Один день нашей жизни

Кайл спал очень неспокойно. Во сне кто-то тихо бродил по дому, слышался плач и шепот, ветер раздувал шторы на открытом окне, а за ним тревожно шелестели листва деревьев. Казалось, что кто-то зовет его. Он ворочался, одеяло сползло на пол. Хлопнувшая внизу дверь разбудила его. Некоторое время он сонно озирался по сторонам, не понимая было ли это во сне или наяву. Сев на кровати, он потер лицо руками, чтобы отогнать обрывки неприятного сна и подошел к открытому окну. — Боже, — прошептал он. Холодный страх окатил его до самого затылка, по голове побежали мурашки, а сердце замерло на мгновенье и забилось чаще. В саду в предрассветной дымке стоял человек. Джинсы были закатаны до колен, клетчатая рубашка расстегнута. Плечи человека вздрагивали то ли от холода, то ли от рыданий. Кайл в смятении отступил от окна, быстро оделся и спустился вниз. Очутившись на кухне, он вновь взглянул в окно и увидев знакомую фигуру, облегченно выдохнул и вышел в сад, прихватив с собой плед. Он молча подошел, и накинув его ей на плечи, обнял сзади. Они стояли так до тех пор, пока из-за горизонта не показались первые лучи солнца. Они окрасили сад и туман в красновато-оранжевые тона. Она протянула руку вперед, перебирая пальцами, будто трогая ими лучи. Плечи Светы вздрогнули, и она сдавленно прошептала: — Рассвет только для живых… И стала тихо оседать. Он подхватил ее на руки, не давая упасть и сел на первый попавшийся диванчик. Беззвучные рыдания сотрясали ее тело. Он прижал ее к себе, гладя по волосам, и шептал, шептал, тихо, как заклинания: — Ты не виновата, слышишь? Ты не виновата, воробышек, не виновата… Мыслей в голове не было. Он просто пытался сейчас отдать ей все тепло, которое в нем было. Чтобы оно заполнило ее всю до самых краешков, чтобы для боли не осталось места. В окне второго этажа стоял Алекс. Он смотрел вниз внимательно и спокойно, глаза его светились теплым светом. И через некоторое время, он тихо прикрыл окно и задернул штору, чтобы не мешать. По ее глубокому, мерному дыханию Кайл понял, что она уснула. Аккуратно, чтобы не разбудить, он встал и отправился в дом. Поднялся на второй этаж, зашел в ее комнату и сняв с нее обувь, положил на кровать, прикрыв одеялом. Присев рядом, он поправил прядь волос, упавшую ей на лицо, и прошептал: — Спи, воробышек. Спи спокойно. Тихо прикрыв за собой дверь, Кайл выскользнул из комнаты. Он нашел человека из своего сна. Он знал его имя. Он доверял ему. И чтобы ни случилось дальше, он навсегда останется в его сердце. Зайдя к себе в комнату, он рухнул на кровать и крепко уснул. Проснувшись, Света не могла вспомнить почему лежит в одежде. Так, надо подумать, что было после того, как они поднялись с Кайлом наверх, попрощались у дверей ее комнаты? Он ушел к себе. Это точно. Она долго не могла уснуть. И может от усталости или вагона с тележкой ярких эмоций, ночью, как это частенько бывало, ее накрыло. Она задыхалась, на грудь будто давила каменная плита, мысли жгли голову, и она вышла на кухню, чтобы выпить горячего сладкого чая. Это обычно помогало. Но увидев в окне, как розовый предрассветный туман окутал сад, она вышла в его прохладные объятия. Понимала, что становится только хуже, что наступающий рассвет душит её ужасом и отчаянием, но ничего не могла поделать. Она так и стояла в холодной росе, задыхаясь и вздрагивая от душивших ее слез. В какой-то момент кто-то подошел сзади и обнял ее. Она узнала эти руки — это был Кайл. Но истерики уже было не остановить. Она накатывала ледяными волнами и Света не могла ей сопротивляться. Сердце гулко бухало в груди, будто тело было просто пустой оболочкой, в голове стоял странный гул и с первыми лучами солнца все вдруг закончилось. Что-то внутри не выдержало и отключилось. Похоже она чуть не упала, он подхватил ее. Потом они сидели в саду, и он что-то говорил. Говорил что-то