Evanescent time

Прошел месяц после истории с Акирой. Прошел месяц, а силы Пятого все еще не вернулись. И это сводило Пятого с ума. Он сидел в своей постели, было еще довольно раннее утро, он только что проснулся, и все еще чувствовал усталость и пустоту в груди. Каждое утро после полного выздоровления, как сказала их мама, он пытался телепортироваться или даже призвать свои силы. Но все равно ничего, даже искры. Пятый потихоньку терял рассудок и всякие «если» вертелись у него в голове. Что, если его силы никогда не вернутся? Что, если пустота в его груди никогда не исчезнет? Что, если он будет вечно находиться в состоянии усталости? Что, если… из-за своей утраченной силы он не сможет спасти свою семью, когда они будут в беде… Что будет с его семьей, если он не сможет вернуть свои силы? Он не сможет защитить их… он будет бесполезен… Последняя мысль вызвала дрожь по его спине. Ему нужно вернуть свои силы… даже если он пострадает в процессе этого.

~ o ~ oOo ~ o ~

Когда Пятый медленно спустился на кухню, было еще 4 часа утра. Он знал, что в это время его семья все еще спит, а мама заряжается. Итак, Пятый был уверен, что находится здесь один. Он направился на кухню, уже зная, что сегодня ему нужен кофеин. Пока кофе закипал, Пятый сидел молча. Один в своих мыслях. Он продолжал смотреть на часы, отсчитывая минуты. Тишина громкая и неприятная. Пятому это не нравилось; после многих лет, проведенных с семьей, он больше не любит тишину. Мысли Пятого были прерваны закипевшим кофе. Когда он налил себе в кружку дымящийся горячий напиток, неотрывно смотрел на чистую черную жидкость. Подождав, пока кофе остынет, он направился в гостиную, где в последний раз оставил свой ноутбук. Пятый снова идëт на кухню, но на этот раз с ноутбуком в руках. Мальчик сразу же садится, включая устройство. Он открыл папку, где хранил свои успехи. За последний месяц он не смог напечатать отчет просто потому, что писать было нечего. Пятый раздраженно вздохнул и открыл отчет о проделанной работе, который написал за несколько месяцев до несчастного случая с Акирой. Моя способность к телепортации зависит от моей текущей энергии, которая может быть получена из различных видов еды и напитков, и от того, как мое тело будет преобразовывать еë в энергию и питательные вещества. Шоколад является идеальным основным продуктом питания для большого потребления энергии, так как сахар в значительной степени помогает с преобразованием, включая изменение времени, но его все же следует использовать с осторожностью, поскольку он может вызвать головные боли и кровотечение из носа из-за внезапного притока энергии, исходящей из моего тела. Фрукты и овощи полезны, но не рекомендуются при больших прыжках и даже при манипуляциях со временем. Интенсивное потребление пищи рекомендуется, если шоколад или сладости недоступны. Никогда не пытайтесь манипулировать временем, если тело физически не готово, последствия еще неизвестны, перемещение не получится идеальным из-за все еще бесконечных возможностей, которые у него есть. Пятый откинулся на спинку стула, вспоминая тот день. Внезапное видение, которое у него было, это часть манипуляции временем, а не его межпространственные прыжки. Пятый уверен в этом. Делая глоток кофе, он вспоминает, что во время этих событий его тело было в отличной форме, у него не было никаких травм или даже небольших порезов. Даже когда Акира заковал его в кандалы и ошейник, он не получил никаких повреждений, когда остановил время. Итак, что именно с ним случилось? Пятый нахмурился, сделал последний глоток кофе и осторожно поставил кружку на стол. Он сжал кулаки, собирая энергию, чтобы снова призвать свои силы. И, к его большому разочарованию, ничего не произошло, даже маленькой искры. Он чуть не отшвырнул кружку от разочарования, так как пустота в груди только усилилась. Пятый глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он еще раз посмотрел на свой отчет о проделанной работе: каждое слово уже запомнил, ведь написал его сам. Никогда не пытайтесь манипулировать временем, если тело физически не готово. Пятый внезапно остановился. — Видение, которое у меня было, — это часть моей манипуляции со временем… Я уверен в этом… — пробормотал он, прокручивая вниз свой отчет о проделанной работе. — Однако дело не только в этом, потому что по определению, манипуляции со временем с моей стороны имеют контроль над временем вокруг меня… — Пятый переосмыслил все, что произошло в тот день. — Но это видение… я никогда не контролировал его, это просто произошло внезапно… Его глаза неожиданно расширяются от новой мысли, которая приходит в голову. — Неужели это?.. — пробормотал Пятый, прежде чем создать пустую страницу для нового отчета о проделанной работе, его пальцы зашелестели по клавиатуре, печатая новые выводы. Видение будущего — это свойство моей манипуляции временем, однако я не могу это контролировать. По моим собственным рассуждениям, не только тело должно быть готово, но, возможно, мое психическое здоровье играет решающую роль в этом новом свойстве моих способностей… Пятый усмехнулся. — Это глупо… — пробормотал он. — Мое психическое здоровье в порядке; я не вижу причин, по которым я должен даже думать об этом… Не то чтобы Пятый впервые увидел свою семью на грани жизни и смерти, в конце концов, он даже закопал их тела. Итак, что же теперь изменилось? И почему только сейчас? Пятый подумал… Ведь он впервые увидел, как умирает Бен, его крики пронзили голову, пока Шестой внезапно не упал замертво. Все из-за него. Из-за него… Это снова его вина. Снова, снова и снова. Кровь Бена на его руках, а не на руках Акиры… Пятый вздрогнул, как будто его обожгли. Он прикусил губу, стараясь не издать ни звука и пытаясь успокоиться от внезапных навязчивых мыслей в голове, от которых она кружилась, от которых мутило... — Заткнись нахрен… — пробормотал Пятый себе под нос, закрыв глаза и схватившись за голову. — Бен в порядке, они в порядке… — настаивал он. — Просто… черт возьми, заткнись… — повторил он почти болезненно. С ним все хорошо. Ему просто нужно было вернуть свои силы, он не может позволить, чтобы у него снова отняли семью только из-за того, что он некомпетентен. Ему просто нужно было снова вернуться в нормальное состояние. Тогда все будет хорошо… потому что он в порядке.

