История одной Семьи

Тикки Микк сидел и пристально наблюдал за Алленом Уолкером. Аллен сидел и пристально наблюдал за Микком. Это двустороннее наблюдение продолжалось уже час и стало возможным благодаря тому, что оба участника процесса очень хотели просто сесть и не двигаться ближайшую вечность. И теперь упорно выполняли свое желание. А на заднем плане, тем временем… – Не знаю кто ты, Ной, но ты крут! – радостно взревел Винтерс Сокаро и метнул пилу. Алистер раздраженно дернул бровью и отбил оружие затвердевшей кровью. В то же мгновение сзади его атаковал Чаоджи Хан, но был пойман водяным щупальцем Лулу и его отшвырнуло в сторону. Сама Лулу использовала этот промежуток, чтобы вызвать еще Акум и битва на заднем плане началась с новыми силами. Тикки Микк сидел и наслаждался уменьшением гула в своей голове. Теперь, когда он мог ощутить воздействие Сердца, то ощутил, насколько Аллен помогал с подавлением чертовой песни. Даже его нахождение поблизости уже облегчало состояние Ноя… и именно поэтому Тики обязан был его поймать. Чтобы этот чертов гул заглох окончательно! Вот только малыш оказался неожиданно опытен в мастерстве побега (Джасдеби бурчали что-то о проклятом Кроссе) и мечта Тикки нормально выспаться бегала от него со скоростью Аллена, который услышал о долгах Кросса. И вся эта ситуация начинала становится по настоящему идиотской… Микк уже начал подумывать перестать преследовать малыша, чтобы он немного озверел и начал крошить Орденцев. Тогда можно будет поймать его, пока он будет в потрясении, усыпить и спокойно держать в таком состоянии, пока Саманта не закончит… что-то. Единственным минусом этого плана был тот факт, что сон не помешает Четырнадцатому выбраться наружу. Весьма жаль. Эти ребята из Ордена уже успели достать Микка. Они были неожиданно упорны, будто поимка малыша автоматически позволит им выиграть в войне. Хотя… судя по словам Графа, в каком то смысле так и было. Если Сердце обретет тело и доберется до Черного Ордена, то всех экзорцистов можно сразу списывать – долго они не проживут. Как люди, по крайней мере. Экзорцисты были душами, которые недавно вырвались из Чистой Силы (и это знание было весьма жутким. А так же объясняло, сложное отношение экзорцистов к Чистой Силе), поэтому они еще помнили преданность Сердцу. Она могла делать с ними все, что ей заблагорассудится и, скорее всего, превратит их в еще одних Апокрифов… какая мерзость. Вот только эти Апокрифы будут в сотни раз сильнее, чем первый, а так же начнут питать Сердце энергией запертых душ. После Апокриф представит Сердце, как самого великого Апостола бога и часть людей, несомненно, начнет ей молиться. Это даст ей еще силы и позволит захватить еще больше людей… да, благодаря Графу у человечества есть иммунитет, но он не всесилен. Если кто-то будет активно предлагать Сердцу свою душу, то она сможет преодолеть иммунитет и… тут Граф уже терялся, но вряд ли это будет что-то хорошее. В общем-то может повториться история начала правления Сердца – семь тысяч триста лет назад все проходило по схожему сценарию. И снова начнется вечная война между Ноями и Сердцем, пока она снова не придумает что-то особо мерзкое… и это самый положительный вариант, включающий в себя нахождение неуловимой Ноны. Если же Нону они не найдут, то… учитывая теоретическую поимку малыша, то Тикки и Графа можно будет списывать, а значит шансы Сердца возрастут в сотни раз, и таким образом, война против Графа будет выиграна. Вот только никто не будет этому радоваться… Сердце ненавидело Ноев, а все человечество представляло собой их будущие сосуды. В общем… будет второй Судный день, и не будет Графа, чтобы по новой возродить человечество. И все это станет возможным, если Орден поймает малыша. Какая жуткая мысль. Тикки окинул упорного Уолкера печальным взглядом. Аллен ответил ему взглядом настороженным, но с места не сдвинулся. Микк очень тяжело вздохнул и продолжил смотреть. Бьющийся с Лулу Чаоджи краем глаза заметил Ноя, но его снова атаковало жуткое щупальце и экзорцисту стало не до наблюдения за окружением.

