Последний Певерелл

Необходима большая смелость, чтобы противостоять врагам, но гораздо большая, чтобы пойти наперекор друзьям. © Альбус Дамблдор, Гарри Поттер и Философский камень.

Утро первого учебного дня началось достаточно неприятно, ибо желания вставать у Руди совершенно не было. Однако внутренние часы буквально заставили его открыть глаза раньше любого другого ученика, и мальчик поплелся в ванную. Водные процедуры заняли приблизительно полчаса, и Руди удовлетворительно кивнул, принимая результат. Опрятность была одним из отличительных черт чистокровных, и он попросту не мог позволить себе быть грязнулей. Чёрные волосы были идеально уложены, совсем не топорщились, доходя примерно до ушей. Приводя себя в порядок, он применял магию, прекрасно зная большую часть бытовых заклинаний, очень полезных, но вместе с тем и не требующих огромных затрат магии. Свалиться от усталости после подобных заклятий было невозможно, разве что аппетит будет сильнее. Вернувшись в комнату, он увидел, что его сосед Эрик Селвин только-только проснулся, сонно потирая глаза. Посмотрев на Руди, начавшего одеваться, он хотел было заговорить, но не решился. Инициативу в начале общения решил взять в руки сам Певерелл: — Доброе утро, — произнёс он, слегка улыбнувшись. — Доброе, — ответил Эрик, поднимаясь с кровати. Последний словно хотел продолжить диалог, но передумал, отправившись на водные процедуры. Тем временем Руди уже успел одеться, нетерпеливо посматривая на циферблат часов. Времени до завтрака было достаточно, и он решил посидеть в гостиной, надеясь встретить там Беллу или Меду. Потянувшись, он поправил галстук и мантию, а затем прихватил и рюкзачок с учебниками и вышел из спальни. Помимо него жаворонков было не так много: лишь парочка старшекурсников сидела в кресле, тихо переговариваясь. Заняв место за свободным столиком с абажуром у стены, он достал учебник по зельеварению, вчитываясь в строки. Постепенно в гостиной начали собираться его однокурсники, и в основном это были мальчики. Одними из первых пришёл Люциус Малфой, неспешно направлявшийся к Руди. — Здравствуй, — вежливо кивнул блондин, а затем указал на место напротив мальчика: — Могу ли я присесть здесь? — Доброе утро. Да, конечно, — Руди оторвался от книги, отложив её в сторону, тем самым давая понять, что не против разговора. Да и вежливость Люциуса ему понравилась. — Готовишься к первому уроку зельеварения? Насколько я знаю, наш декан не слишком придирается на занятиях. Если ты ему нравишься, конечно. Если нет, то он будет тебя игнорировать скорее. Насчёт открытого проявления неприязни я не слышал. — Полезно знать, — кивнул Руди. — А Макгонагалл будет придираться к нам? — Лучше её предмет повторяй, — чуть улыбнулся Люциус. — Будь уверен, пригодится. Дверь спальни мальчиков открылась, и в гостиную вошёл Родольфус, сонно поздоровавшись и присев на кресло неподалёку от них. Спустя некоторое время показался Селвин, затем несколько незнакомых мальчиков — Фред Уилкис и Амикус Кэрроу. Удивительным было, что почти каждый сокурсник был несколько сжатым, находясь поблизости с ним, периодически кидая настороженные взгляды. Вскоре дверь спальни девочек открылась впервые, и в дверном проёме показалась Белла, выглядя весьма мрачно, не отвечая даже на его улыбку. Люциус еле заметно усмехнулся, освобождая место. Чего нельзя было отнять у последнего, так это тактичности, и Малфой прекрасно умел находить подход к людям. Руди подметил это ещё в поезде, но убедился в этом только что. — Доброе утро, — кивнул Руди. — Не слишком доброе, — нахмурилась девочка, подсаживаясь к нему за стол. — В нашем потоке слишком мало девочек. Знаешь, кто мне достался? — Догадываюсь. Будто бы подтверждая его догадку, дверь спальни девочек открылась, и в дверном проёме показалась Анна. Белла одарила последнюю надменной улыбкой, убедившись, что последняя это заметит. Руди не стал спрашивать, что именно сотворила Анна, но считал, что скорее виновата Белла, однако совсем не собирался об этом говорить, помалкивая. Последняя же была явно настроена совершить нечто некрасивое. Когда из спальни девочек вышли ещё две его сокурсницы, чьи имена Руди не знал, Белла громко заявила: — Интересно, а что бы сейчас сказал сам Салазар Слизерин, узнай он, что на его факультет впервые за всё время попала грязнокровка? — казалось, что Белла смаковала этот момент, но она даже не взглянула