~ o ~ oOo ~ o ~

— Я волнуюсь за Пятого… — внезапно сказал Бен, заставив всех взглянуть на него. Эллисон села прямо, услышав внезапное заявление. — Что? Почему? С ним что-то не так? — Он ранен? — внезапно добавил Лютер. Бен посмотрел на них, прежде чем покачать головой. — Он в порядке физически, но… — Бен выглянул из гостиной и сказал чуть тише: — Я чувствую, что с ним что-то не так, он не скажет об этом, но я чувствую это… Диего нахмурился, потому что он знал, что догадки Бена почти на 99 процентов точны, что пугает, но спасает жизнь. — Есть причина, по которой ты так думаешь? — Что, если мы просто пойдем к малышу Синко* и спросим его? — Все взглянули на Клауса, который только пожал плечами. — Честно, я не думаю, что он ответит нам, но, может быть, стоит попробовать? Бен вздохнул, его ноющее чувство все равно никуда не исчезнет. — Просто… — пробормотал он, — с тех пор, как мы отпраздновали наш день рождения, он был… немного нервным, когда я подходил к нему… Как будто его разум всегда далеко… как будто мы не видим то, чего видит он. — Знаете… — Ваня заставила семью смотреть на нее. — Я тоже это вижу… и вы все заметили, что Пятый ест все больше и больше? Не говоря уже о том, что он всегда засыпает, даже если он только что пил кофе? Он ведет себя так, будто всегда устает… Все замолчали, чтобы подумать. Прошел месяц после катастрофы с Акирой, и Харгривзы уверены, что он не вернется: они позаботились об этом. Мысли прервались, когда Пятый медленно двинулся в сторону гостиной с книгой в руке, и семья знала, что он, вероятно, их не замечает. Братья и сестры молча смотрели. Пятый зевнул, прежде чем взять со стола свой телефон, он даже не заметил их присутствия, поскольку был глубоко погружен в книгу, которую держал в руке. Семья ждала от него каких-либо приветствий, но ни одного не последовало. Пятый вышел из комнаты, даже не взглянув на них. Это вызывало тревогу. — Видели? — сказал Бен, указывая на то место, где только что исчез их брат. — Пятый никогда не бывает таким, он всегда начеку в своем окружении! — И я никогда не видел, чтобы Пятый зевал рано утром… — пробормотал Лютер. — С ним что-то не так. Клаус поднял руки вверх. — Успокойтесь, ребят… Мы не должны делать поспешных выводов, потому что, если мы это сделаем и бомбардируем Пятого, он может почувствовать себя загнанным в угол и просто телепортироваться прочь. Или, что еще хуже, может оставить нас или больше никогда с нами не разговаривать! Все разочарованно вздохнули, зная, что Клаус прав. Эллисон покачала головой. — Тогда что нам делать? — спросила она. — Сейчас лучше просто присмотреть за ним… на всякий случай… — сказал Диего. — Я думаю, Пятый сам подойдет к нам, если с ним что-то будет не так. — Затем он сделал паузу. — Так ведь? Все они с тревогой посмотрели туда, где пять минут назад исчез их брат, Харгривзы просто очень надеялись, что Пять придет к ним, если когда-нибудь почувствует, что с ним что-то не так.

