Выбор или предназначение

— Какая идиллия, — расплылась в улыбке маленькая девочка, которую Кира назвала Агнессой. Даша не могла поверить, что та ужасная личность, которую только что так красочно описывал Феликс — всего лишь ребенок. Может, здесь какая-то ошибка? Но едва взглянув в глаза этой малышке, Даша поняла, что никакой ошибки быть не может. Эти глаза были темно-карими, практически черными, и невероятно глубокими. В них читался многовековой опыт существа, повидавшего в этой жизни немало. И ненависть… Несомненно, ненависть. «Неужели можно так сильно ненавидеть кого-то? — подумала Даша, и по ее спине пробежал холодок. — Что должно было случиться с ребенком, чтобы она стала такой?.. А, собственно, какой? Опасной? Это всего лишь слова Феликса, на самом деле я даже не знаю, что она из себя представляет.» Но внутренний голос настойчиво подсказывал, что уж в этом-то Феликс не солгал. Маленькая девочка действительно источала волны такой агрессии, что Даша беспокойно заерзала на стуле под пронизывающим взглядом этой малютки. — Кира, — тем временем продолжила Агнесса, явно оставшаяся довольной тем эффектом, который произвела на присутствующих. — Неужели ты думала, что я настолько слепа и ничего не узнаю? Хотя, можешь не отвечать. Я уверена, что ты здесь явно не от большого ума. Тебе самой в жизни бы не хватило мозгов на что-либо подобное. Даша посмотрела на Киру, ожидая ответного взрыва, но его не последовало. Блондинка была явно недовольна происходящим, но не решалась произнести хоть слово. — Я права, — Агнесса перевела взгляд на парня. — Это твоя идея, Феликс. — Я не нарушал Устав. Я выполнял свою работу, а чем я занимаюсь в свободное от твоих поручений время, тебя не касается, — ответил демон. — С каких пор ты стал таким смелым? — притворно удивилась Агнесса. — Может быть, тебе стоит напомнить, кто ты на самом деле? Ты — придворный шут в моей свите! Тебе не свойственно даже иметь собственное мнение. — Да неужели, — усмехнулся Феликс. — Ты давно осталась одна, Агнесса, неужели не видишь этого? Да, когда-то мы верно служили тебе, заглядывая в рот, подобно преданной псине. Мы были такими, какими ты хотела нас видеть. Тебе требовалось, чтобы Марго была соблазнительной и жестокой? Пожалуйста. При этом ты даже не заметила, что эта «роковая» красотка, разрушающая чужие жизни, сама по уши влюблена. И в кого? В ангела! Скажи спасибо, что пернатые зачастую бывают еще более бессердечными, чем мы, и Ян отвергает Марго раз за разом. Она с тобой только потому, что ей просто некуда больше идти. — Но она со мной! — ответила Агнесса. Поведение Феликса застало ее врасплох. — Ты прав, ей некуда деваться. Это ли не гарантии верности? — Она ненавидит тебя! — выкрикнула Кира. — Меня ненавидят все, — кивнула Повелительница. — Не этого ли я добивалась последние 600 лет? — Хороша свита, — упорно продолжал Феликс. — Кира выполняет твои поручения тоже не из большой любви. Она по натуре стерва, это забавляет ее. Но будь уверена, она ненавидит тебя не меньше, чем Марго. И при первой же возможности предаст. Кира испуганно обернулась к Феликсу, но Агнесса не придала этому значения: — И что с того? Да, она неоднократно рушила мои планы, но она не настолько умна, чтобы противостоять мне, как бы сильно того не хотела. — А Дэн? — словно не замечая слов Агнессы, спросил Феликс. — Он тебя знает всего ничего, но уже свернул с дорожки. Да он давно бы уже убежал к своей крылатой подружке, если бы знал, как. И ты ничего этого не замечаешь, живешь в своем крохотном мирке, в котором все идет так, как ты хочешь. И все такие, какими ты предпочитаешь их видеть. Даша растерянно переводила взгляд с Агнессы на Феликса и обратно. «Что он делает? Он только что мне подробно