Прежде чем я уйду

       — Вики…       Отдаленные едва различимые звуки, напоминающие одинокий маяк на острове Иль-де-Сен, неторопливо вырисовывают мое имя. Я знаю, что нужно подать какой-то знак, что я тут, все слышу. Мне хочется схватиться за этот маяк, как за спасательный жилет, хочется преодолеть эти опасные воды, что потопили немало кораблей, хочется оказаться в безопасности, но сейчас я не чувствую свое тело, что-то невидимое с силой давит на него, не давая мне ни малейшего шанса. Я пыталась вздохнуть, ведь так хотелось ощутить хотя бы немного жизни, но вместо новой порции свежего воздуха, я получаю горькое послевкусие, спертость и сухость во рту.        — Вики!       Такой знакомый и в то же время такой отдаленный голос. Не могу различить, кому он принадлежит, может мне самой? Не важно. Хочу откликнуться. С немалым усилием преодолеваю дремоту, пытаюсь поднять окаменелые веки, но они не поддаются. Когда кажется, что вот-вот получится,они в ту же секунду начинают тяжелеть с новой силой. Я проделываю эти отчаянные безрезультатные попытки еще несколько раз, пока не чувствую ледяное, едва различимое прикосновение к своей руке. По телу, которое я все еще не в силах контролировать, разлилось умиротворение, стало немного легче. Еще секунду, и я смогу открыть их, я чувствую.        — Ты слышишь?       Слышу. В отчаянной попытки произнести хотя бы звук, издать хотя бы несвязное мычание, словно рвусь наружи из своего тела, я в ярости пытаюсь подвигать пальцем на ноге, кричу что есть силы, но, кажется, меня никто не слышит. Я заперта в собственном теле.        — Необходимо время, — последнее, что я слышу, прежде, чем отключиться.

***

      Я лениво раскинулась на большой кровати, с интересом, хоть и без прежнего удивления, рассматривая пыльные книги из школьной библиотеки, которые я принесла сюда сегодняшним утром. Игнорируя неодобрительные покачивания головой, раскрываю толстую книгу прямо посередине и без малейших промедлений вдыхаю ни с чем несравнимый старинный запах истории. Провожу кончиками пальцев по чернилам, едва касаясь, и представляю, как когда-то, тысячи лет назад, а может и больше, кто-то самостоятельно писал все это. Я всегда любила читать. Даже когда я попала сюда, моя любовь к чтению совсем не приугасла, напротив же, стала гораздо сильнее. Когда кажется, что я уже знаю всю школьную библиотеку наизусть, я приношу эти тяжелые тома в нашу с Мими комнату и просматриваю каждую страничку снова и снова, находя все новые моменты, которые, как мне казалось, я перечитывала уже по пятому кругу. Возвращаюсь в историю создания этого места, узнаю очередные детали. Всегда как будто в первый раз, всегда по-новому просматриваю рукописный текст. Сегодняшний день не стал исключением.        — С каждым разом все хуже и хуже, ты уверена, что не хочешь взять тайм-аут? — Мими встревоженно наблюдала за мной, я чувствовала это затылком, да и голос немного выдавал, — так ведь и до амнезии недалеко.       Вопрос бесповоротно вырывает из крохотного мира, состоящего из меня и истории создания рая, ада и земли. Я с легким недовольством захлопнула книгу и отодвинула от себя. Поджимаю губы, когда понимаю, что почитать мне сегодня не удастся, однако, я успела пройтись по первому тому, а значит, все не так плохо.        — Все в порядке, — сухо киваю я.       Разумеется, это была самая настоящая ложь, в которую Мими вряд ли поверила, ведь это совсем не нормально, когда непризнанная в третий раз падает в обморок, да когда вообще кто бы то ни было падает в обмороки, особенно на небесах! Но эти небесные обмороки были сродни простому заболеванию на земле: ты понимаешь, что испытываешь недомогание, но пока твердо стоишь на своих двух, предпринимать ничего не собираешься. Не самая верная политика, но меня она пока устраивала. Стоило мне вспомнить об обмороках, как ту же секунду в мозг врезаются воспоминания об очередном, который, кстати, и послужил перечитыванию школьных мемуаров. Третий раз пришлось тащить тяжелые тома, но вновь почувствовать древнейший аромат истории просто не оставил мне шансов передумать, поэтому вскоре после того, как я пришла в себя, я уже сидела в комнате под косые взгляды Мими. Я внутренне сжимаюсь в комок от гнетущих ощущений, оставленных впоследствии моей однодневной отключки, но стараюсь не проецировать внутренние эмоции на свое лицо, ведь видеть сочувствие и беспокойство на лице Мими — ужасное чувство. А уж выслушивать ее дружеские советы, которые заключались в походе к школьным врачам — еще хуже.       