Мертвый Принц.

***

      После очередной вести о наступившей тишины со стороны военного царства, никто ничего не слышал о нынешнем короле Ада. Словно его никогда и не было. Напряженная атмосфера нагнетала и в главном зале становилось меньше воздуха, давление словно поглотило стены Рубинного Дворца. Вскоре главные двери со скрипом распахнулись и в них зашла юная девушка с опустившей головой и стеклянными глазами; на ней было одето аметистовое платье с слегка пышной юбкой. Высокий черный хвост и такие же аметистовые очки на глазах. Она прошлась по темному ковру достав письмо.       — Примите наши соболезнования, к сведенью у нас есть ужасная весть. Во время тяжелой войны между Рубиновым Дворцом и Главной Башни, пострадали большинство с вашей стороны… Включая вашего Короля, а также отца Адама. Надеемся, что вы переживете данную трагедию.

P.S С уважением Король Льюис.

      На всех присутствующих накатила волна ужасающего шока. Никто не мог и слова вымолвить. Но чрез минуту собравшись с мыслями первая высказала своё слово мать Эзабелла.       — Я знаю и понимаю какого всем сейчас здесь. Но рано или поздно это должно было настать, и мы ничего не можем с этим поделать. Я как мать последнего наследника трона передаю свою корону Принцу Евгению, а также даю ему слово. — Эзабелла подошла к сыну, сняв с себя Аметистовую корону, тем самым надевая её на верхушку головы. Корона заметно блеснула во тьме притягивая всю демоническую энергию.       — Кхм. Мне очень жаль что всё это произошло именно с нами, но я считаю что необходимо жить как-то дальше не смотря на жестокое время, хотя все мы понимаем в каком мире живём. Это не Рай и не Земля, где войны — особая редкость. Я принимаю Амест*, тем самым входя в зону Королей. — переборов желание покинуть место* Принц высказался, поправив корону он тихо вышел из помещения.

***

На Земле

      Это снова была шумная ночь, родители ругались и кричали, ссорясь из-за меня. Я лишь сидела наверху, в своей комнате тихо плача. Живя в семье, которая причиняет тебе боль, каждый год отдалялась от меня, словно я была чужая. Мне хоть и 16, но я никак не могла позаботиться о себе. Ведь я не знаю что делать в таких случаях, ни друзей, никого у меня не было. Я была всего лишь нежеланным ребенком.       Вскоре за окном начал виднеться силуэт полицейской машины, сирена выла отвлекая меня от мыслей. Я встала, тихонько подойдя к окну. Соседи стояли на улице возмущенно что-то говоря полицейским. Они внимательно слушали записывая всё в блокнот. А затем высокий и, кажется довольно сильный мужчина зашел к нам в дом. Я решила особо не мешать происходящему и не заметно спустилась на лестничную площадку, спрятавшись за угол перил. Менты расспрашивали моих родителей что произошло, почему такой шум и что-то в этом роде. Один из них осматривал нижний этаж, в поисках каких-либо зацепок. Мама заметила моё присутствие и жестом указала идти в комнату. Моё заплаканное и красное от слез лицо исказилось в искусственной улыбке, и я обратно пошагала наверх.       — Да. Ага. Заберите её уже. — говорила женщина с светлыми волосами и карими глазами, ходя по комнате, иногда поглядывая на лестницу своим противным взглядом.       — Конечно, подпишите эти документы и приведите сюда девочку. — спокойно сказал тот высокий мужчина кладя на стол несколько бумаг и ручку. Женщина всё подписала и поднялась за дочерью.       — Эй, ты! Быстро собрала свои вещи и спустилась вниз! Немедленно! — грозно сказала женщина испепеляя взглядом дверь.       Я торопливо оделась в белую футболку и зеленую клетчатую рубашку с капюшоном. Порванные джинсы, серые носки и старые ботинки. Моя сумка оказалась не слишком тяжелой. Почти пуста… Последний раз взглянув на оборванные грязные стены, рванную постель и раскинутые по полу вещи.       — Наверное, в дет доме и то лучше будет. Я ни капли не жалею, что меня заберут из этого адского дома. — сказала я напоследок, спускаясь по деревянной скрипучей лестнице. Полицейские с доброй улыбкой поздоровались со мной и пригласили в белую машину. Сев на сидение, я пристегнулась и мы отправились в дорогу в город.

***

      От лица обоих ГГ: — Теперь моя жизнь станет совсем другой.