Второй шанс

      Всю ночь девушку мучили кошмары.       В каждом из них она умирала. Умирала от собственных рук.       В одном, Камико сбросилась с крыши после гибели любимого человека. В мире, который ей снился, они были вместе 10 лет. А потом его сбила машина. Насмерть.       В другом, она вскрыла себе вены в ванне, отделанной белой плиткой. Добрые родители упекли ее в психушку, когда она им надоела. Надоела… Когда в доме частыми гостями стали ссоры и ругань, они просто избавились от нее, как от ненужной вещи. Мать сдала ее в психбольницу под предлогом того, что девушка неоднократно пыталась покончить с собой, но каждый раз они успешно спасали ее. 5 лет она провела в этом месте, где лечат душевные раны, но убивают людей здоровых. Она вскрыла вены скальпелем, который стащила у хирурга, когда он пьяный завалился на работу.       В третий раз, Камико просто сидела в темной комнате, и со всех сторон к ней тянулись черные сухие руки. Некоторые были покрыты гнойными нарывами, и в них копошились белые трупные черви. Девушка истошно кричала, а в конце, сорвав голос, просто рыдала от дикого ужаса. Это был единственный сон, в котором ее убили. Черные руки, дотянувшись, задушили девушку.       Из объятий четвертого кошмара ее вырвали теплые крепкие руки, которые трясли ее, и немного взволнованный голос, звавший ее по имени.       Она распахнула глаза, судорожно дыша и озираясь. Рядом с собой она увидела Леви. Он выглядел напряженным. — Что с тобой? Кошмары?       Ответить Камико просто не смогла. Осознав наконец, что кошмары закончились и она проснулась, девушка просто разрыдалась. Хотя это нельзя было так назвать. Рвано выдохнув, она замерла словно в каком-то трансе. Камико неподвижно лежала, а по ее щекам струились слезы.       Вздохнув, Леви приподнял ее и прижал к своей крепкой груди. Послышались громкие всхлипы и медленно Камико обхватила крепкий торс мужчины слабыми, подрагивающими от рыданий, руками. Рубашка Леви быстро промокла, и он скривился.       Но, немного подумав, он начал аккуратно поглаживать ее по голове. Вскоре всхлипы затихли, и мужчина увидел, что она заснула.       Аккуратно опустив ее обратно на кровать, Аккерман укрыл ее одеялом и вышел.       Ханджи сидела у себя в кабинете, когда капрал пришел к ней. Хмуро осмотрев бардак в ее комнате, он скривился. — Камико снились кошмары. Я пошел будить ее к тренировке, но когда я пришел, она металась на постели и кричала.       Ханджи задумчиво посмотрела в окно, через которое было видно голубое небо. — С учетом того, что она пережила — это неудивительно. Я поговорю с ней и, возможно, дам ей успокоительное.       Кивнув, Леви вышел из ее кабинета и пошел обратно в комнату к Камико. Когда он зашел, девушка лежала, почти не дыша. Лицо было таким мертвым, словно принадлежало не живому человеку, а покойнику. Дыхания почти не было слышно. Просто лежала оболочка человека…       Сквозь сжатые зубы послышался стон невыносимой боли. Было такое чувство, как будто это голос не молодой девушки, а женщины, пережившей многое и многое потерявшей.       Тронув Камико за плечо, Леви вновь попытался разбудить ее. — Где я?.. Кто я?.. Я ничего не помню…       Камико была в каком-то темном месте. Потом в глухой тьме появилась дверь. Когда она открылась, девушка зажмурилась от невыносимо яркого света, бьющего в глаза. Там, за дверью, была видна обычная улица. С машинами и толпами прохожих, уткнувшихся в телефоны. Заткнув уши наушниками, они быстро проходили мимо, не обращая внимание на неизвестную дверь.       Аккерман быстро вышла на улицу и огляделась. Обычная улица.       Вдоль большой дороги протянулись торговые ларьки и ряд больших кленов на обочине. Посмотрев на себя, Камико увидела, что она в черных джинсах и розовой толстовке. Ее любимые вещи в той жизни. За спиной был маленький черный рюкзак, с которым раньше она ходила в школу. В заднем кармане чувствовался телефон и, достав его, она посмотрела на дату — 19 апреля 2021 года.       