хорошее, но она не помнила. Страх понемногу отпускал, растворяясь под его руками, уступая место спокойствию и такому кайфовому теплу! Она лежала, закинув руки за голову и улыбалась. За один день, благодаря одному чудесному доброму человеку, все совершенно изменилось! Это было такое светлое чувство, что сердце внутри радостно трепетало! Всего лишь один день! Она вспомнила его улыбку и глаза, голос и сильные руки. Вспомнила ощущение искренности и тепла, идущее от него. И еще чувство, что она очень нужна ему. Он нуждался в ней. Света не могла понять, в чем была причина этого. Но осознавала это очень отчетливо. Он тянулся к ней, как росток к солнышку, поэтому она и открылась полностью ему в ответ. Было раннее утро, похоже все еще спали и она тихонько спустилась в кухню, заварила чай и стала думать какой вкусняшкой порадовать всю семью. Решив сделать творожные лепешки, она принялась за дело. Тесто готово, духовой шкаф разогрет, и вот уже по дому поплыл запах ванили и корицы. На столе свежий сок, кофемашина шипя, выбросила струю пара. Дом потихоньку просыпался. Эльза забежала на кухню, чмокнув ее в щеку и выпив стакан воды, поторопилась в сад поливать цветы, пока солнце не поднялось слишком высоко. Сэм, потягиваясь, сел за стол напротив и прихлебывая сок, хитро улыбался, поглядывая на Свету: — Доброе утро! — Доброе! Что? — смутилась она, поймав его взгляд. — Да так, ничего, — ответил он, улыбаясь еще шире, — счастливая ты сегодня такая! — Выспалась видно. Сон такой хороший снился! Сэм встал и крепко обнял ее. — Я рад, светлячок! Так приятно тебя такой видеть! Чудеса случаются, да ведь? — Когда их совсем не ждешь. — Всему свое время, девочка. — Сэм, пригладив ей волосы, махнул рукой. — Ну, ладно, давай уже, показывай, что ты там наготовила! Уж больно вкусно пахнет! Слюнки текут! — Чай какой тебе заварить? Кайла разбудило доносящее снизу пение. Взглянул на часы — десять! Вот это он вырубился! Прислушался к голосам. Пели Света и Кэти. Это была партия Лайзы из Кабаре. Классно! Девчонки жгут! Он сладко потянулся в постели, торопиться решительно никуда не хотелось. Слышался запах кофе и ванили, такой домашний запах выходного дня. Сто лет он так не просыпался! Неспеша принял душ, влез в привычные джинсы и футболку и направился вниз. Заглянув в кухню по дороге в сад покурить, он увидел уморительную картину. Кэти мыла посуду, Света вытирала ее полотенцем. Обе пританцовывали и подпевали в два голоса веселой песенке Pink. Лори, сидя на своем детском стульчике, колотила по нему деревянной ложкой и тоже что-то напевала на своем детском языке. Без улыбки на этот спектакль смотреть было невозможно! Заметив его, Света жестом пригласила зайти. Он поднял руку с зажатой в пальцах сигаретой, вздохнул и опустил голову с виноватым видом. Она махнула в его сторону полотенцем — ладно уж! Кэти тоже поприветствовала его. И Кайл, махнув ей в ответ, скрылся из виду. Сад был залит солнцем, Эльза возилась в цветнике, Сэм поправлял небольшой плетеный заборчик вокруг него. — Доброе утро! — Доброе утро! — Эльза внимательно посмотрела на его улыбающееся лицо и засмеялась. — Тебе надо почаще приезжать к нам в гости! — Доброе! Ну, ты и спать горазд, брат! Впрочем, как всегда! — Я здесь дома, вот и спится спокойно. Давай помогу! — Кайл придержал вертикально воткнутую в землю толстую ветку, вокруг которой Сэм заворачивал более тонкие гибкие веточки. — Видишь вот, до чего дошел, огродничаю, — тихо проговорил Сэм. — Смотришься вполне органично! Не хуже, чем на байке! — Да, иди ты, паршивец! Все бы тебе шутки шутить! — Сэм добродушно захохотал, погрозив веткой, — ты завтракал? — Нет еще, только встал. Курить охота. — Давай, иди тогда уже! Кури, да покушай. Света таких вкусняшек напекла! Без тебя тут управимся. Кайл вернулся на кухню, где Света в одиночестве пила кофе. — Доброе утро! — Доброе! Завтракать