"Вход только для девушек"

Она не сразу поняла смысл сказанного. - Кэтти, что ты говоришь? - Я сказала, убирайся! - Но... - Что "но"? - Кэтрин развернулась к ней, пронзив таким яростным взглядом, что Маша вся покрылась мурашками. Она никогда не видела подобного выражения на лице любимой, поэтому мгновенно охватил страх. А Кэтрин вдруг резко вскочила, поправив свою одежду. - Знаешь, ты просто невероятна! Ты бросила меня тогда, пять лет назад, не дав даже возможности попрощаться, ничего не объяснив, вообще ни на секунду не задумавшись о моих чувствах! Чёрт, да ты вообще хоть представляешь, что со мной тут творилось, задумывалась об этом?! Конечно, нет, потому что тебе плевать на всех кроме себя! Даже твоего муженька мне жалко! Где он сейчас? Что делает, пока ты трахаешься со мной?! Слова Кэтрин били как пощечины, но еще больнее было от осознания того, что все эти слова правдивы. Кэтрин вдруг рассмеялась слегка истеричным смехом, напугав еще сильнее, а Мэри ощутила как из глаз полились слезы. Почему она никогда не задумывалась обо всем этом? Неужели она действительно настолько слепо эгоистична? Внутри все сдавило от отвращения к самой себе. - Уверена, что ты даже не задумываешься об этом! Ты талантлива, да, но это не значит, что можно вести себя как эгоистичная тварь! Как ты поступила со мной! И что ты сделала через пять лет после этого? Вернулась в Японию примой и вместе с муженьком, которого в первый же вечер бросила, чтобы получить оргазм от меня! Что, Машенька, члена тебе не хватает?! - Кэтти.. - Не смей произносить мое имя больше! Никогда! Понятно?! Что ты думала?! Что я все эти пять лет только и делала, что ждала тебя? Пока ты приедешь, чтобы изменить со мной своему мужу? Маша заплакала, она чувствовала себя ужасно, самой отвратительной, подлой...Но ведь она совсем не хотела причинять никому боль! Это вышло не намеренно, она же сама страдала! Но следующие слова Кэтти отняли и это слабое утешение и самооправдания. - И ты правда думала, что я встречу тебя с объятиями и поцелуями? Стану твоей тайной любовницей и буду терпеть всё это?! А может ты просто приехала потрахаться и все? Не хватает острых ощущений в семейной жизни? А тебе в голову хоть на секунду приходило, что я не секс-машина, а живой человек? Каково мне было увидеть тебя с мужем? После всего, что было между нами, разве я не заслужила хотя бы каплю уважения? Видимо нет! В твоем извращенном сознании это нормально? Знакомить своих мужей с бывшими любовницами лесбиянками, потом приезжать к ним трахаться, а потом возвращаться к мужу? Это у вас в балетной тусовке так принято? У великих прим? Чёрт, да кем ты вообще стала? Уж точно больше не та скромная и милая девочка, которую я полюбила когда-то! А с этой эгоистичной стервой я не хочу иметь ничего общего, так что проваливай из моего дома, из моей жизни, проваливай!! Кэтрин подняла с пола её трусы и швырнула с силой прямо в лицо. От неё волнами исходила ярость которая обжигала Машу, она физически это чувствовала, но еще она ощутила как изнутри жжет собственная ненависть к себе. Все слова Кэтти были справедливыми, она впервые увидела свои поступки со стороны и ужаснулась. "Неужели я стала таким чудовищем? Которое заставило Кэтрин, которая раньше готова была на руках носить, возненавидеть меня так сильно?" Ничто в мире не стоило этого, и прямо сейчас возникло желание раствориться, исчезнуть, перестать существовать, чтобы не причинять никому больше боли и проблем, особенно Кэтти, любимой... Рыдания душили её, но она сдерживала их, дрожащими пальцами застегивая пуговицы на кофточке. Кэтрин отвернулась и не смотрела на неё, от этого было даже