в сторону Анны. Их однокурсники начали переглядываться. Для многих появление в стенах их гостиной грязнокровки было шоком, и они вчера не успели узнать об этом. — Полагаю, он сгорел бы со стыда, а после избавил её от всей грязной крови, — хмыкнул Лестрейндж. Амикус Кэрроу и Уилкис поддержали его смехом. Сидящие в гостиной старшекурсники пока не вмешивались в их перепалку, забавляясь. Однако и в их взглядах читалось презрение к Анне. — Пусть у меня и грязная кровь, но я по крайней мере не высокомерна, как ты. Тебе нечем гордиться, кроме своей «чистой крови»? — Анна изобразила кавычки, пытаясь выглядеть невозмутимо. Расположившись на свободном диване, она усмехнулась, однако Руди заметил, что её спокойствие было наигранным и она готовилась к возможной атаке. Белла достала волшебную палочку, начав играть с ней, вертя в руках. — Забавно, но вот только я могу заставить тебя буквально вымыть рот с мылом, а ты не способна наколдовать даже банальные парящие чары, — рассмеялась Белла. — Слишком мягко, — усмехнулся Кэрроу. — Согласен. Оборачивайся почаще, грязнокровка. — Или что? — не сдержалась Анна. Руди мог бы назвать её дурой, пусть и мысленно, однако девочка в любом случае была в безвыходной ситуации. Впрочем, начавшуюся было перепалку своим появлением прервала староста, принёсшая копии расписания занятий для каждого. Девушку звали Амелией Боул. Вчера она ненадолго зашла к ним, рассказав некоторые интересные детали про учёбу. Также она рассказала, что зайдёт утром и занесёт расписание. — Вижу, вы уже все проснулись, — заговорила она, улыбнувшись. — Сначала у вас будет трансфигурация. Запомните: ведёт этот предмет декан Гриффиндора, поэтому будьте внимательнее. Любые конфликты между вами не должны выходить за стены гостиной. Мы противостоим в первую очередь гриффиндорцам, и для этого должны казаться сплочёнными. Если же конфликтов совсем не избежать, то не попадайтесь на глаза учителям либо другим старостам, — она внимательно оглядела их, а затем попрощалась, уходя. Намёк был просто прозрачным, и Анна мигом поникла. Староста только что дала им понять, что они могут враждовать с грязнокровкой, даже навредить последней, но лишь таким образом, чтобы об этом не узнали учителя и другие старосты. — Родольфус, ты случаем инкарцеро не знаешь? — поинтересовалась Белла. — То, что верёвками связывает? — мальчик сделал вид, что не сразу понял, что это за заклинание. Пояснение нужно было для Анны. — Нет, к сожалению. Собирался вскоре выучить. Руди, а ты знаешь? Руди слегка напрягся, поняв, что его специально хотят втянуть в конфликт. Было очевидно, что случай в поезде дал понять Белле, Люциусу и Родольфусу, что мальчик не слишком отрицательно относится к грязнокровкам, и всем троим это не нравилось. Разве что Малфой пытался выглядеть безразличным. Руди несколько мгновений раздумывал над ответом, в итоге решив сказать правду: — Да, я знаю. — Отлично, — кивнул Родольфус, при этом не выражая особого энтузиазма. — Уверен, вскоре нам это умение потребуется. Лично я Силенцио успел недавно разучить. Можно заставить кого-то замолчать. Руди чуть нахмурился, обратив сочувствующий взгляд на Анну. Однако настолько явно идти против своих однокурсников он не собирался. Тем более, он вовсе не собирался жертвовать хорошими отношениями с Беллой. — Знаете, а я прекрасно умею «портить портреты», — недобро усмехнулась девочка, употребив занятный синоним слову «избивать». — Да, именно так и действуют грязнокровки. Спрашивается, а зачем тебе магия? — рассмеялась Белла. Большая часть сокурсников поддержала её смехом. «Интересно, а Беллу не беспокоит тот факт, что они с Анной в одной спальне спят? Похоже, Белла потребует себе отдельную либо окончательно превратит жизнь девочки в Ад, — вздохнул Руди. — Но я бы не осмелился делить одну комнату с врагом». Взглянув на часы, он спокойно поднялся, кладя учебник в портфель. Для начала нужно было позавтракать, а затем уж и отправиться на первый урок. Главное — найти кабинет и при этом не опоздать. Пожав плечами, Белла последовала за ним, но Руди успел разглядеть в её взгляде нечто, что не сулило ему ничего хорошего. Очевидно было, что она желала бы от него куда более активного участия в конфликте на её стороне. «Она всерьёз думает, что я встану на сторону Анны? — подумал Руди. — Но ведь девочка и вправду не заслуживает подобного. Грязная кровь… Разве это её вина?»

