Выбор или предназначение

— Ты уже знаешь, что все немного иначе, чем тебе представлялось ранее. Ангелы — светлые существа, помогающие заблудшим овечкам найти правильный путь, и так далее, — сказал Феликс, поставив пальцами воображаемые «кавычки». — Но как ни странно, у этих небожителей тоже есть чувства, и они тоже могут совершать ошибки. И стоит им хоть раз оступиться, пути назад нет. Он замолчал и взглянул на Киру. Та опустила глаза и скомкала в руках салфетку, еще минуту назад изящно сложенную. Феликс продолжил: — Всего одна оплошность, и тебя с позором изгоняют с небес. Вот такие добренькие праведники. Какая ирония, правда? Несколько веков назад мой Отец сказал мне: «Тьма не всегда означает зло, равно как и свет не всегда несет добро». — Отец? У тебя есть… то есть был отец? — изумилась Даша. — Отцом или Матерью мы называем того, кто обратил нас. Того, благодаря кому мы те, кто мы есть, — пояснила Кира. — Да, мой Отец, — продолжил Феликс. — Не по крови, конечно, хотя был у меня когда-то и такой… И вот ты становишься демоном. Падшим ангелом. И у тебя нет ни малейшего шанса на возвращение. Ты начинаешь творить зло, ты не можешь иначе. Теперь это твое предназначение, самая суть твоего существования. Непокорность означает лишь смерть. Крылья в нашем истинном обличие тускнеют, пока не становятся темнее самой Ночи, нашей верной спутницы. Ты не можешь позволить себе умереть, ведь в таком случае ты попадешь туда, где тебе все равно придется делать нелицеприятные вещи, только в добавок те же вещи будут происходить и с тобой. — Да уж, не хотелось бы, — сказала Кира. — Никому и никогда, — подтвердил ее слова Феликс. — Нас очень много, существуют Старшие демоны. Они стоят во главе кланов и имеют возможность присутствовать на Совете Старейшин. Во главе нашего клана стоит Агнесса. — Мерзкая тварь, — отозвалась Кира. — Вот уж кто действительно получает удовольствие от чужих мучений. — Не бросайся словами, Кира. Иначе у нашей малютки может сложиться обманчивое впечатление, будто ты белая и пушистая, — ухмыльнулся Феликс. — Ты и сама по большей части развлекаешься, причиняя боль и страдания смертным. — Смертным, Феликс, — возразила блондинка. — Вот именно. Смертным. А эта маленькая сучка упивается нашим унижением. И не только. — Это не меняет твоей сущности, ты такая же, просто у тебя меньше власти. — Я не такая, как она! — закричала Кира. При этих словах сильный ветер подхватил ее волосы, разбрасывая их в разные стороны. Люди в кафе по-прежнему ничего не замечали. Дашу это уже не удивляло. Она только отметила для себя некое сходство этой ситуации с дешевым фильмом ужасов. — Мне плевать, Кира, — улыбнулся Феликс. — Меня-то можешь не обманывать. Ты такая, и я такой. Мы все в одной лодке, просто некоторые вынуждены подчиняться более сильным. На что хватает твоего воображения? Он легко и тихо хлопнул в ладоши. Проходящая мимо официантка споткнулась и обронила поднос, облив при этом горячим чаем сидящую за соседним столом воркующую парочку. — Это мелкие пакости, — как ни в чем не бывало продолжил Феликс. — Агнесса же может развязывать войны, в которых гибнут тысячи людей. При этом она даже не будет марать руки. — Это все очень интересно и увлекательно, но причем здесь я? — наконец подала голос Даша. — Ты очень важна. О тебе написано… — начала Кира, но Феликс перебил ее: — Это как раз то, чего мы сказать тебе не можем. — Почему же, Феликс? Пусть продолжает. Мне бы тоже было интересно послушать, — раздался голос у них за спиной Они обернулись, и Кира почти шепотом произнесла: — Агнесса.