Evanescent time

«Ты говоришь, как Реджинальд, Пятый. Ты превращаешься в него… Да пошел ты, Реджинальд!» Когда Пятый наткнулся на одну из ванных комнат, он тут же опустился на колени возле унитаза, выблевывая свой ужин, при этом небрежно бросив блокнот рядом. Он тяжело дышал, так как чувствовал, что теряет энергию. Пятый сделал еще пару глубоких вдохов, собираясь с духом, он схватился за край унитаза, сильно дрожа. — Черт… — пробормотал он. — Возьми себя в руки.… Собрав всю оставшуюся энергию, Пятый встал, не обращая внимания на дрожь в ногах. Он спустил воду в унитазе прежде чем подойти к раковине. Пятый посмотрел в зеркало и обнаружил, что сильно вспотел, — взгляд расфокусирован. Он плеснул холодной водой в лицо, прежде чем вымыть рот, чтобы избавиться от привкуса рвоты. Пятый просто смотрел на свое отражение, обдумывая свой следующий шаг, пытаясь уменьшить дрожь по всему телу. — Мне нужно вернуть свои силы… Я не могу обременять их… — пробормотал он. Пятый посмотрел на пол, прежде чем заметил записную книжку Пого, он вздохнул с облегчением, поскольку она не промокла и никак не повредилась. Это заняло много времени, но Пятый смог дойти до своей комнаты, мысль о том, чтобы спать в комнате Диего, пропала. Он не хотел никого тревожить. Вместо того, чтобы уснуть, Пятый сел на пол. Мистер Пенникрамб счастливо и блаженно спал в своей постели. Когда он сел, открыл записную книжку Пого на своей странице. Когда Пятый перелистывал страницы с описанием своей телепортации, его глаза внезапно остановились на одном из отрывков, которые Пого написал о нем. Из-за способности Мастера Номер Пять его организм перерабатывает наркотики иначе, чем его братья и сестры. Это серьезная проблема, потому что даже простые лекарства местного производства могут оказать пагубное воздействие на его тело, что повлияет на его способности. Самым первым лекарством, которое было введено в тело Мастера Номер Пять, была местная анестезия, это стало отправной точкой для Мастера Реджинальда, чтобы определить, что Мастер Номер Пять может умереть, если какие-либо лекарства, вкалывымые в его тело, не подходят для него. При этом Мастер Реджинальд взял образцы крови у Мастера Номер Пять, экспериментируя с ними, пока Мастер Реджинальд, наконец, не смог составить подробный список химических структур, которые не разрешены Мастеру Номер Пять. — Ну, по крайней мере, старый говнюк сделал что-то полезное… — пробормотал Пятый, пролистывая следующую страницу. Имея список в наших руках, Мастер Реджинальд и Грейс приготовили все возможные лекарства, которые могут понадобиться Мастеру Номер Пять в будущем. Меня радует, что мастер Бен и мастер Диего взяли на себя задачу выучить все наизусть, возможно, чтобы помочь Мастеру Номер Пять, когда ему понадобится лекарство. Пятый не мог не улыбнуться, когда прочитал это, он знал, что его братья и сестры взяли на себя задачу выучить это наизусть, но все равно сердце согревалось от осознания того, что даже Пого нашел это милым с их стороны. По какой-то причине среди тысяч лекарств, не подходящих Мастеру Номер Пять, есть одно исключение. И это Адреналин местного производства. Мастер Реджинальд не мог определить, как тело Мастера Номер Пять будет обрабатывать Адреналин даже в небольших количествах, потому что его анализ крови ничего не даст. Но с большой осторожностью я лично не предлагаю использовать адреналин для Мастера Номер Пять, поскольку он может повлиять не только на его тело и разум, но и на его способности. Пятый прервал чтение. — Адреналин… — пробормотал он, прежде чем медленно закрыть книгу. Пятый взглянул на часы, 2:30 ночи, затем снова взглянул на блокнот у себя на коленях. — Ну, Пого… — он прошептал. — Пора закончить некоторые записи… Не раздумывая, Пятый направился к медицинскому отделению.

