Охотники за монстрами

      Прошёл год с того момента, как ОЗМ закрыли свое первое дело. Им отдавали все самые сложные, скандальные и, казалось, неразрешимые дела. И везде они находили доказательства, получали признания, хоть и не всегда законными методами. Особенно в допросах преуспевал секретарь, чьи связи позволяли узнать все, что нужно, а отсутствие принципов позволяло ему без всяких зазрений совести использовать информацию против человека, буквально уничтожая всю его жизнь.       Детектив, чьи методы узнавать информацию буквально поражали, и даже немного пугали. Его связи, в отличие от связей секретаря, были не совсем легальными, приличными, порой весьма неуместными, но весьма продуктивными.       А ещё в допросах очень часто участвовал бывший стажёр, чей образ совершенно не сочетался с ним, когда он был в гневе. Он прекрасно знал как физически надавить на человека, чтобы тот признался в своих содеяниях и сказал всю правду. Бывали, конечно, случаи, когда они брали не тех людей. Однако понимали это они раньше, чем задействовали свои столь неординарные и порой очень жестокие способы.       Что же касается остальных, они были профи в своем деле. Преступление, связанные с военными или с армией как таковой, что довольно часто тоже встречались в их практике, раскрывали с помощью старых связей или знаний Ким Намджуна и Мин Юнги. Также у них была хорошая физическая подготовка, и в случаях, когда нужно было именно вступить в непосредственный боевые действия, они были лучше всех. Даже отличник полицейской службы Чон Чонгук не мог с ними сравниться. У остальных членов команды были предположения, что военная служба этих двух солдат была не совсем тихой и спокойной, как можно было бы предположить. Именно поэтому у них пошло развитие навыков именно в драках и стрельбе. Ведь среди информации, что выяснил Тэхён явно не было каких-то определённых кусочков, всё равно, что недополненная картина в пароле, но там не было явных причин для того, чтобы юноши оказались теперь там, где находились. И никто, кроме этих двоих не мог ответить на вопросы, которые мучали других членов команды, но те явно не торопились с пояснениями.       Что касается погонь и задержаний, в этом преуспел никто иной как гонщик, которому пришлось отказаться от карьеры на самом её пике. На любой, даже самой старой развалившейся машине, он мог разогнаться до небывалых скоростей и догнать абсолютно любого человека, даже если он был на гоночном болиде. Он не проигрывал, и всегда был первым, поэтому никому не удавалось от него уходить.       А самому старшему из команды, бывшему хирургу, доставалась в основном работа в морге. Он занимался вскрытием трупов, узнавал причины смерти, порой работал вместо эксперта, иногда занимался своей бывшей профессией, залечивая раны своих коллег, которые очень часто оказывались в опасности из-за неспокойные работы.       С самого начала все говорили, что проект окажется провальным, ведь привлекать в команду людей, которые нарушали законы, совмещать их вместе, при том, что половина из них никак не связана с полицией или другими вооруженными силами, казалось всем просто сумасшествием.       Большинство из наблюдателей думала, что команда развалится когда кто-нибудь из них попытается покалечить другого. И всё же этого не происходило. По каким-то непонятным причинам даже самые противоположные по характеру люди, такие как Хосок и Юнги, смогли найти общий язык, хоть и не казались особо близкими друзьями. У них не было такой идиллии и дружеских отношений, как в остальных командах. Они не пили вместе, не праздновали свои дни рождения в кругу команды, даже не пытались выяснить о друг друге что-то большее, кроме, естественно, детектива.       Однако, что касается работы, в этом они были сплочены, как один единый механизм. Они словно понимали друг дружку без слов, действовали так слаженно, словно они проработали вместе не одно десятилетие. И конечно же, это вызывало зависть. Поскольку ОЗМ обладали хорошей репутацией, некоторые команды пытались их спровоцировать или подставить. Кто-то сливал информацию об участников эксперимента, кто-то отдавал им дела, в которых, казалось, не найти виновных вообще даже им, пускали разные слухи, сплетни и прочую ложь по отношению к членам группы. Но когда это оказалось правильным вариантом, все смирились и просто признали их как часть полиции как таковой. Через полгода после начала своей работы группа ОЗМ получила новую расшифровку, сначала у одиночных людей, затем у всех полицейских города, а потом все страны.       Охотники на монстров справлялись со всеми делами, но кое с чем они справиться не могли. Как бы они не старались, а стать настоящей командой были не в состоянии. Это они поняли во время одного задержания. Подозреваемый оказался проворным и оказал сопротивление, сильно ранив Мин Юнги в живот. Когда его привезли по привычке к бывшему хирургу, он схватился за голову. — Нужно вызвать скорую, — понял он, лишь бросив взгляд на ранение. — А ты тут на что? — не понимал бывший офицер. — Это морг! Тут нет оборудования, а ему необходима операция. И…и кровь, — продолжал настаивать патологоанатом, хватаясь за телефон и набирая номер экстренной службы.

