Кончиками пальцев

Прощание всегда вызывало во мне чувство некой неловки, потому что чаще всего слова, сказанные напоследок с моих уст, звучали как-то нелепо и вообще не к месту. В груди будто завязывали тугой узел, напрямую сжимающий голосовые связки, из-за чего все, на что я была способна — молчать. Вот и сейчас я смотрела на своего демонического рыжего друга и не могла подобрать нужных слов, хотя, судя по его выражению лица, они ему и не требовались. — Ещё увидимся, Вики, — Ади примкнул к моей недвигающейся фигуре, слегка хлопая по плечу, а затем мягко улыбнулся. Им с Ости было необходимо вернуться обратно, так как долгое нахождение на земле могло вызвать явные подозрения со стороны «дирекции» небесной школы, а множество слухов о их внезапной пропаже за долю секунды дошли бы до вышестоящих ангелов, вызвав нездоровый интерес. Поскольку в последнее время я чувствовала себя выжатым лимоном, которого судьба кидает из стороны в сторону по всей планете Земля, из-за чего смертное тело кое-как справляется с постоянными перелетами и сменой часовых поясов, вызывая постоянные приступы головной боли и мигрени, то в ответ на его нежность я могла лишь приподнять уголки губ, формируя какую-никакую натянутую улыбку. Мальбонте с Ости ушли за угол дома, о чем-то беседуя. Не знаю, в какой момент это произошло, но неожиданно я ощутила, что будто бы слышу их голоса совсем поблизости. Учитывая факт, что подслушивать не входило в мой ежедневный план действий на грядущий день, данная и пока ещё непонятная мне способность немного удивила. Казалось, слух обострился настолько сильно, что при большом желании я могу услышать взлёт бабочки, сидящей неподалёку. Хоть в моей голове пока не нашлось логических объяснений внезапно появившихся чудес смертного организма, упускать такую возможность — грех. Поэтому я немного наклонила голову, стараясь отбросить все посторонние звуки и сосредоточить свой слух на голосах Мальбонте и Ости. — Нет, я ни в коем случае не хотела… — Говорить будешь лишь тогда, когда я разрешу. От тона полукровки пробежали колкие мурашки, заставляя тело рефлекторно вздрогнуть. То ли я настолько привыкла, что Мальбонте крайне редко в общении со мной прибегает к холодному тону, то ли я постепенно начала забывать, с кем на самом деле нахожусь. — Она меняет тебя. И ты это знаешь...только зачем позволяешь? Неужели от прежнего Мальбонте осталась лишь тень? Послышался удар, похожий на звук пощечины. Настолько сильной, что краем уха я ощутила небольшой порыв ветра. Следующую фразу Мальбонте сказал настолько тихо, нет, он прошипел ее сквозь зубы, подобно ядовитой кобре, что мне понадобилось приблизиться на шаг ближе к дому, дабы расслышать каждое слово. — Сейчас ты закроешь свой рот и смирно поплетешься за мной, закрывая волосами лицо. Учти, если она заметит, — он как-то странно усмехнулся, но договаривать не стал, так как по частым вздохам Ости, в которых чувствовался парализующий страх, было понятно, что она выполнит приказ. — Эй, ты чего застыла? — Ади помахал руками около моего лица, которое, как мне кажется, очень красочно демонстрировало изумление от услышанного, а затем ущипнул со всей силы за щеку. Пришлось среагировать, моментально дёргаясь от прикосновения. — Ты чего!? — А ты чего? Впала тут в транс какой-то, не замечая ничего вокруг. А я, между прочим, улетаю. Промычав себе под нос что-то неразборчивое, я ущипнула его в ответ за нос, сразу поясняя мотив данного поступка: — Сделаем это нашим особенным рукопожатием. Увлечённая словесной перепалкой с демоном, я даже не заметила, как Ости, подобно полупрозрачному призраку, аккуратно обошла меня со спины, ускоряя шаг с каждой секундой. В какой-то момент мне захотелось остановить ее и оценить масштабы последствий от диалога с Мальбонте, но я вовремя подавила в себе эти внезапные порывы, так как понимала, что скорее всего ей это аукнется в дальнейшей ещё хуже. Как только оба небесных существа скрылись в пышных облаках темно-синего неба, я развернулась, чтобы посмотреть на Мальбонте. Внешне в его фигуре и лице ничего не выдавало недавнего приступа ярости, тем не менее, моему цепкому взору удалось ухватиться за то, как он нервно, скрестив руку на груди, то сжимал, то разжимал ткань на бордовой рубашке. Сосредоточенно следя за этими махинациями, я