Заключённый

Дино открыл глаза, возвращаясь в реальность, из царства сновидений. Последние дни он не просыпался, а скорее воскресал, чувствуя себя ещё более уставшим, нежели ранее. Виной тому был его арест, множество судов, на которых его адвокат тщетно пытался сделать хоть что-то, чтоб облегчить участь парня. Однако Дино гарантировано не выпутался бы, даже будь его защитником сам Бог. Далее его ждала долгая перевозка в тесном автобусе, и вот он тут, в холодном, как склеп карцере-одиночке. Он не знал, сколько времени спал, и который был час, однако желудок сводило, сдавливая в мучительной боли. — Конченный гастрит. Ругнулся Дино. За стеной послышался смех, громкий и злорадный. — Ну и угораздило же тебя попасть в карцер, да ещё и с гастритом. Открою тебе тайну, здесь нас будто не существует. Повезёт, если кто вспомнит и отведёт в столовую. Дино устало простонал, падая лицом в подушку, скручиваясь калачиком от невыносимой боли. — Хреново же тебе Заметил Люцифер, прильнув к зарешёченому окошку, соеденявшему камеры-одиночки. Дино ничего не ответил, у него банально небыло на это сил. Брюнет ещё минут десять глядел на корчащегося соседа, словно пытаясь на что-то решиться, а затем на пол в камере блондина что-то упало. Грэйс взглянул на источник шума. Это был небольшой мюслевый батончик, вероятно брошенный ему Люцифером. — Спасибо Тихо сказал парень, поднимая с пола лакомство. Брюнет пропустил благодарность мимо ушей. Его явно волновало что-то другое.

***

Никто из парней не знал, сколько времени прошло с тех пор, как они сюда попали. В какой-то момент обе их двери одновремено щёлкнули, и снаружи раздался громкий голос надзирателя: — Грэйс, Денница, на выход. Они повиновались, выползая из своих тусклых одиночек на свет, щурясь, от слепящих ламп. Как следует проморгавшись и протерев глаза, они взглянули на стоящих в коридоре людей. Трое рослых, крепких мужчин в синей форме, с дубинками не внушали особого желания с ними контактировать. — Уху, да мы с тобой с конвоем пойдём. Не помню, когда меня последний раз такое колличество народу провожало. Воскликнул Люцифер, язвительно скалясь. Однако выпад его был проигнорирован. Надзиратели подхватили Дино под руки, сводя их у него за спиной, заковывая в наручники. — Шуруй отсюда, Денница, нет у нас времени за тобой хвостиком ходить. Только смотри мне, херни не исполняй, как ты это делаешь обычно. Обратился к Люциферу бородатый мужчина в форме. Брюнет нахмурился, глядя на новенького, чуть прищурившись. Сказать, что в его голове возник небольшой десонанс — ничего не сказать. Впервые его вот так просто отпускали, впервые за кем-то в карцер приходили сразу трое надзирателей, впервые с ним общались на равных, без страха и опаски. Блондина увели, крепко держа за руки, чуть ли не волоча его за собой. — Кто же ты такой, Дино?

