Волан-де-Клаус

Улыбка. Рядом сопит любимый мужчина. Белла лежит на кровати и нежно гладит Рудольфуса по спине, затем целует в ухо и направляет на кухню к мискам. Да-да... В одной ягель, во второй - огневиски. Во втором письме был сертификат на их пожизненный запас. Кажется, в их семье всё вернулось на круги своя. Только вот вместо кругов ада это были какие-то новые круги... ещё неясные, странные, но вызывающие улыбку. Как круги на полях. Они ведь образуются от того, что ёжики водят хороводы? Мистер Лестранж как был оленем, так и остался. Но, кажется, этот облик его нисколько не стеснял (сказывалась практика ещё со времён школы)... ну, кроме случаев, когда ему хотелось почитать. Но разве есть препятствия для истинной любви? Белла его по-своему любила. Привыкла так говорить, убеждать всех и... наверно, себя. Девушка ведь может придумать нечто и использовать это как аргумент в споре. И всё же... Она читала Рудольфусу вслух... И всё же любимый мужчина сейчас лежал с Беллой бок о бок на кровати. Волан-де-Клаус очень устал и, распластавшись на спине, сопел, отчего помпончик шапки от каждого выдоха чуть поднимался в воздух. Милое зрелище. Может, поэтому женщина и не спешила снять колпак с мужа. Он мирно спал. Спал как ангелочек... Ангелочек, убивший тысячи. Но это не сейчас, не он. Тот - де-Морт. Этот - де-Клаус. И кому какая разница, пока он спит. Как говорится, не буди лихо - найди смертника-психа. Он очень устал и проснётся ещё не скоро. А пока дети (даже непоседливые и Избранные) могут спокойно получать образование, если сумеют. Белла гладила Тома, а потом, прижавшись к его плечу, начала осыпать поцелуями кожу. Примерно то же происходило в Лапландии в доме у Санты. Только он не устал и не спал, старичок оказался очень активным, о чём сообщили всей округе крики миссис Клаус... как в старые-добрые времена. Хо-хо-хо...