заметила, что его пальцы остановили небольшой кровавый след в месте, где они соприкасались с тонкой тканью. Поскольку визуальных повреждений на его руках выявлено не было, я логически предположила, что это и не его кровь вовсе. Фантазия тут же красочно вырисовывала немую сцену удара Мальбонте прямо по лицу дьяволицы. В тот момент хотелось думать ни о том, что так ей и надо, а о том, что он сделал это явно с таким одолжением, будто за совершенное насилие его следует благодарить. Хоть я не видела всей картины, но нутром чувствовала, что так оно и было. Погрузившись в рассуждение целиком, впоследствии ослабив хватку небесно-голубых радужек глаз на Мальбонте, я только в последний момент поняла, что его силуэт медленно приближается прямиком в мою сторону. Инстинктивно сделав пару шагов назад, я вытянула руки перед собой, всем своим видом прося остановиться. И он остановился. — В чем дело? — его взгляд был настолько изучающим, что скрывать причины такого поведения смысла не было. — У тебя на рубашке...кровь? Он мельком бросил взор на свою одежду, а затем немного приподнял веки, из-за чего глаза визуально стали больше, выдавая удивление. Скорее всего, полукровка не ожидал такой внимательности к деталям с моей стороны. — Тебя это не касается. Что ж, ладно. Опустив голову, я быстрым шагом направилась обратно в хостел, стараясь всеми силами прекратить этот неоднозначный диалог, полный какой-то недосказанности и даже некой загадочности. Захлопнув за собой дверь, я начала нервно окидывать взглядом помещение, в надежде найти небольшую бутылку с собой, так как в горле образовалась палящая пустыня. В голове вертелось множество мыслей. Ведь мы начали доверять друг другу, разве нет? В какой-то день мне даже показалось, что мы близки, и я могу не переживать за сохранность собственной жизни, не бояться твоих приступов гнева. Я только начала привыкать ко всему, а тут снова погружение в реальность происходящего. Меня будто током ударили. А что ты хотела, Вики? Плюшевых мишек и сияющих улыбок при виде тебя в шикарном вечернем платье? А может сразу свадьбу с кучей надоедливых родственников, напившихся в хлам и рассуждающих на философские темы, делая вид, что действительно в них разбираются? Не хотелось признавать, но отчасти я боялась, что, вернувшись на небеса, Мальбонте вновь предстанет передо мной беспощадным монстром с массивными, тяжелыми, янтарно-чёрными крыльями, олицетворяющими ту тьму, что так сочится через угольные, подобно бесконечной пропасти, глаза. Мы же даже ни разу не затрагивали тему возвращения. Поглощенные поиском артефактов, до моего мозга не дошло определенное количество нервных импульсов, которые могли бы сподвигнуть на вполне очевидный вопрос «А что дальше?». Как в комнату врываться с неловкими вопросами — я первая, а как невзначай спросить: «Хей, Мальбонте, ты собираешься снова мир переворачивать или поселишься недалеко от водоёма, медленно попивая глифт?». Все было очевидно. Но уточнить стоило. От этих мыслей голова разболелась ещё сильнее, поэтому пришлось заставить себя открыть форточку, а затем опуститься на кровать, болезненно вдыхая приторные запахи с улицы. Спала я беспокойно, постоянно просыпаясь ночью от странных звуков, доносящихся из соседней комнаты Мальбонте. Ёрзая по кровати туда-сюда, я пыталась уснуть. Тщетно. Вспомнив о внезапной возможности концентрироваться на слуховом аппарате, я перевернулась на бок, вслушиваясь в происходящее за стеной. Вначале это было похоже на тяжёлое дыхание, которое сопровождалось бесконечными характерными звуками передвижения на кровати, затем вдохи и выдохи полукровки становились более обрывистыми и частыми, отчего складывалось впечатление, что ему не хватает кислорода. Потом к шумному дыханию прибавилось какое-то непонятное мычание, больше похожее на скулёж, только в очень грубой форме. Больше выжидать не имело смысла, так как я начала беспокоиться о его состоянии, и, не смотря на страх после сегодняшних событий, тихо направилась к нему в комнату. Мальбонте спал, даже не проснувшись от моих недовольных ругательств в сторону деревянного стула, на который я, естественно, наткнулась по дороге. Подойдя ближе к спящему брюнету, я присела на край кровати и приняла роль наблюдателя, способного прийти на помощь в любой момент, делая