***

      Оказавшись в больнице бывший солдат ВМФ столкнулся с новой трудностью. Он уже потерял сознание и не мог сказать, какая у него группа крови, а те, кто его привез и не интересовались никогда этим. Спасло раненого лишь то, что командир группы, словно зная все заранее, создал досье на каждого из участников эксперимента, в которое входили стандартные данные: группа крови, хронические заболевания, аллергические реакции, члены семьи, особые приметы. Когда он узнал о случившемся, то тут же примчался. Он выучил все данные своих мальчиков наизусть, чем не мог не удивить их. — Вы же работаете вместе, а таких простых вещей не знаете. А если бы меня не было, что тогда? — отчитывал от своих подчинённых. — Мы просто растерялись, — попытался выкрутиться Чонгук. — Это не растерялись. Вы абсолютно не интересуетесь друг другом. Вы не знаете даже дни рождения друг друга. Вы хоть в курсе, кто из вас старше, а кто младше? — задал вопрос командир, ответа на который так и не последовало. — Мне кажется, что скептики все же были правы. Эксперимент и в самом деле провалился, но не из-за работы, а потому что вам плевать друг на друга. Вы не команда, — сокрушительно заключил офицер и ушёл прочь. — Он прав, — вдруг понял Чонгук. — Мы ведь даже возраст друг друга не знаем. — Ты самый младший среди нас, а Сокджин — старший. Ты родился первого сентября одна тысяча девятьсот девяносто седьмого. Я знаю о вас многое, но с кровью, признаю, лоханулся, — ответил ему Тэхён. Я знаю все… Но почему не догадался узнать группы крови? — сокрушительно вопрашал детектив, опустив глаза. — Ты ведь не мог все знать заранее. Но, раз ты знал, когда наши дни рождения, где подарки? — тут же поменял тему старший из группы. — Я вам выходные выпрашивал. Хотя бы раз спасибо сказали, — недовольно ответил ему младший. — А я то думал, из-за чего начальник нас так легко отпускал. Еще с такой настойчивостью, — заметил Хосок. — И все же, какая группа крови у Юнги? — вдруг спросил он у коллег, вновь пропустив часть всего происходящего мимо ушей. — А ещё я знаю, что у кого объем памяти аквариумной рыбки, — обреченно объявил Тэхён прежде чем пойти в палату к уже прооперированному другу. Остальные посмотрели на растерянного Хосока, хохотнули и пошли к палате, оставляя ничего не понимающего друга одного.       В конечном счете Юнги пришёл в себя. Он был очень удивлён увиденной картине. Его коллеги воспользовались своим положением и связями бывшего хирурга, чтобы остаться в палате всей толпой и теперь все успешно спали кто где. Тэхён уснул в мягком кресле, а Чонгук дрых, сидя у него на коленях. Старший не позволил тому долго сидеть на полу, однако свою респектабельную задницу поднимать не стал. Сокджин растянулся на диване, положив голову на колени Намджуна, чья голова была запрокинута так, что после пробуждения будет сильно болеть, если вообще не перемкнет. Чимин развалился посреди палаты прямо на полу аля-я-звизда, а Хосок спал, сидя на стуле возле кровати больного, положив голову на край кровати. Юнги очень удивился, что тот держит его за руку, словно они очень близки.       Тихо оглядевшись по сторонам, раненный заметил, что он лежит в отдельной палате. Наверняка это Хосок потратился. Он был самым богатым среди них и порой необдуманнно тратил деньги. Посмотрев в окно Юнги удивился. Уже ночь. Ему стало ясно, почему его коллеги уже спят. Немного посмотрев на остальных, Юнги тоже погрузился в сон, чтобы утром узнать удивительные нововведения.