~ o ~ oOo ~ o ~

Пятый с большим трудом добрался до медицинского отделения. Он знал, что его братья и сестры сейчас спят, а мама заряжается наверху, Пятый не мог позволить себе разбудить кого-либо. Он сразу же направился к аптечке. Медленно открыв ее, Пятый усмехнулся, поскольку сразу же заметил почерк Бена на всех лекарствах, изготовленных специально для него. Шестой пометил маркером с надписью «Лекарство Пятого!». Пока его зеленые глаза изучали кабинет, Пятому наконец удалось увидеть бутылки с адреналином. Он осторожно взял пять колбочек, глядя на бесцветную жидкость, которая содержалась в них. «Что может пойти не так?» — спросил он себя, кладя их в карман. Пятый закрыл шкаф, прежде чем перейти в другую часть комнаты, где, как он знал, хранятся шприцы. Не особо задумываясь, он взял пять запечатанных игл, довольно больших для него, но это все что было, так что ему пришлось смириться. Удовлетворенный тем, что наконец-то получил все необходимое, Пятый тихонько пошел в свою комнату. Когда он закрыл за собой дверь, мистер Пенникрамб сонно посмотрел на него, Пятый только улыбнулся, прежде чем погладить питомца по голове. — Все в порядке. Иди спать… — Пятый наблюдал за мистером Пенникрамбом. Щенок широко зевнул, прежде чем снова заснуть. Пятый оглядел свою комнату, пока его взгляд не поймал маленькую неиспользуемую коробку. Он поднял ее, открыл, и, к его счастью, она идеально подходила, чтобы спрятать все бутылки с адреналином и шприцы, которые он нашел. Пятый осторожно поместил все в коробку, прежде чем положить ее под кровать. Пятый вздохнул, в его голове промелькнули события прошлого. Он мельком взглянул на коробку под кроватью, прежде чем забраться в свою постель, осторожно, стараясь не побеспокоить спящего питомца. — Спокойной ночи, мистер Пенникрамб… — пробормотал он, закрывая глаза. Пятый отключился всего за несколько секунд.

~ o ~ oOo ~ o ~

— Диего и Ваня уже уехали? Лютер поднял глаза, когда увидел Бена, входящего в столовую. Он и Клаус были единственными, кто ел завтрак, приготовленный мамой. Лютер кивнул, когда Бен выдвинул один из стульев. — Диего был нужен рано утром в полицейском участке, и Ваня уехала с ним, потому что ее репетиции тоже рано начинаются… — сказал Лютер, протягивая Бену тарелку, которую тот с благодарностью принял. — Доброе утро, Бенерино! Прекрасный день! — весело сказал Клаус, прежде чем подтолкнуть тарелку с яйцами в сторону Бена. — Доброе утро… — сказал Бен, наполняя тарелки едой. Пока братья жевали свой завтрак, Бен оглядел стол. — Где Эллисон и Пятый? Клаус проглотил еду. — О, наша дорогая сестра Эллисон уехала 30 минут назад, чтобы встретиться с продюсерами, с которыми она будет работать над своим новым фильмом… — Клаус сделал паузу, чтобы подумать. — Если я правильно помню, она сказала, что встретится с ними в кафе где-нибудь в городе, я точно не знаю где… — Последний раз, когда я проверял, Пятый все еще спал в своей комнате. Мистер Пенникрамб тоже с ним… еще рано, поэтому я не хотел будить их, — сказал Лютер. Бен ухмыльнулся. — Не хотел… или боялся разбудить Пятого? Лютер закатил глаза, когда Клаус хмыкнул: — Хочешь верь, хочешь нет, Бен, я не боюсь своего собственного брата-близнеца. — Конечно… конечно, старший брат. — Бен улыбнулся. — То, что заставляет тебя хорошо спать по ночам. Хихиканье Клауса стало только громче, когда он увидел выражение лица Лютера. Мама внезапно вошла в столовую, оглядываясь по сторонам. — Я пойду разбужу вашего брата. Бен уже был готов встать, но мама жестом велела ему сесть. — Все в порядке, дорогой, просто продолжай есть, хорошо? Они молча смотрели, как их мама уходит. Братья переглянулись, прежде чем пожать плечами и продолжить завтракать.