вид, что от меня будет толк. Его лицо выглядело напряжённым. Об этом говорили сведенные к переносице брови и поджатые губы. Грудь с каждой минутой вздымалась все активнее, скулёж превращался в непонятные хрипы. Помотав головой из стороны в сторону, будто пытаясь отогнать что-то, он схватился за матрас, от натиска сильных пальцев ткань предательски порвалась, а несколько пружин воткнулись в кожу, тем не менее не нарушая сон. Приблизившись к нему как можно аккуратнее, я положила руку на остро очерченную скулу, немного поглаживая. Что с тобой происходит? Внезапно звонкий, хриплый голос Мальбонте эхом отозвался на всю комнату, отчего я резко встала с кровати, борясь с гравитацией, уверенно тянущей испуганное тельце на пол. — Уйди. Прочь, — он так и не проснулся, хотя казалось, что громкость собственного голоса должна была подействовать на него мгновенно. С кем ты говоришь? — Оставь меня. Что нужно опять? Не в силах больше наблюдать за странной картиной его поведения, я трепетно обвила руками шею полукровки, щекой поглаживая грубую кожу массивного подбородка. — Я убью вас. Не помню, как это произошло, но, буквально через несколько секунд, я оказалась придавленной к кровати, а Мальбонте навис сверху, прижимая своим телом и крепко сжимая мое горло. Оцепенев от страха, я сделала вдох, но охлаждающих потоков воздуха, наполненных кислородом, так и не ощутила. Беззвучно открыв рот, мое нутро справлялось с приступами паники и параллельно вело схватку с вот-вот надвигающейся потерей сознания. В этот момент Мальбонте распахнул глаза, встречаясь с моим испуганным видом. Тут же убрав руки, он дернулся в противоположную сторону, бросая взор на каждый предмет, находящийся в комнате. Будто искал что-то...или кого-то. Прокашлявшись вдоволь, я все же нашла в себе силы спросить, но голос все равно заметно дрогнул: — Что...случилось? Что ты видел? Он напряжённо посмотрел на меня, останавливая свой взгляд на появляющихся синяках в районе шеи. Разгадать его эмоции в этот момент было сложно, но мне хотелось верить, что его эта ситуация застала врасплох не меньше, чем меня. — Ты теперь боишься меня, я прав? — неосознанно хотелось ответить «нет», но как только я почувствовала на себе прикосновение мужской руки, тут же, не контролируя собственное тело, вздрогнула. — Я хочу понять… — Я видел тьму, — полукровка уставился на что-то в комнате, его взгляд был отрешённым и каким-то безжизненным, будто перед глазами стояли ещё не остывшие образы, — Она смотрела на меня, ровно как тогда, когда часть меня погрузили в бездну. Она шептала мне что-то неразборчивое, приманивая чем-то наподобие руки… — Руки? — Да. Но это не та рука, о которой ты могла подумать. Сложно объяснить. Скорее похоже на прогнившую старую ветвь, с острием на конце, которое отражалось даже в кромешном темноте. — Ты не разобрал, что она хотела донести? — Нет. Это был не голос, Вики, и даже не шёпот. Ей не нужно было проявлять каких-то визуальных и слышимых признаков присутствия, поскольку мы являлись единым целым, стоило мне поддаться — назад пути нет. Но мне был нужен более трезвый рассудок, не затуманенный неконтролируемой яростью, поэтому Маль ждал удачного момента, чтобы проскользнуть в реальный мир. Если бы моя темная сторона окончательно сдалась сладостным порывам бесконечной власти, которую хотела предложить тьма, то это повлекло за собой губительные последствия, поэтому я лишь изредка позволял ей затуманить голову. — То есть, сейчас… — Да. Во сне я снова столкнулся с ней, и в итоге поддался. Маль всегда внутри меня с неким наслаждением позволял мгле окутать душу, но, воссоединившись, я понимал, что для Бонта это губительно. В итоге тьма может попросту его убить. — Убить все светлое, заложенное в тебе с рождения…— я дотронулась кончиками пальцев до своих губ, нервно прикусив нижнюю. Как реагировать на это? В глубине души я была благодарна за такое откровение, но, с другой стороны, мысль о том, что Мальбонте полностью поглотит тьма и возьмёт над ним контроль — ужасала. Над ухом раздался шёпот. — Не бойся. Я не допущу этого, — он протянул руку, как бы спрашивая разрешение, и я накрыла ее своей подрагивающей ладонью, слегка сжимая. Его голос так пьяняще обволакивал все вокруг, и даже наивно не верилось, что он способен причинить мне вред.