В этот раз все было гораздо «эффектнее», к сожалению, в самом плохом смысле этого слова. Вновь неожиданно обрушившийся обморок, словно горная лавина, и правда порядком вымотал меня, мои нервы и нервы моих друзей, точнее, нервы Мими, ведь кроме нее я практически ни с кем не общаюсь... что в приницпе не особо расстраивало меня.       Так вот, вернемся к злополучным обморокам, которые, к слову, начали преследовать меня с того дня, как я попала в небесную школу. Их было относительно не много, всего три, но и я здесь относительно не долго нахожусь, поэтому вероятность их увеличения вполне высока. После каждого такого раза я забывала какие-то моменты из своей небесной жизни. В самый первый, например, я не смогла вспомнить Мими, школу, и даже который сейчас год, хоть время здесь и эфемерно. Может, это и правда начальная стадия какой-нибудь формы амнезии?        — Как скажешь, — подруга подняла руки в знак капитуляции.       Я ухмыльнулась, сказав взглядом: «о чем я и говорю» и поднялась с кровати. Незаметно от глаз Мими я глубоко выдохнула и сто раз поблагодарила Шепфа за то, что не пришлось убеждать ее в своем отличном самочувствии. Перед важным событием лучше не думать о плохом и не копаться в воспоминаниях.        — Лучше скажи, — я почти вприпрыжку подбежала к двум плечикам, на которых висели роскошные платья, — которое лучше?        — Они же почти идентичны.        — Почти! — подчеркнула я, рассматривая каждое из них более детально.       Я не любила подолгу выбирать платье на очередное школьное событие, но сегодняшнее даже для меня имело колоссальное значение, поэтому мне хотелось выглядеть безупречно, а дьяволица с изысканным вкусом под боком — приятный бонус.        — Левое, — Мими окинула его сосредоточенным взглядом, — да, точно левое.        — В тебе говорит демон, — заметила я, подчеркнув глубокий разрез левого платья, — а я прошу совет подруги.       Мими, прежде сидящая на своей кровати, стремительно спрыгнула с нее и тут же очутилась подле меня. Она смерила выбранное платье строгим взглядом, как будто была самым влиятельным стилистом мира, а потом резко выдернула его из моих рук и поднесла к себе, любуясь на свое отражение в зеркале под мой непонимающий взгляд. Покрутилась вокруг своей оси два раза, а затем заговорила:        — Нет, — она улыбнулась, запрокинув подбородок, — во мне говорит наличие вкуса, Вики.       Пожалуй, она права, во всяком случае, спорить я точно не собиралась. Я потерла виски, стараясь унять пульсирующую боль в голове, которая являлась побочным эффектом обморока, а потом безразлично кинула платье на кровать, и с измученным видом повалилась рядом с ним.        — Надо же, — буркнула я, — я вроде бы выбрала сторону, но не могу определиться с каким-то платьем.        — С чего ты взяла, что все будет так, как хочешь ты, — Мими тоже отложила платье и плюхнулась рядом со мной, — а вдруг судьба сыграет с тобой злую шутку?        — Судьба? — я спародировала голос подруги, усмехнувшись ее абсурдным словам.        — Судьба, — она слегка толкнула меня, от чего я, качнувшись, упала на бок, заливаясь смехом, — Шепфа, да кто угодно!        — Ну да, — я поднялась, все еще продолжая смеяться.        — Вики..        Она взяла меня за плечи и сосредоточенно посмотрела в глаза, нахмурив черные брови и поджав губы в сочувственной улыбке. Значит собирается читать нотации.        — Ну что?        — Я просто переживаю за тебя.        — Все нормально, я готова к любому исходу событий, — спокойно отвечаю я.        — Даже если... — подруга помедлила, прежде, чем продолжать. Я догадываюсь, что она собирается сказать, потому что Мими начинала этот разговор по меньшей мере раз пять, и каждый раз я прерывала ее и меняла тему.        — Даже если что? — все же спрашиваю я.        — Даже если тебе придется оставить его?       Я вздрогнула, как если бы дотронулась до оголенных проводов под напряжением, даже прежде, чем поняла, о ком она говорит. В голове промелькнули белые крылья за моей спиной; полные восхищения и удовлетворения глаза Мисселины; Энди, который наверное скромно бы улыбнулся, похлопав меня по плечу; и Дино, который захотел бы рассказать мне все, что узнал об ангелах за свою долгую жизнь. А еще я представила демона, о котором более нельзя было бы думать. Я замешкалась, позволяя шестеренкам в голове хорошенько все обдумать, убедиться в своих словах, а потом еще раз подумать. С нескрываемой тяжестью глотаю комок в горле, но спустя пару секунду, отгоняя возможное будущее, натягиваю ту же свойственную мне улыбку, скрывающую за собой любое проявление эмоций. Этому я научилась у профессионала.        — Он бы поступил так же, будь на моем месте, — а затем пауза, за время которой я успела осмыслить суть собственных слов, — любой бы поступил так же.        — Ладно, будем считать, что я купилась, — она осуждающе покачала головой, — но что насчет меня? Совсем не будешь скучать?        — Мими, ты так говоришь, как будто я возвращаюсь на землю! Я всего лишь приму сторону.        — Да, и если ты станешь ангелом, то..        — Мимиии, — я бессильно протянула имя девушки, — ну даже если и так, что с того?        — Ну, помимо твоего Люц.. — она осеклась на полуслове, резко посмотрев на меня, я же сделала то же самое и встретилась с виноватой улыбкой, обладательница которой мотнула головой и поспешила продолжить, — помимо всего прочего, у нас будут разные занятия, разные взгляды, разные друзья и... — она грустно улыбнулась, махнула рукой и перестала говорить.        — Ты останешься моей самой близкой подругой, белые крылья тому не помеха, — я обняла девушка и ободряюще похлопала ее по спине.       Я знаю, что мои слова — чистейшая правда. Да даже если бы я стала серафимом, все равно никуда бы не делась от своей длинноногой подруги, к слову, единственной, что добавляет сказанным мною словам в разы больше убедительности. Просидев в теплых объятиях около минуты, демонесса, глубоко вздохнув, кивнула на понравившееся платье и вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.       Я тут же поднялась следом и аккуратно взяла приятную на ощупь ткань, стараясь не помять его. Платье и правда было очаровательным, Мими была права, впрочем, как и всегда. Его тонкие бретели, пастельный тон, отделка кружевом и, конечно же, глубокий вырез на спине, доходящий почти до самых ягодиц, делали его таким, каким я и хотела видеть платье на сегодняшней церемонии — безупречным. Сегодняшний день идеально располагал для ношения такой одежды. Я сняла свободную толстовку и спортивные штаны, оставшись только в кружевных трусиках и залезла в холодную ткань платья, которая приятно окутала тело и подчеркнула выступающие формы. Я прошлась ладонями вдоль талии, еще раз подчеркнув его приятный материал и подошла к своему отражению. Немного помедлив, я с опаской дотрагиваюсь ледяной рукой до оголенной шеи, пощекотав ее кончиками пальцев, от чего кожа с головы до ног моментально покрылась мурашками, заставив меня поежиться. Я медленно запрокинула голову назад и прикрыла глаза.        — Закрой глаза, непризнанная.       — Не называй меня так, — шепчу я.       — Но ты ведь непризнанная, непризнанная.       