goodbye normality

Сабмиссив — вообще не вторичный гендер из разряда «ух ты, как круто». Слово саб даже звучит по-дебильному. Типа, ну давайте, найдите созвучные к слову саб. Слаб. Раб. Краб, в конце концов. Или вот ещё — мелкий долбанутый заикающийся дебил. Как вам? Ага, вот что-то и оно, что саб — это клеймо, а не божья благодать, и как только выяснилось, что Уильям Денбро имел (давайте минутку во славу сарказма) невероятнейшую честь быть одаренным природой, в том самом смысле, что он был сабом, Беверли Марш торжественно передала ему свою корону с званием шлюшки Дерри. Люди любили сплетни. А людей, которых не было возможности пообсуждать — не любили и делали все возможное, чтобы исправить ситуацию. Цеплялись к мелочам, чтобы раздуть слух на ровном месте, скажем так. И кто ж знал, что пьяный Тозиер вздумает на всю улицу заверещать вслед за «хочу сунуть член в чью-то жопу» неожиданное «а Билли-бой сабмиссив, прикиньте»? Впрочем, на Ричи долго злиться было невозможно, ведь тот два дня выпрашивал у друга извинений, стоя под его окнами, после чего пополз еще один слух, гласящий, что он поёт Денбро серенады. Они были квитами. И в этот знаменательный день случилось ужасное. Непоправимое, вообще самое кошмарное и невозможное дерьмо, что только могло случиться. Билли влюбился. Влюбился до дрожи в коленках и сердечек в зрачках, до трепетания всей его сабовской души, которую вот в такие вот моменты доминирования над его сознанием хотелось изничтожить. Нет, не то, чтобы Билл прям вот знал, что так произойдёт, он, сука, вообще даже предположить не мог, что отвечая на вопрос друзей «кто же тебе нравится, Билли», он, опустив голову, чтобы не видеть, как из открытого рта Эдди потекла кола, скажет «Пеннивайз». В тот день, гуляя по ночному парку и выкуривая тоненькую сигарету с виноградной кнопкой, Билл даже не думал, что встретит здесь предмет своего будущего почитания. Что, кинув сигарету в промерзлую траву, он испугается пронзительного вопля. Здесь, в сыром неприятном парке Дерри, прислонившись спиной к стволу чёрного дерева и прижав руки ко рту, чтобы не выдохнуть слишком громко, он кого-то встретит. Не думал, что увидев, как что-то тёмное и бесформенное будет смачно обгладывать Генри Бауэрса, что секунду назад орал «ублюдский клоун, че вылупился», Билли будет так возбужден. Морально, естественно. Если бы у него стоял при виде такой картины, он бы окрестил себя шизанутым извращенцем. Нет, ему нравилось видеть, как огромные черные когти, обтянутые остатками лопнувших грязно-белых перчаток, разрывали с звенящим звуком человеческое мясо. Нравилось, как клоун рычал, как он кривлялся и швырял остатки человечины в разные стороны. Нравилось, нравилось, нравилось. В нем говорил не Билл Денбро, а Билл саб. Билл слаб. Билл раб. Выглянув из своего укрытия, Денбро неровно втянул в себя воздух. Тварь, вдоволь наигравшись с Генри, вернее тем, что от него осталось, начала уменьшаться в размерах. Сокрытый от всех в тени этого места, мерзко орущий клоун из канализации стал превращаться в человека, вот что было самое страшное. Его облик не пугал, и этот факт пугал лучше всякого облика. Он казался нормальным. И не был им. к настроению - The Weeknd - The Hills Люди чаще всего не понимают опасности, если видят привычные для себя вещи. Если они думают, что что-то не представляет угрозы — не боятся. Не проверяют и не мыслят логически, а просто улыбаются и слепо верят своим инстинктам. А инстинкты подводят. Слишком часто, чтобы можно было об этом пошутить. Пеннивайз быстрым движением поправил чёрный ворот плаща. Сверкнув в темноте голубыми глазами, мужчина изящно откинул голову назад и провёл пальцами по зачесанным