***

По дороге в Исландию удалось выяснить у Мальбонте, что такие кошмары стали его беспокоить в момент наших приключений с артефактами, с каждым разом набирая обороты. О своих странных способностях я умолчала, но тем не менее, если задуматься, то такое начало происходить с момента обнаружения второго артефакта. Именно в воде я почувствовала, что могу обострить максимально слух, благодаря чему услышала потерянные души моря. Тогда мне показалось, что это все воздействие магического рупора, но теперь складывалось впечатление, что дело тут вовсе не в этом, просто все эти поиски странно на нас влияют. По поводу себя рано делать какие-то выводы, а вот Мальбонте... «Настанет день, и все живое покроется толстым слоем льда или же озарится молнией надежды. Но слишком большая цена за яркий свет внутри потерянной души». Слова Саито Юко прозвучали в голове настолько отчетливо, что складывалось впечатление, будто я вот-вот на пороге разгадки этого странного изречения. Или же предсказания. Что ты имела в виду? Неужели эти артефакты до хорошего не доведут? Я ведь понимала, что мы постоянно таскаем их с собой и постепенно их количество только растёт, вместе с этим растут странные последствия. От них ли? — Прибыли. Я выглянула в окно, сразу встречаясь с широко раскинутыми горными хребтами, которые, подобно природным нерушимым стенам, опоясывали небольшой провинциальный городок, в который мы, собственно, и отправились. На берегу красочного Эйя-фьорда, который выходит прямиком в Гренландское море, смирно расположился рыбацкий городок под названием Дальвик. Будучи только новичком в принятии любопытных туристов, особенно после мощного землетрясения, обрушившегося на местных жителей приблизительно восемьдесят лет назад, он встретил нас приятной тишиной, лишь изредка слышались крики пролетающих высоко в небе птиц, которые взмахом своих перьевых крыльев заставляли сердце трепетать от накатывающей тоски по полетам. Город покрылся лишь тонким слоем снега, однако леденящий ветер пробирал кожу до мурашек, формируя на моей голове хаотичную нелепую прическу. Оглядевшись вокруг, я сразу отметила, что большая часть домиков смотрелись весьма минималистично, так как они не превышали отметки выше чем три этажа. Архитектура скромная, насколько мне известно, здесь даже нет высоких сооружений или каких-то значимых памятников. Но это бы только испортило первое впечатление, готические здания смотрелись бы явно несуразно и даже в какой-то степени глупо, так как основной акцент — природа. Дикая, неизведанная, и от того такая манящая. Вдалеке виднелась одна небольшая церквушка, выполненная в белоснежном цвете, что отлично сочеталось со сказочной атмосферой бесконечных зимних покровов. Сделав глубокий вдох, дабы ледяные потоки воздуха заполнили все мои легкие, я заметила, что город можно рассмотреть с абсолютно любой точки — настолько он мал. Тем не менее, ознакомясь заранее о нашем местонахождении, я уже имела представление о том, что, несмотря на свои маленькие размеры, он имел сильную значимость для Исландии, так как именно здесь находился крупный рыболовный порт, рейсы которого напрямую связаны с поставкой всего необходимого для жителей исландского острова Гримсей, расположенного на Полярном круге. Может, мне удастся лицезреть северное сияние? Хотелось бы верить. — Мы идём? Мальбонте настолько гармонично сочетался с горными красотами, что я даже не скрыла некого восхищения. Но его чёрные волосы сразу привлекали на себе излишнее внимание, так как на фоне белоснежного зимнего ковра, устланного небольшими деревьями, они выглядели вызывающе. Поморщившись от огромного количество снега, отражающего свет восходящего солнца, полукровка размеренно направился в сторону горных вершин. Наверное, такое количество белого цвета вызывали в нем чувство раздражения. Локация на карте, найденной в последнем послании, была где-то за пределами Дальвика, местные жители сказали, что следует направиться по дороге троллей (которую здесь называли пенинсулу), огибая водопад, впадающий в воды океана, затем мы должны будем выйти к мерцающей долине, неподалёку будет находиться заповедник, где мы сможем снять жилье. Дорога предстояла долгая и утомительная, я не исключала возможность, что, скорее всего, одну ночь придётся провести в горах. Мальбонте такой вариант событий определенно не расстраивал, но и в восторге от окружающих красот он тоже не был. Большую часть пути мы не проронили ни слова, поэтому мне оставалось смотреть по сторонам, с каждым шагом примечая для себя определенную деталь визуальных образов. К примеру, отсутствие растительности на горных склонах. Понятное дело, в данные момент все