~ o ~ oOo ~ o ~

Грейс подошла к двери спальни Пятого. Она постучала, хотя и знала, что дверь не заперта из-за соглашения, которое они все заключили относительно запертых дверей. — Пять, дорогой? Я сейчас войду, хорошо? — сказала она, прежде чем повернуть дверную ручку. Она посмотрела на Пятого, который все еще спал. Мистер Пенникрамб потянулся, прежде чем спрыгнуть с кровати. Грейс улыбнулась, погладив его. — Ваш завтрак уже подан, Мистер Пенникрамб, так как насчет того, чтобы пойти и поесть? Мистер Пенникрамб тяфкнул, прежде чем выскочить из комнаты. Затем Грейс вернула свое внимание к Пятому; она нахмурилась, нежно коснувшись пальцем его щеки, чувствуя, что она слишком холодная. — Пять? Пора просыпаться, дорогой… Пятый медленно открыл глаза, все еще расфокусированные из-за остатков сна в них. Он медленно сел, одеяло упало ему на колени. Он пробормотал: — Время? Грейс взглянула на часы: — Сейчас 8:30, дорогой, завтрак готов, а твои братья уже едят внизу. Пятый просто кивнул, и выражение лица Грейс сменилось беспокойством. — Ты хорошо себя чувствуешь, дорогой? — спросила она. Пятый посмотрел на нее. — Да, мама просто… устал. Вчера я засиделся допоздна. Грейс хмыкнула, но Пятый знал, что она могла сказать, что с ним что-то не так. Он просто улыбнулся ей. — Я в порядке, мама, мне нужно еще пару минут, и я спущусь поесть. Грейс бросила на него последний взгляд и улыбнулась, вставая. — Увидимся внизу, дорогой. — Грейс вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Пятый прижал руку к груди, чувствуя, как она начинает медленно сжиматься. — Черт… — пробормотал он. Пустота, которую он чувствовал с момента инцидента с Акирой, медленно возвращалась. Снова, как и в любое другое утро, он сжал руки, пытаясь вызвать свои силы. Ничего. Абсолютно ничего. Пятый разочарованно вздохнул, ему вспомнились события прошлой ночи. Он медленно встал с кровати, прежде чем опуститься на колени, чтобы вытащить коробку из-под кровати. Открыв ее, он вынул маленькую бутылочку адреналина и, не раздумывая, начал разворачивать полученный шприц. Пятый молча наблюдал, как шприц набирает нужное количество адреналина, которое, как он думал, ему необходимо. Как только бутылка наполовину опустела, он вытащил иглу. Пятый запечатал адреналин, поместив его в коробку, прежде чем вернуться к шприцу, полному бесцветной жидкости. Он вытолкнул часть жидкости наружу, чтобы убедиться, что воздух не попадет в кровоток. Пятый закатал рукав, определяя, где будет делать укол. Глубоко вздохнув, он ввел наркотик в открытые вены на правой руке. Пятый вздрогнул, когда ему удалось проколоть собственную руку перед тем, как влить бесцветную жидкость. Когда шприц опустел, Пятый вытащил иглу, наблюдая, как немного крови просочилось наружу, но он проигнорировал это. Пятый опустил рукав и бросил шприц в мусорное ведро, которое стоит у него в комнате. Пятый сел, ожидая, что случится что-то серьезное. Затем медленно, но верно, к своему удивлению, он почувствовал, как по всему телу распространяется жар. Контраст с тем, что он чувствовал после инцидента с Акирой. Это было не больно, но неприятно. Он молча сидел на полу, пытаясь избавиться от неприятного ощущения. Постепенно ожог, который он чувствовал, начал исчезать. Пятый сжал руки. «Момент истины…» — подумал он. Он сконцентрировался, его глаза расширились от удивления и возбуждения, когда его силы начали медленно оживать на кончиках пальцев, пока не распространились на костяшки. Знакомые синие оттенки, по которым он очень скучал, наконец-то появились. Пятый испустил дрожащий вздох облегчения. — Слава богу… — пробормотал он, наблюдая, как его силы реагируют. — Наконец-то я получил их обратно… — Пятый хотел плакать от облегчения, которое он почувствовал. Пока его силы гудели, он почувствовал, как пустота полностью исчезла, как будто ее вообще не было, Пятый рассмеялся: — Черт, все, что мне нужно было, это наркотики? Если бы я знал, давно сделал бы себе инъекцию. Пятый ухмыльнулся. Он чувствовал себя прекрасно, лучше, чем раньше. Он чувствовал себя легко, чувствовал, что может что угодно, чувствовал себя счастливым и энергичным, его разум ясен, но немного запутан. Это было странное чувство. Он чувствовал себя иначе. Он прекрасно себя чувствовал. Он облизнулся и встал. Пятый пнул ящик под кроватью, прежде чем телепортироваться вниз. Телепортация. Он скучал по этому. Пятый знал, что сегодня будет великий день.