~ o ~ oOo ~ o ~

Пятый со всей силы бросил книгу в стену. — Черт! Бесполезное ничтожество! — гневно пробормотал он, глядя на офис Реджинальда, в котором он провел утро с тех пор, как написал отчет о проделанной работе. К настоящему времени офис Реджинальда очищен от мелочей, но Пятый все еще думал, что в его офисе можно найти что-то полезное. Но сейчас Пятый начал думать, что просто зря тратит свое время. Пятый терпеть не мог зря тратить время. — Пошел ты, старый говнюк… Ты мертв, но до сих пор делаешь нас несчастными. — Пятый впился взглядом в стул, на котором раньше сидел Реджинальд. — Черт!.. Пятый оглядел комнату. Чем больше он думал, тем больше пустоты он чувствовал в своей груди, которая постепенно превращалась во что-то неприятное. Он положил руку на грудь, вдыхая и выдыхая, пытаясь облегчить то, что он чувствовал. Он попытался еще раз перенестись в пространстве, сжав кулак, сосредоточился. Ничего. Пятый начинал терять рассудок, когда пытался и терпел неудачу. Что, если кто-то нападет на академию? Что, если снова появится их враг? Что, если его семью убьют из-за того, что он бесполезен? Что, если… что, если… что, если… — Черт, заткнись, пожалуйста! — он крикнул. — Просто верни мне мои силы! — Я боюсь за тебя, Пятый… Я боюсь, что твои собственные силы повернутся против тебя, что они сведут тебя с ума из-за того, насколько они могущественны… Пятый вздрогнул от удивления, когда слова его мамы внезапно эхом отозвались в голове. Эта мысль пришла ему в голову так быстро и неожиданно, что он даже попятился назад, пока не уперся спиной в дверь кабинета Реджинальда. Пятый сглотнул, словно у него в горле образовался комок. Он сходил с ума?.. Пятый покачал головой. — Нет… это невозможно… — пробормотал он. — Я все еще контролирую свой разум… Мне просто нужно вернуть силы, тогда все будет хорошо… Он внезапно ударился затылком в деревянную дверь с такой силой, что даже поморщился. — Сконцентрируйся, Номер Пять… Просто верни их любыми возможными средствами, чтобы ты мог защитить семью… в конце концов, это твоя единственная роль в этой семье — защитить их, ни больше, ни меньше… Пятый телепортировался бы прочь, если бы мог… Головная боль и пустота, которые он чувствовал с тех пор, только усилились.

~ о ~ оОо ~ о ~

Лютер медленно и бесшумно вошел в комнату их младшего брата, поскольку хотел проверить, как там Пятый после семейного обеда. Лютер даже не потрудился закрыть дверь. И, как он и ожидал, Пятый спал. Снова. Лютер нахмурился и медленно подошëл к спящей фигуре Пятого. Его лицо выражало беспокойство, поскольку Лютер хорошо знал, что Пятый никогда не спит днем, даже когда очень сильно устает. Пять обычно присоединялся к Бену в библиотеке, или Диего брал его в парк с Клаусом и мистером Пеникрамбом. Это его очень беспокоило, ведь он так заботился о своем брате-близнеце. Лютер осторожно приложил палец к лицу брата, пытаясь почувствовать, не болен ли он. Лютер сморщился от смущения и беспокойства, а лицо Пятого стало невероятно холодным, как будто лед медленно таял на его лице. Лютер заметил, что брат уже укрылся двумя толстыми одеялами, но все еще мерз. В последнее время погода была холодной, особенно ночью, поэтому Лютер и Диего часто просыпались, чтобы проверить Пятого и убедиться, что ему комфортно спать. Даже Эллисон заказала обогреватель для комнаты Пятого, но он все еще не прибыл. И так уж получилось, что по какой-то причине в комнате Пятого было холоднее, чем в других комнатах, вероятно из-за того, где она была расположена.. Клаус даже предлагал поменяться с Пятым комнатами, но их младший брат отказался, заявив, что не видит смысла в смене комнат. Даже когда Ваня сказал ему это, Пятый все равно не передумал. Не задумываясь, Лютер осторожно подвинул Пятого к стене, после чего присоединился к своему близнецу. Почти сразу братик прижался к нему, тихо вздохнул, почувствовав рядом с собой тепло. Лютер не мог не улыбнуться тому, насколько очарователен его близнец во сне. Он прижал Пятого к себе, пока тот бессознательно уткнулся лицом в грудь Лютера. Он слегка польщенно улыбнулся, когда почувствовал, насколько холодные ноги Пятого. — Почему ты такой холодный, Пятый? — пробормотал Лютер, прежде чем уткнуться носом в голову младшего брата. — Мне не нравится, когда ты мерзнешь… Лютер просто надеялся, что чертов обогреватель, который они заказали для комнаты Пятого, прибудет, чтобы их младший брат мог спать как можно лучше, он ведь так сильно этого заслуживает. Но пока Лютер более чем счастлив предложить тепло своего тела своему брату-близнецу. Это единственное, что он мог сделать, чтобы убедиться, что Пятый отдыхает должным образом.

