Волан-де-Клаус

Привычки. Вторая натура, капкан повседневности, непонимания, глупых ритуалов, фальши. Да, пожалуй, именно так и следует охарактеризовать привычки. Собственно, об этом и думал Волан-де-Морт, созвавший своих Пожирателей на ежедневное собрание, чтобы сообщить план действий. Во главе стола сидел он, нацепив на лысину отмытый краденым шампунем до белизны волос парик, а на парик мужчина натянул красный колпак с белым помпоном. Рядом сидела на стуле так же во главе стола Белла в своём красном откровенном одеянии. Вокруг стола толпились созванные олени. Да, обычно от Пожирателей толку и мыслей столько же, сколько и сейчас, но… как-то психологически некомфортно было. Может, непривычно, что ли… Хотя… Нет, всё же оленей на совещания не собирают. И на собраниях не принято ходить в туалет на месте. Да. Это определённо не глупая привычка, это этикет. И логика. Тем временем Люциус Малфой тёр чёрную метку, заставившую всех явиться, льдом и плакал. Не только от боли. Хотя… Видеть, как олени на ковёр ещё и… Да, это было больно. Так что только от боли. – В общем, так. Учитывая надвигающийся праздник, мы стали командой Сатаны… Тьфу. Белла, – женщина встрепенулась, – это ты виновата в моих оговорках. Командой Сатаны мы были уже давно. Не говоря о прошлом Хэллоуине. Теперь мы, конечно же, команда Санты, а точнее, де-Клауса. Мы устроим наше Рождество – с… вистом и прелестницами. Объятие и презрительный взгляд. – Продолжим. В общем, за сегодня-завтра мы набираем подарки и идём их раздавать. Да, зря вы постреляли тех эльфов, что подарки производили. И реактивные сани Санты вы тоже зря взорвали. Так что нам придётся разделиться и идти. И это дорого. По миру пойдём! – злой крик и грустный вой из-под стола. Упало замертво два оленя. Один - от заклинания, второй – от сердечного приступа. – Расходитесь. Люди на сбор подарков из полярных руин и закромов направлены. – Мой Лорд… Вы так мудры… – промурлыкала Беллатрикс, сев на колени возлюбленного. – Не подлизывайся, ты тоже виновата в разгроме, – подметил Реддл. – Тогда… – на миг понурила женщина голову. – Накажите плохую девочку… – томно прошептала она, целуя тонкие пальцы волшебника. Чтобы больше не попасться на уловки ведьмы, Лорд просто промолчал, затем начал ухмыляться. – Молчание – знак согласия! – довольно выпалила женщина. Волан-де-Морт, не издав ни звука (кроме звука грохнувшейся на пол Беллы), вышел. Затем вернулся и хлопнул дверью. – О, Люциус! – улыбнулась, наконец заметив Малфоя, миссис Лестранж. И снова грустный вой. Переходящий в блеяние.