~ o ~ oOo ~ o ~

Как ни странно, весь день Клаус наблюдал за Пятым. Но Пятый не возражал, он просто радостно телепортировался. Как будто это был первый день, когда он обнаружил свои силы. Он телепортировался в свою комнату, он телепортировался в гостиную, он телепортировался в оранжерею, Пятый телепортировался повсюду. Как будто мысль о ходьбе вылетела у него из головы. Было время обеда, когда Пять снова телепортировался к столу. Бен улыбнулся, увидев своего младшего брата счастливым и полным жизни. — Привет, Пять, — сказал Бен, когда брат сел рядом с ним. Пятый ухмыльнулся. — Привет, Бен… — Затем Пятый оглядел стол и заметил, что его брата-близнеца все еще нет с ними. — Где Лютер? — спросил он. Клаус почему-то все еще смотрел на Пятого. — Он в оранжерее, сказал, что присоединится к нам, ему просто нужна еще минутка… — медленно сказал Клаус, заставляя Бена взглянуть на него. Пятый только усмехнулся. — Я схожу за ним! — с этими словами он телепортировался со стула. Клаус откинулся на спинку, глядя на стул младшего брата. — Что-то не так с Пятым… — внезапно сказал Клаус серьезным тоном после нескольких минут молчания. Шестой тревожно посмотрел на Клауса, в конце концов, Бен знал его, и теперь, если Четвертый говорил так серьезно, то что-то определенно было не так. — Что ты имеешь в виду, Клаус? Клаус тяжело вздохнул, цокнул языком. — Я еще не знаю… Но клянусь, что-то происходит с Пятым, и мне это не нравится, Бен, с ним точно что-то не так. Бен изучал Клауса, ведь его брат редко бывает таким серьезным, он самый счастливый в их семье. Даже с угрозой апокалипсиса Клауса не удалось довести до такого… но каким-то образом Клаус мог почувствовать, что что-то не так с их младшим братом. — Мы будем присматривать за ним… — серьезно сказал Бен, заставив Клауса удивленно взглянуть на него. — Ты… ты мне веришь?.. — тихо спросил Клаус. Бен улыбнулся. — Конечно, Клаус, ты мой брат, верно? И я знаю тебя… так что, если ты думаешь, что с Пять что-то не так, то поверь: мы это выясним. Клаус улыбнулся. — Спасибо, Бенни… — искренне сказал он. — Я просто… я чувствую озноб, глядя на Пятого сейчас, как будто… Как будто он смотрел на себя? Клаус нахмурился. — Типа… это сложно описать, но я клянусь! Я не выдумываю! Бен встал, чтобы подойти к брату. Он сел рядом с Клаусом и похлопал его по плечу. — Все в порядке, Клаус, я тебе верю. И мы скажем остальным, когда узнаем, хорошо? Клаус благодарно улыбнулся. — Хорошо… — Он взглянул на вход в столовую, где услышал знакомый свист силы Пятого, за которым последовал голос Лютера. — Я просто надеюсь, что ошибаюсь… Бен не успел спросить Клауса, как оба брата-близнеца наконец вошли в столовую. Но то, что там произошло, осталось в памяти Бена, он не позволит этому ускользнуть. В конце концов, они должны убедиться, что у их младшего брата все хорошо.

~ o ~ oOo ~ o ~

Пятый идеально приземлился на ноги, когда он телепортировался в свою комнату. Он тяжело вздохнул, поскольку почувствовал, что пустота медленно возвращается к нему, а затем его силы ослабевают. Пятый, не теряя времени, достал коробку из-под кровати, и, как сегодня утром, набрал адреналин. Почти сразу он вздохнул с облегчением, когда наркотики подействовали на его тело, и пустота, которую он чувствовал, исчезла. Пятому понравилось это чувство. Он бросил еще один использованный шприц с уже пустым баллоном адреналина. Пятый взглянул на свои руки и обнаружил, что там уже образовался синяк, но, как и сегодня утром, проигнорировал его, ведь одежда легко могла это скрыть. Хорошо, что все знали, что он любит одежду с длинными рукавами. Пятый радостно загудел, когда его силы почти без усилий ожили, синие оттенки все еще сияли в его руках. Он уставился на них, как будто пытался запечатлеть это в своих воспоминаниях. Затем Пятый обратил внимание на коробку, нахмурился. — Мне понадобится больше адреналина… — пробормотал он. — И иглы… иглы… Пятый снова пнул ящик под кровать, прежде чем без особых усилий телепортировался из своей комнаты в медицинское отделение. Он немного споткнулся при приземлении, затем его силы вспыхнули, прежде чем раствориться в воздухе, Пятый нахмурился. — Эффект уже проходит?.. — прошептал он и оглядел комнату. — Может, мне нужно увеличить дозировку?.. Теперь, когда Пятый знал, что в комнате никого нет, он запер медицинскую палату и, как и прошлой ночью, открыл шкаф в поисках дополнительных баллонов с адреналином, которые можно было использовать. Незадолго до того, как он смог найти больше, краем глаза увидел маленький пузырек, который был совершенно скрыт от глаз. Из любопытства он взял один, прежде чем прочитать этикетку. Неразбавленный адреналин Затем Пятый немедленно взял ту же бутылку, что и вчера вечером, читая этикетку, он усмехнулся про себя. — Конечно… та, что у меня есть, разбавленная… — пробормотал он. Пятый проигнорировал разбавленный, в пользу получения всего неразбавленного адреналина. — Я уверен, что мама не заметит… — сказал он, закрывая медицинский шкаф, прежде чем направиться к другому шкафу, где находятся шприцы. Пятый открыл еще один шприц, прежде чем вобрать неразбавленный адреналин. Он сунул в карман теперь уже пустую бутылку неразбавленного адреналина. Пятый даже не вздрогнул, когда снова ввел себе в ту же вену, что сегодня утром и всего несколько минут назад. Пятому больше понравился неразбавленный. Эффект наступал мгновенно, Пятый вздохнул с облегчением, когда пустота, которую он чувствовал, мгновенно исчезла, и его силы снова ожили. Он усмехнулся. — Тот, кто изобрел адреналин, должен быть восхвален самим Богом… — пробормотал он. Пятый подошел к двери медицинского отделения, открыл ее и телепортировался в свою комнату. Пятый радостно напевал себе под нос, вытаскивая коробку из-под кровати, осторожно убирая туда 10 флаконов неразбавленного адреналина и полученные им шприцы. Он прекрасно себя чувствовал. Пятый думал только об этом, пряча коробку под кровать. Мистер Пенникрамб вошел в комнату. Пятый улыбнулся ему, прежде чем поднять питомца к себе на колени. — Привет, мистер Пенникрамб… ты хочешь пойти со мной в парк? Когда мистер Пенникрамб рявкнул, Пять рассмеялся. — Ладно, пошли, мы могли бы сыграть во все, что захочешь, потому что я чувствую себя прекрасно. Это лучшее чувство, которое у меня когда-либо было за очень долгое время! И с этим чувством Пятый вместе с щенком исчезли во вспышке синего цвета.