~ o ~ oOo ~ o ~

Когда Пятый проснулся, он почувствовал, как тепло распространяется по всему телу, заставляя его вздохнуть с облегчением, поскольку с каждым днем в его комнате становилось все холоднее и холоднее. Он взглянул вверх и был слегка удивлен, увидев спящего с ним Лютера. Пятый вспомнил, что после небольшого… срыва в кабинете Реджинальда, он ушел, чувствуя, как его грудь сжимается. Хорошо, что настало время обеда, и его моральная составляющая улучшилась, когда он увидел, что его семья в целости и сохранности сидит за обеденным столом, ожидая его. Когда они закончили обед, Бен спросил его, не хочет ли он пойти с ним в библиотеку. Чем больше он говорил с ним, тем более притихшим становился Пятый, поскольку его взгляд продолжало перемещаться на шею брата. После вопроса Бена Пятый почувствовал, что слегка дрожит, когда пустота, которую он чувствовал, внезапно ожила. Ему удалось прийти в себя в самую последнюю минуту, отвергнув предложение Бена и извинившись. Он внезапно почувствовал усталость, как будто его энергия без всякого предупреждения вылилась из его тела. Итак, Пятый просто спал, он даже не пытался пить кофе или есть шоколад, поскольку знал, что ничего из этого не сработает. Ничего ему никогда не поможет. Итак, Пятый спал, он спал с пустотой, которую чувствовал, надеясь, что она уйдет вместе с мыслями, которые внезапно вторглись в его разум. Пятый улыбнулся, зарывшись глубже в объятия своего брата-близнеца, наслаждаясь тем, что ему тепло в этот холодный день. Он закрыл глаза, чувствуя удовлетворение и безопасность. Пятый не стал засыпать, он просто остался в объятиях своего брата, полностью наслаждаясь этим чувством. Медленно и верно пустота, которая заполняла его, начала отступать. Его брат-близнец, может быть, и идиот, но Пятому нравилось то, как Лютер защищает его даже в заточении их дома, в его собственной комнате. Он потеряет это, если не вернет свои силы. Он потеряет все это, если не сумеет защитить их. Пятый не может потерять ничего из этого. Прежде чем его мысли смогли заполнить его разум еще больше, дверь в его комнату внезапно и со скрипом открылась. Он был тихим, но Пятый все равно услышал. Он закрыл глаза, притворяясь, что все еще спит, просто чтобы посмотреть, что произойдет. — Это так мило, — услышал он тихое воркование Вани и щелчок: сестра их сфотографировала и тихо хихикнула. — Бен и Диего убьют Лютера за это. Хорошо, что я вызвался разбудить Пятого. Ты должен мне, Лютер… — пробормотала она. Лютер почувствовал, как его снова вернули в сознание, когда Ваня мягко похлопал его по плечу. — Лютер, ужин скоро будет готов, и ты нужен маме на кухне… — тихо сказал Ваня, не желая будить младшего. — Я разбужу Пятого, когда ужин будет готов. Лютер тихо проворчал и, к удивлению, Пятый почувствовал, как брат осторожно поцеловал его волосы, прежде чем медленно отстраниться, не желая разбудить. Пятый посмотрел бы на него из-за внезапной потери тепла, но не хотел, чтобы брат и сестра узнали, что он уже не спит. Лютер зевнул, когда встал, медленно повел плечом. — Да, я сейчас спущусь… — пробормотал он. — Не будите его, ладно? И убедитесь, что накрыт одеялом, а то ему холодно. Ваня улыбнулся, наблюдая, как Лютер смотрит на Пятого, прежде чем направиться к двери. Когда он ушел, Ваня медленно села на кровать Пятого, стараясь не делать резких движений. Она улыбнулась младшему брату, прежде чем медленно погрузить руку в его волосы, нежно массируя голову. — Мы так сильно любим тебя, Пятый… — тихо пробормотала она. — Так что скажи нам, если тебе что-нибудь понадобится… ты важен для нас… так важен… Мы не хотим снова потерять тебя… — С этими словами Ваня обхватил ладонями лицо, медленно отстранилась и вышла из комнаты. Пятый подождал, пока дверь в его комнату закроется, прежде чем открыть глаза. Он почувствовал, как у него перехватило дыхание от того, что он только что услышал. Пустота, которую он чувствовал, медленно возвращалась к нему. Пятому ужасно хотелось, чтобы все это исчезло, чтобы пустота, которую он чувствовал, оставила его в покое. Он хотел поговорить об этом со своей семьей, но… Он не мог. Пятый не хотел обременять их чем-то бесполезным, в конце концов, он был в порядке. И он мог справиться с собой. Не нужно было заставлять его семью беспокоиться о нем, у них у всех свои проблемы, и не нужно было обременять их еще больше. Лютер беспокоился о своих растениях в теплице, у Бена проблемы с зависимостью от ранчо, Диего испытывал стресс из-за работы, так же как и Эллисон, у Вани проблемы с ее скрипичной пьесой, а Клаус думал о своей пристрастии к покупкам. Пятый не мог обременять их своими личными проблемами. Он мог справиться с ними сам. К тому же это всего лишь небольшая проблема, ничего опасного для жизни нет. Было бы глупо с его стороны рассказать об этом своей семье. Не нужно притворяться, что с ним все в порядке, потому что он действительно в порядке. Пустота, которую он чувствовал, говорила ему об обратном. Пятый проигнорировал это.

