Последний Певерелл

Что толку трогать ножкой омут, когда ныряешь с головой? Вера Полозкова

Проблемы чистокровных семей не ограничивались стремящимися попасть в министерство полукровками или магглорождёнными. Эти появились лишь в недавнем времени, а до сего момента они и вовсе не представляли угрозы старинным родам. Однако же самой серьёзной бедой могли стать другие рода. Кровная месть существовала не только у некоторых народов в качестве обычая, но и была суровой реальностью для чистокровных семей. Начиналось всё с нерадивых родственников, совершивших преступление против другого древнего рода либо нанесших ему серьёзное оскорбление, а заканчивалось кровной враждой. Иногда подобные конфликты удавалось урегулировать, выдав виновника в руки других для суда, но такое случалось не так часто. Чаще всего вражда длилась десятилетиями, постепенно меняя фазы, пока конфликт не исчерпывался сам по себе. В конце оставался лишь холод между родами, так как продолжать это из-за преступлений далёких предков никто не желал. Однако на данный момент у Блэков и Певереллов хватало недоброжелателей, но их, к счастью, было немного. Блэки с их семейным девизом: «Чистота крови навек» пользовалась уважением у многих чистокровных родов, но полукровки и магглорождённые считали их своими главными противниками, а слова служили тому подтверждением. Доля правды в этом действительно была. Певереллов боялись, поэтому открытых врагов у них не было, но завистников всегда хватало, как и желающих достать дары смерти — наследие Певереллов, которым в праве были владеть лишь они. Очевидными противниками были магглорождённые волшебники и полукровки, конечно же. Обусловливалось это тем, что многие практически с молоком матери впитывали прописные истины, что деятельность Певереллов связана с некромантией, мертвецами и жертвоприношениями, поэтому их искренне считали невероятно опасными. Вальбурга Блэк, дочь Поллукса Блэка и Ирмы Крэбб, обладала всей нужной информацией касательно противников её рода. Знала она также многое и о Певереллах, а также их врагах и деятельности. Будь женщина слабее характером, она бы точно начала опасаться Эдвина, ибо последний, насколько она помнила, являлся настоящим чудовищем, если дело касалось его противников. Магглов он попросту не считал за людей, действительно используя их тела для жертвоприношений при необходимости или для экономии магии. Однако сын Певерелла не был в курсе деятельности отца, не был в неё вовлечён. У него хотя бы детство было, в отличие от отца. Эдвин Певерелл, насколько она знала, едва ли когда-то мог позволить себе быть ребёнком, поэтому его отношение к сыну можно было назвать достаточно мягким. Вальбурга не обладала ясновидением, поэтому понятия не имела, что творится за стенами их родового замка, однако мальчик вёл себя, как ребёнок. Вежливый и приличный мальчик, уже успевший сблизиться с дочерью Друэллы. Можно даже было сказать, что он со всеми её дочерями успел подружиться. Женщина надеялась, что мальчик и с её детьми найдёт общий язык, хотя лидерских навыков у него не хватало, и едва ли он станет авторитетом для старшего её сына. Вероятность того, что Руди научит его уму-разуму, была минимальна. Сейчас же, стоя перед ними, Руди не выражал беспокойство, а скорее интерес, желая узнать, зачем же взрослые пожелали, чтобы он пришёл в обеденный зал вместе с Беллой. Девочка держалась рядом с ним, но более уверенно. Казалось, характер девочки позволял последней оказывать на мальчика большее влияние, чем он на неё. Руди всё же пока не проявлял тех качеств, что регулярно показывал его отец. Вероятно, во многом он пошёл именно в мать, хотя Вальбурга знала о девушке не слишком много. — Как вы проводите время? — поинтересовалась Друэлла, улыбнувшись детям. Начало беседы было достаточно нейтральным, так как к теме обсуждения сразу переходить не стоило. Дети в конечном счёте не заслуживают сразу быть запуганными всеми проблемами, которые могут возникнуть в будущем. Но они должны знать, что таковые существуют. — Достаточно весело, миссис Друэлла Блэк, — ответил мальчик, при этом имея максимально серьёзный вид. Выглядело достаточно потешно. Немногие смогли сдержать улыбки. — Хорошо проводим. Играли вместе, — ответила уже Белла. — Угадывали магических животных, рассказывали истории. — Мои мальчики не остались в стороне? — улыбнулась Вальбурга. Вопрос был достаточно простым, но мог позволить получить ответ, насколько велики были шансы её детей подружиться с Руди, а также сёстрами Блэк. Печальным фактом было то, что дети никак не