ночи и... вот сейчас.       – Что ты имел ввиду "Забираю своё"? - аккуратным движением Хонджун приложил лёд к скуле старшего и зашипел одновременно с ним.       – То, что я всё равно на твоей стороне, даже если мы не вместе. Даже если мне каждый раз будут бить рожу. Хоть ты сам бей, но от тебя я не отстану и не оставлю со всякими мудилами.       – Это я уже понял, - вздохнул Ким, виновато улыбаясь и убирая лёд от скулы. – Болит?       – Нет, всё в порядке, - Минги взял Хонджуна за руку, в которой был лёд, и вернул обратно на скулу. Всё же, он не хотел чтобы был ушиб, даже если и синяк будет. А ещё ему просто нравилась эта забота младшего, так почему бы не понаглеть?       – Ты... Вот ты такой хороший, заботливый... Почему я? - Хонджун нёс несвязные предложения, но это не выглядело странно. Он просто не мог нормально сказать, его мысли путались так же как слова.       – Что, ты?       – Почему я нравлюсь тебе? Я ведь шлюха и, оказывается, могу подставить свою задницу всем, даже если не хочу, - Хонджуну было неприятно из-за всей этой ситуации и страшно за то, что Минги будет думать о нём. По сути, ему должно быть всё равно на Минги? Да. Но почему сердце стало в два-три раза быстрее стучать, когда они смотрели друг другу в глаза сейчас и ещё до этого – прошедшей ночью.       – Мне всё равно кто ты. И я дождусь, пока до тебя дойдёт всё, что ты сейчас творишь. Я ведь... - Минги перебил Хонджун, затыкая его поцелуем. Он аккуратно сминал губы старшего, не углубляя поцелуй, приобнял его за шею и подполз ближе к дивану, оказавшись между ног Минги. Минги в шоке пару секунд не отвечал, а потом напористо перенял инициативу, но тоже не углублял поцелуй, положив руки на талию младшего. Они просто поочерёдно целовали то верхнюю, то нижнюю губу, не используя язык.       Спустя пару минут они оторвались друг друга, Минги всё ещё был немного удивлён, и стал ещё больше удивлённым, когда увидел что Хонджун плачет. Плачет и закусывает губу, всё ещё обнимая Минги за шею и смотря ему в глаза.       – Прости меня за всё. Я такой мерзкий, блять... А ты всё равно терпишь меня...       – Хонджун-и, не надо, - Минги положил свои ладони на лицо Джуна, вытирая большими пальцами слёзы младшего.       – Отвезёшь меня домой? Я... Я не могу и не хочу тут при тебе как размазня сидеть, - Хонджун пытался отшутиться, но на деле его голову заполнили слишком много мыслей. И при Минги он не мог позволить себе рассуждать в слух – так ему было легче думать, не мог поплакать нормально и пожалеть себя или наоборот – загнобить и спокойно утапливаться слезами.       – Конечно отвезу. Подожди тут минут пять. Я пойду узнаю как там дела.       – Хорошо, - выдохнул Хонджун. И снова коснулся губ Минги. Хонджун смог признаться самому себе, что Минги приятно целовать; пухлые, мягкие, чуть потрескавшиеся губы, что так аккуратно отвечали, будто Минги боялся спугнуть. – Иди, я пока аптечку соберу.       Хонджуну было немного не по себе после этих поцелуев. Ему понравилось и целоваться с Минги, и обнимать Минги, и чувствовать его руки на себе.       А Сон был немного под впечатлением и не понимал почему это произошло снова. Но ему это понравилось, он окончательно успокоился. Хотелось ещё и ещё целовать и обнимать Хонджуна, который в руках Минги казался ещё меньше и хрупче, чем есть и выглядит.       Минги пошёл к Юнхо, который общался с Ёсаном и делал коктейль.       – Ты в порядке? - сразу спросил Юнхо, как только Сон подошёл к бару.       – Да, в порядке. Что тут было, когда я ушёл? Я должен сделать что-то? - Минги обратил внимание на Ёсана, что смотрел на него удивленными глазами: – Привет, Ёсан-а.       – Привет, - лёгкой улыбкой ответил Кан. Ему было теперь не по себе смотреть на Минги. Он раньше не думал и не замечал, что у Минги может быть столько злости и агрессии. И пусть это выражается в резкости движений и выражении лица, но это есть.       – Ничего не было. Я всё уладил. Тот мужик свалил сразу же, - ответил Чон.       – Я отъеду.       – Опять Хонджун?       – Потом расскажу, - кивнул и Минги пошёл обратно к Джуну в кабинет, оставляя друга и Ёсана.       – Он дрался за своего парня? - спросил Ёсан. Он был удивлён, когда увидел Минги и того мужика. Кан заметил ещё парня сзади, который буквально выпал из реальности, широкими глазами смотря на это всё.       – Это не его парень. Пока что, видимо. Там всё так сложно, я не особо понимаю что и как, но Минги сам разберётся, - ответил Юнхо.       – Кажется, у Минги сильные чувства к этому парню. Он таким злым выглядел.       – Не представляешь насколько...       Минги поспешил к Хонджуну, ему было не по себе от мыслей, что младший ушёл по-тихому, недождавшись его. Но Хонджун сидел на том же диванчике, явно обдумывая произошедшее. Как только он заметил Минги, то сразу подлетел к нему, обнимая за шею и повиснув на нём. Ему просто захотелось обнять Минги.       – Всё в порядке? Поехали? - Минги, мягко говоря, был в шоке от поведения младшего. То он посылает, то обнимает, то целует, и при этом говорит что запутался. Запутался в чём? В своих чувствах, поведении или поступках? И как Минги должен на это реагировать?       Отвозить Хонджуна домой стало уже привычкой. Уже по привычке он провожал Кима до двери квартиры, затем спускался в машину и сидел ждал, пока включится свет в окнах. И только после этого уезжал. Так ему было спокойнее, что Хонджун точно останется дома, не пойдёт никуда шляться – это он проверил: пару раз оставался под подъездом до утра.       Совпадение или нет, то, что происходит всякий пиздец именно в субботу. И именно это связано с Минги и Хонджуном. Может, им просто не видеться в субботу, чтобы не было эмоциональных потрясений ни у одного, ни у второго? А как это, не видеться? Минги не может представить, что не будет видеть Хонджуна хотя бы по выходным, потому что в будние дни он редко заходит. А Хонджуна тянет в бар, хоть он и не до конца это понимает. Точнее, он не понимает почему его туда тянет.