~ o ~ oOo ~ o ~

Пятый просто молча наблюдал, как Эллисон и Диего накладывают в его тарелку невероятное количество еды, которую они приготовили на ужин. Он даже не потрудился остановить их, зная, что они становятся глухими, когда дело доходит до его питания, поэтому Пятый просто продолжал есть, когда Диего положил еще одну ложку овощей в его тарелку. По каким-то странным причинам Пятый чувствовал, что во время ужина в его сторону посылают озабоченные взгляды, но ни один из его братьев и сестер не обращался к нему, поэтому Пятый просто пожал плечами, полностью игнорируя все в пользу того, чтобы быстрее покончить с ужином. Когда они помогали своей маме убираться, Пятый почему-то чувствовал голод, даже несмотря на огромное количество еды, которое он только что съел, поэтому он молча начал жевать шоколадный протеиновый батончик, который выхватил из кладовой Лютера. Пятый помог бы с уборкой, но он все еще был уставшим и, откровенно говоря, не в настроении делать что-либо еще, кроме как есть, спать и читать. — Пять? Пятый чуть не уронил протеиновый батончик, который ел, когда Бен внезапно привлек его внимание, он просто вздрогнул от удивления, когда Бен внезапно оказался в поле его зрения. Бен нахмурился, как и другие, поскольку это резкое движение со стороны младшего брата не ускользнуло от их внимания. — Мы просто хотим спросить... Все ли с тобой в порядке? Пятый посмотрел на него, сбитый с толку внезапным вопросом. — Я в порядке… — медленно сказал он. — У меня нет никаких травм, которые я скрываю от всех вас, — добавил он. Клаус хмыкнул. — Конечно, твоя мысль подойдет, Синко, но мы спрашиваем: ты в порядке? Типа, у тебя все хорошо? Пятый все еще не понимал, судя по тому, как его лицо сморщилось в замешательстве. Эллисон вздохнула. — Мы имеем в виду: тебя ничего не беспокоит? Ты ничего от нас не скрываешь, верно? — тихо спросила она. — Да… я в порядке… — медленно сказал Пятый, как будто он разговаривал с ребенком, а не со своей семьей. Ваня заметила, что Пять не ответил на второй вопрос Эллисон. — Ты что-то от нас скрываешь? — повторила она. — Почему я должен что-то скрывать от вас? — усмехнулся Пятый, стараясь не выдать волнения. Когда Диего прищурился, словно видел его насквозь, Пятый понял, что ему придется сказать хотя бы часть правды, потому что теперь Диего мог легко сказать, лжет он или нет. А в ситуации Пятого это будет лишним. — Я просто устал… — правда. — И прежде чем вы спросите почему, я сам не знаю причины… — полуправда и полуложь. — Но уверяю всех вас, что физически я в порядке, и с моим физическим самочувствием все в порядке, — полная правда. Пятый улыбнулся. — Я расскажу, если со мной что-то будет не так, — полная ложь. Диего продолжал смотреть на него, и Пятый иногда ненавидел то, насколько проницателен его брат, особенно когда дело касается него. Диего вздохнул, если он и уловил его ложь, то никак не прокомментировал ее, что заставило Пятого вздохнуть с облегчением. Поэтому вместо этого он положил руку на голову Пятого, слегка взъерошив его волосы. — Мы просто хотим убедиться, что с тобой все в порядке, Пятерка. — Мы заботимся о тебе, Пятый, и не хотим, чтобы ты что-либо скрывали от нас… — сказал Лютер, протягивая ему еще один протеиновый батончик, который Пятый с радостью принял. Его семья… Его семья, которую он может потерять только из-за того, насколько он бесполезен без своих сил… Его семья, которую снова могут убить прямо у него на глазах… Его семья, которую он однажды уже похоронил голыми руками… Пятый с силой вгрызается в протеиновый батончик, поскольку его разум снова захвачен нежеланными мыслями, просачивающимися в его разум, чем дольше он смотрел на них. Когда Пятый проглотил шоколад, он улыбнулся. Знал, что это успокоило бы его семью. — Я в порядке… — сказал он, глядя на них. — Все в порядке. Потому что ничего нет, он в порядке.

