Цзяо-Цзяо

      У каждого человека, хотя бы раз в жизни, происходит переломный момент, когда он вдруг осматривается и думает: «Как я сюда попал? И что я тут делаю?» и вроде повода задумываться нет, но все равно, что-то внутри скребет, заставляя переосмыслить прошлое и вспомнить, не упустил ли ты что-то важное в своей жизни.       У Ван Линцзяо как раз настал этот момент. Крепко сжимая, когда-то злополучный лук, она своим телом закрывала плачущего ребенка от обидчиков. Все ее сущность была наполнена иррациональным гневом: «И эти шакалы еще смеют называться адептами Великих орденов!». Обидчиков было не мало, около десяти адептов и все они из разных орденов, которые как коршуны налетели на одного беззащитного, не способного дать отпора, ребенка. Большинство обидчиков было из ордена Не, но среди них мелькали золотые одежды ордена Цзинь и белые Вэнь. Вокруг них понемногу стали собираться зеваки, заинтересованные тем, что произойдёт дальше. Они уже начинали потихоньку перешептываться между собой, узнавая в действующих персонажах знакомые лица. Энида бросила косой взгляд на толпу, раздраженно выдохнув. «Что я здесь делаю?».       Энида, по правде говоря, сегодня выходить никуда не собиралась. За окном, уже неделю, стояла удушающая жара, а в связи с праздником, у нее было полно свободного времени, которое она тратила нежась в кровати. Не самое полезное занятие, но Эниде было все равно, главное, что она хорошо отдохнула от учебы. Поэтому переполненная силой и энергией, она решила, что неплохо было бы проветриться, ведь на улице она не была уже несколько дней. Немного подумав, она взяла с собой лук и колчан со стрелами, которые ей официально вручил Ван Чжу, после того как та стала попадать по мишеням, и которые, так же официально, валялись в ее комнате без дела. Увидь кто-нибудь, что она бездельничает, ее припахают к какой-нибудь работе, а так шанс избежать добровольно-принудительного рабства значительно повышается. Успешно миновав служанок, она вышла за кованые ворота, медленно направляясь к своей любимой поляне. Ее она нашла случайно, когда в очередной раз спасалась бегством от нудных и принципиальных наставников. Поляна была окружена почти что ровным полукругом вековых дубов, сквозь кроны которых пробирались озорные лучи солнца — идеальное место для уединения, но не успела Ван Линцзяо свернуть на нужную дорожку, как услышала шлепок и чей-то вскрик. Ввязываться в чью-то стычку совсем не хотелось, но любопытство оказалось сильнее здравого смысла, поэтому как герой дешевых дорам, она поспешила в ту сторону, откуда слышала крик. Увиденная картина ее совсем не порадовала. На земле ссутулившись, закрывая голову, лежал силуэт похожий на ребенка, а над ним, словно горы, возвышались высокие подростки. Ван Линцзяо нахмурилась. Что ребенок, что те подростки были в одеждах ордена Не и ввязываться в избиение, было черевато не только здоровьем, но и интрижкой между орденами. Не известно еще за что они решили проручить ребенка, может он совершил серьезный проступок, старшие адепты имели право наказать за это низких по «званию» ребят, даже таким способом. Уже собираясь уходить, Энида краем глаза увидила подходящих подростков и услышала насмешливое фыркание одного из них. — А я думал это ложь, — он говорил специально громко, что бы ребята, что находились рядом и невольные свидетели слышали его слова, — Точно подкидыш! — и ухмыльнулся, сложив свои руки на груди, закрывая клановый рисунок ордена Цзинь. Рядом находящиеся расхохотались. Кажется ребенок на глазах стал еще меньше. — И как, такого-то, в ордене терпят! — засмеялся только подошедший ребенок в белых одеждах. По алому рисунку огня на подоле и рукавах, Ван Линцзяо определила, что он был из ордена Вэнь. Набрав небольшую толпу зевак они стали говорить тише, но даже так, до Эниды долетали насмешливые отрывки оскорблений. Девушка закусила губу, она никогда не была ни бойцом за справедливость, ни патриотом, ни, тем более, героем. Она простой человек, со своими слабостями и страхами и спасать кого-то не в ее характере, но… — Оставьте его в покое! — она вышла из толпы и упрямо уставилась на обидчиков. Энида не за что не простит себя, если не заступится за человека, который нуждается в помощи. Новый персонаж в представлении, привлек еще больше народу и вокруг них собрался неровных полукруг зевак. Один из обидчиков грозно посмотрел в её сторону и хмыкнул: — Уходи, пока цела, — но Энида лишь ближе подошла к ребенку, закрывая его своим телом. Высокий шатен, от чего-то заметался и что-то прошептал на ухо говорящему. Его взгляд недоверчиво прошелся по девочке, а после он и вовсе испуганно покосился в её сторону, — Прошу прощения, молодая госпожа Ван, — поклонившись. «Узнали», — человек на земле, кажется, испуганно дернулся и перестал всхлипывать. Энида сбросила с себя оковы страха и свободно вздохнула. Да. Это они на чужой земле, это они гости, а она здесь хозяйка, ей нечего бояться. Она только собралась начать разговор, как её перебил чужой голос. — Что здесь происходит? — спросил молодой человек, который только что подошел к ним. Ван Линцзяо приметила, что он обладал приятной внешностью. Карие глаза, внимательно прошлись по ребятам и задержали свой взор на ребенке, который до сих пор валялся на земле, после чего юноша поднял глаза на Эниду, — Прошу прощения, мои люди похоже доставили вам хлопот. Обещаю вам, что накажу их по всей строгости, — его тихий голос пробирал до мурашек и заставил сперва замереть девушку в ступоре. Ван Линцзяо растерялась, но покланилась в ответ, подняв глаза. Молодой человек был из клана Вэнь, с отличительной чертой от других мальчишек, которые были белыми от страха и сливались со своими одеждами, на его одеждах был рисунок солнца и украшения на голове, которые носили лишь члены правищей семьи Вэнь. «Ах, неужели это Вэнь Сюй?». — Рассчитываю на вас, — решив не задерживать юношу, ответила Энида. Вэнь Сюй посмотрел на ребят и грозно произнес: — Чего застыли? Вам нужно особое приглашение? — мальчишки в белом, как болванчики затрясли головами и опустив взор двинулись по направлению в резиденцию. Вэнь Сюй смерил взглядом адептов Цзинь, — Про ваше поведение я расскажу главе Цзинь, думаю ему не понравиться то, что вы вмешиваетесь в дела чужого ордена, советую вам лучше добровольно принять наказание, — и кивнув на прощание Ван Линцзяо, двинулся в следом за неровным строем провинившихся ребят. Толпа медленно разошлась и Не увидев, что поддержки больше нет, сами двинулись вслед за остальными. «Все-таки, Вэнь Сюй, хороший малый. На его месте другой прошёл мимо». Энида кинулась помогать ребенку. — Эй, — она затормошила его за плечо, — Вставай, — но видя, что нет никакой реакции, встала и потянула ребенка за руку, с удивлением ощутив легкость тела. На секундочку ей подумалось, что это была девочка, но мужские одежды быстро развеяли её сомнения. Не смотря на лицо, она увидела на земле, красиво разрисованный сломанный веер. Её глаза расширились и она быстро повернула голову в сторону мальчика. — Не Хуайсан?!