~ o ~ oOo ~ o ~

Уже темнело, когда Пятый и мистер Пенникрамб решили вернуться домой после нескольких часов, проведенных в парке. Пятый посчитал теннисные мячи, которые купил, нахмурился, заметив, что один пропал. Он посмотрел на мистера Пенникрамба. — Ты потерял один, мистера Пенникрамб? — спросил он. Пятый оглядел парк, здесь были только он и мистер Пенникрамб. Он вздохнул. — Ну, я думаю, можно немного поискать… — пробормотал он. Пятый опустился на колени, чтобы погладить мистера Пенникрамба по голове, улыбнулся. — Подожди здесь, мистер Пенникрамб, хорошо? Я найду мяч, может, мы оставили его возле пруда. Мистер Пенникрамб широко зевнул, прежде чем лечь на траву. Пятый положил остальные теннисные мячи рядом с питомцем, прежде чем отправиться вглубь парка. Как он и ожидал, яркий неоново-зеленый теннисных мяч оказался возле пруда. Пятый поднял его, и, направившись обратно к мистеру Пенникрамбу, услышал смех подростков и тихое мяуканье к северу от того места, где он находился. Его натренированный острый слух уловил тихие звуки. С любопытством Пятый направился туда, откуда доносились смех и мяуканье. Его кровь закипела при виде этого… Четыре подростка окружали кошку и ее котят. Один из них держал металлическую биту, а другие камни, безжалостно бросая их в кошек. К черту таких, как они. — Эй, гребаные засранцы! — закричал Пятый. Пять с облегчением вздохнул, когда их внимание обратилось на него, и кошки тут же убежали прочь. Все внимание Пятого было обращено на группу. Мальчишки двинулись к нему. — Вы, ублюдки, так устали быть тупыми дерьмом, что решили поиграть с животными? Пятый сохранял спокойствие, когда все четверо окружили его, пытаясь запугать. — У тебя проблемы с этим, ты, гребаный слабак? — сказал парень с металлической битой, как будто выплюнул эти слова. — Ты думаешь, что можешь мне угрожать? — усмехнулся Пятый. — С таким маленьким мозгом ты ничем не можешь мне угрожать. — Пятый уставился на парня, ухмыляясь его реакции. — А почему бы вам, тупицам, не убраться отсюда, пока не поранились? В тот момент, когда Пятый закончил фразу, лицо лидера было настолько красным от гнева, что он поднял металлическую биту над головой, замахнувшись. Пятый закрылся левой рукой, чтобы не получить удар по голове. В тот момент, когда металлическая бита коснулась его руки, послышался треск кости. Когда силы Пятого начали действовать, он телепортировался за спину лидера и сильно ударил его в спину. Остальные трое удивились внезапной смене его позиции, в то время как лидер с кряхтением упал на землю. Пятый, не теряя времени, достал металлическую биту и ухмыльнулся, подняв ее. — Если я когда-нибудь снова увижу тебя здесь, тупица, я убью вас всех, клянусь Богом. Пятый усмехнулся, когда увидел страх в глазах подростков; они убежали прочь. Пятый наступил на голову лидера, заставив его лицо погрузиться в землю, как кусок пазла, который должен был оказаться на своей позиции. Пятый рассмеялся, когда парень испустил испуганный крик, который был приглушен влажной почвой. Пятый сильнее наступил ему на голову. — Никогда не возвращайся сюда, ты, блять, меня слышишь, кусок дерьма? Удовлетворенный тем, что он получил то, что хотел, Пятый отпустил парня, и тот сразу же убежал. Пятый отбросил биту, затем нахмурился, потому что внезапно ему стало трудно шевелить левой рукой. Он придерживал другой, обнаружив, что она распухла, но не в тревожном состоянии. Пятый смотрел на нее, не двигая, пытаясь почувствовать боль. Ничего. «Может, она просто опухла, но на самом деле не сломана… но клянусь, я слышал треск, когда бита коснулась ее…» — подумал Пятый. Он знал, насколько высока его терпимость к боли. Он повернул руку, ему было трудно это сделать, но он справился, пожал плечами. — «Это, наверное, ничего». Пять снова поднял теннисный мяч и направились к мистеру Пенникрамбу. Он просто надеялся, что опухоль уменьшится, так как он не хотел тревожить своих братьев и сестер. В конце концов, он чувствовал себя прекрасно, лучше, чем когда-либо.