~ o ~ oOo ~ o ~

После небольшой заминки во время семейного ужина, Пятому захотелось побыть одному, что его братья и сестры на удивление уважали. Они просто обняли его, прежде чем он снова направился в свою комнату, один со своими мыслями. Ему было нечего делать, и он хотел продолжить свой собственный отчет о проделанной работе, поэтому, закрыв дверь комнаты, Пятый подошел к своему столу. К его удивлению, на крышке ноутбука лежал ключ, который он, казалось, никогда раньше не видел. Он поднял его, внимательно осмотрев. Он видел этот ключ раньше… просто не мог вспомнить, где и кто его использовал. После пары минут размышлений его глаза внезапно расширились от осознания. «Это ключ от комнаты Пого…» С этой мыслью он немедленно вышел из своей комнаты и направился туда.. Пятый внезапно занервничал. В какой-то степени это было похоже на вторжение в личную жизнь Пого, но когда Пятый взглянул на ключ в своих руках, он понял, что ему нужно посмотреть, что находится внутри. Он знал, что его мама тайно дала ему ключ, Пятый просто не понял, почему она сделала это через несколько месяцев после смерти Пого. Его мама пыталась ему что-то сказать. Только ему, без участия его братьев и сестер. Пятый глубоко вздохнул, прежде чем вставить ключ и повернуть его, когда дверь издала щелчок, показывая, что теперь она открыта, Пятый медленно и осторожно вошел в комнату, не желая привлекать кого-либо из своих братьев и сестер, если они когда-нибудь рискнут войти в эту часть Академии. Когда он тихонько закрыл за собой дверь, Пятый обнаружил, что комната была чистой, без единой пылинки. Его мама, должно быть, убирала ее даже после смерти Пого. Когда Пятый оглядел пространство, его внимание привлекла только одна вещь. Единственный зеленый блокнот на столе Пого. Без особых раздумий он поднял его. Пятый рассматривал обложку блокнота, прежде чем открыть его на самой первой странице. Его глаза расширились, когда он понял, что он был похож на записную книжку Реджинальда, записную книжку, заполненную информацией о каждом из них. Но это было с точки зрения Пого. Пятый понял это, потому что, очевидно, узнал почерк Пого, и вместо их номеров на каждой странице были написаны имена. Большое количество страниц посвящено Лютеру, затем, когда Пятый открыл самую последнюю, он понял, что блокнот был полностью заполнен до самой последней страницы. Все, все семеро, включая Ваню. Пятый сел на кровать Пого, открыл тетрадь на самой первой странице, прежде чем прочитать ее целиком. Он не знал, сколько времени прошло, поскольку он погрузился в содержимое записной книжки, просто читая и запоминая все, что мог. Затем Пятый остановился на своей странице. Мастер Номер Пять отказался от имени. Это было первое, что Пого отметил о нем, остальное — это очень подробная информация о его межпространственных прыжках, о которых Пятый уже знал, потому что также отслеживал их. Возможно, что Мастер Номер Пять также мог обладать способностью управлять временем по своей собственной воле, однако Мастер Реджинальд счел слишком опасным для него пытаться контролировать время в молодом возрасте, поскольку это может повлиять на него умственно и эмоционально. Эта способность очень сложна и важна, если когда-либо Мастер Номер Пять сумеет разблокировать ее самостоятельно, он может сначала не заметить последствий, но если этой способностью злоупотребить, это, скорее всего, закончится катастрофой, результат которой даже Мастер Реджинальд не может предсказать. Чтобы избежать этого, Мастер Реджинальд следил за тем, чтобы Мастер Номер Пять сидел на строгой диете и делал его тренировки более изматывающими, чем остальные, чтобы его способности случайно не раскрылись в расслабленной ситуации. Небольшое облегчение, что Мастер Номер Пять зациклен на путешествиях во времени, а не на других безграничных