***

Люди в форме привели Дино туда, куда ему, пожалуй, больше всего хотельсь попасть — в столовую. У входа стояла девушка в синем. Она подошла к остальным надзирателям. — Вики, Энди, справитесь тут без нас, нам с Эшем на патрульные точки надо. Обратился к девушке и худому парню с бородой крепкий мужчина, ростом под два метра и хриплым басом. — Конечно, Джо, не переживай. И надзиратели по имени Джо и Эш удалились из помещения. Энди грубо, и необычайно сильно, для его телосложения, пихнул Дино в спину, направляя его к столу, в конце зала, за которым никто не сидел. Такое себе «место для избранных» Разумеется, белобрысый хотел бы сесть рядом с Ади, Семми, ну или Геральдом на крайняк, но его желания однозначно никем не учитывались. Его силком усадили за, а затем раздался громкий щелчёк, где-то в районе икр. Дино закатил глаза, оглянувшись на тюремщиков. — Серьёзно? За каким хреном вам понадобилось скреплять мне ноги? — Приказ начальства, он тебя не касается, сиди не рыпайся, уже натворил дел. Рыкнул парень, отвешивая блондину подзатыльник. — Энди! Негодующе воскликнула девушка, наклоняясь к блондину. — Ты в порядке? Участливо поинтересовалась она. Дино взглянул на тюремщицу, в голове у него пронеслась весёлая мысль, закрепившаяся там крепкой асоциацией: «Кошечка» Именно этот образ возникал перед его глазами, при виде девушки. Хотя, она действительно чем-то на неё походила: плавные грациозные движения, тихая, нежная, даже чуть ласковая манера речи, мендалевидные серые глаза, что благодаря макияжу, по форме своей напоминали кошачьи, да и рот тоже был отдалённо похож. — Вполне. И всё же мне несколько льстит тот факт, что вы меня считаете вторым Джеймсом Бондом. Улыбнулся Дино, глядя девушке в глаза. Она на секунду застыла, обезоруженная взглядом васильковых холодных глаз, словно гипнотезировавших её. — Давай, в жопу его ещё поцелуй! Энди явно не нравился тот контакт, что установился между его напарницей и заключённым. — Не будь таким злым, Эд. Вики тряхнула пушистыми русыми волосами и выпрямилась, осуждающе глядя на бородатого. — Ой, точно, забыл, ты же у нас падкая на всех симпатичных мужиков, плевать, кто они, верно? Язвительно выплюнул он. Между надзирателями завязалась перепалка, в ходе которой они отошли от Дино, повернувшись к нему спиной. Блондин, засмотревшись на подтянутую задницу Уокер, вдруг заметил, что из кармана её брюк достаточно сильно торчит шокер. В его бедовой головушке пронеслась мысль о том, что в этой тюрьме он мог бы ой как пригодиться. Блондин аккуратно дотянулся до оружия, сцепленными наручниками руками и удобно перехватив, медленно, и абсолютно незаметно вытащил из кармана. А затем, с быстротой молнии, выпрямился, запихивая шокер под бельё. Благо, штаны были на добрые два-три размера больше и висели на нём мешком, так что под ними не то, что шокер, самурайскую саблю можно было спрятать. Уокер даже ничего не заметила, продолжая в негодовании кричать на напарника. Дино оглядел других посетителей столовки. Среди них был и Ади, что неотрывно глядел на блондина. Их взгляды встретились, и Грэйс очтчётливо заметил удивление и недоумение на его лице. Оно и понятно, вряд ли кого-то из новеньких в первый же день здесь наряжали в чёрное, так ещё и конвоировали чуть ли не всем составом, надев наручники и пристегнув друг к другу лодыжки. У рыжеволосого явно было много вопросов, на которые Дино предпочёл бы не отвечать. — Эй, галёрка, если вы планируете и дальше меня сопровождать, советую поторопиться, мне надо в уборную. Крикнул Дино всё ещё ссорящимся надзирателям.

***

Они вместе дошли до туалета. Энди впихнул блондина в кабинку, грозно предупреждая. — У тебя есть пять минут. И дверь захлопнулась. Дино быстро оглядел пространство вокруг. Не обнаружив никакого потенциального укромного местечка, он тихо, стараясь не шуметь, вскрыл бачек, что и так держался на соплях, изоленте и честном слове. Отодрав кусок изоленты, Дино прикрепил шокер к обратной стороне бачка, а затем водрузил его обратно. Все эти манипуляции он произвёл так быстро, тихо и проффесионально, будто всю жизнь этим занимался. Хотя от части это было правдой, ведь детство в его приюте уж точно нельзя было назвать радостным и вседозволенным. Поэтому прятать «запрещённые» предметы голубоглазый умел великолепно. Он смыл воду и вышел из кабинки, позволяя волочь себя дальше, в неизвестном направлении.