***

На белом листе бумаги медленно проступал силуэт печального молодого мужчины, с тоской смотрящего в недостижимую для него даль. – Мма. Тикки грустит – сказал худосочный мужчина с банданой на голове, рисовавший на листе. – Умм – подтвердила маленькая девочка, с интересом смотрящая на рисунок. – Бедный Тикки♥ – рассеяно сказал Тысячелетний Граф – впрочем, не вижу здесь ничего нового.♥ Гораздо важнее… Фриси, девочка, как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил Граф. Недавно найденная и теперь подключенная к куче медицинского оборудования девочка глубоко задумалась. После чего пару раз взмахнула руками и потянулась к повязке, закрывавшей ей рот. Сидящий рядом Фидлер аккуратно отвел ее руки от повязки. – Нельзя – кратко сказал он. Девочка печально на него посмотрела, после чего провела серию странных мычащих звуков, и, в конце, пару раз кивнула и один раз мотнула головой. Фидлер внимательно ее выслушал и понятливо кивнул. – Мма… Она чувствует себя нормально. Но ее малыши хотят дом и кушать – кратко перевел Ной. Все черепа в лаборатории замерли и отошли на пару шагов назад. «Малыши» девочки хотели кушать не в первый раз… и, в отличие от питомцев Фидлера, умели летать и были невидимы. Граф же выслушал своего Шестого и обратился к девочке. – Твои малыши сильно-сильно хотят кушать? ♥ - мягко спросил Тысячелетний. Черепа отошли еще дальше. Девочка же задумалась, после чего отрицательно мотнула головой и промычала что-то еще. Фидлер ее выслушал и повернулся к Графу. – Она может потерпеть, но спрашивает, почему не может поселить пару малышей во мне – спокойно перевел Ной. – Нет! – резко сказала сидящая рядом Эшли. Граф, Фриси и Фидлер молча к ней повернулись. – Моя дорогая, это совершенно нормальная часть взаимодействия Шестых – начал увещевать ее Граф. Эшли уничижительно на него посмотрела, после чего перевела презирающий взгляд на Фидлера. Тот странно стушевался. – Мма, я не настаиваю – пожал плечами Ной. – Но и не споришь – прищурилась Эшли, после чего повернулась к Фриси – только после восемнадцати! Ясно? – сердито спросила Память. Фриси печально на нее посмотрела и грустно кивнула. Эшли побуравила ее подозрительным взглядом еще несколько минут, после чего устало вздохнула и повернулась к Тысячелетнему. – Возможно вам кажется, что я перебарщиваю, господин, но… я видела разум первой Фриси, поэтому прекрасно понимаю обычаи Шестых – взгляд Эшли был полон сожаления, будто она никогда не хотела подобного понимать – Возможно вы не знали, или не помните сейчас. Все-таки ваш разум… кхм… в общем у этих ребят есть несколько типов паразитов. И один, особый, для… эм… «отношений» так сказать. И когда Фриси говорит о малышах, она имеет ввиду именно этих, поэтому я совершенно против! Ей только девять лет, ради бога! – сердито сказала Эшли, покосившись на Фидлера. Тот выглядел немного грустным. Сидящая рядом Фриси тоже не была образцом радости, но вот Граф, кажется, проникся. – Оу – осознал Тысячелетний, после чего… медленно повернулся к Фидлеру. Тот вздрогнул. – Мма, я не имел ввиду ничего такого – быстро сказал художник – и я не помню многого об «этом»... может первый Фидлер знал, и все, кто после него, но не я. А теперь я знаю и если нельзя, значит нельзя! – уверенно закончил Ной. Граф медленно отвернулся. Фидлер выдохнул. – Ладненько, с этим разобрались♥ - преувеличенно бодро пропел Тысячелений – а теперь… кажется мы хотели сделать что-то еще? ♥ -странно неуверенно спросил Адам. Все в зале грустно на него посмотрели. С тех пор, как Граф пропал в последний раз, ему стало немного лучше, но.. эффект стал сходить на нет. Теперь Тысячелетний мог контролировать себя около часа и то, только если задача была крайне важной. А потом он неумолимо сдавал и… – Господин – сказала появившаяся сзади Мечта – пойдемте. И, мягко взяв его за руку, переместилась. В лаборатории остались сидеть Фриси, Фидлер и Эшли. Повисла тяжелая тишина. – Мма… вам не нужно в