Нетленная любовь

      Близится рождество. В поместье Олетус это был очень ожидаемый праздник. В создании праздничной атмосферы участвовали как выжившие, так и охотники. Каждый был рад возможности провести тёплый рождественский вечер в компании дорогих друзей, а после обменяться подарками.       Закончив с раскрашиванием окон, Эдгар взял перерыв и решил поиграть с Галатеей в шахматы. Скульптор была рада каждой возможности сыграть со своим лучшим другом. Валден, в отличие от других жителей особняка, выдерживал партии почти до самого конца и порой даже обыгрывал девушку. Расставив шахматы, охотница сделала первый ход. Эдгар был явно озадачен чем-то и порой совершал глупые ходы, даже не замечая этого. Когда художник в очередной раз сделал ход пешкой прямо под слона, хотя мог убить офицера скульптора, девушка недовольно посмотрела на него и стукнула по игральной доске. Валден отвлёкся от мыслей и вопросительно на неё посмотрел.       — Что-то не так? Скульптор скрестила руки на груди и посмотрела на игральную доску.       — Ты сегодня какой-то не такой. Обычно за каждую фигуру борешься, а сегодня уже второй раз в лёгкую отдаёшься.       — Неужели?       Юноша посмотрел на доску. Охотница была права — даже сейчас несколько её фигур стояли под ударом, а Эдгар всё равно тянул руку к несвязанной с этими позициями пешке.       — Ох, и правда. Прости, Галатея. Я сегодня немного не в себе. Просто…       Осмотрев помещение, художник тяжело вздохнул.       — Я не знаю, что подарить Луке на рождество. Праздник очень скоро, а у меня ни одной хорошей идеи.       — Подари ему один из портретов, которые ты рисовал. Я думаю, ему понравится.       Скульптор довольно улыбнулась своей идее, а Эдгар недовольно поджал губы и помотал головой.       — Нет, не пойдёт. Портрет — слишком предсказуемый и примитивный подарок. Всем своим близким друзьям я уже подготовил подарки, не связанные с рисованием. Луке уж тем более я не буду дарить картину. Нужно что-то более практичное и полезное.       — Может тогда напрямую спросишь, что он хочет?       — Тем более нет. Это слишком просто. Я хочу, чтобы Лука даже не догадывался о сути подарка. Это должно быть для него неожиданностью.       — Может, подаришь ему какие-то запчасти или провода? Это точно будет полезно для него.       — И где мне их взять? Да и мне кажется, что для подарка это не очень подходит. Лука и так слишком увлечён механизмами. Будет не очень здорово, если его и во время праздника потянет на опыты со своим изобретением.       Скульптор задумчиво поджала губы и покрутила в руках фигурку ферзя.       — Тогда почему бы тебе не проследить за Лукой? Наверняка во время разговоров или каких-то повседневных действий ты поймёшь, что ему нужно.       От услышанного Эдгар оживился и с лёгкой улыбкой посмотрел на девушку.       — А это очень даже хорошая идея.        Настенные часы пробили час дня. Встав с дивана, Эдгар помог собрать подруге шахматы в коробку.       — Мне пора на матч. Спасибо, что выслушала и помогла. Увидимся позже.       Он отдал девушке игру, взял мольберт с кисточкой и пошёл на игровое поле. Галатея чуть улыбнулась и помахала другу вслед.       — Не за что.