описывал, насколько опасна эта демонесса, а теперь будто нарочно выводит ее из себя. Он с ума сошел? Да она же от него и мокрого места не оставит. А заодно и от нас с Кирой. За компанию.» Тем временем Феликс распалялся все больше: — Как ты сказала? Придворный шут? А ты не думала, что я делаю это не потому, что я такой, а потому что это нужно тебе? И уж точно не потому, что я тебя боюсь и стараюсь угодить. Просто мне это вовсе не мешало. Если бы ты была внимательнее, то заметила бы, что я выполняю только те задания, которые сам считаю необходимым выполнить. И да, я повторюсь, я не боюсь тебя. Совершенно. Мне просто тебя жалко. Глаза Агнессы заволокло гневной пеленой. Они замерцали красным: — Все, хватит, — выкрикнула она. — Мне надоело слушать твой жалкий детский лепет. Мне кажется, ты забыл, у кого здесь больше власти, больше силы, и кому ты обязан поклоняться! Ты забыл, кто твоя Повелительница! Ты не можешь противостоять мне! И никто не может! Ее глаза сменили цвет на черный, даже белков видно не было. Даша не на шутку испугалась. От ужаса все происходящее вдруг стало казаться ей далеким. Она будто наблюдала за всем со стороны, смотрела трансляцию по телевизору. Будто в замедленной съемке она увидела, как Агнесса вскинула руку в сторону Феликса, и столп плотного горячего воздуха направился к демону. Воздушный залп все набирал скорость, а Даша вдруг явно поняла, что независимо от того, что сейчас случится с Феликсом, останется он жив или нет, она не хочет, чтобы ему был причинен вред. Он стал ей дорог. По-настоящему дорог. Все мысли и соображения отступили на задний план. Даже не задумавшись о том, что сама может пострадать, Даша кинулась между Агнессой и Феликсом, и, по-детски зажмурившись, выставила дрожащие руки перед собой. Уже начиная догадываться о том, что если Феликс и выживет, то уж она сама точно вряд ли. А скорее всего, это не поможет и Феликсу. Кто она такая? Да ее просто сметет с дороги! Она так стояла и ждала, пока не почувствовала приятное тепло, разливающееся от кончиков пальцев выше по кистям рук. Девочка открыла глаза. Первое, что она заметила — это обескураженный вид Агнессы. Если бы не пережитый только что стресс, это могло бы рассмешить Дашу. «Вот она, Повелительница, Старший демон, гроза всему сущему», — думала Даша. — «Да она же всего ребенок. Обиженный на весь мир ребенок. И совсем неважно, сколько лет она прожила. Она застряла в этом теле. Даже если она и знает больше, многое видела, она все 600 лет смотрела на все с позиции ребенка. Вот только я не нанималась в няньки до невозможности избалованным демонам.» Даша перевела взгляд с Агнессы на свои руки. Ладони мерцали аккуратными язычками пламени. Маленького, спокойного, но отчего-то синего. «И вот этим она собиралась причинить вред Феликсу? Пфф…» — пронеслось в голове у Даши. — «Черт, она же собиралась причинить вред Феликсу!» При этих мыслях внутри девочки начал медленно закипать гнев. Одновременно с ним огонь в руках разгорался сильнее. «Да гори оно все синим пламенем, как сказал бы папа,» — подумала Даша и взмахнула руками в сторону Агнессы, словно отталкивая ее от себя, если, конечно, не обращать внимание на разделявшее их расстояние. Огонь сорвался с рук и взорвался, столкнувшись с Повелительницей. Она не погибла, да Даша этого и не добивалась. Но от удара Агнесса отлетела на приличное расстояние. Даша тяжело дышала, словно только что пробежала марафон, и не заметила, как слева от нее с невозмутимым видом встал Феликс. Он ободряюще улыбнулся Даше, а затем повернулся к Агнессе, развалившейся на полу в нелепой позе. Сейчас она как никогда напоминала маленькую девочку. — Да, Агнесса, — сказал он. — Я не могу тебе противостоять. Но она может. Нас ждут перемены.