Маньяк, убийства и два ствола

      Серые стены давили, словно они были частью механизма, и медленно начинали сводить с ума. Трое людей в чёрных костюмах с трудом сдерживали мужчину, который, будто бешеный пес, пытался разорвать кого-то на части. Огромный зал заполнился криком и мольбой. Люди медленно, один за другим, покидали помещение, а воздух становился все более напряжённее. Крепкие руки не позволяли мужчине достать до цели, крепко схватив его запястья. — Арс, хватит! Все кончено! Ничего не исправить! — кричал Дмитрий, повернув к себе лицо друга, которое постепенно приобретало красные оттенки от гнева и слез. — Нет! Пусти меня! — яростно отбивался Арсений, пытаясь ударить соперников, но те уворачивались от запущенных в их сторону рук. — Нет! Суки! Скоты! Как вы можете! Нет!       Крики становились все громче и жалобнее. Через пару минут гнев и вовсе испарился и остались только мольба и отчаяние. Попов упал на колени, чуть не уронив с собой друга и еще одного, державшего его, мужчину. Арсений рыдал прямо в пиджак Димы, а тот в свою очередь попросил мужчин отпустить следователя и дал понять, что дальше он справится сам. Рука Позова начала медленно передвигаться вверх и вниз по широкой спине старшего, которую била небольшая дрожь. — Все, тише, тише. Все будет хорошо. — начал тихо говорить Дмитрий, понимая, что слово «хорошо» тут совсем не подходит. — Ничего не будет… — сквозь слезы сказал Попов, вжавшись в руку друга. — Ты ведь все понимаешь. Ничего не сделать. Все кончено.       «Все кончено». Два слова эхом отдавались в голове у следователя, пока тот ехал в машине, сконцентрировавшись на дороге. Помотав головой, он попытался отвлечься от своего тёмного прошлого, сосредоточившись на спасении Антона. Но то, через что пришлось пройти Арсению забыть невозможно, как бы сильно не хотелось. Надавив сильнее на педаль газа, Попов, казалось, совсем забыл про чувство самосохранения и выдавливал из своего автомобиля все что можно. «Ты не смог» «Ты подвёл его» «Это все твоя вина» «Ты бы успел, если бы хотел». Слова буквально резали его на части изнутри. Ему хотелось просто повернуть руль резко вправо и навсегда закончить свои страдания. Но он знал, что не мог так сейчас поступить. Антон нуждается в нем. И в этот раз, все будет по-другому.       Доехав до нужного места, следователи обнаружили нужный автомобиль и предположили, что преступники сейчас внутри дома. Арсений, взяв с собой пистолет, быстрыми шагами направился к ветхой постройке, но тут же был остановлен сильной рукой друга. — Ты больной?! Может ты забыл, но ты тут не один! — сказал Дима, указывая на отряд ОМОН. Арсений скептически посмотрел на людей, но решил, что сейчас спорить бесполезно. На это уйдёт драгоценное время, которое им категорически запрещено терять. Собравшись в кучу, они проговорили план и начали действовать. ОМОН окружил дом, а Дима с Поповым и еще двумя вооруженными людьми подошли к двери и начали прислушиваться. Изнутри доносились чьи-то голоса и Арсений, ничуть не думая о собственной безопасности, выбил дверь и вошел в дом. Позов только раскрыл рот и покачал головой, поймав на себе не понимающие взгляды бойцов ОМОНа. — Что за идиот.       Двое мужчин, что находились внутри, тут же открыли огонь. Вновь перестрелка. В этот раз было сложнее, так как из-за темноты ничего не было видно. Также, была высокая вероятность зацепить Антона, ведь было непонятно где он. Решив не рисковать, Арсений пополз в обход, чтобы застать преступников врасплох. Дмитрий только и успел обматерить своего сумасшедшего друга, прежде чем тот скрылся в темноте. Подкравшись достаточно близко, Попов сделал два выстрела, убив обоих. — Ну ты конечно псих! Нахрена ты это сделал?! Как мы теперь твоего Антона найдём?! — Он здесь, я знаю.       Мужчины разошлись по дому и начали обыскивать каждый сантиметр в поисках Шастуна. Зайдя в одну из комнат, Арсений заметил небольшую дверцу в стене, которую обнаружил на ощупь. Поняв, что за ней скрывается еще одна комната, он попытался открыть ее. Спустя пару минут, он уже полз по узкому тоннелю куда-то в темноту, пока чьи-то карие глаза внимательно следили за его действиями. Наконец почувствовав под собой отсутствие пола, Попов понял, что тоннель закончился и он в помещении. Аккуратно выбравшись, он смог увидеть в середине комнаты стул с человеком. Подбежав к нему, он понял, что это Антон. С души словно свалился огромный валун. Он вздохнул с облегчением и попытался рассмотреть лицо Шастуна на следы травм. — Все хорошо, слышишь? Ты ранен? — начал Арсений, внимательно вглядываясь в стажера. У Антона был связан рот, поэтому он не мог говорить. Он начал истерично мотать головой, мычать и кивать в пустоту. — Все преступники обезврежены, не беспокойся.       