Второй шанс

      Камико с болью посмотрела на плачущую Ханджи и тихо вышла из кабинета. Вернувшись в свою комнату, она сползла по стене на пол и громко зарыдала, спрятав лицо в ладони.       Аккерман не хотела, чтобы Эрвин и Ханджи знали, что она не та, за кого себя выдает. Пусть Камико и не знала, что приходится им дочерью, тем не менее, раскрытия своей личности девушка не хотела.       Теперь она не знала, что делать дальше. Скорее Эрвин не то, что не изменит свой план — напротив, он поручит Леви ускорить тренировки и как можно скорее приступить к выполнению плана.       Камико глубоко выдохнула и постаралась успокоиться. Вытерев слезы с бледных щек, она посидела еще пару минут, переводя дыхание, и встала. Подошла к зеркалу. Подумала, что выглядит жалко.       Она выпрямилась, вытерла остатки слез и поправила светлые волосы. Убедившись, что глаза уже не выглядят заплаканными, она пошла к капралу.

Время спокойной жизни закончилось. Она снова одна. И в этом суровом и жестком мире у одиночек нет права на чувства и эмоции.

      Капрал сидел в своем кабинете и разбирал бумаги, когда к нему постучались.       Услышав разрешение войти, Камико решительно открыла дверь.       Леви недоуменно смотрел на девушку. — Капрал, доброе утро, я бы хотела поговорить о наших тренировках. — Я тебя слушаю. — Он отложил отчеты в сторону и внимательно посмотрел на девушку, ожидая ее слов. — Я прошу вас ускорить мои тренировки, несмотря на то, что для меня это будет сложно, чтобы в кратчайшие сроки подготовить меня к выполнению плана командора. — С чего вдруг такое рвение? — Ммм… Как бы вам сказать… — Камико не планировала рассказывать Леви правду о себе, но и лгать тоже не собиралась. В любом случае правда рано или поздно раскроется и вопрос лишь в том, кто и как ему ее преподнесет. — Как есть. — Леви откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди, приготовившись слушать девушку. — Вряд ли вы поверите мне, но я все же расскажу. Я попала сюда из другого мира. Мира, где титаны — это лишь сказка для непослушных детей. У людей там другой враг. Они сами. Именно человек губит мир, в котором живет. Нескончаемые войны, голод и болезни… — Камико замолчала на минуту, переводя дыхание и собираясь с мыслями. — В своем мире я умерла далеко не своей смертью. Меня мучили, а затем зверски убили. Вот это, — она показала на шрам на шее, — оставили мне убийцы. В этом мире, в одну секунду со мной, так же не своей смертью умерла еще одна девушка — Акеми Смит. Вижу, имя вам знакомо, капрал, — Заметила девушка, увидев реакцию Леви на свои слова. — Я просиживала в библиотеке не просто так. В одной из книг я нашла информацию о переселении душ, что собственно и случилось со мной и той девушкой. Некоторое время я и сама об этом не подозревала, но некоторые события заставили меня задуматься. В ту ночь с крыши прыгнула не я, а Акеми. Часть ее души еще оставалась в теле, но со временем она исчезла, подавленная моей душой. Историю, которую я рассказала по прибытии, ложью назвать нельзя. Тело девушки пережило именно все, что и я описало. Сама того не зная, я сказала тогда правду. — По мере рассказа девушка все больше и больше распалялась. На щеках проступил румянец, она активно жестикулировала руками, словно пытаясь придать рассказу еще больше красок и яркости. — Я не хотел, чтобы об этом узнали командор и майор. Их дочь действительно умерла. — Она замолчала переводя дух. — Но они узнали? — Да. Сегодня ночью Ханджи приснился страшный сон о дочери. С самого утра она с командором ждала меня в его кабинете.И сейчас я оттуда. Я не знаю, что мне делать… — Внезапно в легких закончился воздух, слова закончились и последняя фраза прозвучала жалко и обреченно.       Леви молчал.       Тишину в кабинете нарушал лишь треск пламени в камине и шелест тяжелых штор на окнах. Тяжелый полумрак, царивший в помещении, лишь усиливал тяжелую атмосферу. — Что ж… — Леви наконец собрался с мыслями и подобрал нужные слова. — Я понял, почему ты так хочешь уйти. Но… Ты не думаешь, что бежать от проблемы глупо, Камико? — Но… — Не перебивай. Я напомню, Ханджи и Эрвин взрослые люди. Можешь быть уверена, они в состоянии справиться со своими переживаниями и эмоциями. Я не буду увеличивать тебе нагрузку. — Капрал! — Девушка резко замолкла под внезапно потяжелевшим взглядом Аккермана. — Тебе сказать, что будет, если я увеличу тебе нагрузку? Твой слабый организм этого просто не выдержит. Ты сильна морально, но физически нет. Сколько у нас было полноценных тренировок, когда с тобой ничего не случалось? Мало. Катастрофически мало. А сейчас ты просишь увеличить тебе нагрузку. Как? Если ты не можешь справиться с тем, что я даю тебе сейчас. — Если я перестану засиживаться в библиотеке и начну больше отдыхать, то все будет хорошо. — Ты и так перестанешь там ночевать. Может ты была сильной в своем мире, но это тело пережило слишком многое, и оно еще не восстановилось.       Камико тяжело вздохнула. — До миссии, порученной тебе Эрвином, еще полгода. За это время ты окрепнешь и наберешь силу. Но не торопись слишком. Иначе мы не добьемся ничего, ты понимаешь это? — Да. — Камико хотела сказать больше, но слова застряли в горле. — Могу идти? — Ты можешь спуститься в столовую, заварить нам чай и прийти помогать мне с отчетами. — Будет исполнено. — Девушка отдала честь и вышла из кабинета. — Ну и натворила ты дел, конечно, Камико… — Выдохнул Аккерман, когда дверь закрылась. Он понимал, что это не первый сложный разговор за день. Впереди еще командор, а затем и майор.