~ o ~ oOo ~ o ~

Диего помог Ване выбраться из машины, как только они вернулись в академию. Пока Диего нес футляр для скрипки, девушка смотрел на него. — Как ты думаешь, Эллисон уже дома? Диего только пожал плечами, доставая ключи из кармана. — Я не знаю, Эллисон все равно редко говорит нам, куда она собирается… Ваня хихикнула, прежде чем выудить телефон из кармана. — Знаешь, что она присылает мне фотографии? Она в одном из недавно открывшихся кафе. Диего приподнял брови, усмехнувшись. Оставив ключи во входной двери, вынул свой телефон и показал экран Ване. — Я ничего не получил. Ваня усмехнулась, взяв телефон брата. — Почему Эллисон в папке спама, Диего? Глаза Диего расширились, он тут же спрятал телефон обратно в карман. — Ты ничего не видела, — твердо сказал он. Ваня рассмеялась. — Я все равно расскажу об этом Эллисон! Диего ущипнул ее за щеки, Ваня вскрикнула от удивления. — Если ты это сделаешь, я никогда не буду подбрасывать тебя до дома. — А я все равно расскажу! Диего прошипел: — Богом клянусь, Ваня!.. — Хорошо, я не скажу Эллисон, но тебе нужно купить мне что-нибудь в обмен на мое молчание! Диего был невозмутим. — Четыре упаковки твоего любимого печенья, и мы объявляем перемирие? Ваня рассмеялась, когда пожала руку Диего. — По рукам! Диего вздохнул: — С каких это пор ты научилась быть такой? — спросил он. Ваня ухмыльнулась. — А ты знаешь, Лютер в последнее время дает много хороших советов… — Лютер?! Держись от него подальше, он плохо на тебя влияет! — Кто? Внезапный голос напугал их. Брат и сестра повернулись и увидели Пятого с Мистером Пенникрамбом на его руках. — Пятый, говнюк! Предупреждай нас в следующий раз! — сказал Диего. Пять усмехнулся. — Хотите верьте, хотите нет, но я только что пришел, не то чтобы я подслушивал ваш разговор или что-то в этом роде. Диего только вздохнул, взъерошивая волосы на голове Пятого, он слегка нахмурился, что сразу заметил Ваня. Диего приложил тыльную сторону ладони ко его лбу. — Ты немного горячий, Пятый… Ваня нахмурилась, прежде чем положить руку на шею Пятого, а затем вторую руку на свою шею, сравнивая температуру. — Диего прав… — пробормотала она. — Тебе плохо? Пятый в замешательстве посмотрели на них. — Я чувствую себя прекрасно, голова не болит и ничего не тревожит. Может, дело в погоде? Я имею в виду, что я провел весь день с мистером Пенникрамбом в парке… — Пятый намеренно исключил встречу с подростками из своего рассказа, в конце концов, это было пустяком. Диего и Ваня переглянулись, и оба пришли к одному выводу, что Пять им не врет. — Ну, погода была немного непредсказуемой… — сказал Ваня. Диего хмыкнул, но все еще с тревогой смотрел на Пятого. — Скажи нам, если ты почувствуешь, что с тобой что-то не так, хорошо? Пятый улыбнулся. — Я чувствую себя прекрасно. Перестаньте слишком обо мне беспокоиться, — сказал он, перед тем, как телепортироваться в академию. Ваня и Диего еще раз переглянулись, заявление тревожило их. Что-то не так, они оба это видят. Они просто не знают, что именно.