легче. Кое-как приведя себя в порядок, Маша торопливо направилась к выходу из зала. Возле двери она остановилась и повернулась, хотелось сказать хоть что-нибудь, но все слова казались жалкими и фальшивыми, поэтому, так ничего и не сказав, она покинула дом девушки которую любила всем сердцем и которую потеряла навсегда. - Фригидная сучка... Процедил сквозь зубы Курт, опрокинув в себя очередной стакан виски. Он был так зол, что не задумываясь направился в ближайший бар залить свою злость хорошим количеством алкоголя, но сегодня это не особо помогало, даже искать себе девицу не хотелось после того что случилось. - Льдышка хренова... Это всегда помогало его самооценке - ругать Машу и обвинять её во всем, но на самом то деле Курт знал правду... Знал, что Маша не фригидная и не льдышка, он знал кто она. И сегодня это только подтвердилось, когда он увидел каким взглядом она смотрела на эту Кэтрин. Что ж, он вполне мог её понять, та девица была роскошной. До того момента, как узнал её, Курт даже задумался на секунду о том, как бы отправить жену домой и самому ей заняться. Но потом оказалось, что это она - Кэтрин, та с которой Машу разлучили, и главным образом благодаря ему. Курт прикрыл глаза, погрузившись в воспоминания. Когда он узнал, что Мэри выбрала балет и отправилась учиться в Англию, он проникся к ней истинным уважением. Курт начал думать, что ничего серьезного между девушками не было. Да и что вообще могло быть? Они же одного пола! Видимо, у этой Кэтрин никогда не было нормального мужика, а Маша просто невинная и неопытная девчонка, которую соблазнила на поцелуи и всякие тайные обжимания какая-то извращенка. Но ведь все равно они обе оставались девушками, а значит настоящего секса между ними быть не могло. "Я покажу ей, что такое настоящее удовольствие!", - думал он тогда. Маша стала для него какой-то навязчивой идеей, он не мог есть, спать, тренировался целыми днями и ночами, чтобы поступить в ту же академию что и она. Тогда Курт действительно чувствовал, что влюбился в эту девушку. В то, как она танцевала, как всегда была одинока и печальна, невинна... Ох, как эта невинность его притягивала. Он уговорил себя, что именно из-за своей невинности и наивности Маша была втянута в эти противоестественные отношения с той преподавательницей. Курт понял что ошибался в первую брачную ночь. Разочарование от того факта, что Маша не была девственницей, было ошеломляющим. Это заставило взглянуть на неё с другой стороны. Она вовсе не была принцессой лебедей, которую заманили тёмные силы. Она не была нежной Жизель, или страстной Кармен, которая принадлежала бы только ему. Она была... - Лесбиянкой! Курт зло выплюнул это слово, запив его потом еще одним глотком виски, но это не помогло смягчить этот факт. Каждую ночь когда Курт все же приходил в спальню к жене, он чувствовал это: её скованность, напряженность...Чёрт, да она почти всегда была сухая, так что ему самому было не слишком то приятно. А потом, ночью, она шептала во сне сквозь слезы: "Кэтрин... Кэтти...". В такие моменты ему хотелось разбудить её и ударить. Но в самое первое время он решил не переживать по этому поводу. В конце-концов, Курт был молод, красив и талантлив, а так же набирал популярность как восходящая звезда академии. Он окунулся в развлечения, доступный секс и веселье, а любовь к Маше прошла совершенно, но все же чувство собственничества не позволяло ему расстаться с ней, тем более что они были удивительны как пара танцоров, а успех он любил всегда. Раз Маша ключ к нему, он согласен терпеть её раздражающее присутствие в своей жизни. Но с годами все изменилось. Любовь к развлечениям сказалась на