И ведь не поспоришь. Я послушно выполнила требование демона, задышав тяжелее. Он мягко взял меня за плечи и быстро развернул, прижав грудью к холодной каменной стене. На мгновение я задумалась. Хотела было вырваться, объяснив это тем, что нас могут увидеть, но когда Люцифер прижался ко мне всем телом, а его обжигающее дыхание погрело шею, я задумалась совсем о другом. Как сделать так, чтобы этот момент длился вечность?       — Что ты делаешь? — простонала я, перемешивая дикое желание внизу живота с опаской быть застуканными, словно мы преступники, творящие беззаконие. Впрочем, схожесть имела место быть.       Мужчина, водящий кончиком носа по моей шеи, одновременно сжигая кожу на теле до тла, кажется мне таким чужим и таким близким одновременно. Нас ничего не связывает, однако, я позволяю подобному происходить, просто потому, что не в силах отказаться от этого искушения, хотя отлично понимаю, что это абсолютно неправильно.       — Показываю, чего ты можешь лишиться.       Быстрые поцелуи оставили мокрую полосу от мочки уха до плеча. Я сдавленно застонала, услышав удовлетворенный смешок демона.       — Думаешь, я не проживу без те...? — я хотела усмехнуться, но демон без промедления прервал мои попытки, сжав мою шею. Несильно. Мне понравилось. С каждой секундной ответ на собственный вопрос улетучивался сам собой.       Мне сразу же захотелось большего. Я поддалась новым ощущениям, которые раньше не испытывала, или они были настолько ничтожны, что не задерживались в моей памяти. Только он может заставить меня ощущать подобное.       Я повернулась к мужчине, обхватив ладонями его голову, желая поскорее прильнуть к манящим губам, но демон засмеялся, убирая мои руки.       — Что ты... в чем дело?— я недовольно скрестила руки на груди.       — Не торопись, непризнанная, — он нежно, почти не касаясь, провел ладонью по моей щеке, задумчиво смотря мне в глаза.       — Это ты мне говоришь, я не ослышалась!?       — Когда примешь сторону, тогда и поговорим.       Демон аккуратно поцеловал меня в уголок губ, рассмеявшись, когда я рассерженно отпрянула от него, и быстро ушел, оставив меня в полном разочаровании наедине со своими мыслями.       Открыв глаза, я заметила легкий румянец на щеках, и тут же отшатнулась от своего отражения, а низ живота отозвался приятным теплом. Что же я делаю. Мне следовало бы это забыть, особенно учитывая нынешние обстоятельства, но я просто не в силах. Я забывала школу, свой возраст, пугалась собственного отражения в зеркале, но моменты, связанные с ним, выкинуть из головы не получается. Может, недостаточно простого желания?       Я замотала головой, прогоняя всякие мысли о демоне.       «У тебя просто давно не было нормального парня» — подытожила я, стараясь поверить в собственные слова, которые, между прочим, были абсолютной правдой.       Я смутно, но все же помню одного русого паренька с кудряшками по имени Эндрю, а если еще сильнее поднапрячь мозг, начинаю вспоминать наши земные отношения, которые теперь не имели никакого смысла, поэтому я не нагружала мысли ненужными воспоминаниями. Но он и был тем нормальным парнем, говоря о котором можно сказать: «поздравляю, ты в здоровых отношениях», но теперь это едва заботило мою голову.       Я ювелирно заколола волосы в аккуратный низкий пучок, добавила совсем немного макияжа на лицо и была готова выходить.       Сегодня. Именно сегодня самый важный день в моей бессмертной жизни, по крайней мере, если верить словам Мими. Я должна стать на одну из сторон. Конечно, одно мое желание не сделает из меня ангела или демона, за этим стоит какая-то особенная процедура, о которой я слышала совсем немного. Говорят, что за тебя все давно предрешено. Оставалось только пройти эту церемонию, для подготовки которой потрачено немало сил и времени, опять же, если верить рассказам Мими, и вот ты уже добросовестный ангел, ну или же страстный демон, одно из двух. Сама я в этом ничего не понимаю до сих пор.       — Сколько пафоса, — Энди, поджидавший меня возле массивных белых дверей, ведущих в главный школьный зал, угрюмо нахмурился, рассматривая наряды непризнанных.       — Не у всех такое мнение об этом событии, как у тебя, — едко подметила я, попутно поглядывая на его одежду. Подумать только, он даже сегодня во всем сером.       — Нам нужно заниматься делами, а не этим позерством.       Я предпочла молча закатить глаза, ведь если начать с ним спорить, он не заткнется, пока я не признаю его правым, а делать этого мне совсем не хотелось, хотя мое мнение насчет сегодняшнего дня не особо отличалось от мнения Энди. Разумеется, я не считала это позерством или пафосом, но делать такое огромное событие из простого обращения в ангела или демона тоже было неуместно, однако, я даже и не думала жаловаться.       Разглядывая декорации коридора, я случайно встретилась взглядами с Мими. Девушка стояла в компании демонов. Она приветливо улыбнулась и изобразила странные движения бровями, кивнув на Энди, от чего ко мне незаметно подкрался рвотный рефлекс. Я сдержала смешок и сразу же отвела взгляд.       — Я рад, что вы все здесь, — Кроули неожиданно вышел к нам, гордо осматривая учеников, — сейчас вы зайдете за эти белые двери, будучи простыми непризнанными, но выйдете оттуда уже другими.       Я перевела заинтересованный взгляд на Энди. Интересно, что творится у него в душе? После его появления в школе я не особо интересовалась его будущим обращением, мне было откровенно пофиг, в кого он там обратится, но перед самой церемонией что-то во мне заставило поинтересоваться.       — Энди, — прошептала я.       — Что?       Он с воодушевлением слушал речь Кроули, сжимая челюсть. Ответил, даже не повернувшись ко мне. Я проглотила неуважение, кротко поджав губы.       — Кем ты хочешь стать?       — Это не нам решать, — он продолжал смотреть на Кроули, будучи не слишком заинтересованным в разговоре со мной.       — И все же?       — Это сложный вопрос, Вики, — он наконец отвлекся и пожал плечами,— у медали две стороны, иногда кажется, что проще оставаться непризнанным, быть посередине.       Я удивленно вскинула брови, не ожидая от Энди, паренька, готового выполнить любой приказ, подлизаться к кому угодно, таких мыслей. А потом удовлетворенно кивнула, потому что разделяла его мнение на этот счет.       Двери неожиданно открылись, пропуская всех учеников внутрь. Ангелы, демоны и непризнанные неспеша проходили в зал, занимая свои места.       Посередине, в центре зала, во главе большого стола сидел незнакомый мужчина в роскошных одеяниях. Да уж, выглядит действительно чересчур.       Когда я заняла свое место рядом с непризнанными, я неосознанно повернулась в сторону демонов, выискивая взглядом Люцифера. Это происходит на автомате, я даже не успеваю подумать, как моя голова уже крутится на все 360 градусов в поисках той самой персоны. Хотя глупо полагать, что он придет на такое мероприятие. Наверняка за свою бессмертную жизнь он увидел немало подобных церемоний, и эта для него не была особенной.       — Готова? — прошептал Энди, выдернув меня из мыслей.       — Да, — твердо ответила я.       Я немного соврала. Ну как можно быть готовой к превращению в ангела или демона? Это же полное безумие. Я до сих пор не до конца осознаю все происходящее, как будто я во сне, как будто я сейчас проснусь и все происходящее покажется мне необычным сном, о котором я позже буду рассказывать всем своим друзьям, а они с интересом слушать.       Оторвавшись от мыслей, я заметила движущуюся серую фигуру впереди меня. Один из непризнанных встал и направился прямо в центр зала.       — Что он делает? — прошептала я.       Энди нахмурил брови.       — Где ты была, когда нам рассказывали о ритуале?       Я поджала губы, вспомнив, что в этот момент я наверняка была в отключке после третьего обморока, который обрушился так резко и испортил все планы.       — Сейчас каждый непризнанный, — Энди окинул быстрым взглядом наш ряд, —подойдет вон к тому мужчине, — он мягко указал вперед, — он и определит нашу принадлежность.       — Что, вот так просто?       — Просто? — усмехнулся Энди.       — Ну да, почему он будет определять это? — я недовольно вскинула брови.       — Это советник Цитадели, Вики, он залезет к тебе в голову, поможет твоей душе определиться.       Как мне не нравится, когда Энди умничает. Это его язвительное «Вики» и самодовольное лицо выводит из себя. Еще больше мне не нравилось, что я пропустила все детали сегодняшней церемонии из-за двухдневной отключки и теперь приходится выслушивать Энди, который как обычно строит из себя самого умного.       На деле же я молча кивнула, пытаясь осмыслить сказанные им слова. Мысль, что кто-то будет залезать ко мне в голову, не слишком радовала меня, но у меня не было выбора, наверное, все непризнанные через это проходят. Я вздрогнула, когда Энди встал с места и направился в центр. Значит, я следующая.       Парень без тени страха подошел к советнику, встал спиной и прикрыл глаза. Советник положил два пальца на его виски, так же закрыл глаза и что-то зашептал. Глаза Энди, хоть и были прикрыты, метались из стороны в сторону, я видела это даже отсюда. Спустя секунду я встрепенулась, увидев белые крылья, которые так резко изменили цвет и форму.       Ангел, конечно же.       Энди, улыбнувшись, посмотрел влево от себя, где увидел ангелов, принимающих новообращенных.       «Твоя очередь» — мысленно сказала я, глубоко вздохнув.       Я встала и проделала тот же путь, что и Энди пару минутами ранее. Я хотела идти уверенно, не обращая внимания на дрожь в коленях, что сопровождала меня, но я не могла контролировать реакцию своего тела на страх. Поэтому я шла медленно, неуверенно, боясь итога, пока не заглянула в стеклянные глаза советника Цитадели, в которых не было ни намека на дружелюбие. Я, собравшись с духом, повернулась к нему спиной и тоже прикрыла глаза, почувствовав обжигающе ледяное прикосновение к вискам, от чего снова вздрогнула.       В следующее мгновение я провалилась во что-то невесомое, вязкое, темное и чертовски пугающее. Стало трудно дышать. Воздуха здесь почти не было, едва хватало, чтобы не задохнуться. Я ловила его маленькими порциями, стараясь не паниковать. Мои мысли и картинки с воспоминаниями проносились вокруг меня, голоса нашептывали что-то со всех сторон. Это состояние приводило в бешенство, вызывало тревогу, я теряла контроль над собственными мыслями, поэтому старалась не думать ни о чем, поддавшись новому ощущению. Я бы наверняка завопила на весь зал, если бы не четкое осознание, что это нормально, что все через это проходят. Но это место не отпускало меня. Я судорожно озиралась по сторонам, следя за собственными воспоминаниями, половину из которых абсолютно не помнила. В следующую секунду я почувствовала, как меня обдало ледяным потоком воздуха. Я глубоко, что есть силы, вздохнула и резко распахнула глаза.       Передо мной три разделения, три абсолютно разные принадлежности. Я наблюдала за их лицами. Непризнанные, что находились посередине, почти не обратили на меня внимания. Переведя взгляд вправо, я увидела демонов, с которыми в последнее время проводила много времени. Выискала глазами лицо Мими, она настороженно наблюдала за моими крыльями. Так, значит, все-таки ангел? Я обвожу взглядом всех без разбору, но в глазах каждого читается неприязнь, непонимание, удивление.       «Что-то не так»       Я выискиваю свой спасательный жилет, но среди демонов его нет. Я обессиленно опустила голову, немного повернулась назад и столкнулась с серыми крыльями. Такие же тусклые, мрачные и ничем непримечательные крылья, как и раньше. Я аккуратно притронулась к перьям. Как такое вообще возможно...       — Ступай, — советник Цитадели, кашлянув, мягко подтолкнул меня.       Я выпрямилась и шагнула прямо, к своей стороне.       