библиотеку? – спросил Фидлер, глядя на Память. Та окинула его уничижительным взглядом и осталась сидеть на месте. Фриси грустно на нее посмотрела и дернула за рукав. Эшли перевела взгляд на нее. – Умм. амма, ммунг – промычала девочка, размахивая руками. – Нет – резко сказала Эшли – пока он не уйдет, я буду здесь. – Ммммм, умм, умп – многозначительно сказала Фриси. Эшли только вздохнула и похлопала девочку по голове. – Ты необъективна, друг мой – печально сказала библиотекарь – боюсь это тянется из далекого прошлого… в общем, этот парень – и тут Эшли ткнула в Фидлера – опасен. И я не позволю вам находится наедине, пока ты не подрастешь и не поймешь некоторые вещи. Например, что не стоит делать «это» с кем попало – сурово закончила Память. – Мма, это немного грубо – спокойно сказал Ной. Эшли уничижительно на него посмотрела. – Ей девять лет – отрезала она – и я прослежу, чтобы ты не совал в нее ничего лишнего, пока она не вырастет! –глаза Эшли горели огнем истинной решимости. – Я и не собирался – сказал рассеянный художник. Эшли скептично хмыкнула. – Я помню тебя и твой разум. В конце концов, мне пришлось считывать Фриси, после вашего плотного взаимодействия. Поэтому я знаю о твоих проблемах с женщинами… или кто у вас там был вместо них. Твои паразиты были слишком сильными и жрали всех остальных. Всех, кроме бабочек Фриси, ведь они находятся в «другой» плоскости… и я в курсе о том, что у таких как ты нет слишком молодых или слишком старых. И если Фриси действительно милый цветочек невинности, то ты тот еще козел… так что имей ввиду. Я слежу за тобой – прошипела Эшли. Фидлер очень внимательно на нее посмотрел, после чего перевел взгляд на немного усталую Фриси. Та грустно что-то промычала и пожала плечами. Эшли услышала это и встрепенулась. – Нет у меня психологической травмы! – обиженно сказала Память – ты же помнишь, как эти паразитические ребята охотились за тобой! Я же восстановила этот кусок! Они всегда пытались тебя схватить! Да ты была на втором месте, как цель для захвата… первой была госпожа, потом ты – тут Эшли стала загибать пальцы – потом эти прислужники психа ученого, охотящиеся за Мирой… маньяк чертов… а потом близняшки. Ты на втором месте Фриси! – обеспокоенно воскликнула Эшли. Фриси снова что-то промычала и сочувствующе похлопала Фидлера по руке. Эшли обиженно надулась. – А мне плевать на его потребности, и как тяжело ему было без женщины -пробурчала библиотекарь – тем более, если ради этих потребностей он готов на подобное, то сейчас дела еще хуже. Он же прямо здесь! -печально сказала Эшли. Фриси посмотрела на нее еще печальнее и снова что-то промычала. – Только через мой труп – прошипела взбешенная Эшли – вы НЕ будете ничего друг в друга пихать, пока я хожу по этой земл… в смысле, пока ты не подрастешь – быстро исправилась Память. Но, судя по глазам двух Шестых, ее оговорку заметили. Эшли посуровела и решительно отвернулась, доставая книгу. Фидлер очень грустно вздохнул и начал погружать «того» паразита в спящее состояние. Судя по сосредоточенной Фриси, она занималась чем-то похожим… и, разумеется, ни Фидлер, ни Фриси не хотели этим заниматься, но… теперь Фриси помнила Эшли и передала часть своих знаний Фидлеру. Благодаря этому Ной осознал одну очень печальную вещь… на первый взгляд, казалось, что Вайзли гораздо страшнее, чем Эшли. Но на деле… оба менталиста были весьма жуткими и коварными существами. Сила, позволяющая менять воспоминания цели была ужасающей в умелых руках и Фидлер не хотел испытать ее на себе. При желании Эшли могла заменить память не только ему, но и его паразитам, что делала в далеком прошлом первого Фидлера. Благо женщина совершенно не осознавала, насколько ненормальным было то, что она проворачивала, и насколько это ужасало всех владельцев паразитов, нападавших на нее. Фидлер вздохнул и вернулся к зарисовке происходящего с Чаоджи Ханом. Фриси заинтересовано склонилась над листом бумаги и в лаборатории повисла долгая тишина.