его репутации и умениях танцора, и предложений становилось все меньше, а популярность его жены тем временем росла прямо пропорционально его падению. И тогда Курт возненавидел её. Тихой ненавистью в которой смешались зависть, разочарование и обвинения. Внешне он никак этого не проявлял, но внутри ждал, ждал момента когда сможет заставить её испытать то же унижение и разочарование. Но сейчас в картине снова появилась эта Кэтрин, и он понятия не имел, на что Мэри способна. Ведь когда-то давно она отдала ей свою девственность. Эта мысль вдруг взволновала его, Курт подумал, что не стоило оставлять её одну после этой встречи. - Счет! Расплатившись за виски, он направился обратно в отель, но когда добрался до номера, там было тихо и совершенно темно. Курт зашел в спальню, позвав: - Мэри? Но ответа не последовало. Он стиснул зубы, сжал пальцы в кулак, а потом со всей силы ударил им об стену. Она вернулась в отель только под утро. Поначалу она просто брела бездумно по заснеженным улицам Токио, пока рядом не остановилось такси и из него не выглянул водитель. - Девушка, опасно ночью бродить одной по улицам. Давайте я отвезу вас домой? Она села в машину словно сомнамбула, а на вопрос где живет ответила: - Я не хочу ехать туда где живу. Отвезите меня в какое-нибудь другое место. Водитель попался действительно дружелюбный и понимающий, он возил её по городу до рассвета. Маша прислонилась лбом к стеклу и смотрела вперед невидящим взором. Все тело до сих пор трепетало после близости с Кэтти, но сердце разрывалось от боли, а еще просто пожирало чувство стыда и отвращения к себе. Слова Кэтрин эхом стучали в ушах, с каждой секундой заставляя её все больше осознавать, насколько она запуталась, насколько утратила себя, даже стала такой эгоистично жестокой. Мысли ходили по кругу, но когда первые солнечные лучи заплясали на боковых зеркалах автомобиля, Маша поняла, что нужно ехать домой, скоро её мог хватиться Курт, а объясняться с ним совсем не хотелось. Войдя в номер отеля, она направилась прямиком в спальню, решив не принимать душ и сохранить на себе запах Кэтти как можно дольше, но на пороге остановилась как вкопанная. Курт сидел на кровати, держа в одной руке бутылку виски, а вторая была обмотана полотенцем пропитанным кровью. - Курт, что случилось?! Она чисто инстинктивно бросилась к нему, присаживаясь рядом и взяв его раненую руку в свою. Размотав полотенце, она увидела, что костяшки его пальцев сильно разбиты. Курт смотрел на неё сверху вниз и хранил молчание, от него сильно разило алкоголем, а взгляд был какой-то лихорадочно блестящий. - Ты подрался с кем-то? Что случилось?! Боже, да тут надо швы накладывать, сейчас поедем в больницу! У меня репетиция, но я могу её перенести. Как ты умудрился, Курт? Что с тобой? - Где ты была? Этот вопрос застал её врасплох, она на секунду отвлеклась на его руку и забыла, что он сидел и ждал её, а значит знал - Маша не ночевала дома. Она опустила глаза в пол, слишком измученная морально и не в силах придумать какую-то ложь. Но вдруг Курт грубо схватил её двумя пальцами за подбородок, поднимая лицо на себя и заставляя посмотреть прямо в глаза. " Он все знает!",- Мэри мгновенно поняла это по его взгляду. - Ты была с той девкой, да? - Я... - Не смей мне врать! - Да. Это слово слетело с губ так просто, что она сама удивилась. "Не хочу больше врать, не хочу притворяться, не хочу жить этой пустой жизнью. Пусть я не буду с Кэтти, но остаться с ним выше моих сил!". Это решение, так же как и признание, далось удивительно легко. - Сучка! Она не успела понять в чем дело, прежде чем её голова дернулась в бок от пощечины, а в глазах