Неуверенно прижавшись к стене, я уловила толчок, будто бы снова дотронулась до того оголенного провода. Я то и дело бросала короткие взгляды на демонов и ангелов в надежде услышать вразумительный ответ, объяснения, поддержку, что угодно, но вместо этого слышала ликования сторон. Новообращенные радовались, когда принимали сторону, обнимались, поздравляли друг друга, а я стояла одна, отчужденная от этого мира, как будто бы меня лишили самого главного преимущества, как будто забрали самое родное, что у меня есть, мне было отнюдь не весело, скорее мерзко, страшно, гнетущий неприятный осадок не покидал меня. Голова тут же налилась свинцом, перед глазами появились мушки, а шум в голове не затихал. Захотелось убежать как можно скорее.       Я с трудом подняла потяжелевшую голову и посмотрела на белые двери. И снова толчок, и снова этот электрический заряд. Я столкнулась с парой красных глаз.       Люцифер горделиво стоял неподалеку, демонстрировав свой идеальный внешний вид. И несмотря на белый шум перед глазами, который, к слову, медленно отступал, я смогла в полной мере оценить его безукоризненный вид. Его безупречно выглаженная черная рубашка, которая идеально сидела на этом прекрасном, лишенном изъянов, теле, хорошо сочеталась с такими же черными брюками и уложенными черными волосами. А его глаза удивительным образом сочетались с величественными багряными крыльями. Демон был идеален во всем. Облокотившись о дверной проем и засунув руки в карманы брюк, он пристально, но без особой увлеченности, разглядывал меня, почти не моргая. Лицо его не выражало ничего особенно нового, чего бы я не видела раньше, но вот глаза...       Говорят, глаза не врут. Я вижу, как он пытается показаться безразличным к происходящему, но как бы он не старался скрыть свои эмоции, нацепив самовлюбленную маску, я чувствую неладное в его суровом взгляде, ну или просто хочу верить, что ему есть какое-то дело до происходящего.       Я неспеша подхожу ближе, блуждая обеспокоенным взглядом по демону.       — Ты пришел, — с трудом прошептала я, находясь на достаточно близком расстоянии.       — Как же я мог пропустить?       Я молча уставилась на него, пока мужчина не кивнул на дверь. Мы вышли в безжизненный, украшенный всевозможными декорациями, коридор, и остановились возле окна, за которым садились последние лучики закатного солнца. Я была рада покинуть этот праздник, к которому теперь по всей видимости не имела никакого отношения.       Люцифер остановился, будучи повернутым спиной ко мне. Помолчал некоторое время, а затем в своем привычном нахальном тоне произнес:       — Признаю, такого я не ожидал.       Внутри что-то камнем рухнуло вниз к самым пяткам. И это все, что он хочет сказать? Я сжимаю челюсть, не без труда натягиваю свою привычную улыбку.       — И что теперь будет? — я сказала это тихо, беспомощно, как будто бы обращалась к самой себе.       Мужчина повернулся и вскинул брови.       — Ну, небытие, долгие разборки, исключение...       — Люцифер, — я перебила его, замотав головой, — что произошло?       Он замолчал на пару секунд, прожигая меня своим безразличным взглядом, который ранил меня сильнее всего, но я послушно ждала, стараясь отвечать ему тем же взглядом.       — Ты хочешь обсудить это со мной? — вдруг выпалил он, нагло вздернув подбородок.       — Я думала, мы...       — Да ладно тебе, Уокер, — он улыбнулся краешком губ, словно насмехаясь надо мной, — да, было весело, но возиться с тобой я не обещал.       — Хорошо, — прошептала я, — то есть, я поняла, ладно.       Я неспеша отступала от демона, намеренно так медленно, в надежде, что он скажет что-нибудь еще, но он необратимо молчал. Демон не стал останавливать меня, просить вернуться, просить поговорить, он просто отпустил. Я медленно плелась по коридору, не зацикливая внимание ни на чем, лишь слушая стук собственного сердца, которое теперь выполняло роль тяжелого груза.       Это какая-то больная привязанность, потому что я понимала, что даже если я убегу на край света, отгорожусь ото всех, закроюсь в себе, сосредоточусь на других вещах, я все равно буду думать о нем. Он проник в каждую частичку моей души, и отказаться от него у меня не хватит сил.