волосам. Наверное, Билли слишком громко сглотнул, потому что в следующее мгновение клоун резко повернул голову в его сторону, и парень от испуга чуть не свернул себе голову, испуганно прячась обратно. Тихие хрустящие шаги по листьям ясно давали понять, что Пеннивайз приближается. — Выходи! Ладно, окей, возможно, все-таки Билли конченый извращенец, потому что после громкого приказа его член почти вылетел из штанов. Это было странное ощущение — хотелось подчиняться, выполнять все, что ему только скажет это существо. Стоять на коленях только перед ним. Денбро чуйкой знал, что стоило только Ричи крикнуть ему «лежать!», и он послал бы его нахуй, и даже если Беверли в шутку попыталась применить «гляделки», Билл не упал бы. Он поимел бы каждого, стоило кому-нибудь только рявкнуть вслед Денбро что-то типа «отсоси мне, шлюха», но только не клоуна. Его Билли-бой послать не мог, а потому покорно сполз по стволу дерева, и на четвереньках выполз из укрытия, не решаясь даже подняться на ноги. — Так, так, что это тут у нас, м? — голос Пеннивайза звучал ровно, гладко, словно красные бархатные шторы, и в то же время резко, как бритвенное лезвие. Билли не мог ответить. Он задыхался от напора подчиняющей энергии, исходящей от мужчины, от его запаха он терял голову, путался в чувствах, хотелось подползти ближе и начать слизывать грязь с его ботинок. Его динамика требовала большего. От беспомощности можно было плакать. — О, да это же наш маленький Билли. Заикающийся мальчишка-трусишка. И что ты здесь делаешь? Подняв глаза, на секунду Биллу показалось, что рядом с ним обычный человек, но это было не так. Нездоровый блеск где-то внутри этих обманчивых глаз не давал Денбро возможности поверить в эту ложь. Перед ним все ещё тот клоун маньяк, безжалостный убийца, псих, который был готов сломать кости всех и вся, только лишь для создания фраппе из крови. — Т-т-ты у-у-убьешь м-меня? — от волнения Билл начал часто моргать, а Пеннивайз лишь громко запрокинул голову назад и захохотал заливисто. — О да, конечно убью, сладенький мой! — его безумство, видное в выражении лица и написанное на радужке глаз, пугало Билла. Но он был не способен на движения. Перед ним стоял тот, кто, отдавая приказы, пробуждал в Денбро его извращенную сторону, сторону, которая желала этого, этих действий, этих приказов, этих взглядов. — Т-ты можешь м-мне п-п-приказать? Всё. Финиш. Точка. Аут. Пиздец. Ричи не поскупится на злословие. И, по правде говоря, Билл заслужил надпись на надгробье «умер, потому что тупой». Мужчина на секунду даже не понял, что его попросили. Вернее понял, но не совсем ясно прощупал почву под этой фразой. Этот мелкий всерьёз считает, что ползающий на коленях по холодной земле мальчишка может что-то с него требовать? Просить его? Умолять? — Повтори, — и это был приказ. И Билл его отчётливо понял, растекшись горячей негой где-то внутри себя. Приказ отличался от просьбы или банального «пожалуйста». Приказ вызывал в нем желание подчиниться. Выполнить всё до конца, всё что он скажет. — П-прикажи мне ч-что-нибудь. Пожалуйста. Внезапно Пеннивайз схватил Билла за волосы на затылке и грубо потянул его голову назад, заставив парня застонать и выгнуться дугой. Глаза клоуна оказались в опасной близости от его, напуганных глаз. — Неужели ты думаешь, что можешь просить меня о чем-либо? Жалкий человек. Не смей указывать мне, что делать. Даже без этих глупых динамик организма я буду подчинять тебя. Слюна мужчины, медленно спустилась с его нижней губы и капнула на щеку Билла. Парню в этот момент отчаянно хотелось ее слизать, а затем коснуться Пеннивайза губами и молить о игре. Но нельзя. Ему не разрешали. О, почему судьба так несправедлива. Почему