Ветер и Огонь

      Следующую неделю Саске провёл в своей квартире, изредка выбираясь за её пределы. Кардинальные перемены в жизни, как у него, пугали и поселяли необъяснимую пустоту внутри. В голове мысли сбивались в кучу, аппетит пропал, бессонница то мучала, то отпускала, иногда он спал целыми днями напролёт. Стены давили. Поздними вечерами, когда на улице становилось совсем безлюдно, он покидал своё скромное жилище и уходил в сторону лесной местности. Здесь можно было найти тихую поляну с камнями и развалинами, оставшихся после разрушений. Мимо не проходило ни одного человека. Такое место прекрасно подходило для тренировок, чтобы поддерживать навыки и привыкать к отсутствию второй руки. У последнего Учихи изъяли катану, кунаи и сюрикены, но для настоящего ниндзя и вилка заменит оружие.       После упорной тренировки Саске забирался выше по горе, чтобы найти каменный валун, на котором можно расположиться и отдохнуть. Отсюда, как на ладони, открывался вид на огни фонарей, рассыпанных по ночной Конохе. Только оставшись наедине с собой в окружении природы с прохладой, стоящей в воздухе, он мог наконец-то поесть и разобраться со своими мыслями, появлялся хоть какой-то мизерный аппетит.       Пока Саске доедал онигири, сидя на ровной каменной поверхности, навалившись спиной на другую горную породу сзади, он витал в своих размышлениях, собирая в своём разуме пазлы из воспоминаний и слов, сказанных ему разными людьми. Какаши-сенсей, как и обещал, регулярно навещал его, чтобы известить о положении дел. Учиха узнал подробности собраний, проводимых по поводу его освобождения из тюрьмы. Перестать об этом думать было невозможно. Из пятёрки каге нукенина поддержали всего лишь двое: Какаши, как представитель требующих помилования, и Гаара. Даже Страна Железа, сохраняющая ранее нейтралитет, занимала позицию обвинителя, так как Учиха нанёс серьёзный урон самураям, когда ворвался на собрание Пяти Каге и стал международным преступником. Конечно же, не обошлось без упоминания о снятии Бесконечного Цукиёми, но Саске не считал этот поступок добродетелью. Героем, спасителем, достойным бойцом в великой войне или кем-то ещё он себя назвать не мог. Сколько бы заслуг ни набралось за его спиной, грехи, совершённые в прошлом, они не отменяли. Замкнутый круг ненависти. Саске жил в нём и боялся, что находится за его пределами, колеса насилия, давящего любого, кто окажется внизу, даст слабину. Он не представлял, как выглядит прощение, что это за чувство. Младший брат вспоминал слова старшего, Итачи: «Тот, кто не способен принять себя настоящего, непременно потерпит поражение». Саске терпел поражение до сих пор в борьбе с самим собой. У него всегда была цель, хоть и полная мести, но тем не менее. Сейчас Последний Учиха не видел будущего, где он находит своё место. Однако, есть ошибки, которые можно и нужно исправить, чтобы обезопасить деревню и близких, как минимум, от последствий его поступков.       — Да, почти всё готово к тому, чтобы ты отправился в Скрытое Облако. Я уже послал охрану, которая встретит вас. Тебя будут сопровождать трое шиноби. Главное — это не привлечь внимание, после войны трудно предугадать намерения людей, — задумчиво говорил Какаши, смотря на разложенную карту на столе. В резиденции Хокаге на удивление было тихо.       — Какаши, можешь не говорить Наруто о моём отъезде? — Саске сидел напротив за столом, смотря в одну точку на стоящей рядом кипе документов, отчётов. Глядя на стопку, он думал о том, что мечту стать хокаге можно назвать безумием.       — Почему Наруто не говорить об этом?       — Вы его знаете.       — На самом деле, я тоже об этом думал, — Какаши демонстративно вздохнул, — Правда, он всё равно потом узнает и будет ворчать, потому что мы не доверили ему такую миссию. А так, пока Наруто не знает, у нас будет шанс, что он не увяжется за тобой в Скрытое Облако.       Глядя в окно, Учиха погрузился в свои мысли. Стоял яркий солнечный день. Уважительно кивнув, он направился к выходу, дабы удалиться.       — Саске, — окликнул его Какаши, подошёл и положил руку на плечо по-отцовски, — Вижу, что ты не находишь себе места. За последние годы ты пережил многое, и сейчас тебе тяжело, ведь ты отказался от своих прошлых целей. Наверное, сейчас ты думаешь о том, во что же тебе верить. Не мне судить правильные или неправильные были твои цели, у тебя были свои причины. Итачи... — тут Какаши помедлил, вспомнив, что он один из тех единиц людей, которые знают правду о клане Учиха, — Я не так хорошо его знал, как ты, хоть я и был его товарищем, когда мы служили в АНБУ. Не знаю, что выйдет из твоих переговоров с Райкаге, но знаю точно, что ты встретишься лицом к лицу с собой, той ненавистью и её последствиями. Думаю, Итачи бы верил в то, что ты найдёшь ответы на свои вопросы.       — Спасибо за всё, — почувствовав облегчение, Саске стало спокойнее.       — Но у тебя есть и сила. Ты, как никто другой, ценишь и маленький луч света во тьме. Кстати, Наруто сегодня выписывают из больницы, тебе бы поспешить, — Какаши улыбнулся и вернулся на своё место Хокаге.       Здание за зданием. Печать, поставленная на руке, хоть и сдерживала чакру, тем не менее позволяла быстро передвигаться и перепрыгивать с одной крыши на другую. Саске предпочёл остаться незамеченным, поэтому не показывался на людях, хотя в деревне шиноби это было трудно. Послышались знакомые голоса. Притаившись, он заметил идущего Наруто в окружении его друзей: Сакуры, Сая, Шикамару и Чоджи.       — Как же я скучал по рамену. Уже задолбала эта еда в больнице, я думал, что помру.       — Какого чёрта, Наруто?! Эту еду, между прочим, готовила я! — Сакура со всего размаха ударила Наруто, сопровождая кулак с гневными ругательствами.       — Сакура-чан, за что ты так со мной?       Смотря на происходящее, Саске улыбнулся. Навевало воспоминаниями.       «Всё такие же шумные», — подумал Учиха и скрылся за другими зданиями, уходя прочь. Спуститься к ним так и не решился. В памяти возник тот момент, когда он появился на поле боя после воскрешения четырёх Хокаге. Вспомнились взгляды его товарищей. Недоумение, недоверие, враждебность. Тогда ему было плевать на мнения кого-либо, будь они товарищами или сильнейшими шиноби, вроде каге. Сейчас Саске был в замешательстве. Как вернуться в то место, которое он покинул несколько лет назад, хотел уничтожить, забыть? Телом он вернулся в Коноху, но готова ли сама его внутренняя суть вернуться домой? Саске не знал, возможно ли это вообще. Застыв на одном месте, Наруто сверлил взглядом верхушку одного здания.       — Наруто, что с тобой? — позвал его Шикамару, вглядываясь в тот же дом, но он ничего не заметил.       — Показалось, — Узумаки, опустив взгляд, поспешил за своими друзьями.       Темнело. На улицах Конохи народ расходился по домам. Оглядываясь вокруг и сравнивая с прошлыми воспоминаниями о деревне, Саске бродил по кварталам. Он впервые позволил наконец себе подобное.       — Саске-кун...       Услышав сзади женский голос и приставку к своему имени, Саске обернулся и увидел, кого и предполагал.       — Сакура.       Девушка замешкалась, подбирая слова для продолжения диалога.       — Идёшь от Наруто? — Саске перенял инициативу диалога на себя.       — Да, мы все разошлись только что. Саске-кун, мы не виделись с того дня... как ты?       Молчание. Немного подумав, Саске прервал нависшую тишину.       — Темнеет, ты одна. Пошли.       На щеках Сакуры загорелся румянец. Она точно не ожидала, что Саске решит её проводить.       Пока они шли, оба молчали. Скованность Сакуры постепенно рассеивалась.       — Как твоя рука?       — Зажила, — холодно ответил Саске, вспомнив, как рука ноет по утрам от острой боли.       — Если что, обращайся. Я всегда готова подлечить твою рану. Саске-кун, Наруто сегодня ждал тебя. И я... — Сакура старалась скрыть своё вернувшееся смущение. Хоть Саске и держался отстранённым, он благодарно кивнул ей, не найдя слов.       Неловкое молчание прервалось прощанием, когда они дошли до дома Сакуры. Узнав у сокомандницы расположение дома Узумаки, Саске направился по указанному адресу. Хотя, ничего не изменилось, Наруто жил примерно там же, где и до нападения Пейна.       «Что я здесь делаю?» — Саске терзали сомнения, стучаться ли ему. Он уже хотел развернуться и уйти, но дверь неожиданно открылась.       — Ты так громко думаешь, — воскликнул Наруто со смешинками в голосе и силком затащил гостя в квартиру, — Будешь так долго тупить, простудишься.       Разувшись, Саске осмотрелся. Нынешняя квартира Наруто выглядела просторней прошлой, но обстановка была неизменной. Даже новая мебель походила на старую, вместе с типичным для неё бардаком. Когда Наруто только успевал наводить этот беспорядок? Но у Саске не вызвало это отвращение, скорее ностальгию. Пахло раменом, на столе красовались пустые упаковки из-под молока. Пройдя в комнату, куда позвал Наруто, Саске первым делом заметил фотографию, стоящую на тумбочке. На него в рамке смотрели лица Седьмой команды: Какаши-сенсея, Сакуры, Наруто и самого Саске.      Вспомнив, что свою фотографию он оставил, когда уходил к Орочимару, Саске опустил взгляд.       — Эй, ты чего? — Наруто подозрительно покосился на него, — Ах да, хочешь рамен?       — Нет-нет-нет, не надо, — нервно замахал рукой Учиха и отрицательно помотал головой.       — Мы не виделись целую неделю, что делал? Вот меня заперли, чтобы я не двигался и лежал на койке. Полная скукотища, — недовольно проворчал Наруто, включая свет во всей квартире.       Саске иронично хмыкнул.       — Может, в карты сыграем? — не дождавшись ответа, Наруто полез в ящик, попутно раскидывая вещи.       — Только этого мне не хватало.       — А что? С тобой не подраться теперь, есть ты не хочешь, так что соглашайся на то, что я предлагаю.       — Наруто, мы уже не дети...       — Ты, наверное, давно не играл в карты, мне придётся тебе подыгрывать, а то обидишься, Саске-чан. На что играть будем?       — Я ни за что не соглашусь на это.       Спустя несколько минут они сидели на полу за столиком, всматриваясь в свои карты с рисунками пяти стихий.       — Жульничать с человеком, у которого есть шаринган — плохая идея. Добе.       Саске сделал ход.       — Утешай себя дальше. Теме, — зажимая зубочистку между зубов, Наруто усмехнулся и отбился.       Тем не менее, они играли на полном серьёзе, обдумывая каждый ход.       — Сакура расстроена, она хотела бы тебя увидеть, — зубочистка нервно перебиралась.       — Мы виделись. Я проводил её до дома только что, — равнодушно ответил Саске, перебирая свои карты в руке.       — Правда?! Так у вас было свидание?! — Наруто так радостно вскрикнул, что стол чуть не перевернулся.       — Что? Какое ещё свидание? — на этот раз не удалось скрыть удивления.       — Ну, когда парень и девушка идут одни куда-то, то получается свидание...       — Ага, конечно. А если сидят на одной скамейке, то уже свадьба. Какой же ты... Усуратонкачи, — закатив глаза, Саске выдохнул с облегчением.       — Уж я точно знаю побольше тебя в таких делах, хочешь сказать, что я зря читал дурацкие книги Извращённого Отшельника?!       — К чему ты заговорил вообще об этом?       — Как же я могу забыть? Сакура всё время думала о тебе, переживала. Я дал ей обещание, что верну тебя. Поклялся собственной жизнью, потому что видел, как ей больно без тебя.       — Вот как, — почему-то Саске почувствовал раздражение, нарастающее внутри.       Слова Наруто странно подействовали на него, он помрачнел, не понимая, что за чувство им овладевает. Саске точно понимал только то, что его задели не переживания Сакуры. К тому же в голове всплыли воспоминания о том, как Сакура пришла к нему с целью убить его самостоятельно. Однако, про обещание он слышал впервые, или же забыл.       — Сдержал обещание?       — Что?! Как видишь! — Наруто явно ожидал другой реакции друга.       — Ходи.       Оба замолчали, взяли по карте из колоды.       — Сакура-чан... она любит тебя. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Она настолько тебя любит, что страдала от того, как хотела тебе помочь, — Наруто задумался о чём-то. Саске не мог понять по лицу друга, что у него на уме, зачем он говорит об этом.       — Ты невнимательно слушал. Я уже говорил. У меня нет причин любить её и быть любимым ею.       — Это ты невнимательно слушал. Для любви не нужны причины, так сказал тебе Какаши-сенсей, если что, — Наруто сделал уверенный ход и внимательно засверлил взглядом сидящего напротив Саске.       — Я так не думаю, — всматриваясь в карты, Саске отбил атаку Наруто и продолжил, — Любить нужно уметь. Такие чувства всегда на чём-то основываются. Всегда есть причина, как и у поступков.       — Но Сакура тебя любит! По-настоящему любит, все эти годы она искала тебя... вместе со мной, как я и обещал ей.       — Странно.       — Что странно?!       — Странно, что ты говоришь об этом. Помнится мне, что ты был влюблён в неё. Ревнуешь до сих пор?       — Что-о?! — глаза Наруто округлились, он, отпрыгнув назад, чуть окончательно не опрокинул стол. Он удивился не столько вопросу, сколько памяти Саске о подобном. Учиха же ничуть не колыхнулся, будто не заметив ничего.       — Ты всегда её защищал в отличие от меня. Кажется, разговоры о мире и Хокаге тебе стали скучными, раз о таком заговорил, — ухмыльнулся Саске, прищурившись.       — Ты тоже относишься к миру. Что... что ты на самом деле чувствуешь к Сакуре? — Наруто выглядел обеспокоенным, задумавшимся о чём-то. Он, взволновавшись, отвёл взгляд вниз и закинул руку за голову.       — Неважно.       — Важно.       — Признаю, она дорога мне, в команде я видел тень своей семьи. Сакура напоминает мне мать, такая же заботливая, не смотря ни на что. Мама любила нас с братом, действительно, без причины.       — Моя мама сказала, чтобы я нашёл девушку, похожую на неё. Так может и у тебя так же?       — Нет, — Саске положил на стол две карты стихии огня, не поднимая взгляда на Наруто, внимательно слушающего его, — Дело не в том, что я другой и Сакура не понимает меня, а в том, что её никогда не пойму я.       Молча пододвинувшись, Наруто взял из колоды карту и отбился. Его взгляд уже не отрывался от Саске. Перебивать и закидывать дополнительными вопросами не хотелось. Наруто сохранял молчание, дав понять собеседнику, что он хочет услышать продолжение мысли. Редко бывает такое, когда Саске открывается кому-либо.       — Вряд ли я умею любить так, как Сакуре хотелось бы. Я не смогу её сделать счастливой, потому что никогда её не понимал, а она меня. Если бы я сейчас ответил на чувства Сакуры, то выглядело бы это как одолжение. Такое не назовёшь счастьем. Насчёт любви, наверное, её необходимо заслуживать. Взаимопонимание, уважение. Нужен кто-то равный тебе, такой же, как ты, который способен разделить с тобой боль, мотивировать двигаться дальше, и даже если тьма... «...это как луч света во тьме».       Предававшись размышлениям, мысли Саске представили образ одного человека. Вдруг он застыл. Его глаза широко распахнулись, а по коже прошли мурашки, сердце выпрыгивало из груди. Он неуверенно поднял взгляд. Тем временем, не моргая совсем, Наруто ошеломлённо смотрел на Саске, приоткрыв рот от изумления.       — У меня ужасные карты. Смысла играть дальше нет. Я проиграл, — бросив свои карты на стол, Саске поспешил подняться на ноги.       — Эй, ты куда? — в недоумении Наруто тоже поднялся, смотря за другом, который собирался уходить.       — Уже поздно. Мне пора.       — Саске! — напоследок позвал Наруто быстро уходящего Саске, но он не стал его останавливать.       На прощание был только короткий взгляд чёрной радужки и фиолетового отблеска риннегана, скрывающегося под прядью волос. Квартира опустела, резко стало тихо.       «Мог бы и остаться, раз поздно. Даже не поел...» — подумал Наруто, обернулся, взирая на снова одинокую комнату. Рука потянулась к выключателю, нажав на кнопку, свет в коридоре и на кухне погас. Разбросанные вещи и упаковки из-под рамена хоть как-то сглаживали нависшее одиночество.       Подойдя к столу, Наруто подобрал карты, которыми играл Саске.       — Не может быть. Такие сильные, как?! Все?! Я бы проиграл. Точно проиграл... Посмотрев в сторону двери, за которой минуту назад скрылся Саске, Наруто не понимал, что произошло.       «Почему он ушёл тогда? Почему он всегда уходит?»       Карты вернулись на место в ящик. Последний работающий светильник погас. Наруто лёг на свою кровать, смотря в потолок. Мысли превратились в такой же беспорядок, как и на кухне.