Воспоминания об этом дне нахлынули с невероятной силой.       Камико с ужасом поняла — ей вновь придется пережить этот день…       Она пошла в школу.       Знакомая дорога. Все те же неизменные ларьки и магазины. Автобусная остановка. Светофор на перекрестке…       Неподалеку показалось здание ее старой школы. Камико решительно подошла ко входу и, открыв тяжелую дверь, прошла в помещение. Как и обычно, на входе с градусниками и термометрами стояли несколько учителей.       Как и в тот день, там стояла любимая учительница Камико. Раньше она вела математику, но теперь у них была другая.       Все как в тот день.       Шум учеников, голос завучей, ругающих за внешний вид.       Камико спокойно прошла мимо них. Она была одной из лучших и ей многое прощалось. Учителя всегда помнят тех, кто пишет олимпиады и просто хорошие ученики. У таких часто есть множество привилегий. И Камико бессовестно пользовалась своими.       Опять уроки. Камико со страхом ждала того момента, когда все начнется, но далекий знакомый голос отвлек ее. — Камико… Камико! Камико Аккерман, очнись, мать твою.       Камико побежала на этот голос. Она знала его, слышала, помнила. Но, черт возьми, она просто не знала, как до него добраться. Она бежала мимо учеников и учителей, которые рассыпались в пепел от одного ее прикосновения.       Вдруг мир начал рушиться. Стены пошли трещинами, полы начали трескаться и оседать. Потолки кусками обваливались. Один из них задел ее, и Камико упала. Нога адски болела и девушка увидела, что она вся в крови. Кусок арматуры с потолка распорол ей кожу, и теперь во всю хлестала кровь. Камико застонала сквозь сжатые зубы.       Рядом раздался голос. Он звал ее, манил за собой. — Капрал! Капрал Леви…       По щекам покатились слезы. Она хотела пойти к нему, хотела выбраться из этого кошмара, но он не отпускал.       Раздался страшный треск и, подняв голову, девушка увидела, что на нее сейчас упадет кусок потолка. От ужаса она громко закричала.       С криком Камико подскочила на постели. Ее колотило, нервная дрожь от пережитого ужаса не хотела отпускать. По щекам вновь, в который раз за день, полились нервные слезы.       Без сил она рухнула обратно на кровать и разрыдалась. Закрывая лицо руками, она рыдала как никогда раньше.       Немного успокоившись, она увидела Леви, который сидел и абсолютно без эмоций смотрел на нее. — Тренировка переносится на завтра. Сегодня ты не в состоянии. Как придешь в себя, лучше пойди к кому-нибудь и помоги с бумагами. После ухода Леви, Камико еще какое-то время просто лежала в постели, тупо смотря в потолок. Ритм сердца постепенно выравнивался, а дыхание приходило в норму. Но прийти в себя до конца Камико еще не могла. В голове все еще картинками стояли моменты из кошмаров. Она помнила тот леденящий холод смерти, ее дыхание на себе. Она помнила всю боль, которую пережила в своих снах. Но, постепенно, девушка пришла в себя и через какое-то время, поднявшись, пошла приводить себя в порядок. Расчесав длинные волосы и приведя в порядок лицо, она надела выданную форму и оглядела себя. Белые брюки, обтягивающие стройные ноги, и белая рубашка, выгодно подчеркивающая небольшую девичью грудь, очень подходили Аккерман. Вид портили белые волосы, которые абсолютно не выделялись на фоне такого же цвета одежды. Но в будущем девушка хотела найти способ, чтобы сменить цвет своей формы на черный. Белый, конечно, красивый, но она предпочитала темные оттенки. Удовлетворенно оглядев себя еще раз, Камико вышла из комнаты и, закрыв скрипучую дверь, пошла в кабинет к Ханджи. Она не хотела просто так сидеть весь день и решила послушать совет Леви и пойти помочь с