Арсений медленно развязал Антона, сняв с его лица повязку. Он помог стажеру встать на ноги и вывел его из этой злополучной комнаты. — Слава Богу. — выдохнул Дима, увидев друга и его стажера целыми и невредимыми. — Все в норме? Ран нет? — Нет… — тихо ответил Шастун, явно пребывая в шоке. — Я отвезу его домой. Нечего ему тут еще находиться. — А ты? Ты свою голову видел, нет? — начал придираться Позов. Арсений демонстративно закатил глаза и повернулся к другу. — Все хорошо. — Второй удар по голове! Ты сегодня же поедешь к Сереже, понял?! Под моим контролем! — крикнул Дима, давая понять следователю, что отвертеться не получится. Поэтому, он просто молча кивнул и вывел за руку Шастуна на улицу. — Голубки херовы. — сказал Дима, наблюдая, как мужчины, держась за руки, направлялись в сторону автомобиля.       Когда черный мерседес подъехал к дому Антона, тот уже крепко спал на своем сидении после полученного стресса. Арсений повернул голову к стажеру и улыбнулся. Он выглядел таким спокойным, маленьким и милым. Ему не хотелось рушить эту картину, но и в машине он не мог его оставить. Поэтому, он тихо вышел из автомобиля и, подойдя к двери пассажирского сидения, аккуратно вытащил Шастуна и прямо на руках понес его в подъезд. Благо, ключи преступники не додумались забрать, так что уже через пару минут, Арсений аккуратно уложил Антона на кровать, словно алмаз. Он боялся повредить этот редкий, драгоценный камешек, который сейчас мирно сопел в подушку, явно пребывая в мире прекрасных сновидений. Улыбнувшись до ушей, Арсений усмехнулся сам себе и собирался уже покинуть чужую квартиру, но тело само остановило его. Он быстро заморгал и повернулся к Антону. Тот крепко-накрепко спал и даже ни разу не проснулся, пока находился в крепких руках старшего. Арсений сузил глаза, пытаясь игнорировать свои эмоции, но получалось очень плохо. Совсем. Закатив глаза и тяжело вздохнув, следователь вновь подошёл к кровати стажера. Он максимально бережно оперся одной ногой на постель и навис над лицом младшего, внимательно разглядывая каждый сантиметр, как ему казалось, идеального лица. Он еще несколько секунд думал и все же решив, наклонился ближе к щеке Антона. Губы старшего окатила волна облегчения и радости, когда они соприкоснулись с розовой щечкой Шастуна. Арсений отстранился и прикусил нижнюю губу. Быстро помотав головой, он мигом вылетел из квартиры, оставив ключи на тумбочке в прихожей. Когда входная дверь захлопнулась, один из зеленых глаз показался в темноте. Антон аккуратно провёл рукой по своей щеке, которая сейчас буквально пылала приятным огоньком. Он просто смотрел в пустоту, не веря, что это и вправду случилось. — Вот так дела, Арсений Сергеевич… — тихо сказал Шастун, слегка улыбнувшись.       Арсений бежал по лестнице, перескакивая сразу несколько ступенек одновременно. Он не мог поверить в то, что посмел сделать. Ему было стыдно, страшно, мерзко от своего собственного поведения. Но в то же время, на душе стало чуть легче, ведь чувства начали слегка успокаиваться. Следователь просто надеялся, что стажер крепко спал и никогда не узнает о произошедшем. Но последний уже сидел на своей постели, также, как и старший, пребывая в шоке. Оказавшись на улице, Арсений сел в свой автомобиль и поспешил покинуть двор Шастуна. Уже стоя в пробке, на телефон пришло СМС от Дмитрия, что тот уже в больнице и Сергей готов его принять. Положив руку на лицо, Попов откинулся на кресло, чуть не заснув. Встряхнув головой, он вцепился в руль и сфокусировал свой взгляд на дороге. — Все будет хорошо… — сам себе сказал следователь и нажал на педаль газа.       Через час, Арсений уже сидел в кабинете с друзьями, показывая Сергею свое ранение. Пока врач накладывал швы на рану, Дмитрий, скрестив руки на груди, очень скептически рассматривал друга сзади. — Чего ты? — спросил Попов, заметив взгляд друга в отражение зеркала. — У тебя все хорошо? — неожиданно спросил Позов, поддавшись вперёд. Сергей поднял на следователя удивлённый взгляд, но продолжил обрабатывать рану другу. — Ну, если не учитывать факт того, что это уже второй удар по голове, то в принципе, все в норме. — в своей типичной манере ответил Арсений. — А я не про голову. — сказал Дмитрий и поднялся с места. Он подошёл к другу со спины и медленно ткнул в нее пальцем. Попов дернулся. — Больно? И давно ты вернулся на старую дорожку?       