побелело. - Шлюха! И еще одна пощечина, после которой она отлетела в сторону, прижав потом руку к горящей щеке. Сердце колотилось о грудную клетку как сумасшедшее. Курт никогда не бил её, и сейчас она впервые после той ночи во время медового месяца видела его таким неадекватным. Противно засосало под ложечкой от страха, глядя на то, как он встал и подошел к ней, нависнув угрожающе сверху. Маша вдруг почувствовала теплую влагу на щеке, Курт оставил царапину от кольца, из которой начала медленно сочиться кровь. - Думаешь, я не знал? Всегда знал, что ты больная, ненормальная уродка! Грязная лизунья! Он вдруг схватил её за запястье, с силой притягивая к себе и обдавая лицо горячим, алкогольным дыханием, от которого у неё закружилась голова и замутило. - Не надо, прошу!! Ты пьян, Курт, отпусти меня! Давай поговорим завтра! Остановись, пока не наделал глупостей о которых потом будешь жалеть! Я все объясню тебе завтра! - Объяснишь? Что ты намерена мне объяснить?! Что ты предпочитаешь раздвигать ноги только для девок? Мне и так это понятно! Маша дернулась, пытаясь вырваться, но для настолько пьяного человека Курт держал её просто мертвой хваткой. - Думаешь, я позволю тебе так меня унизить?! Ммм?! Думаешь, стану терпеть измены?! Ошибаешься, сучка! Ты будешь подчиняться мне и с этой девкой больше никогда не увидишься! Что она тебе такое сделала? Где трогала?! Лизала твою киску?! Трахала тебя пальцами? Пальцы никогда не будут так же хороши как крепкий член, и я сейчас тебе это докажу!!! - Нет! Неееет!! Она зажмурилась от отвращения и отвернулась когда он вдруг попытался её поцеловать, но Курт грубо тряхнул её, все же впиваясь в губы грубым поцелуем, с силой заставляя раздвинуть их и проникая языком в рот. Машу чуть не стошнило от этого, и тогда решение пришло интуитивно, она со всей силы прикусила его язык, вызвав рёв боли. Курт ослабил хватку, тогда она вырвалась и побежала к двери, но по дороге споткнулась о ножку кресла и растянулась на ковре, чувствуя, как пульсирует от боли ушибленный палец. Встать она не успела, Курт уже настиг её, жестко перевернув на спину и сев сверху, прижав её руки к полу. - Нет!! Неееет, пусти меня!! Пустиии! Я не хочу!! Умоляющие рыдания вырвались из груди, когда он одной рукой порвал её кофточку, Маша металась под ним, но сил не хватало. - А знаешь что, моя прима?! Давай-ка заделаем с тобой ребёночка! Мальчика, да чтобы был похож на меня! Посмотрим, как ты потом будешь порхать по сцене! Растолстевшая и обвисшая! Все забудут твое имя, а ты будешь примерной мамочкой!! Ну же, давай, давай сделаем ребенка!! - НЕЕЕЕЕТТТ!!! Теперь она кричала в голос, так как Курт раздвинул её ноги коленом, и сколько бы она не билась, освободиться не получалось. Слёзы градом катились из глаз, а из груди вырвался хриплый вопль, когда его член вошёл в неё. - Да ты всё еще мокренькая! Ну как она тебя трахала?!! Как?!! Вот так у неё бы получилось?! И он стал резко и отрывисто двигаться, с силой ударяясь о её бедра, причиняя боль и заставляя чувствовать себя настолько ничтожной и беспомощной, что она зарыдала еще громче. - А может в следующий раз позовем её тоже, этой извращенке может понравиться трахнуть тебя у меня на глазах?! А потом я бы мог показать ей, что такое настоящий мужчина! Этот пошлый шепот на ухо вдруг пробудил в ней такую волну ярости, что она даже завизжала, а потом потянулась к его лицу и со всей силы впилась зубами в щеку. Маша не помнила себя от ненависти, в ней пробудились какие-то инстинкты которые дали ей сил. Словно сквозь вату она слышала дикий вопль Курта, а потом ощутила во рту солоноватый вкус, наверное прокусила его щеку до крови. И