Двух дорог пересечение

      Как всякий ребёнок его возраста, Ванечка ещё плохо понимал смысл таких слов, как брак, замужество, венчание в церкви и тому подобное. Единственное, что он уловил из того потока местами робких речей, обрушившихся на него, так это то, что в скором времени «князьна Натаи» будет не просто приезжать к ним иногда в поместье, а поселится в доме. «Она тепель будет игать со мной, целовать и обимать каждый день!» — размышлял про себя ребёнок, которого Акулина принялась укладывать в тёплую и уютную детскую постель, как только Владимир и Натали, поговорив с ним, удалились к Варваре. А что ещё было нужно малышу, как не ласка, внимание и забота женщины, благодаря которой его отец стал чаще улыбаться и реже грустить? Решив для себя, что озвученная новость сулит лишь приятные и радостные моменты в их с любимым батюшкой жизни, малыш беззаботно и сладко уснул.       Варвара, хлопотавшая без устали на кухне, приняла новость столь радостно и взволнованно, что едва не выронила миску с капустой из рук. «Наконец-то! Слава Богу, свершилось!» — восклицала она то и дело. Когда восторги и объятия, подаренные обоим, были позади, Натали, попросив Владимира подождать наверху, задержалась подле Вари.       — Ты вправду нисколько не возражаешь против нашего брака? — спросила Наташа, усаживаясь на лавочку и глядя на Варвару снизу вверх. — Я ведь знаю, как ты любила Анну.       — Ох, Наталья Александровна! Как я могу возражать против вас? Вы так любите нашего маленького мальчика! А ведь если взрослого ещё можно обмануть, провести уловками и коварством, то сердце ребёнка — никогда! Не привяжется дитя столь искренне и беззаветно к плохому человеку. И потом, — Варя, позабыв про кухонные дела, уселась рядом с Натали, — я вижу, Володя любит вас. Уж сколько он настрадался! Какие, в самом деле, у меня могут быть возражения?       Не находя слов признательности, Натали кивнула в ответ.       — Не следует жить прошлым, — Варвара взяла Наташину руку и положила себе на колени. — Как бы ни была тяжела потеря, а надо идти дальше ради тех, кто тебе дорог. Всякого повидала на своём веку, но никогда не пожелала бы Владимиру участи остаться без женского плеча рядом. Уверена, что он, как и я, всегда будет помнить об Анне, но что случилось, того не вернуть. Одному Господу виднее, какие испытания посылать нам. Мы же можем лишь принимать их и молиться о спасении наших душ!       — Спасибо, спасибо тебе большое! — Наташа крепко обняла Варю, как обняла бы горячо любимую родственницу.       — Вы станете хорошей мамой для Ванечки, — всхлипнула Варвара. — А потом и свои детишки у вас с Володей наверняка пойдут. Будут нашему маленькому мальчику братья, сестрички, с которыми и жить веселее, и поиграть всегда с кем найдётся. Этот дом оживёт, наполнится благостным светом! Любо-дорого посмотреть на всё это, коли сама доживу!       — Надеюсь, что так оно и будет, — ответила Натали, утирая собственные глаза, — Дай-то Бог, Варечка, дай Бог! Непременно доживёшь!       В такой радостный день хотелось верить только в хорошее и не вспоминать лишний раз ни о чём плохом.              — Ты готова? — спросил Владимир.       Наташа нашла его в передней, вышагивающим вдоль коридора. Он ждал её, чтобы отправиться к Мишелю с Лизой.       — Готова, — сказала она, подходя к нему.       — Едем?       — А можно предложение? Пройдёмся пешком — здесь недалеко. Впрочем, кому я это говорю? Человеку, исходившему наши края вдоль и поперёк! Ты же лучше меня в сотни раз знаешь округу!       Засмеявшись, она вновь прижалась к нему.       — Почему ты не хочешь ехать в повозке? Я уже приказал закладывать, — удивился Владимир, обнимая её.       — Хочу прогуляться. Я и волнуюсь, и не могу поверить своему счастью. Мне необходимо хоть немного успокоиться перед тем, как мы увидимся с Мишей.       — Неужели боишься, что он вдруг возьмёт и воспротивится нашему браку? С какой стати?       — Нет, он не будет против, — ответила Натали. — Ведь он сам убеждал меня помириться с тобой. Даже хотел ехать лично говорить, когда мы поссорились.       — Тогда идём к ним с Лизой. Пусть будет по-твоему. Чем скорее мы объявим всем о своём решении, тем лучше.       Они пошли широкой дорогой, ведущей напрямик к усадьбе Репниных. Вдоль их пути простирались жёлтые поля с собранным в стога сеном, припасённым для корма домашней скотины, скирдами, лежавшими большими кругами на земле. Под ярким солнышком по-осеннему золотились деревья, стоявшие по краю леса. Послышался колокольный звон: били колокола церкви, расположенной в крестьянской деревушке, принадлежавшей Корфам. Владимир и Наташа шли бодрым шагом, взявшись за руки. Порой они смотрели друг на друга, и, всякий раз встречаясь взглядом, улыбались. Просто, радостно, безмятежно.       — Миша, ты только погляди, кто к нам идёт!       Лиза буквально ворвалась в кабинет мужа и подбежала к окну. Князь встал со своего места. Подойдя к супруге, выражавшей явное нетерпение, Михаил посмотрел на парадный двор. По аллее, ведущей к дверям дома, шли, державшись за руки, сестра с Владимиром.       — Они помирились! Пойдём же скорее их встречать! — восклицала Лиза с восторгом.       Не дав мужу опомниться, она исчезла столь же стремительно. Ему ничего не оставалось, как оставить свои дела и поспешить следом за княгиней. Когда Миша вышел из кабинета, до его ушей долетел радостный голос Лизы, встречавшей пару на лестнице.       — Наташа, Владимир! Как чудесно! Вы к нам пришли с хорошими вестями — ведь я угадала? — выкрикивала Елизавета Петровна, перегнувшись через перила.       Михаил подошёл к супруге и встал рядышком, наблюдая за тем, как сестра ступает следом за лучшим другом, который по-прежнему держал её за руку. Что Владимир, что Натали приближались с улыбками на устах. Завидев брата, Наташа немного смутилась, однако своей руки из ладони Владимира не выпустила.       — Идёмте все в гостиную, — предложила Лиза, как только пара преодолела все ступени и поравнялась с ними. — Там самое удобное место, чтобы поговорить.       Владимир встретился глазами с князем Репниным. Они поняли друг друга без слов. По крайней мере, у Михаила не осталось больше сомнений, что сейчас последует, как только все четверо переступят порог гостиной. Он молча кивнул, пропуская Владимира вперёд вместе с Наташей. Отчего-то князю вдруг стало грустно. Сердце неожиданно кольнуло, словно предчувствуя некую потерю. Но войдя последним в комнату и посмотрев на сияющее лицо сестры, Михаил отогнал от себя внезапную печаль.       — Друзья, мы хотели бы сообщить вам, что сегодня Наталья Александровна ответила согласием на моё предложение выйти за меня замуж, — начал Владимир, переглядываясь с Наташей и легонько сжимая её ладонь.       — Какая прекрасная новость! — объявила Лиза.       — По правилам я должен просить руки у родителей, которые в данный момент находятся в Италии и не могут дать своего благословения, — Владимир снова взглянул на Наташу, смотревшую тем временем на брата. — Поэтому мы подумали, что Миша, на правах старшего брата, мог бы благословить нас. Разумеется, до приезда родителей, согласием которых мы тоже обязательно заручимся.       — Дорогой, ты ведь благословишь их, правда? — кинулась к мужу Лиза.       — Значит, обиды позади? — спросил Репнин, подходя ближе к Наташе и Владимиру и вглядываясь в их лица, выражающие крайнее волнение.       — Да, мы простили друг друга, — ответил Владимир.       — Я спрашиваю потому, что хочу предупредить: у вас у обоих упрямые характеры. Людям подобного склада бывает непросто ужиться под одной крышей. Кому-то из вас двоих придётся уступать, забывая о самолюбии и гордости.       — Миша, мы непременно прислушаемся к твоим советам, но если ты желаешь нам счастья, то не нужно сейчас читать нотации! — вздохнула Натали. Сделав умоляющий взгляд, она добавила: — Лучше благослови нас и от души пожелай долгих лет совместной жизни!       — Мы хорошо подумали, — подал голос Владимир, глядя Михаилу прямо в глаза. — Для меня нет и не будет лучшей женщины во всём белом свете, чем твоя сестра.       — Что ты решишь, дорогой? — произнесла Лизавета Петровна, подходя к мужу и ласково гладя по плечу.       — Как, что решу? Вели принести икону! Разве я могу препятствовать счастью единственной и обожаемой сестры, а также друга, давно сделавшегося мне родным человеком? Да ни в жизнь!       Наташа радостно подпрыгнула и бросилась к князю с объятиями и поцелуями. Лиза, прошмыгнув в коридор, крикнула Дашу и попросила сходить за иконой Божьей Матери, хранившейся в доме с момента свадьбы Елизаветы Петровны и Михаила. Тем временем Натали уступила своё место Владимиру, протянувшему Репнину руку.       — Неужели моя сестра и вправду станет твоей женой? — проговорил Михаил, пожимая протянутую ладонь. — Значит мы с тобой породнимся по-настоящему! И в скором времени мне нужно будет привыкать называть тебя своим зятем!       — С чувствами лучше не тянуть, — ответил Владимир, в то время как Натали в сторонке обнимала Лизу. — Жизнь настолько непредсказуема и хрупка, что лучше научиться ценить каждый день, проведённый рядом с любимой, чем жалеть потом о впустую растраченных мгновениях.       Михаилу абсолютно нечего было возразить на столь точное суждение.

***

      Получив благословение брата, Наташа в тот же вечер села писать письмо родителям. Ей не терпелось сообщить столь радостную новость, как грядущая собственная свадьба. К тому же она, нисколько не сомневавшаяся в том, что матушка и отец поддержат её выбор, как поддерживали всегда, умоляла последних как можно скорее приехать в Петербург. Им с Владимиром хотелось пожениться через месяц-полтора — как только удастся сделать все необходимые приготовления к свадьбе.       На следующий день после помолвки Владимир явился в поместье Репниных сразу по завершению завтрака, и, уединившись с Натали всё в той же гостиной, посадил её на диванчик, а сам, опустившись на колени, преподнёс кольцо — золотое с изумрудом и маленькими бриллиантами вокруг.       — Это кольцо моей матери, — сказал он, надевая Наташе на палец украшение. — Одна из немногих вещей, которая осталась мне на память о ней. Как замечательно, что оно тебе в пору. Я рад, что ты будешь его носить.       — Какое красивое, — откликнулась Натали, рассматривая колечко на безымянном пальце. — Обещаю беречь его!       Она с нежностью посмотрела на Владимира, присевшего рядом на диванчик. Наташа хотела было осмелеть и притянуть его к себе для поцелуя, но заметила, что он неожиданно умолк и потупился, словно хотел сообщить ей что-то ещё, однако колебался, стоит ли об этом заговаривать? Тогда она легонько коснулась его руки и вопросительно заглянула в глаза.       — Когда я делал предложение Анне, то пришлось заказывать кольцо у ювелира, — поведал он. — Это было ей велико, не её размер, а переплавлять кольцо матери мне не хотелось. В общем, для Анны было своё кольцо с сапфиром. Когда я надевал его, оно упало на пол. Мы тогда не придали этому значения. Я не придал. А она сразу испугалась. Считается, это плохая примета. Ударившееся об пол помолвочное кольцо предвещает скорую смерть избранника или избранницы. Ведь так и вышло. Я не уберёг.       — Мы не властны над судьбой или роком — называй, как хочешь. Не вини себя, пожалуйста. Ни в чём.       — Терять любимых невыносимо больно, — Владимир поднял на неё глаза. — Я бы не хотел потерять тебя. Второго такого удара я просто не вынесу.       — Всё будет хорошо. Мы будем счастливы, — твердила ему Натали. — Никто не сможет разрушить нашу жизнь. Никто вовек!       «И первым человеком, которому это надлежит усвоить, станет Александр Николаевич!» — добавила она про себя, обнимая Владимира. Предстояло ещё одно важное объяснение — с государыней, у которой княжна намеревалась просить разрешения отойти от придворной жизни в связи с грядущим замужеством.