Сергей обошёл друга сзади и наконец понял, что имел ввиду Дима. На спине старшего через рубашку можно было заметить ссадины и синяки. Арсений опустил голову, явно подавая вид, что ему нечего ответить. — Арс, мать твою! Сколько можно?! Все уже позади, ты не можешь таким способом изменить что-то! Так ты только себя и мучаешь, неужели до тебя не доходит?! Прекрати это делать со своим телом!       Попов молча слушал, как Дмитрий, не контролируя собой, выливал на него весь свой гнев. Он понимал его, ведь тот просто волнуется за эмоциональное состояние друга. — Я не могу… — тихо прошептал Арсений. Ему было больно, неприятно, стыдно. Он начал быстро моргать, чтобы убрать влагу, подступившую к глазам, и встал со стула. — Мне надо ехать. Спасибо, ребята.       Попов медленно вышел из кабинета под немые взгляды друзей. Они перегляделись и тяжело вздохнули. — Он не остановится. Ему может помочь только новая жизнь. — Или новая любовь…

***

      Ночные улицы, покрытые тонким слоем снега, завораживлаи своей тишиной и спокойствием. Все окна домов были чёрными, лишь луна и уличные фонари служили источником света для людей, которые задерживались по каким-либо причинам и спешили попасть в теплые, мягкие постели. Но были среди них и люди, которые никуда не спешили, а на улице в такое время находились по собственной воле. Арсений был одним из тех самых индивидов, кто вместо того, чтобы набраться сил для предстоящего рабочего дня, предпочёл прогуляться по темным улицам и освежить голову. Вот только путь его пролегал не по асфальту, а по крышам. Ему всегда нравилась высота, экстрим, даже ветер наверху для него дул по-другому. Но целью этой прогулки был вовсе не отдых. Пройдясь до конца крыши 10-этажного здания, Арсений опустил голову. Пустые дороги, тротуары, площадки. Ни души вокруг. Какое спокойствие… Сейчас, можно все изменить. Закончить все страдания, переживания, навсегда уйти из этого мира, полного поганых, мерзких людей, которые всегда получают чего хотят. Всего лишь один шаг-и он навсегда окажется в мире покоя и умиротворения, где никто и никогда не сможет сделать его израненой душе больно. Всего лишь один шаг-и он навсегда останется в месте, где вечное лето, солнце и голубое небо. Всего лишь один шаг-и все шрамы сами затянутся, а боль пройдёт на веки вечные. Черный ботинок медленно встаёт на край, что за ним повторяет и второй. Мужчина смотрит вниз, совсем не ощущая страха, а голову ни разу не пересекла мысль сделать шаг назад. Холодный ветер кажется мягким, приятным, освежающим и даже греющим. Правая нога медленно поднимается и зависает в воздухе. Арсений закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы напоследок наполнить легкие какм можно большим количеством кислорода. Чёрные волосы слегка развевались от игравшего с ними ветра. Тело слегка подалось вперёд. Всего лишь один шаг…       Резкий звонок телефона заставил следователя открыть глаза и досадно выдохнуть. Даже уйти ему не дадут в спокойствии. Он медленно достал смартфон и, прочитав имя контакта, удивлённо изогнул бровь. — Антон? В чем дело? — спросил Арсений, находясь в полном покое, несмотря на место, откуда он вещал свой разговор. — Арсений Сергеевич… мне тут это, в общем не спится… я думал, может вы хотите прогуляться… вы вроде любите по ночам бродить… — неуверенно начал оправдываться голос на том конце линии. Попов улыбнулся и поднял голову вверх. — Знаешь… я думаю, мне бы не помешал сейчас свежий воздух… я заеду за тобой, хорошо? — Ага, спасибо… — сказал стажер и звонок прекратился. Арсений еще несколько секунд слушал гудки, анализируя происходящее. Он последний раз посмотрел вниз и сделал шаг назад. Вдохнув еще раз, следователь застегнул свою зимнюю куртку и пошел в обратном направлении. Уже который раз этот стажер буквально вытаскивает его с того света, даже не подозревая об этом. Но скоро, он узнает, что спасал жизнь своему напарнику, не делая для этого практически ничего. Остановившись, Арсений обернулся на край крыши, где пару секунд назад хотел сделать свой последний вдох. — Не сегодня… — сам себе сказал Попов и поспешил покинуть высокое строение.