из всех домов вселенная преподнесла Уильяму его — того, от которого он как человек хотел с криком убежать, а как саб — ноги раздвинуть? Именно он, никто другой. Танцующий клоун, которого он и остальные Неудачники вот уже несколько недель хотели нагнуть и по полной программе трахнуть арматурой. Но теперь трахать будут его. Надеяться теперь осталось только, чтобы не арматурой. Судьба, наверняка сейчас по полу каталась от смеха. - В позу! - приказал мужчина, и злобно осклабился, когда Денбро чуть пискнул и подчинился - прогнулся в спине, расставил колени шире, опустил голову. Он подчиняется. И, о боги, как же он не хочет этого делать! Но хочет саб внутри него. Пеннивайз, казалось, ловил с происходящего кайф, как наркоман, впервые получивший дозу после ломки. - Показать! Парень снял с себя чёрную куртку и приподнял руками рубашку. Билл задрожал всем телом, когда холодный ветер марта обдал потоком его грудь и заставил соски мигом сжаться в возбуждении. Но Денбро не было холодно - его организм горел. - Хм, ну и как мне с тобой играть, а? - лениво осведомился клоун, присев на корточки и рукой в чёрной перчатке проводя по груди Билла. - Ты же такой тощий. - А знаешь, я, пожалуй, надрессирую тебя, - в глазах мужчины появился бешеный огонёк - Научись доставлять удовольствие. А потом, может, ты будешь приносить мне пользу, как знать. И мужчина вновь поднялся на ноги, расстегивая ширинку на джинсах. Билла не нужно было просить дважды. Зашуршав листьями, он подполз к ногам Пеннивайза и открыл рот, впуская горячий полустоячий член себе в рот, опаляя его жаром свою глотку. И начал двигать головой. Буквально через несколько секунд стало чертовски неприятно. Челюсть Денбро затекла, пальцы на бёдрах мужчины стали покалывать от холода, губы распухли, а в штанах невыносимо тянуло. Выпустив изо рта возбужденную плоть, Билл прошёлся языком по чуть солёной головке и поднял глаза вверх, но тут же был схвачен рукой за голову. Пеннивайз грубо насадил его ртом обратно на свой член и, сжав в кулаке густые каштановые волосы парня, начал толкать его голову навстречу себе. Денбро стал задыхаться, теряя воздух, и попытался оттолкнуть руками от себя клоуна, но стоило только тому тихо рыкнуть - Не двигайся! он перестал. Кончив Биллу в рот, мужчина громко выдохнул и отстранился от саба, застегивая джинсы и крепче стягивая ремень. - Глотай, - приказал он, как только заметил, как Денбро открывает рот и с кончика его языка капает семя. Выполнив приказ, Билл был полностью удовлетворён. Как саб. Остальные же чувства оставляли желать лучшего. Холод наконец достиг его сознания, пальцев, ног, рта, где на кончиках губ блестели остатки естественной смазки, в голове было пусто, а непонимание захлестнуло волной. Что он сейчас сделал? Отсосал Пеннивайзу? Клоуну? Этой блядской мрази? Вот так вот просто? Задарма. Прекрасно. Увидев замешательство Билла, мужчина опустился и схватил его за предплечье. — Послушай меня, Уильям Денбро, — на ухо зашипел ему Пеннивайз, и у Билла по спине прошёл ебучий тайфун из мурашек. — Ты слабый, жалкий, глупый человек. Не приближайся ко мне, ясно? Еще раз увижу тебя рядом — сожру. И, ебись все конём, Биллу даже не показалось это угрозой. Он просто чуть выдохнул и наслаждался близостью со своим домом. Вздумай Пеннивайз сейчас его убить — Билл бы и не пикнул даже. И сидя в компании друзей, сжимая железную банку пива до хруста и побелевших костяшек, Денбро не знал, как себя оправдать. Как отмыть от всей той мерзости, что рассказал про себя только что. Как доказать, что он все тот же, прежний Билли-бой. А вот никак. И в подтверждение этому Ричи громко отхлебнул из своей банки и выдохнул — Ебучий же случай.