могли сблизиться и между ними вечно возникали споры. Беллу с Сириусом периодически приходилось разнимать. — Мы играли все вместе, — ответила девочка. — Очень хорошо, — кивнула Вальбурга. — Но нам нужно поговорить немного о другом. Вы осознаёте, что наши рода становятся всё ближе и основания для этого крайне серьёзные? — спросила она, внимательно следя за мимикой детей. Ничто не происходит без причины, и у союза их семей, к которому с недавнего времени добровольно присоединилась и она, имел весомые причины для заключения. Крайне важно было, чтобы и дети понимали причину действий взрослых, не гадая на этот счёт. — Нам нужно сблизиться, чтобы стать сильнее, — задумчиво протянул Руди. — Полагаю, у наших родов есть внешние враги, и союз отвадит их от нас либо позволит оказать более сильное сопротивление в случае необходимости. — Ты молод, но уже очень многое понимаешь, — подтвердила слова мальчика Вальбурга. — Но вы отправляетесь в школу волшебства. Каких недоброжелателей вы скорее всего встретите там? Руди мельком взглянул на Беллу, ожидая, что ответит девочка, и она поспешила заговорить. — Магглорождённые и часть полукровок, которых родители учат ненавидеть и бояться нас, — она чуть усмехнулась. — Возможно, некоторые профессора и сам директор будут всегда вставать на их сторону, если возникнут конфликты. Я знаю, что наших, — она поправилась. — Слизеринцев часто провоцируют, и профессора зачастую наказывают именно нас, а не провокаторов. — Думаю, вы понимаете, что угроза исходит и от других чистокровных волшебников. В скором времени вы изучите новые, даже опасные заклинания, когда получите волшебные палочки, поэтому должны осознавать, насколько могут быть опасны другие ученики, — произнесла Друэлла. — Но вы не должны допускать возникновение конфликтов с ними. Понимаете почему? — Мы можем опозорить наши рода, — ответил Руди с ходу. — Самое очевидное, о чём можно только подумать, — слегка поддела мальчика Белла. — Думаю, другие ученики могут быть опасны и навредить нам. — Каждый из вас прав, — кивнула Друэлла. — Однако есть ещё один важный момент. В Хогвартсе может зародиться не только дружба на всю жизнь. Там могут появиться не только верные друзья, но заклятые враги. Волшебникам приходится рано взрослеть и встречаться со многими трудностями. Почти каждый чистокровный обладает знаниями о тёмных заклинаниях, поэтому уже к курсу третьему это может представлять опасность. Имейте в виду. — Мы запомним, — ответил Руди за обоих. Он прекрасно понимал, какие заклинания в будущем смогут применить против него, да и сам вполне мог навредить своим недоброжелателям. На данный момент возраст не позволял колдовать что-то особенно опасное, но вот через год-два мальчик вполне будет способен. — Не думаю, что стоит учить вас таким банальностям, но учителей и директора не провоцируйте даже в тех случаях, если они несправедливо поддерживают магглорождённых, — напомнила Друэлла. Многие из сидевших нахмурились или скривились. Данная проблема действительно существовала, уже начиная становиться серьёзной. Директором Дамблдор стал не так давно, но в школе уже наметились тенденции, которые едва ли можно было назвать положительными. Разве что чуть безопаснее внутри стало. Относительно безопаснее, но всё же. — Думаю, дети всё поняли и запомнили, — улыбнулась Вальбурга, внимательно смотря на детей. Они были умны и сообразительны, поэтому не было сомнений, что они не будут часто попадать в неприятности. Остаётся надеяться, что её сыновья тоже. — Можете продолжить играться. Мы ещё некоторое время будем здесь разговаривать. Руди и Белла вежливо попрощались, шустро направившись к выходу. Однако уже на полпути к комнате, где сидели другие дети, Руди остановил девочку. — Что такое? — Я тут подумал, — он на секунду замялся. — Они правы насчёт опасностей. Нам нужно будет держаться вместе. — Звучит разумно, но тебе не идёт быть трусихой. Честно, не идёт, Руди. — Хочу быть рядом, если потребуется помощь, — он вздохнул. — Надеюсь, что в этот момент и я не буду один. — Там не так опасно. — Думаю, взрослые не просто так говорили об опасностях. — Будем, будем держаться вместе, — усмехнулась девочка. — Надеюсь, ты хоть параноиком не станешь. — Не стану, — буркнул Руди. — Но я всегда помогу. — Ты думаешь, что я в стороне буду? Слизеринцы помогают друг другу. Белла улыбнулась, направившись к сёстрам и двоюродным братьям. Руди последовал за ней, хмыкнув. Он обязательно станет Слизеринцем, и это лишь вопрос времени. Саму шляпу подожжёт, но заставит её распределить его на Слизерин.