внутренний голос подсказал "Беги сейчас!". Она не знала откуда у неё вдруг взялись силы, но ей удалось скинуть с себя Курта, который прижимал руку к окровавленной щеке и кричал не своим голосом. - Ненавижу!!! Задыхаясь выплюнула она, а затем, не теряя ни секунды, выбежала из номера. Ничто не помогало ей успокоиться. О сне Кэтрин даже не думала, и после того как Маша ушла, она включила на всю громкость музыку, не заботясь о том, что мешает Такео спать. И танцевала. Словно одержимая. Но через пару часов силы покинули её, она прислонилась к стене и медленно сползла по ней, ощущая, что еще вот-вот и заплачет. Зачем она вернулась в её жизнь? Ведь у Кэтрин все только начало налаживаться, а сейчас она чувствовала, что не сможет так просто забыть случившееся. Машин запах, её кожа, нежные грудки, вкус её губ... - Чёрт возьми! Она выругалась сквозь зубы, чувствуя, что при этих воспоминаниях рождается непрошенное желание. У неё было столько любовниц, почему ни с кем, никогда в жизни у неё не было того, что было с Машей? Она сводила её с ума, словно околдовывала. И сейчас, открыв снова этот ящик Пандоры, Кэтрин ощущала себя слабой и беспомощной. Она все правильно сделала, сказала правильные слова, так почему же на сердце так не спокойно? Почему хочется узнать безопасно ли Маша добралась до дома? Почему из головы не идут её слезы и виноватый взгляд...? - Чёрт возьми!! Повторилась она, стукнув кулаком по полу. Еще через пару минут Кэтрин почувствовала, что не может больше это продолжать. Надо было занять себя какой-нибудь физической работой, но не танцами, они только растревоживали эмоции и напоминали о Маше. Посмотрев в окно, Кэтрин увидела медленный снегопад. Снег крупными белыми хлопьями валил с неба, застилая всё белым покрывалом. - Отлично, этим и займемся! Кэтрин поднялась наверх и переоделась в тёплую одежду, достала из подсобного помещения лопату для разгребания снега и отправилась на выход из дома. Но когда открыла дверь, лопата выпала из её рук, а с губ сорвался вздох. На крыльце стояла Мэри, было видно, что она тут уже давно, но никак не решалась нажать на кнопку звонка. Но больше всего Кэтрин шокировал её вид, от которого заныло сердце. Она была в порванной кофте, которую придерживала обеими руками, не давая ей распахнуться. На одной щеке расплылся алый синяк, а на другой была видна царапина с засохшей корочкой крови, лицо заливали слезы, взгляд был такой несчастный и напуганный, что Кэтрин мгновенно захотелось прижать её к себе и защитить от всего на свете. Маша вся дрожала от холода, волосы покрылись инеем, а губы уже достаточно сильно посинели. Она шевельнула ими, с трудом выговаривая слова: - К..К...Кэтти, прости, я не знала куда ехать, я... - Что с тобой случилось? - Курт, он... - Маша не договорила, голос задрожал и слезы покатились еще быстрее. - Не понимаю, твой муж? Но он... как он...Это он так ударил тебя? Да я его прямо сейчас поеду убью!!! Гнев настиг мгновенно. Её прекрасную принцессу избил какой-то ублюдок, она готова была стереть его с лица земли! Но Маша взяла её за руку и замотала головой. -Нет, Кэтти, прошу!! Не думай о нём!! Не уходи, не бросай меня!! У неё подогнулись коленки и она упала Кэтрин в объятия, а та почувствовала как Машу колотит крупная дрожь. - Так холодно... Только сейчас, когда первый шок от увиденной картины прошёл, Кэтрин осознала, насколько Маша замерзла. Все её стены и защиты рухнули. - Я тебя согрею. Больше нечего бояться, ты теперь с Кэтти, которая защитит тебя от всего на свете! Мэри уткнулась ей в плечо и заплакала, а Кэтрин подхватила её на руки и бережно занесла в дом, понимая - ничего не будет как прежде.