живое, укрытое одеялом из снега, мирно посапывало в ожидании весны. Но масштабы открывшегося пространства настолько захватывали дух, что я даже мельком увидела тот самый остров, находящийся на Полярном круге. — Не замёрзла? — Мальбонте шёл впереди, периодически бросая взгляд через плечо на меня, проверяя, не отстала ли. — Нет, — ага, как же. Ноги сначала покалывало от холода, а теперь стало удивительно тепло, что говорит о скорейшем обморожении, пусть не третьей степени и даже не второй, но приятного все равно мало. — Научись врать. Полезный навык, — чуть помедлив, он добавил, — Но со мной не практикуй. Недовольно цокнув, я столкнулась с массивной спиной Мальбонте, впечатавшись в неё всем телом, отчего сильно ушибла нос. Зачем так внезапно останавливаться? Обойдя его фигуру, я с интересом смотрела, что так неожиданно вынудило его прекратить размеренные шаги. Распахнув зимнюю куртку, он начал зачем-то разматывать шарф на своей шее. Затем, подойдя максимально близко, закутал мое лицо вязаной, шерстяной и неприятно колючей удавкой, закрывая половину лица и сильно затягивая. — Ты там морской узел делаешь? — полукровка так долго проводил махинации с этим несчастным шарфом, что даже моему ангельскому терпению пришёл конец. — Помолчи. Закончив пеленать мое лицо, он удовлетворенно хмыкнул, слегка оскалившись. Наконец, мы добрались до дороги троллей. Почему она имеет такое название — без понятия. Ничего примечательного и уж тем более мистического вокруг не наблюдалось. Все так же виднелся необъятных масштабов океан, однако единственное, что явно привлекало внимание — шум водной стихии, исходящий явно не от океана, так как на том не было видно ни единой волны. Водопад. Быстро обогнав Мальбонте, я стремительно побежала на звуки падающих волн. Не замечая вокруг ничего, в том числе ворчливых возгласов полукровки, которые с каждым шагом все отдалялись, мое тело неслось с такой скоростью, что, споткнувшись об что бы то ни было, я знала, конечной остановкой будет встреча с затвердевшей промерзшей землей, после мимолетного полёта с горных обрывов. Достигнув намеченной цели, пришлось сильно отдышаться, так как на такой высоте кислорода было минимальное количество. Но внутренний дискомфорт тут же испарился при виде удивительного творения природы, которое находилось буквально на ладони, стоит лишь потянуться — обретёшь внутреннюю гармонию с самим собой. — Довольна? — Мальбонте возник как-то слишком внезапно, особенно за спиной, а поскольку я являлась врождённой трусихой, то в ту же секунду рефлекторно покачнулась, делая шаг бегства и абсолютно забывая, что дальше — пропасть, — Вики! Ощутив на себе мощный толчок, вызванный цепко ухватившимися руками моего спасителя, я тут же начала падать в безопасном направлении. Полукровка сразу же обвил руками талию, сильнее прижимая к собственному телу. Солнце постепенно покидало горизонт, и я заметила последние мерцающие лучи, отраженные в обеспокоенных глазах, устремлённых в мою сторону. Он говорил тихо, почти неслышно, произнося это скорее для себя, чем для меня. — Как можно быть такой удивительной…— в ту же секунду тон стал в миллион раз строже, — удивительно тупой. Ты чем думала? — Ты напугал меня! — выставив руки между нами, я попыталась отодвинуть его как можно дальше, только вот попытка не увенчалась успехом, поскольку через мгновение я почувствовала обжигающее раскаленное дыхание на своей ледяной щеке. От контраста ощущений внизу живота кто-то предательски завязал узел, вынуждая тело тут же откликнуться на непозволительную близость. — Ты меня тоже, — его лицо находилось так близко, что я чувствовала подграгивающие угольные ресницы, покрытые морозным инеем. Не в силах больше сдерживать мимолётные порывы, я требовательно коснулась своими обмерзшими губами таких же до боли холодных губ брюнета, не давая и малейшего шанса разорвать поцелуй. Поскольку сопротивлений с его стороны выявлено не было, я позволила себе наглость проникнуть горячим языком в рот Мальбонте, кончиком проводя по ровным и достаточно крупным зубам. Он среагировал молниеносно, рывком прижимая к себе с такой силой, что легкие покинули скудные остатки воздуха. Мы целовались долго, страстно, ненасытно, задыхаясь то ли от возбуждения, то ли от недостатка кислорода. Первой борьбу проиграла я, отодвигаясь на секунду, чтобы сделать глубокий вдох, но вдох получился обрывистым, так как затылок накрыла большая ладонь, жестко возвращая губы к властному поцелую. Второй сдался Мальбонте. Он отпрянул, переводя горящие от желания глаза куда-то вдаль. — Нет. Не здесь. Внутри все свело от неполученной разрядки, и я молча кивнула, не смея нарушать хрупкие личные границы.