***

      Оказавшись на снежной карте, Эдгар сразу пошёл искать своих союзников. Услышав знакомый треск электричества неподалёку, художник пошёл к звуку. У машинки, которую недавно объединили с той, что была дальше, стоял Лука и занимался своим привычным делом. Юноша повернулся к пришедшему товарищу и чуть улыбнулся.       — Здравствуй, Эдгар. Рад тебя видеть! Давно мы не были в одной команде. Я уже успел соскучиться по твоей компании. Пока всё продвигается довольно спокойно. Ты со мной останешься или пойдёшь дальше?       — Здравствуй, Лука. Пока охотник никого не нашёл, я могу тебе немного помочь с расшифровкой печатной машинки.       Юношу смутили слова Луки о том, что он скучал, но парень решил не отвечать на эту реплику взаимностью. Он встал сбоку от машинки и начал крутить детали, чтобы помочь другу.       — У нас с тобой в последнее время очень разнится расписание матчей. Но, возможно, в скором времени мы вновь будем сотрудничать… Как вообще игры продвигаются?       Бальза отстранился от машинки и поправил свой ошейник, стараясь расположить его так, чтобы предмет касался тех мест на шее, где больше бинтов.       — Зимой выиграть довольно тяжело. Я часто оступаюсь или скольжу во время бега. Хотя и охотникам не проще. У Берка вообще иногда ворота замерзают и он не может их использовать половину матча. Угх, сегодня, пожалуй, самый холодный день. Вообще, не очень люблю зиму. Она слишком холодная и безжизненная для меня. Весна мне больше по душе. Всё снова расцветает, снег тает. Красота.       Не успев даже коснуться машинки, изобретатель недовольно шикнул и с небольшим раздражением снова поправил цепь. Поняв, что оковы на шее Луки сильно остыли и начали обжигать кожу изобретателя даже через бинты, Эдгар снял свою красную накидку и, подойдя к парню, накинул её на его плечи, заправив под ошейник так, чтобы железо не касалось кожи. Лука потянулся к шее, чтобы снять накидку парня, но художник перехватил его руки.       — Не снимай. Тебе нужнее.       — Но тогда есть вероятность, что ты застудишь шею. Я не хочу, чтобы ты заболел.       Эдгар недовольно фыркнул, гордо задрав голову.       — Я закалённый, так что не замёрзну. Вместо того, чтобы забивать голову мелочами, лучше активнее заводи машинки. Я уже слышу неподалёку грохот гроба Эзопа. Кажется, его нашли.       Лука расправил накидку у шеи, глубоко выдохнув.       — Хорошо. Спасибо большое, Эдгар.       Бальза подошёл к машинке и продолжил декодировать. Эдгар, увидев неподалёку подбитого товарища, перепрыгнул через окно и побежал ему на помощь. Он был воодушевлён больше прежнего, так как наконец придумал, что подарить Луке. Шарф. Я подарю ему шарф.

***

      Завершив несколько игр, Эдгар решил воплотить свою задумку. Он взял у Виолетты несколько мотков пряжи и спицы и, придя в комнату, принялся наматывать нити на предмет для вязания и пытаться сделать из этого шарф.       Прошло уже десять минут. Эдгар никуда не продвинулся. Спицы застряли в копне размотанных ниток, а Валден нервно пытался распутать возникшие узелки. Стук в дверь отвлёк юношу от нервирующего занятия. Разрешив непрошеному гостю войти, Эдгар увидел Виктора и Вика. Почтальон что-то написал в блокноте и протянул написанное художнику. «Добрый вечер, Эдгар! Простите за вторжение. Я хотел попросить Вас кое о чём. Можете дать нам с Виком немного голубой и белой краски, пожалуйста? Мы бы хотели украсить полы в нашей комнате светло-голубыми отпечатками лапок.»       — Здравствуй, Виктор. Да, конечно. Погоди немного.       Потерев переносицу, парень прошёл к столу с красками, начав искать нужные. Виктор, увидев на кровати растрёпанные нити, спокойно сел и начал их распутывать. Эдгар нашёл краски и, подойдя к товарищу, отдал их. Нить уже была в более порядочном виде. Виктор успел извлечь из мотка одну спицу.       — Вот краски. А? Ты за такое короткое время успел распутать довольно много. Как ты это сделал?       Виктор взял краски и пожал плечами. Открыв новую страницу в блокноте, он написал очередное сообщение.       «Спасибо за краски. Как я смог распутать нитки? Ну… У меня просто есть опыт в этом. Я как-то раз пробовал вязать Вику свитер. А Вы что вяжете? Может, я могу чем-то помочь?»       Эдгар сел рядом с Гранцем и стал наматывать клубок.       — Я пытался связать шарф, но у меня ничего не вышло. Нитки вечно расходятся в разные стороны и соскакивают со спиц.       «В таком случае… Давайте я научу Вас вязать? На самом деле это не трудно. Главное — понять принцип.»       Окончательно размотав пучину несчастных ниток и высвободив вторую спицу, Виктор добродушно улыбнулся, глянув на художника. Валден неловко потёр затылок, отведя взгляд в сторону.       — Помощь мне действительно не помешала бы. Я буду очень рад, если ты уделишь мне немного времени и объяснишь, как вообще обращаться с нитками…       Виктор взял блокнот и начал расписывать шаги вязания, попутно показывая, как это всё выглядит на практике. Когда Эдгар понял, как нужно действовать и когда научился самостоятельно провязывать петли, Гранц вместе с Виком и полученными красками ушли в свою комнату.