будешь? — А что у нас сегодня на завтрак? — Кайл с серьезным видом уселся напротив Светы и поставив локти на стол, положил на них голову. — Могу предложить вам овсянку, сэр! Он отрицательно помотал головой. — Омлет с беконом? — Точно нет! — Может быть теплый салат из авокадо, яичного белка и красной чечевицы? Кайл немного подался вперед через стол. — Смерти моей хочешь? — Хммм. — Света сложила руки на груди, — тогда творожные лепешки со сметаной и молотый кофе со сливками, иначе вы идёте вон, сэр! Кайл выпрямился и положил руки на колени. — Окей! Лепешки, кофе. То, что нужно, мэм! Света грозно посмотрела на него, поставила на стол лепешки, налила кофе и села напротив. — Приятного аппетита! — Спасибо, мэм! А можно попросить Вас передать мне сахар? — Да, конечно! — Еще раз спасибо! Он молча уплетал еду, они то и дело переглядывались и хихикали. Света попыталась незаметно утащить через стол одну лепешку с его тарелки, но он быстро отдернул ее на себя, показав ей язык. Она скорчила гримасу и обиженно отвернулась. — Пссс! — услышала она через секунду. Он протягивал ей лепешку, улыбаясь во весь рот. Быстро схватив ее, она тут же ее съела. На кухню забежал Альф и что-то показал Свете жестом. Она, кивнув в ответ, достала тарелку и положив несколько лепешек, присела на корточки и поцеловала его в лоб. Он в ответ два раза легко постучал себе в грудь сжатым кулачком и затем протянул руку с раскрытой ладошкой ей навстречу. «И я тебя люблю» — медленно проговорила шепотом Света и повторила жест. Альф взял тарелку и медленно пошел к выходу. Света провожала его глазами, готовая в любую секунду поддержать. Когда с завтраком было покончено, Кайл быстро помыл тарелку и сел рядом со Светой на стул. — Спасибо, было вкусно! — На здоровье! — Ты будешь писать? Не забудешь, что обещала? — Не забуду! — И фотки пришлешь? — Да. И ты тоже! — Обещаю. И переводы песен, да? — Конечно! — И у меня к тебе еще тысяча и миллион вопросов! — И у меня! Он развернул стул, чтобы оказаться напротив Светы и продолжил: — Я хочу сказать спасибо. Ты ведь узнала меня, да? И ничем этого не показала. — Да. Я смотрела несколько фильмов с твоим участием. Когда увидела, глазам своим не поверила, что встретила тебя в такой глуши! А не показала, потому что на самом деле мне неважно кто ты — звезда, продюсер или обычный механик из мотомастерской. Важно какой ты, важны твои поступки. Ты остановился, помог незнакомому человеку, проводил меня, столько всего показал, терпел всю дорогу мой трёп и попытки строить из себя фотокорреспондента Нэшенал Джиографик. Только это важно! Ты очень добрый, Кайл! У тебя большое сердце! И у тебя все будет хорошо, я знаю! Она погладила его по щеке. Он мягко перехватил ее руку и поцеловал, уткнувшись носом в маленькую, сладко пахнущую ладонь. Потом поднял на нее взгляд. — А ведь ты спасла меня вчера. В том самом месте, где ты стояла, я попал в аварию много лет назад. Врезался в это дерево. Если бы не ты, я бы разбился. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и потом обнялись, крепко прижавшись друг к другу, осознав, что могло случиться. — Спасибо тебе, воробышек! Спасибо! Как же судьба свела нас, скажи? Она подняла голову, и вновь утопая в ее глазах, Кайл услышал: — Ты же звал меня. Забыл? Вырулив на улицу, он взглянул в зеркало и увидел хрупкую фигурку, стоящую на проезжей части напротив дома Сэма и протянутую к нему раскрытую ладонь. — И я тебя тоже! — прошептал он, улыбнувшись. Было семь утра, когда лежащий под подушкой сотовый разразился громкой трелью. — Черт! — вздрогнул Хью, и взяв в руки телефон, ошалело уставился на экран. Звонил его старый друг и он скользнул по экрану пальцем. — Да! — Хью, привет! — Блять, Кайл! У кого ты научился будить людей ни свет ни заря?! — Есть новости, дружище! Я не еду в Нью — Йорк! У меня есть работа здесь — мы снимаем фильм!