***

Послеобеденный досуг заключённые проводили по разному. Люцифер, к примеру сидел в местной библиотеке, но вовсе не от того, что любил читать. Виной тому стал Дино, за которым он наблюдал, пытаясь что-то для себя понять. Белобрысый, видимо, действительно интересовался книжками, ведь торчал тут уже битый час, а может и два. Ну, а вместе с ним, за компанию и Энди Милстоун с Вики Уокер. Им тоже было явно скучно. Брюнет абсолютно не понимал, что парень нашёл в этом бессмысленном наборе букв, сложенных в слова. Ни одна книга в мире не способна заинтересовать Люцифера больше, чем на две минуты. Вики явно была такого же мнения, но всё же делала вид, будто сама обожала читать, листая одну из новых книг, название которой она едва ли знала. — Слушай, Дэниал, а что ты читаешь? Поинтересовалась она, наклоняясь ближе к блондину. — Преступление и Наказание, Достоевского. Ответил парень, не отрывая глаз от текста. — Символично, не правда ли? Гоготнул Энди, закрывая пособие по применению холодного оружия — единственную прочтённую им за последние восемь лет книгу. — Не думаю. Сказал Дино, всё ещё погружённый в текст. — И почему же? Не считаешь, что это на тебя похоже, ты совершил переступление, сейчас отбываешь наказание. Хмыкнул тюремщик. Дино взглянул на него так, будто перед ним сидела одноклеточная амёба. — Эд, ты дурачёк? Спросила Уокер. Она сама едва понимала, о чём речь, но старалась выглядить умнее на его фоне. — Ну, раз вы такие просветлённые, обьясните мне, челяди неучёной. — Главный персонаж книги совершил убийство, пытаясь проверить свою филосовскую гипотезу, а затем бесконечно мучался совестью, пока сам не признался в содеяном, обрекая себя на каторгу, во имя любви. Объяснил белоголовый, вновь погружаясь в чтение. — Он типо сам себя сдал? — Что-то вроде того, а подтолкнула его к этому девушка, которой он сознался. Энди умолк, потеряв интерес к этой теме, а вот Вики оживилась, вновь отвлекая Грэйса. — А какие у тебя любимые книги? Тот призадумался — Ну, «Сияние», «Бесы», «Легенда о сонной лощине» и «Американский психопат» наверное, ну может ещё «Голодный дом» и «Убийство на улице Морг». Вики сделала умное лицо, будто прекрасно понимает, о чём он говорит. — Ой, мне тоже нравится «Сияние», классная книга Воскликнула она. Энди выплюнул смех в кулак, сдерживаясь от вселенского хохота. Он как никто другой знал, что Уокер книжку покупала последний раз, лет пять назад, да и то, из-за красивой обложки. — Ага, очень интересно, про что же она, Викуся. Знаешь, сегодня так много нового о тебе узнал. Оказывается ты у нас добренькая, и преступников тебе жалко, хотя неделю назад ты вместе со всеми Гремори избивала дубинкой. Так ещё и литературой увлекаешься. А я ведь и не припомню, когда ты читала что-то помимо состава на йогурте, и читала ли вообще. Подколол зазнайку Энди. Вики провела большим пальцем по шее, показывая, что она сделает с парнем, если тот не заткнётся. Люцифер устало потёр глаза, наблюдение за этой картиной его весьма утомило. — Феня, дело к тебе есть одно, денежное. Обратился он к только что подошедшему мужчине. Высокий, плечистый, однако в возрасте, с абсолютно седыми волосами и грубыми бледными чертами лица, он с интересом глянул на брюнета. — Какое же, Люц? — Видишь вон того парня, с двумя надзирателями. — Ну и? — Мне нужно, чтоб ты его разговорил, узнал о нём и о его личности всё, что можно, и нельзя. Кто он такой, за что сдесь, почему его конвоируют, какие хлопья ест на завтрак, словом всё. — Как думаешь я это сделаю, вокруг него круглосуточно эти чертилы с дубинками ходят. — Их возьму на себя, не проблемма, главное добудь из него всю информацию, ты знаешь, я щедро заплачу. Фенцио оскалился, глядя на Дино, чуть прищуренными голодными глазами. — Могу ли я сделать это в «своём стиле» Люцифер поморщился. Он отлично ладил со стариком, однако до сих пор не свыкся с его извращенскими наклонностями. А именно кинком на таких вот маленьких мальчиков-зайчиков. — Делай, что хочешь. Выдавил он, кривясь от омерзения. В глубине души ему было жаль блондина, ведь Люци знал, что любит творить Фенцио, когда выбивает информацию.

***

Дино вошёл в туалет, воровато озираясь, проверяя, не следит ли за ним кто. Его «хвост» наконец от него отвязался, при чём не без помощи Люцифера, что так кстати оказался в библиотеке. Зайдя в нужную кабинку, он открыл бачёк, доставая из него электрошокер. Затем включил, проверяя прибор. Тот работал исправно, без перебоев. Дино запихнул его в карман, вышел из кабинки и направился к умывальникам, как вдруг кто-то схватил его за плечо. Парень резко развернулся, наблюдая перед собой седого мужчину. — Что-то не так? С опаской спросил Дино. — Нет, зайка, всё так. Не успел блондин что либо сказать, как оказался прижат к стене. Рука мужчины нагло коснулась его паха, а вторая сомкнулась на горле, не давая вырваться. Дино криво ухмыльнулся, глядя ему прямо в глаза. Фенцио несколько опешил от такой смелости, но взгляда не отвёл. Блондин откинул голову к стене, расслабляя всё тело, поддаваясь властным движениям, а затем тихим, чуть хрилым бархатным голосом шепнул: — О да, трахни меня, папочка.

***

Грэйс, шатаясь дошёл до одиночки, в которой должен был находиться. Он без сил упал на кровать, утопая лицом в подушке. Это был тяжелый день и ему определённо нужен был сон. Его руки безвольно опустились на кровать, оставляя на белых простынях багровые пятна.