возможностях, которые могут предложить его способности. Из всех них Мастер Номер Пять обладает самым безграничным потенциалом и возможностями, когда речь идет о его собственных силах, поскольку время и пространство — самые опасные свойства, которые может предложить мир, что делает его таким могущественным, хотя он сам этого полностью не осознает. Необходимо держать его способность в тайне даже для него самого, потому что, если Мастер Номер Пять будет небрежно обращаться с ней, это может очень сильно нарушить баланс всего мира. Если эту способность сочетать со способностью Мастера Клауса, они оба смогут контролировать две стороны света: мир живых и мир мертвых. Пятый сделал паузу, читая последний абзац, появившийся из ниоткуда. Теперь Пятый думал, что этот дневник не в «порядке». Он перешёл от Лютера к Диего, к Клаусу, к Эллисон, потом к Бену и, наконец, к Ване. Он проигнорировал следующие части о себе, в пользу записей о Клаусе. То, что он прочитал, очень сильно потрясло его. Помимо Мастера Номер Пять, мастер Клаус является вторым по силе из семи братьев и сестер. Однако из-за его собственного страха его способности не проявятся даже после тренировок, которые Мастер Реджинальд назначил ему. Мы определили, что полный объем способностей Мастера Клауса никогда не будет раскрыт, и это будет проблемой, потому что его способности единственные в своем роде, и было бы бесполезно не использовать их. В ходе исследования Мастер Реджинальд пришел к выводу, что Мастер Клаус также может использовать телекинез и левитацию. Помимо того, что мастер Клаус просто видит мертвых и разговаривает с ними, он может вызывать и полностью контролировать духов умерших, как ему угодно. До сих пор Мастеру Реджинальду не удавалось полностью раскрыть потенциал Мастера Клауса, из-за чего Мастер Реджинальд назвал его своим величайшим разочарованием, поставив ему всего лишь четвертое место из семи. Глаза Пятого расширились, когда внезапное осознание поразило его. — Все это время… это был рейтинг… — прошептал он, переходя к самой последней странице, где мельком увидел следующую информацию: Номер 1 — Лютер Харгривз — сверхчеловеческая сила — возможна сверхчеловеческая скорость из-за того, что сила Мастера Пятого дремлет в его теле — нет возможности разблокировать больше возможностей Номер 2 — Диего Харгривз — манипуляция траектории — полезные способности, но ничего достойного для исследования Номер 3 — Эллисон Харгривз — манипуляция реальностью — обладает сильными способностями, но ограниченными, если не может говорить Номер 4 — Клаус Харгривз — сильный, но не может полностью раскрыть свой потенциал, что ставит его на твердую четверку — его способности сильны, но предсказуемы Номер 5 — самый могущественный, возможно, из всех 43-х детей — манипуляция временем и пространством —нужно сдерживать из-за разрушительных последствий, которые могут иметь его силы — непредсказуемые силы, безграничны в возможностях — был бы поставлен на 7 место Номер 6 — Бен Харгривз — Элдрич (могущественное древнее существо) — обладает способностями быстрого исцеления благодаря Элдричу — обладает впечатляющей выносливостью и силой, близкой к числу 1 из-за Элдрича. — был бы номером 5, однако отказался сотрудничать в тренировках, что сделало его непредсказуемым, особенно из-за собственного мышления Элдрича Номер 7 — Ваня Харгривз — разрушительная — непредсказуемые силы — из-за этих факторов она находится под номером 7 — Мастер Реджинальд считал ее слишком могущественной, чтобы подвергать тренировкам — как и номер 5, мастера Ваню нужно сдерживать, потому что она может уничтожить мир — Все это, черт возьми, время… — пробормотал Пятый, медленно закрывая книгу. — Нас ранжируют в зависимости от того, насколько мы предсказуемы, и как мы можем контролировать свои силы… — Пятый