чем-нибудь Ханджи. Женщину она нашла в кабинете, заваленном бумагами и кучей других непонятных вещей. Зоэ подняла глаза и, увидев, кто пришел, приветливо улыбнулась. — Здравствуй, Камико, как ты? Леви заходил и рассказывал, что у тебя были кошмары. Аккерман смущенно потупилась. Оказывается, капрал уже успел и Ханджи рассказать. — Да. Но сейчас все нормально. Капрал Леви сказал, что сегодня тренировок не будет и отправил меня помочь кому-нибудь с бумагами. Но, если честно… Мне кажется, если бы не он, я бы еще долго не смогла проснуться… — Ясно. Если будет нужно, у меня есть успокоительные капли. А насчет бумаг… Мне помощь не нужна. Эрвин сегодня в городе, так что можешь пойти и предложить помощь Леви. — Но… — Камико, если ты хочешь с ним поладить, то пойди сейчас на кухню, сделай ему чай и помоги с бумагами. Это будет немаловажным шагом, который поможет тебе. — Ладно… Камико вздохнула и, улыбнувшись, вышла. Где кухня она помнила. Тут ее живот заурчал. Она резко вспомнила, что не ела уже очень долгое время. Вчера за уборкой она пропустила время еды, а сегодня было не до того. Поэтому сейчас девушка лишь надеялась, что на кухне еще что-нибудь осталось. Но ее надеждам не суждено было сбыться. Грустно покачав головой, повар сказал, что все, что было приготовлено на завтрак, уже съедено. Теперь только ждать обеда. Не успела Камико ответить, как сзади послышался знакомый голос. — Найди ей что-нибудь. Камико обернулась и посмотрела на капрала. Он невозмутимо стоял у нее за спиной. В его руках девушка увидела белую чашку с чаем. — Доброе утро, капрал. — Ты уверена, что оно доброе? — Леви немного странно посмотрел на девушку. Что доброго в этом утре он понять не мог. Оно обычное. Абсолютно. — Ну, это формальное приветствие. Хотя да, добрым я утро не назвала бы. — Камико обезоруживающе мило улыбнулась. — Капрал Леви… Спасибо вам большое. Если бы не вы, я не знаю, когда бы проснулась. А те кошмары… Были ужасными. Спасибо. — Тц, было бы за что. Просто ты проспала тренировку, и я решил прийти самостоятельно тебя разбудить. Пинком. — Нет, Леви знал, что бывают милые и вежливые девушки, но от такого он явно отвык. Из всего его окружения девушкой, в полном значении этого слова, была только Петра. Наконец повар что-то нашел и, посмотрев на тарелку, Камико увидела несколько бутербродов. — Спасибо. Взяв тарелку, она пошла за ближайший столик. На мгновение обернувшись, она встретилась со взглядом серо-голубых глаз. — Кстати, капрал, майор Ханджи сказала, что ей помощь не нужна и отправила меня к вам, как только я позавтракаю. Ничего не ответив, Леви развернулся и вышел из столовой. Помня прошлые истории, которые она читала когда-то, Камико подумала, что из всех линий поведения она выбрала верную. Все эти попаданки только лишь ругались с мужчиной, не сдерживая свой дурной характер. Но на самом деле, всей тысячи пинков, которые они получали, можно было избежать, просто нормально общаясь с капралом. Но тянущее чувство голода не давало девушке покоя, и она отмела ненужные мысли, полностью погружаясь в процесс поглощения еды. Теплая булочка и тонкие кусочки сыра и окорока были просто идеальны, по мнению голодной девушки. Но, к сожалению, они быстро закончились. Вернув посуду, Камико пошла искать кабинет капрала. Проблема была в том, что она не знала, где он находится. Девушка просто блуждала по темным коридорам, надеясь встретить хоть кого-то. На свое счастье, она встретила самого капрала. Он шел с кипой бумаг. — Капрал! — Камико подождала, пока он обернется. — Капрал, я искала вас. — Тц, а здесь ты что забыла? Мой кабинет в другом крыле. — Он был немного раздражен из-за большого количества работы, которую ему предстоит сделать. Теперь же с ним начал разговор человек, которого он совершенно не хотел видеть. Настроение упало еще больше. — А… Я не