Ты любишь сиреневый?

Белые стены палаты, запах стерильности и крики детей наводили лёгкий и очень тихий ужас. Время операции приближалось, как-то безумно медленно, делать было совсем нечего, да и желания не было никакого. Даже жить по большому счёту не очень-то хотелось, а если и хотелось, то точно не в данный период. Нога Алисы всё ещё болела, девушка всё ещё плакала время от времени и не могла понять почему не послушала подруг тогда. Было душно, но глядя в белый, такой далёкий потолок, всё вокруг казалось бледно-голубым и совсем не живым. Таким же бледным грязно-голубым, как её волосы, обрезанные под каре, которые теперь лежали на больничной подушке, мокрые от слёз. "Если бы тут открывались окна, я бы вышла..." – пронеслось в голове у девушки. Чтобы хоть чем-то себя занять, в ожидании операции, девушка писала всем друзьям и знакомым, рассказывала как она и что происходит. Слова поддержки почти не помогали. Алисе не хотелось, чтобы её жалели. Жалеют слабых и беспомощных, кого ещё? С детства девушка была приучена к тому, что слабость показывать нельзя, в ином случае от тебя отвернутся. Отвернутся родители, потому что они хотели, чтобы их дочь была сильной, отвернутся друзья, потому что им надоест постоянное нытьё, отвернутся новые знакомы, потому что нужна ли такая размазня кому-то? Не нужна. Пока она лежала и не могла встать даже умыться, девушка погрузилась в беспроглядную рефлексию. Если ты не можешь ничего, то не остаётся ничего кроме как лежать и думать. Думать о том, о чем ты вряд ли будешь рассуждать в обычной жизни, пока всё вокруг цветёт и пахнет, пока все, включая тебя, твоих друзей, родителей и знакомых, несутся куда-то с необычаенной скоростью. Она всё-таки дождалась операции. Когда её увозили на каталке, равнодушие к будущим событиям сошла на нет, паника поглотила тело и сознание, мимо ходили медсёстры в цветных халатах и форме, врачи в своих смешных шапочках и дети с гипсами и костылями. Операционная приближалась. Алиса смотрела в вверх, и казалось, что едет вовсе не она, а именно потолок. Чувства движения не было. В операционной стоял ещё более стерильный запах стерильности и чистоты. На Алису натянули маску, через которую подавался усыпляющий газ, и девушка начала проваливаться. Ей казалось, что она падает назад, прямо сквозь собственное тело и операционный стол, через пол, куда-то вниз. Серая, но при этом голубоватая пелена затягивала разум и видимость, и последнее,что она слышала, кроме противно пикающего аппарата, были слова врача: – Какие у тебя волосы интересные. Красивые. Слышишь? *** Пробуждение от наркоза далось тяжело, нога болела ещё сильнее чем до операции, очнуться не получалось. Девушка находилась где-то между полным сознанием и абсолютным сном. Ничего кроме страха и тошноты в тот момент не ощущалось. Но к счастью она пребывала в этом состоянии не больше пары часов. Дальше просто было больно. Алиса вновь писала друзьям, рассказывала о том, что всё прошло хорошо, и врач обещал полное восстановление через 3 месяца, но чувство безысходности не покидало её. – Целых три месяца? Это же всё лето, – писали одни друзья. – Ну ты хотя бы живая и уже совсем скоро будешь даже здоровая, - писали другие. Всё это должно было приободрить, но лишь сильнее ухудшало восприятие ситуации девушкой. И почему-то в этот момент Алиса написала человеку, поддержки от которого не ждала вовсе, написала человеку, который нравился ей долгое время раньше, но никак не отвечал взаимностью. Неизвестно правда нуждалась ли она во взаимности или это был просто человеческий интерес. Как ни странно, от этого человека она и получила необходимые ей на тот момент слова. – Знаешь, если у тебя в жизни происходит какое-то редкостное дерьмо, то оно происходит не просто так. – А зачем? – не понимала Алиса. – Зачем-то. Я не знаю зачем, но от этого определённо будет