***

Некоторое время назад Аллен начал очень серьезно задумываться о своей жизни, о месте в ней и, главное, что всем этим #@$% от него надо!? – Ты хоть спишь? – мрачно спросил Уолкер у Тикки Микка. Дело происходило глубокой ночью… возможно часа в четыре утра, Аллен не уточнял. Ему было откровенно плевать. Единственное, чего он хотел, это лечь и не двигаться несколько десятков лет. Судя по глазам напротив, Тикки мечтал о том же. – Нет – кратко ответил Ной – гул мешает. Аллен понимающе кивнул и перевел взгляд на печальную девушку подростка. В ее руках был поводок, идущий к жуткому созданию, которое она ласково звала «собачкой». – А тебе что мешает? – спросил седой парень, стоявший на улице маленькой индийской деревни. В последнее время он даже вежливую форму речи не использовал, настолько задолбался. – Родственные узы и груз ответственности – грустно сказала она – хотя, в последнее время, я просто хочу тебе врезать. Хорошенько так, чтобы даже тебя проняло, тупой брат. Я для этого даже Мясорубочку притащу – мечтательно сказала девочка. Тикки Микк кивнул и ласково улыбнулся. – Тем более, мы с сестрой можем работать посменно – спокойно закончила близняшка – а вот Тикки-пона совсем жаль. Он пашет 24/7. – Ну – равнодушно заметил Аллен – его иногда подменяют. Кстати, а где все? – с легким интересом спросил парень. Ему казалось, что за эти три недели он общался с Ноями больше, чем со всеми остальными людьми вместе взятыми. Даже учитывая ребят из Ордена… Нои были просто быстрее. – Работают – пожала плечами девочка. Тикки почти не разговаривал, от чего Аллену стало странно совестно… выглядел Ной так, будто уже умер и передвигается чисто по привычке – захватывать мир дело непростое. – Это да – умудренно кивнул Аллен – полагаю вам в этом сильно помогает этот Шерил, да? – с робкой надеждой спросил Уолкер. Он встречался с этим садистом лишь один раз… ему хватило. Девочка и, главное, Тикки, странно передернулись. – Он очень занят – быстро сказала близняшка – и НИКТО не будет его от этой работы отвлекать! – За тобой гоняться проще – кратко пояснил Тикки – меньше проблем и объемов бумаги. И там и там не спишь и пашешь… здесь хоть свежий воздух и новые места – философски протянул Ной. – Да – печально подтвердила близняшка – зато теперь я не могу винить этих двоих за садизм. Тут бы любой поехал крышей. Двоих? – подумал Аллен и уже открыл рот, как… – Аллен Уолкер, вы арестованы! – разнеслось по улице. Все синхронно туда повернулись. – Вот не спиться людям в четыре часа утра в глухой индийской деревне – раздраженно сказала близняшка. Тикки только вздохнул и резко метнулся к Аллену, который оперативно переместился в вспышке света. Микк печально посмотрел на пустое место и повернулся к близняшке. – Жучок посажен, правда, тупой брат быстро его найдет. Но, если он успеет укорениться и впрыснуть токсин, дело пойдет бодрее – спокойно сказала Джесс. Микк молча кивнул и, подхватив девочку, переместился. У него было около часа, прежде чем Нова и Джесс обнаружат малыша по новой… нужно было успеть поесть. Тем временем, женщина, стоявшая в очереди на билет в Индию тяжело вздохнула и покинула очередь. После чего странно закрутилась на месте и остановилась, когда ее взгляд устремился в сторону Китая. Евангелина Барнет тоскливо туда посмотрела и пошла к международной карте, пытаясь понять, куда занесло ее болезную собаку в этот раз. И не лучше ли подождать, когда Элен переместиться поближе и сэкономить на межконтинентальном путешествии. Этой бедной женщине предстоял долгий путь, прежде чем она, и ее собака, наконец, встретятся. Но она была по настоящему упорна.