знала. Там я еще не была. — Ладно. Чего тебе? — Леви был раздражен. Сильно. — Вам нужна помощь? Мне все равно нечем заняться, а сидеть без дела не хочется. — Камико стояла и смотрела на Леви, мило при этом улыбаясь. — Тц, вот же пристала. Пойдем. Молча кивнув, девушка пошла за капралом. Они шли по темным коридорам, не говоря ни слова. Это было не нужно. Молчание не было напряженным или неловким. Напротив, все было так, как и должно быть. Шли они не очень долго. Уже через пару минут показалась деревянная дверь. Только посмотрев на нее, Камико поняла — здесь обитает Аккерман. Потому что даже дверь была идеально чистой, что уж там говорить о предметах, которые были в его комнате. Открыв дверь, Леви пропустил девушку вперед себя, и затем прошел и сам. Положив кипу бумаг на стол, он повернулся на вторую Аккерман и несколько мгновений смотрел на нее, размышляя, какое бы задание ей дать. Наконец темную голову посетила очень светлая мысль. Он подошел к своему шкафу и, достав старый плед, кинул его на пол. На недоуменный взгляд девушки он немного ухмыльнулся и достал из-под стола две кипы бумаг. Поставив их рядом с пледом, кивком головы он сказал Камико садиться. — Ты должна разобрать эти бумаги по датам и адресатам. Потом разнесешь. — Угу. Кивнув, девушка послушно села на плед и стала разбирать бумаги. Как оказалось, в этой реальности все писали на японском. Камико вдруг порадовалась, что в той жизни учила его… Бумаг было много. Большая часть адресовалась Эрвину, но были и для Ханджи. Где-то это были просто отчеты, где-то записи наблюдений с вылазок. Но встречались и листы из досье уже умерших людей. Камико равнодушно раскладывала их по стопкам, абсолютно не задумываясь. Стопка таких листов продолжала расти, но почему-то ей было абсолютно все равно. Словно это обычные листы бумаги. На них не записаны люди, которые отдали свои жизни за человечество. Теперь это был мусор, который пойдет в печь. Разобрав одну из кип и взявшись за другую, Камико вдруг увидела лист с отчетом о прошедшей миссии. Взгляд зацепился за цифры. 800 погибших… 297 женщин и 503 мужчины. Разных возрастов и чинов, кто-то с семьей… И все они остались за стенами. Камико стало плохо. Не от отчетов, от собственного равнодушия. Ведь ей все также было все равно. Умерли и умерли. Их проблемы. Все это время Леви наблюдал за девушкой. Он знал, что в одной из стопок лежит этот отчет. Поэтому он терпеливо сидел и ждал. Капрал не просил больше Петру помогать ему, после того, как однажды, увидев такие отчеты, у нее началась истерика. И Аккерману было интересно, насколько крепкие нервы у Камико. Но он не ожидал, что она просто спокойно отложит этот лист, не показав при этом абсолютно никаких эмоций. — Ты уже добралась до отчетов? Быстро. — Да. Их также разбирать по числам? Или просто отдельно откладывать? — Говоришь так, словно тебе плевать на эти отчеты. — Леви начинал раздражаться. — На этих вылазках гибли люди, и в отчетах указано количество смертей. — Мне плевать. Если они умерли, значит оказались слабы. — Камико отвечала бесцветным голосом. Ведь ей действительно было все равно. Если бы не смерть в прошлом мире, она стала бы патологоанатомом и трупы видела бы каждый день. И она была готова к этому. — Ты так думаешь? Думаешь, ты сама лучше? — Леви гневно цедил сквозь плотно сжатые зубы. Захотелось придушить эту наглую девчонку, возомнившую о себе невесть что. — Думаешь, что они сами виноваты? Ты точно так же струсишь перед лицом титана. — Я видела их, капрал. Пряталась от них. Они не люди. Если натренироваться, их можно спокойно убивать. Хотя, — Девушка на мгновение задумалась. — Хотя я и людей убивала бы. Это не сложно. — Вот как?.. — Угрожающе протянул Леви. — Ну что же… Вставай. — Что? — Я сказал встать и идти за мной. Когда успела оглохнуть? Я покажу тебе, что такое смерть.