толк. – И какой? – Какой-то. Пока нельзя сказать точно какой, но когда этот "толк" случится, ты обязательно поймёшь это, – эти слова звучали крайне не убедительно для скептичного восприятия девушки. – Да разве стоит хоть что-то хорошее этих страданий? – Если это случилось, то значит стоит. Мы не можем полностью понять зачем и почему что-то в нашей жизни случается, но лучше уж думать, что ты переживаешь этот ужас не просто так. Этот диалог не совсем подбодрил девушку, скорее дал свежую порцию не самой аппетитной пищи для размышлений. Она лежала и смотрела в окно на прекрасный ярко-розовый закат. Этот цвет она чувствовала. Холодный розовый, холодный, но с какой-то мнимой, как будто игрушечной надеждой на невероятное чудо. Чудо, которое должно случиться, чтобы оправдать только что пережитый крах. Иначе получалось бы, что жизнь совсем несправедлива. А кому захочется такое признать? Ночью не спалось, причём только Алисе, вся палата была уже пару часов в царстве Морфея, а Алиса всё ещё смотрела в окно, теперь там были звёзды. Маленькие и редкие белые точки на темно-синем небе. От скуки она полезла на сайт знакомст, но даже не для того, чтобы пообщаться с кем-то, чтобы просто посмотреть на странных людей, которые там иногда попадаются. Параллельно велось обсуждение татуировки, которую они хотели набить вместе с одним другом. Это времяпрепровождение не казалось ей прекрасным или очень уж интересным, то так у неё хотя бы получалось занять себя, отвлечься от странных мыслей и по-прежнему нестерпимой боли. Всё прервал телефон, который девушка уронила прямо себе на лицо. Нос атаковал экран и вышло так, что была поставлена отметка "нравится" какому-то парню без фотографии и с именем Кристофер. – Да бл*ть, – еле слышно произнесла девушка, и продолжила просмотр анкет в надежде на то, что человек без фотографии и с явно фальшивым именем проигнорирует её. Но человек не проигнорировал. Взаимная отметка "нравится" прилетела спустя пару минут. На часах было за полночь, Алисе казалось, что все нормальные люди уже должны спать, а если не спят, то возможно что-то случилось... А если и не случилось, то не написать уже будет невежливо. "Ну мне хотя бы будет куда потратить своё время" – подумала она и перешла в диалог: – Привет, – написала она и долго думала, стоит ли отправлять, но в итоге решилась. Ответ собеседника не заставил себя долго ждать: – Привет, важный вопрос, на сколько ты панк? – Да не на сколько по сути, это шутка, мем, – почему-то этот вопрос очень рассмешил девушку и ей уже стало казаться, что она не зря написала, потому что время потратить действительно получится. – Подожди, а что за строчка в статусе? – неожиданно спросил новый знакомый. – Да так, из песни, – всё ещё не очень заинтересованно ответила она. Ей скинули ту самую песню. "Интересно" – пронеслось в голове у колеченой. Оставшиеся сорок минут они искали совпадения, и, как оказалось, жили они на соседних станциях метро, поверхностно (ну а как ещё за сорок минут диалога?) имели схожие взгляды на жизнь и курили одинаковые сигареты. Знакомство оказалось более многообещающим, чем могло показаться на первый взгляд. Было обещано встретиться, но не сейчас. Через пару месяцев, когда девушка сможет ходить, потому что ей снова не хотелось, чтобы кто-то испытывал к ней жалость. Алиса хотела, чтобы новый знакомый относился к ней, как к нормальному человеку, каковым она и являлась на самом деле. Обычным, нормальным человеком. Настроение чуточку поднялось, были вброшены пару шуток про соулмейтов и кармическую связь, но пора было уже давно уснуть. Утром должна была состояться долгожданная выписка из больницы. Холодный и буйный розовый сменился на спокойный тёмно-синий, похожий на тот, что был на небе. Чувство того, что всё обязательно станет хорошо медленно обволакивала и погружало глубже в себя, глаза закрывались сами.