***

К моему удивлению, до небольшой хижины в заповеднике мы добрались за несколько часов, даже не пришлось ночевать на улице. Обслуживающий персонал вежливо предоставил одну комнату на двоих, а затем предупредил о некоторых ограничениях на территории заповедника. К примеру, строго настрого запрещалось шуметь, так как громкие звуки влияют на птиц, которые гнездуются неподалёку, помимо этого, никакого открытого огня, мусора, намеренного нанесения увечий хрупкой экологической флоре. Вполне логичные замечания. Последовав следом за Мальбонте, мы оказались в небольшой комнатке, освещённой тусклым светом настольной лампы. Из окна открывался вид на мерцающую долину, где, по слухам недавно прибивших, находились не только звери, занесённые в Красную книгу, но и мистические существа, поджидающие душу, склонную к порокам, в высоких снежных зарослях. В этой жизни меня уже вряд ли чем-то удивишь, поэтому хоть завтра готова встретиться с сияющим единорогом. Оказавшись один на один с полукровкой в замкнутом помещении, стало как-то неловко. Буквально в горах обоих настигло цунами из страстных прикосновений и взглядов, а теперь же подходить к нему и лезть со своим скрываемым желанием было как-то...странно? Мальбонте тоже не показывал никаких признаков былого возбуждения, однако я сразу заметила, как он внимательно окинул взглядом мои попытки снять с себя огромное количество одежды. Можно ли соблазнить мужчину, снимая меховой свитер, а затем тёплые подштанники? «Сейчас проверим» — подумала я, и начала с явным азартом медленно снимать каждую ненужную вещицу, демонстративно отбрасывая ее в сторону, но при этом сохраняя облик непринужденности действий. Поскольку в глазах сразу же бы стали понятны мотивы такого поведения, пришлось отвернуться к стене, продолжая ловко, но при этом размеренно, наслаждаясь моментом, лишать себя тёплых предметов гардероба. Я знала, что он смотрит. Чувствовала всем нутром. От ощущения пристального взгляда по телу пробежались мурашки, намеревающиеся спалить всю контору. — Ты ещё не готова, — Мальбонте говорил спокойно, смакуя каждое слово, и именно последнее выдавало в нем взаимность наших желаний. — О чем ты? — сделав вид, что я вообще не при делах, я стала медленно приближаться к вальяжно лежащей фигуре на кровати. — Ты поняла, о чем я. — Но ведь… — В моменты сильного эмоционального перенапряжения...я могу поддаться тьме. Я пока не уверен, что ты готова столкнуться с таким напором. Легче не стало.