усмехнулся. — И Реджинальд только что поместил меня под номером пять? Как оскорбительно… Я должен был быть номером 7… Пятый вдруг почувствовал себя уставшим, блокнот в его руках внезапно стал тяжелым. Затем его осенило: если его братья и сестры сильны, тогда… может быть, Пятый сможет обучить их, чтобы они могли защитить себя. Особенно сейчас, когда он бессилен и не может сделать это сам. Может быть… он сможет заставить их защитить себя. Таким образом, даже без него на картине… он будет знать, что они будут в безопасности. Но… Пятый нахмурился. — Что, если… — пробормотал он, — что, если бы я оказался таким же, как Реджинальд… заставлял их тренировать свои силы, как животных… — он кусает губы, — в конце концов, я не знаю в полной мере, как Реджинальд тренировал их. Пятый не хотел, чтобы его семья ненавидела его из-за неприятных воспоминаний, которые он может накопать во время обучения. Если бы он не был так бесполезен сейчас, то его семье даже не пришлось бы тренироваться. Единственная цель Пятого — сохранить им жизнь и безопасность, так зачем им тренироваться… он должен быть самым сильным, но здесь он… бессилен. Что, если он не получит свои силы обратно… Что с ними будет? Они снова умрут из-за него. — Заткнись… — прошептал он, — я не такой, как он. — Он выпалил: — Я никогда не буду таким, как он… Я… я просто хочу, чтобы они были в безопасности… Я делаю это не из собственного любопытства… Мне нужно сделать это ради них… — продолжал шептать он себе. Пятому потребовалось время, чтобы прийти в себя, когда он, пошатываясь, вышел из комнаты, сжимая блокнот в руках. Он медленно и уверенно поднялся наверх; с каждым шагом его все больше мутило, и он чувствовал, как пустота с ревом возвращается к жизни в полную силу, лишая его способности ясно мыслить. Пятый хотел сегодня переночевать в комнате Диего. Но когда он поднялся наверх, самой первой дверью, которую он увидел, была дверь Клауса. Пятый посмотрел на блокнот в своих руках, затем тяжело сглотнул, прежде чем войти в комнату брата. Пятый мог ясно видеть, что Клаус спал в своей королевской кровати. Пятый взглянул на часы, циферблат отображал ровно час ночи. Может, ему стоит просто поговорить с братом завтра утром, в конце концов, Клаус заслуживал сна. Но что, если незваный гость нападет на них прямо сейчас? Его братьев и сестер застрелили бы так же, как это сделала когда-то Куратор. Или его братьев и сестер могут отравить, как это случилось с ним. Он знал, что это смешно, но тысячи мыслей проносились в его голове, как сумасшедшие. Пятому хотелось закричать, приказать этим мыслям заткнуться. Может быть, он просто попросит Клауса, и тогда, если он скажет «нет», Пятый сделает то, что он хочет. Клаус проворчал, чувствуя, как кто-то нежно похлопывает его по плечу. — Уйди… прочь… — пробормотал он, зарываясь лицом в подушки, но постукивание не прекращалось. Клаус хотел ударить того, кто его будет, но он слишком устал, Клаус просто хотел спать, в конце концов, трудно хорошо выспаться ночью. — Клаус… Если бы он проигнорировал это, возможно, тихий голос исчез бы, в конце концов, он звучал приглушенно и отдаленно. — … обучить вас… силы… нам нужно… тренировать, если хочешь… Клаус мог слышать только небольшие фрагменты того, что говорил голос, затем медленно его разум заметил, что это Пятый разговаривал с ним о тренировках в это время ночи. Он звучал как… — Ты говоришь как Реджинальд, Пятый. Ты превращаешься в него… Да пошел ты, Реджинальд! — подумал Клаус, не подозревая о том, что сказал это вслух. Клаус вздохнул с облегчением, поскольку почувствовал, что Пятый оставил его в покое, и Клаус подумал, что завтра он поговорит со своим младшим братом, но не прямо же сейчас? Сон — единственное, о чем он думал, поэтому он лег спать… В блаженном неведении о том, что он только что сделал.