~ o ~ oOo ~ o ~

Прошло четыре дня с тех пор, как Пятый начал курс адреналина. Он легко вливал в себя 3 бутылки неразбавленного в день. Пятый каждый раз вводил в одно и то же место, и оно сильно болело. Левая рука так сильно опухла, что Пятому приходилось носить длинные рукава все время. Он не понимал, что происходит. Он знал, что с ним что-то не так физически, особенно с левой рукой, но он ничего не чувствовал. Только онемение, но в то же время его кожа стала сверхчувствительной. Это странная смесь чувств. В течение четырех дней его семья начала понимать, что с ним что-то не так. В конце концов, он отказался от некоторых блюд, заявив, что уже ел, хотя на самом деле он этого не делал. Пятый даже не мог вспомнить, когда в последний раз ел, даже свои закуски. Он всегда был сыт, а запах и вид еды каждый раз вызывали рвоту. Когда мама приносила еду в комнату, он чувствовал ее запах, а затем его рвало. Пятый заставлял Мистера Пенникрамба есть вместо него. Он терпеть не мог запах еды, так как у него начался адреналин. Адреналин значительно усилил его способности, Пятый мог телепортироваться намного быстрее, чем раньше, но он не использовал свою способность глобального перемещения во времени, потому что знал, что его тело не готово к этому. На данный момент готовился ужин, но Пятый находился в своей комнате и читал записи Пого о своих братьях и сестрах. Пятый нахмурился, пытаясь схватить стеклянный стакан левой рукой, но случайно уронил его на пол, разбив вдребезги, раздраженно вздохнул. Он закрыл книгу, прежде чем положить ее под подушку, сел, не подозревая, что случайно наступил на разбитое стекло, из-за чего пошла кровь. Пятый уставился на стекло, торчащее из ступни и, не раздумывая, наступил на большой разбитый осколок стекла еще сильнее, пока не увидел малиново-красное пятно, льющееся из ноги. Он просто смотрел, очарованный тем, что, несмотря на то, что его порезало разбитое стекло, он ничего не чувствует. Пятый поднял ногу, увидев, что в ней торчат осколки стекла. Один из них был настолько большой, что порезу от него понадобится шов, чтобы закрыть зияющую рану. — Интересно… — пробормотал Пятый про себя, без усилий схватив осколок голыми руками, выдергивая его из ноги, заставляя рану кровоточить еще больше. — Я… ничего не чувствую… Пятый посмотрел на часы и заметил, что прошло два часа с того момента, когда он в последний раз ввел себе Адреналин. Он осторожно положил осколок стекла на прикроватную тумбочку и, не заботясь о том, что его простыня испачкана кровоточащей ногой, достал коробку. Пятый ввел адреналин четвертый раз за день. Он вздохнул с облегчением, когда энергия немедленно наполнила его. Это так здорово. Пятый небрежно кинул использованную иглу в уже имеющуюся кучу хлама, которую он даже не скрывал. В конце концов, адреналин ему помогал, а не причинял вред, поэтому он не видел смысла скрывать это от своей семьи. Осколок стекла блеснул в свете. Пятый поднял его. «Небольшой эксперимент никому не повредит…» — Он провел острым стеклянным осколоком по руке, наблюдая, как он легко прорезает его кожу, как малиновая кровь стекала с его рук к простыням. Пятый усмехнулся, втыкая осколок стекла все глубже и глубже в руку, очарованный тем, что он не чувствует боли. Это действительно здорово. Если он не может пострадать, тогда… он мог бы использовать собственное тело, чтобы заблокировать все, что могло бы причинить физический вред его братьям и сестрам. Но до какой степени? Пять остановился, его рука сильно кровоточила. Он знал, что порез не причинит ему боли. А как насчет огнестрельного ранения? Он пострадает? Он взглянул на свою кровать, где прятал пистолет. Не раздумывая, он вытащил его.