***

Утром мы отправились в сторону леса в надежде отыскать хоть кого-то, кто мог бы прояснить в голове связь между эльфами и этим загадочным местом. Но, как обычно бывает в подобных случаях — никто под руку не попадался. Из-за постоянного недосыпа я ощущала полную неразбериху в черепной коробке. Разум будто покрылся плотным туманом, что даже сил элементарно раскинуть мозгами и применить хоть какие-то аналитические способности не было. Мальбонте тоже вёл себя на удивление тихо и даже в некоторой степени отчужденно. Этой ночью я не слышала, чтобы его вновь в сновидениях настигла тьма, призывая к полному подчинению, но спал он все равно беспокойно. Похоже, постоянные перелеты мельком отражались и на полукровке. Хоть в нем и таилась могущественная сила, тело все же являлось смертным и весьма ограниченным, если рассуждать с точки зрения его потребностей для своего организма. В какой-то момент мое внимание привлек небольшой светлячок, плавно направляющийся к противоположной стороне мерцающей долины, от него исходил мутный голубой свет, что показалось слегка странным. Проводив его изучающим взглядом, я сразу привлекла внимание Мальбонте, который пытался разглядеть то, что вижу я. — На что уставилась? — Да так...светлячок, — стоп, подождите, какой светлячок в пучинах холодных льдов? Видимо тот же вопрос задал себе и мой спутник, смотря на меня, как на умалишенную. — Что, прости? — Да я точно его видела, — ещё раз оглядев местность вокруг, я сосредоточенно искала зрением эту летающую искру, но так и не удавалось дать объяснения своей галлюцинации. В этот миг зрительные рецепторы, как по щелчку пальца, настолько улучшили свои показатели, что вполне можно провести аналогию с цепким взором ястреба, ищущего добычу. Вначале такое озарение немного ошарашило, но я в ту же секунду привыкла, как будто всегда обладала такой возможностью видеть с рождения. После необычной трансформации тут же удалось обнаружить светлячка, медленно летящего своей дорогой. — Идём, — я направилась за светлячком, стараясь не потерять его из виду, по какой-то причине Мальбонте двинулся вслед за мной без лишних вопросов. Мы дошли до могучих деревьев, ветви которых тяжелым грузом свисали вниз, практически касаясь земли. Чтобы разглядеть обстановку за этими «природными вратами», пришлось немного отодвинуть надоедливые заросли, цепляющиеся своими ледяными пальцами за искусно уложенные волосы, и протиснуться сквозь выпирающие корни древних деревьев. Оказавшись по-другую сторону леса, перед глазами предстала картина, чем-то напоминающая сказочный лес из детских сказок. Вокруг летала целая уйма голубых светлячков, подобно маленьким фонарикам освещающим небольшое пространство. Снег, будто подхватывая лазурное сияние, отражал его с нотками фиолетового оттенка, отчего атмосфера принимала ещё более завораживающий облик. Возле небольшого ветхого домика, укатанного такими же могущественными вековыми деревьями, что встретились нам у прохода, вода соприкасалась с маленькой пристанью, предназначенной явно не для рыбацких утех. Живительная влага абсолютно не покрылась даже легким слоем льда, умиротворенно покачивая неизвестные мне цветки бирюзового цвета, чем-то похожие на кувшинки, из стороны в сторону, образуя на поверхности хаотичные узоры. Я даже перестала дышать на какой-то срок, боясь своим шумным дыханием нарушить окружающую среду. Мальбонте тоже стоял неподвижно, внимательно вглядываясь в шевеления кувшинок. — Я рад, что вы добрались, — я только сейчас обратила внимание на молодого юношу, сидящего на крыльце дома. Его внешний облик сложно было назвать человеческим, но и ужасающим парень тоже не выглядел. Явную принадлежность к мистическим мотивам выражал лиловый оттенок глаз, сочетающийся с едва заметным румянцем на лице, неестественно острые скулы, об которые, казалось, легко пораниться и длинные пепельные волосы, заканчивающиеся в районе поясницы. Одежда, ровно как и врожденная наружность, давала сразу понять, что перед нами не человек: широкие штаны, по кройке отдалённо напоминающие султанки, свободная рубаха, перевязанная изящным ремешком из кожи, меховая жилетка, длиной практически до колена, и, как дополнение к образу — полностью перебинтованные руки. — Кто ты? — Мальбонте говорил твёрдо, сразу давая понять своё пренебрежительное отношение к странным незнакомцам. — Я тот, кто вам нужен. — Недоговориваешь, — брюнет прищурился, ещё раз окидывая взглядом юношу с головы до кончиков пяток, — Нам нужен артефакт. Ты на него явно не похож. — Меня зовут Дайки. Долгое время я ждал появления падших у себя на пороге, но не думал, что ими окажетесь вы, — существо говорило размеренно, его голос был похож на журчание глубокого ручья, звуки доносились несколько приглушенно, но четко, абсолютно не сомневаясь в собственных доводах, он