Волан-де-Клаус

– Ну... – потянулся и надавил на уставший правый глаз Лорд. Пожав плечами, он передал свиток Белле. Та с чуть заметным поклоном приняла бумагу. – Так, чего хочет на Рождество этот мерзкий Поттер? – Он пишет, что ему не нравится, что ему достаются тумаки... – Пусть получает. Пендель справедливости, как говорится! - глаза женщины расширились. - Мной говорится, – уточнил он. – Читай, – брезгливо помахал волшебник пальцами. – Так вот, мой Санта-Лорд. Ему надоело, особенно после василиска. Он хочет, кроме меча Гриффиндора, щит Гриффиндора и доспехи Гриффиндора! – улыбка появилась на бледном лице колдуньи. – А пососать не завернуть?! – возмутился Реддл. Увидев, что Беллатриса склоняется и приподнимает край его мантии, он удивился и скомандовал: – Прекращай. Это фразеологизм. В смысле, что обнаглел Гаррик. Может, ему ещё и этот... Молот Гриффиндора?! Мьёльнир! Вот! – лорд сжал кулак и поднял его над головой. Секунду он думал, поставить вторую руку в жест или вытащить один палец. Его прервал шёпот Пожирательницы: – Вообще, это молот не Годрика, а Тора... – Тора? Не, ты путаешь! Тора – это книжка у евреев такая! Кстати, а почему мы не преследуем геев, евреев? Я же тёмный! И популярность бы повысилась! – глаза с вертикальными зрачками заблестели. – Хозяин! Так нельзя! Это неполиткорректно! Есть чистокровные маги из евреев, есть чистокровные геи... хоть они и осквернители, прерыватели родов. Но... слишком про многих поговаривают – пробем не оберёмся с магами, даже Пожирателями, – покачала головой и начала мотать чёрный локон на палец миссис де-Клаус. – А если среди магглов только геев и евреев преследовать?! – не сдавался Том. Он вообще не любил сдаваться. Даже смерть его не останавливала в борьбе. – Не пройдёт. Такой уже был, такая торговая марка есть... Иски посыплются... И ещё доказывай, что ты не нацист. Сейчас же маги и магглы заклюют: все теперь толерантные... – фыркнула Белла. – То есть так: или мочить всех, или никого? Ладно. Но в сортире! – кивнул себе Волан-де-Клаус. – Продолжим. Несём радость. Рождество. Подарю ему детский деревянный щит Годрика. Я его в Выручай-Комнате нашёл. Кто дальше? – Невилл Долгопупс... Можно я его поздравлю сама? – хищно оскалилась женщина. – Нет. Это праздник. Что он хочет? – утомлённо спросил Лорд. – Шар для поиска шара, предназначенного для поиска потерянных вещей. Оба тяжело вздохнули. Спустя несколько часов осталась последняя страница (свиток был из сшитых страниц) с именами обитателей Хогвартса. Как ни странно, Драко и там не оказалось. В свитке вообще не оказалось имён многих сподвижников Лорда. За консультацией пришлось идти к старику Санте. Тот был в хорошем расположении духа. Он решил похудеть и прыгал через скакалку с Нагайной. А если точнее, то прыгал через Нагайну, шипевшую от удовольствия. За чашечкой тёплого молока с печеньем (иначе толстяка как-то разговорить не удалось) старик рассказал, что у мистера Клауса есть несколько списков для раздачи подарков: 1) хорошие дети, 2) плохие дети, 3) хорошие маги, 4) злые маги. Почему маги отдельно? О! Это оказался целый теологический спор с привлечением видных деятелей из числа святых, чернокнижников, церковников, крестоносцев, сказочников... Председателем того совета был некто "Св.Николай_aka_Санта_Кл.", пожелавший остаться неизвестным. В общем, с учётом того, что волшебники в Бога верят, Рождество празднуют, но считаются грешниками в связи с использованием магии, данные дети учитываются отдельно. Также было установлено феноменальное влияние магии на мышление и организм: маг до смерти остаётся хоть немного ребёнком. – Альбус? – спросил Лорд. – Особенно, – грустно кивнул на этот пример Санта. – Может, тебе чего принести? По-братски так, – пожал плечами де-Клаус. – Мужик ты хороший. – Спортивное питание и, – он погладил живот, – побольше. А завтра и миссис мою, – он подмигнул Белле и демонстративно подался бёдрами вперёд. Лорд был смущён. Так и вышел. И даже когда его покрывала поцелуями любящая женщина, он всё ещё недостаточно пришёл в себя. Чувство, что надо как-то ещё больше менять жизнь, радоваться и простым вещам, не покидало. И в ванной он стоял перед зеркалом и думал. Реддл посмотрел в свои изменённые расколом души глаза и зарычал. Затем стянул с головы колпак Санты и бросил на пол. – Какой я, к чёрту, Санта? Я же убийца. Или... Или нет? Или я Том? Да. Интересно. Знаешь, нельзя бегать от себя и других. Это страх. А чего бояться столь могучему магу, предводителю армии и тому, у кого столько крестражей?! Решено! – он поднял и отряхнул шапку, затем нацепил на лысый череп и решительно вышел из ванной. На входе ждала Беллатрикс. Санузел раздельный, значит, не в туалет ждала очереди. А его лично ждала. Ну, или руки помыть хотела. – Белка! – гаркнул Реддл. – Хватит скрывать чувства и быть чёрствым. С сегодняшнего дня я для тебя "Томный лорд". А сейчас сыграем во врача и пациентку. Я буду "Тёмный лор"! Женщина от радости взвизгнула и прыгнула на достаточно хрупкого возлюбленного. Но он выдержал. – Ура-а-а-а! То есть... Кхе-кхе... Осмотрите меня, доктор!