~ o ~ oOo ~ o ~

Клаус вздрогнул в кресле, когда внезапно выронил ложку из рук. — Ой! Еда потрачена впустую! — заскулил он, глядя на лежащую на полу ложку. Его братья и сестры рассмеялись. — Мама, можно мне новую ложку? — громко спросил Клаус. Эллисон уставилась на него. — Возьми эту ложку, Клаус! — отругала она. Клаус надулся, прежде чем встать с кресла. Лютер огляделся. — Кстати, а где мама? — спросил он. — Она сказала, что ей нужно провести инвентаризацию в медицинском отделении, вы знаете, ну, чтобы проверить, достаточно ли у нас лекарств, если они кому-то понадобятся… — сказал Бен. — Она делает это в конце каждого месяца… — Пятый присоединится к нам за ужином? — вдруг спросила Ваня, как раз в то время, когда вернулся Клаус с ложкой. — Он уже пропустил обед, верно? — спросила она, глядя на Лютера, Бена и Клауса. Эллисон нахмурилась. — Что? Пять пропускает приемы пищи? Вы помните, что мы пытались заставить его набрать вес, верно? Диего впился в них взглядом. — Вы разрешили Пятому пропустить прием пищи? Лютер поднял руки в знак капитуляции. — Конечно, нет! Ты правда думаешь, что я позволю Пятому сделать это? — Это заявление слегка льстило Диего и Эллисон. — Он не захотел есть с нами, поэтому мы принесли еду в его комнату. Когда мы спросили об этом маму, она сказала, что Пятый поел. Диего задумался, откинувшись на спинку стула. — Вы хотите сказать, что каждый завтрак и обед… он ест один в своей комнате? — Вопрос вызвал коллективный кивок от Лютера, Бена и Клауса. — И вам троим даже в голову не приходило, что это странно? — медленно сказал он. Бен вздохнул. — Я тоже об этом подумал, но… — он закусил губу. — Когда я пытался спросить об этом Пятого, он просто улыбнулся и сказал, что с ним все в порядке, а затем телепортировался. Клаус кивал, когда Бен говорил. — И я даже пытался присоединиться к нему сегодня во время обеда, но он просто запер дверь, сказав, что делает что-то важное! — Запер дверь? — переспросила Ваня. — Пятый никогда не запирает дверь, мы все это знаем! Напряженная тишина накрыла их, пока слова Вани медленно доходили до них. Бен сглотнул, он подтолкнул Клауса, который вздохнул, зная, что он должен сказать. — Хорошо, я не хотел никого тревожить, но… — начал Клаус, когда внимание его братьев и сестер обратилось к нему… Я заметил, что маленький Пятый странно ведет себя… как будто… ну очень странно! Я чувствую это! Лютер откинулся на спинку стула. — Я заметил это, особенно в последние несколько дней… Пять с тех далеких пор… — Странно, как Клаус? — спросила Эллисон, глядя прямо на своего брата. Клаус проглотил. — Странно, как… Как будто он смотрел на свое прошлое. Его наркотическая зависимость. — Ребята, вы мне не поверите… — тихо сказал Клаус. — Потому что я тоже не хочу в это верить… Лютер и Диего встали со своих стульев, подойдя к брату. — Клаус… — мягко сказал Диего. — Мы поверим всему, что ты скажешь… ты ведь знаешь? Лютер мягко положил руку на голову Клауса: — Тебе не о чем беспокоиться, просто скажи нам, и мы обсудим это всей семьей, хорошо? Эллисон и Ваня обе потянулись, чтобы взять Клауса за руку, они успокаивающе сжали ее. — Все в порядке, Клаус… — мягко сказал Ваня. — Просто скажи нам, Клаус, не волнуйся, никто здесь не будет судить о том, что ты видел… — мягко добавила Эллисон. Бен просто улыбался, подбадривая. — Ну… — Клаус прочистил горло. — Вы помните, как много лет назад я э-э… принимал… наркотики? Все напряглись, потому что Клаус почувствовал, как Диего застыл. — Итак… когда я смотрел на маленького братишку, мне казалось… ммм, я смотрел на то, каким я был много лет назад… Диего попятился, пока не упал на стул. Он сел на него, пытаясь обработать все, что им только что сказал Клаус. Диего хотел выплюнуть свой обед. — О боже… — пробормотала Эллисон. — Подожди, может быть… это не тот случай?.. Ваня огляделась. — Думаю, Пятый не стал бы этого делать… — пробормотала она. — То есть… мы все его правильно понимаем? Он не в депрессии или что-то в этом роде… так почему… зачем ему употреблять наркотики? Лютер похолодел. — Я думаю… — медленно сказал он, — мы бы заметили это, если бы он употреблял… и кто в здравом уме, блять, продавал бы наркотики 13-летнему ребенку? Клаус прикусил губу. — Может, он украл их? Я имею в виду, что я раньше так делал… Когда мы вернулись из 1960-х… Клянусь, я заставил маму выбросить все мои наркотики в канализацию, все до единого. — Мы верим тебе, Клаус, ты это знаешь… — мягко сказал Ваня. — Мы знаем, что ты изменился к лучшему, и мы гордимся тобой за это… — Она права, Клаус… — сказала Эллисон. — Мы бы никогда не заподозрили, что ты снова употребляешь наркотики, когда ты говоришь, что не употребляешь… Все медленно повернулись к Бену, который, как ни странно, был слишком спокоен, что на самом деле беспокоило. У него было такое выражение лица, как будто он что-то подсчитывал. Вдруг лицо Бена приняло выражение, как будто его сейчас тошнит. — Я… — пробормотал он. — Мне нужно… мне нужно увидеть маму… — он внезапно встал, Лютер схватил его запястье. — Бен… — прошептал он. — Успокойся, Бен, ты нужен нам здесь и сейчас, — мягко сказал Лютер. — Что-то не так? Бен сглотнул, широко открыв глаза. Что-то точно не так. Как только Бен собрался открыть рот, все вздрогнули от неожиданного громкого шума сверху. Звук выстрела, если быть точнее. Все поспешно покинули обеденный стол, и тяжело дышали, когда бежали наверх, откуда раздался громкий звук выстрела. Их сердца бешено колотились, когда они с ужасом смотрели на комнату Пятого. Диего и Лютер заставили остальных встать у них за спинами, чтобы они могли защитить их, если незванному гостю удалось проникнуть в Академию. Диего ухмыльнулся, уже готовый поиметь любого, кто посмеет причинить боль Пятому прямо у них под носом, в их собственном доме. Диего и Лютер переглянулись, Первый кивнул и без особых усилий выломал дверь. Дыхание прервалось, глаза расширились, когда перед ними предстала ужасная картина. Картину, которая их встретила, они никогда не забудут…