Второй шанс

      Из кабинета Камико вышла с довольно смешанными чувствами. Она была очень рада, что все-таки исполнится ее давняя мечта. Но все же было страшно. Сколько людей погибло… Сколько осталось инвалидами на всю жизнь… И все бы ничего, она ведь теперь «дочь» майора, и бедность и необеспеченность ей не грозит, в отличие от тех бедняг, но все же ей не хотелось приехать после одной из вылазок без руки или ноги.       Хотелось бы верить, что Леви, как герой из какого-то фанфика, прочитанного ею раньше, будет всюду следовать за ней и спасет, но… Черт возьми, она не в фанфике. Она в суровой и жестокой теперь уже реальности. Здесь Леви не рыцарь на блестящем отполированном УПМ. Он — дитя трущоб и всегда им останется.       Поэтому сейчас, идя по темным коридорам в свою комнату, мысленно девушка поклялась, что станет сильной и выживет, несмотря ни на что.       Смешная клятва от попаданки, которой в этом мире не должно быть. Не в ее власти выполнить эту клятву. Она не знает, сможет ли жить и дальше или, как сотни новобранцев, погибнет в первой же вылазке. Но девушка искренне верила, что у нее все получится.       На самом деле, она не была человеком, на которого действуют стимулы и мотивация. Ей плевать. Абсолютно глубоко плевать. Чужие успехи не вдохновляли ее для собственных успехов. Зачем? Но сейчас на кону стояла ее жизнь. И просто так отдавать ее Камико была не готова.       Гулкие шаги эхом раздавались в освещенных солнцем коридорах. Проходя по каменным лабиринтам корпуса, девушка размышляла о том, что происходит в ее жизни.       Смерть, попадание в другой мир, встреча с любимыми персонажами… Не об этом ли она мечтала всю свою жизнь? Не этого ли желала, когда после очередной ссоры глотала таблетки, надеясь, что умрет. И как потом жалела, что они не подействовали.       Воспоминания о прошлой жизни принесли вкус горечи, которая теперь чувствовалась на языке. В памяти вновь всплыли скандалы и вечная ругань с семьей. Ненависть матери теперь воспринималась как-то по-другому, после теплых объятий Ханджи. Словно сейчас девушка поняла всю сакральную суть фразы «мать не та кто родила, а та кто воспитала»…       Хотя, там вроде говорилось про отцов, но, наверное, и к матерям тоже относится…       Остановившись у одного из окон, Камико уперлась руками в подоконник и задумчиво посмотрела на шумный двор. Солнце освещало почти все пространство, оставляя в тени только землю под густыми кронами деревьев. Небесная синева казалась безграничной. Словно везде, на всей планете, сейчас такое вот небо. Голубое и чистое… Настолько, что эта синева едва ли не резала глаза.       На языке стоял горький вкус разочарования. Он не должен чувствоваться, все же горького Камико ничего не ела, но ее сознание… Настолько сильны были отрицательные эмоции, переполнявшие девушку, что она чувствовала их физически.       Хотелось отогнать неприятные воспоминания, но картинкой перед глазами вставали моменты, когда она хотела взяться за лезвие и располосовать чертовы руки, вскрывая вены и окрашивая свою серую жизнь ярко-красной краской.       Прикрыв на мгновение черные, как ночь, глаза, Камико колоссальным усилием воли отогнала неприятные воспоминания. На смену им почему-то пришли чистые и радостные. Один, нет, полдня, в которые она светилась, как чертова лампочка, которая работала на счастье.       » Был конец четверти. Последних двух уроков не было, и Камико освободилась раньше. За пару часов до этого она договорилась пойти погулять со своим другом. Другом, который нравился ей.       Черт возьми, это был один из самых радостных моментов за последние два года. Почти два часа она и он гуляли вдвоем, общаясь на самые разные темы. Шутки не прекращались ни на секунду. Если бы смех продлевал жизнь, она бы за только это время продлила свою на пару сотен лет.       На прощанье он предложил ей обняться. Господи, как в этот момент она застеснялась. Но как бы девушка этого ни хотела, они были рядом с ее подъездом и опасность того, что из дома выйдет ее папа и увидит их… К сожалению, она никуда не исчезла и пришлось попрощаться только на словах.       » Обнимемся на прощание? — Увидев, как брови девушки недоуменно поползли вверх, парень быстро прибавил. — Как друзья, конечно. Я помню, ты сама говорила, что хотела бы этого».       Эти слова Камико надолго запомнила…       Неизвестно откуда взявшееся облако вмиг набежало на яркое солнце, и по зданию пробежала легкая тень. Которой, впрочем, хватило, чтобы Камико пришла в себя и вынырнула из омута воспоминаний.       Встряхнув головой, она взяла себя в руки. Задвинула воспоминания вглубь своего сознания и обернулась, посмотрев на коридор.       