***

      Наконец настал самый важный день этой зимы — рождество. Проснувшись рано утром, Эдгар привёл себя в порядок. Он долго готовил подарки для друзей и, хоть он этого не показывал, очень ждал их мнения насчёт подаренного. Юноша решил оставить самого важного для него человека напоследок. Отдав подарки Галатее, Виктору и ещё нескольким товарищам, парень, сделав глубокий вдох, направился к комнате изобретателя. К его удивлению, Бальза уже сам стоял около комнаты Эдгара. Спрятав одной рукой подарок за спину, парень окликнул друга.       — Лука? Ты вовремя. Я как раз тебя искал. Долго ждёшь?       Услышав голос художника за спиной, парень вздрогнул и обернулся, спрятав за спину то, что держал двумя руками.       — О, доброе утро, Эдгар! Да нет, недолго. Я только пришёл. Даже постучаться не успел.       Валден подошёл к Бальзе и, открыв дверь, пропустил того в свою комнату. Руки художника подёргивались, а в горле стоял ком. А что если Луке не понравится его подарок?       Закрыв дверь, Эдгар осмотрел парня. Было видно, что изобретатель тоже немного волнуется. Собравшись с мыслями, Лука сделал глубокий вдох.       — В общем… Я пришёл поздравить тебя с рождеством. Я не очень хорош в речах, но я хочу, чтобы ты знал — ты один из немногих людей в этом особняке, кому я могу спокойно доверить свою жизнь и ради кого я готов побежать под любое оружие. Я впервые пробовал делать нечто подобное. Это совсем не мой профиль, но я надеюсь, что тебе понравится. С рождеством, Эдгар.       Изобретатель со смущённой улыбкой протянул другу увесистую чёрную коробочку. Юноша принял подарок, но открывать его не спешил.       — Спасибо, Лука. На самом деле, я искал тебя по тому же поводу. Это тебе.       Он отдал Бальзе шарф, упакованный в красочную бумагу. Аккуратно приняв подарок, Лука осмотрел упаковку.       — К сожалению, я ничем не могу тебе помочь с оковами на шее, но, надеюсь, мой подарок хоть немного поможет тебе пережить холодные зимы в особняке.       Осмотрев упаковку, юноши открыли свои подарки. В подаренной Лукой коробочке лежали перламутровые краски пяти цветов. Художник был впечатлён. Он никогда прежде не видел блестящие краски. Юноша даже представить не мог, как Лука умудрился их самостоятельно сделать. Подняв глаза на друга, Эдгар не мог нормально выразить свои мысли.       — Лука, ты просто… Это… это восхитительно. Спасибо тебе большое. Я в восторге.       Открыв свой подарок, Бальза удивился не меньше друга. Он развернул шарф и осмотрел его со всех сторон. Материал на ощупь был очень приятный. Примерив подарок, Лука счастливо улыбнулся.       — Это ты восхитителен, Эдгар. Ты сам вязал? У меня просто нет слов. Такой тёплый и удобный… Теперь мне действительно будет легче во время матчей. Я буду больше стараться, чтобы охотники его не повредили. Спасибо огромное! И я рад, что краски пришлись тебе по душе.       — Да, я сам его вязал. И я тоже очень счастлив, что тебе понравился мой подарок. Я всё боялся, что тебе не понравится.       — Не понравится? Как мне может не понравиться твой подарок? Сейчас он мне просто необходим. Ты попал в точку, Эдгар.       — Тогда я полностью доволен.       Валден положил подаренные краски на свой стол и, не сдержавшись, прошёл к Луке и заключил его в свои объятия, радостно улыбнувшись.       — С рождеством, Лука.       Бальза ответил на объятия, прижав художника к себе.       — С рождеством, Эдгар.