продолжил, — Непризнанная и вершитель судеб бессмертных — великий Мальбонте, слухи о котором ходят даже в лесу у такого отшельника, как я. Мальбонте определенно импонировало начало беседы со слов «великий», поэтому он даже позволил себе едкую усмешку. — Откуда ты столько знаешь, обитая в этой глуши? — Мне довелось сталкиваться с небесными существами, в основном ими, несомненно, являлись демоны, — он слегка улыбнулся, мне показалось, что при воспоминании об этом, ему становилось тепло на душе, — Но однажды я даже столкнулся взглядом с ангелом. — Как это возможно? Ведь ангелы и демоны, попадая на землю, принимают облик давно умерших людей, — я отчаянно пыталась воссоздать логическую цепочку, что помогло бы убедиться в правдивости его слов, но нутро подсказывало, что он не лжёт. —Не всегда, — юноша приподнялся, направляясь медленными шагами в нашу сторону. Его движения были настолько плавными и утонченными, что это было похоже скорее не на походку, а неспешный танец, очаровывающий своей выразительностью, — Порой обитатели небес не прибегали к подобным тонкостям, к тому же, я все равно могу видеть ваш истинный облик, так к чему этот маскарад? — К чему этот диалог? — я видела, как Мальбонте напрягает загадочная атмосфера и эта фальшивая улыбка на лице парня. — О, не смею вас задерживать. Вот, что вы искали, — он протянул сверкающий прозрачный мешочек, в котором лежал небольшой медальон, в центре которого находился идеально отполированный камень изумрудного цвета с отколотой частью. — И это все? — атмосфера накалялась, я уже без лишних переглядок заметила, как у Мальбонте кончается терпение. Надо спасать ситуацию… — Если это артефакт, то должно быть испытание, пройдя которое мы получим кусочек пазла с необходимой информацией, но здесь… — А ты разве не заметила? — незнакомец даже не обернулся в нашу сторону, следуя обратно к домику, — Оно уже началось. — Но ведь… — Клыки ещё не повредили нежную кожу? — скрываясь в пучине фиолетовых теней, голос постепенно затихал. Тут же проверив языком человечность собственных зубов, я почувствовала неприятную колкую боль. Подбежав к умиротворённому водоему и оттопырив верхнюю губу, я с ужасом взглянула на Мальбонте. — Что? — Я не говорила раньше, потому что посчитала это неуместным и даже в какой-то степени глупым… — Уокер, ближе к делу! — Мальбонте был готов вот-вот сорваться на крик. — У меня сильно обострился слух ещё до поездки в Исландию, я могу слышать даже то, что вряд ли услышишь ты, а затем, в лесу, зрение будто в один миг стало как у хищника, а теперь это, — натянуто улыбнувшись, я представила изучающим чёрным глазам остроотточенные клыки, походившие на те, что имел в своём арсенале тигр. Повисла пауза. Оставив меня без ответа, полукровка уверенными шагами, в гневе сжимая кулаки, направился за пепельным незнакомцем. Замечательно! А мне что прикажешь делать с этим? Дотронувшись подушечкой пальца до острия клыка, я тут же отдёрнула руку, вытирая появлявшуюся кровь. Ждать пришлось недолго, после какой-то непонятной возни, в подробности которой не особо хотелось вдаваться — своих проблем хватает, я услышала торопливые шаги и сразу же взглянула на ожидаемого гостя сегодняшней из вон выходящей ситуации. — Твои глаза…— Мальбонте как-то странно увел взгляд в сторону, но после почему-то удовлетворительно усмехнулся, возвращая взор на меня. Снова опустившись к воде, я взвизгнула от испуга собственного отражения. Мой зрачок принял вертикальную форму, что говорит о характерной черте хищников, а радужка стала ярко-жёлтого цвета с оранжевым оттенком вокруг. — Мне уже стоит бояться, начинающий убийца антилоп? — Может лучше объяснишь поподробнее, что мне теперь с этим делать!? — Хороших новостей нет. Первое — ты постепенно превращаешься в волчицу, и превращение началось уже с момента погружения в Адриатическое море, как только ты схватилась за тот рупор — процесс запустился. Второе — чтобы выдержать это испытание, тебе нужно убить человека, если ты этого сделать не сможешь, на помощь должен прийти этот медальон, — он повертел артефакт в руке, — Только, как ты могла заметить, здесь камень надломан. Он называется ильдон, находится исключительно в недрах Ада и без своей целостности не имеет абсолютно никакого значения для тебя. Поэтому нам нужен тот, кто знает потаенные пещеры в Ад и сможет в них найти оставшийся осколок. Мы не пройдём — недостаточно духовной энергии. Есть варианты? Есть вариант свернуться калачиком и плакать, но вслух я, конечно, этого не озвучила. Убивать человека чисто ради собственной выгоды...смогу ли? Чертовы артефакты, будто знали на ком это испытание проверять, ведь случись такое с Мальбонте — убил, глазом не моргнув. Оставался план Б...тот, кто знает потаенные пещеры в сам Ад. В голове вертелось лишь одно имя. Мне нужен демонический засранец — Люцифер.