Теперь она в разведкорпусе. И ее прошлой жизни здесь места нет.       Развернувшись, Камико быстро пошла в свою комнату. Вчера она так и не убрала там, а нарываться на злого Леви в ее планы не входило. Все-таки она хотела с ним наладить отношения, а не испортить.       Поэтому, пройдя мимо своей двери, она направилась к чулану и, выбрав все необходимое для уборки, пошла за водой.       Где находится колодец она примерно поняла. А если вдруг заблудится, то найдет у кого спросить. В конце концов, она не в безлюдном лесу.       Спустившись, девушка набрала ведро воды и пошла обратно в свою комнату.       Тут уж началась генеральная уборка. Она вытирала от пыли и грязи буквально все, до чего могла достать. Собственно, если она не доставала до чего-нибудь, то стул приходил ей на помощь.       Камико спокойно убирала бы и дальше, но когда она вытирала одну из верхних полок, неловко пошатнувшись, потеряла равновесие и начала падать. Она уже зажмурилась, приготовившись почувствовать столкновение с жестким полом, но почему-то ощутила лишь теплые сильные руки, которые держали ее, не давая упасть.       Открыв глаза, она увидела, что ее спас никто иной, как Леви. Сейчас он держит девушку на руках и внимательно рассматривает. — Тц, неуклюжая. — Он цедил слова сквозь зубы, всем своим видом показывая, что сейчас совершил великое благодеяние, и теперь Камико обязана ему по гроб жизни. — Спасибо. — Несмотря на слова Леви, девушка отвечала вежливо. Внутри стало немного обидно, но если сравнивать слова Леви и ее матери, которые она говорила в прошлом, капрал сейчас был почти ласков. — Вы что-то хотели?       Аккуратно спустившись с крепких рук, Камико спокойно взглянула на капрала. Вряд ли он пришел просто так, наверное, хотел уточнить что-то насчет тренировок. — Да. Тренировки с завтрашнего дня. Ровно в 5 утра. — Я поняла, большое спасибо. — Взрывной характер требовал выхода, но Камико, проглотив все, что хотела сказать, ответила вежливо. Плевать, как Леви будет общаться с ней, она будет отвечать достойно.       Аккерман придирчиво оглядел комнату. Он подошел к подоконнику и провел пальцами по поверхности. Посмотрев потом на руки, которые остались чистыми, он удовлетворенно хмыкнул. — Любишь чистоту или сказали как я отношусь к свиньям? — Я сама не люблю грязь. Предпочитаю жить нормально, а не в свинарнике. — Камико врала. Безбожно и даже не краснея. На самом деле ей было плевать — чисто или нет. Но если она хотела иметь хорошие отношения с капралом… Необходимо было соответствовать его требованиям. — Хорошо.       Леви кинул последний взгляд на девушку и вышел из комнаты. — «Засранец».       Камико почти разозлилась. Ей было неприятно услышать от капрала простое «хорошо», но в то же время она понимала, что, зная его, нужно было радоваться и этому. Аккерман был не тот человек, который стал бы распыляться на пустые похвалы за то, что по его мнению и так должно быть.       Тяжело вздохнув, Камико продолжила уборку. Ей оставалось лишь помыть полы, и на этом она закончит. Поэтому, закатав повыше рукава, девушка подоткнула длинную юбку, в которой была, и начала аккуратно отмывать пыль и грязь.       Комната была старая и никем не использовалась уже очень давно. И это было видно. На всем здесь лежал слой пыли, но девушка убрала его. Теперь осталось отмыть полы, и комната станет полностью жилой.       Нужно только потом будет не забыть зайти к Ханджи и попросить постельное, а также узнать, когда ей выдадут форму. Но это, скорее всего, завтра, сегодня, как увидела девушка в окне, идти было слишком поздно. Над городом уже давно стояла ночь.       Одинокая луна освещала улицу. Поставив все принадлежности в чулан, Камико вышла на свежий воздух. За день она не раз выбегала менять воду, но, второпях, не замечала какая на улице погода и как здесь хорошо.       Теперь же, освободившись, она наслаждалась свежим воздухом и приятной ночной прохладой.       Все тело ныло от усталости, но Камико была довольна. Но все же долго так она стоять не стала, уже завтра у нее рано утром начнутся тренировки, и девушка боялась проспать. Поэтому она быстро поднялась в свою комнату, только на несколько минут забежала к Ханджи за формой на завтра и начала готовиться ко сну.       Распустив длинные волосы, она расчесала их и в задумчивости стала смотреть в зеркало, неосознанно пропуская сквозь пальцы длинные светлые пряди. Вспомнилась Микаса, которая только из-за слов Эрена обрезала свои длинные черные волосы. Почему-то захотелось сделать тоже самое.       Вздрогнув, Камико отогнала наваждение и пошла спать.       Завтра будет очень долгий день…