***

Руди решил отправится на поиски кабинета пораньше, пусть Белла и не понимала необходимость такой спешки. Вскоре она признала правоту мальчика, ибо нужный кабинет они отыскали совсем не сразу, потратив изрядное количество времени и нервов. Дорогу же им подсказал незнакомый старшекурсник с Когтеврана, и они постарались запомнить еë, чтобы больше не блуждать в поисках. К превеликому неудовольствию Беллы примерно на полпути их увидела Анна, пойдя следом, до этого момента явно блуждая, как и они ранее. Добравшись до кабинета, Руди не спешил занимать свободное место, заметив полосатую кошку, спокойно сидящую на профессорском столе. — Доброе утро, профессор МакГонагалл, — вежливо поздоровался он. Белла отделалась лишь «Добрым утром», но крайне неохотно. Декан Гриффиндора ей казался скорее врагом, но азы вежливости нужно было соблюдать. Некоторые первокурсники недоумённо взглянули на них, притихнув. Кошка в ответ кивнула, подтвердив его догадку. Не заметить подобное было сложно, поэтому первокурсники более не желали искушать судьбу, разговаривая как можно тише, пусть до начала хватало свободного времени. Сели они вместе за одну из парт. Урок был совместным с гриффиндорцами, и некоторые из них уже расположились в кабинете. Руди тут же достал учебник по трансфигурации, перо, листы и чернила. Повинуясь привычке, он вскоре принялся вчитываться в строки, повторяя уже давно заученные термины и разъяснения. — Раздражает, — шёпотом произнесла Белла, вздохнув. — Что? — перепросил Руди, отвлекаясь. — Гриффиндорцы косятся в твою сторону, будто бы ждут, что ты вот-вот вскочишь и начнёшь во все стороны кидать проклятия. Руди представил себе картину, нахмурившись. Упоминание проклятий тут же испортило ему настроение, ибо свежо было воспоминание, когда отец убил магглу на остановке. Он вновь и вновь вспоминал тот момент, и шокирующим обстоятельством было то, что отец убил её, ни секунды не раздумывая. Руди не испытывал страха, но эта картина тревожила его до сих пор. — Ты чего? — спросила Белла, чуть толкнув его в плечо. — Задумался, — ответил мальчик, осознавая, что с минуту напряжённо сидел, вспоминая прошлое. В коридоре раздались шаги, и в кабинет вошли несколько слизеринцев, в числе которых были Родольфус и Люциус. Уселись последние позади них. В целом слизеринцы проявили себя более дисциплинированными, в полном составе достигнув кабинета значительно раньше гриффиндорцев, один из которых на своё несчастье перешагнул порог лишь через четыре минуты после начала занятия. Тут уж профессор превратилась обратно в человека, вызвав удивление у многих первокурсников, совершенно не знакомых с понятием анимагии и не успевших разузнать про умения МакГонагалл. — П-прошу прощения, — пробормотал опоздавший, вызвав смешки слизеринцев, а в том числе и Родольфуса. — Я потерялся. — Учитывая, что сегодня первое занятие, очки я с вас снимать не буду, но в следующий раз вы так просто не отделаетесь, занимайте свободное место, — наставительно произнесла профессор, направившись к столу. — Сегодня мы начнём погружение в такой интересный и, безусловно, важный предмет, как трансфигурация… Первый урок трансфигурации был вводным, и ничего интересного на нём не произошло, потому что всё занятие профессор рассказывала им теорию своего предмета, основные заклинания, их возможности, недостатки и опасности превращений одних предметов в другие. Демонстрация заклинания всё же была проведена. Однако неподалёку от выхода, стоило Белле с Руди направиться на следующий урок — зельеварение, мальчика бесцеремонно толкнули в плечо, что заставило его пошатнуться. — Смотри, куда идёшь, идиот! — возмутилась Белла. Руди же вовсе хотел проигнорировать произошедшее, но теперь точно было поздно. Судя по мантии, нарушитель спокойствия был гриффиндорцем, но не первокурсником, а скорее второкурсником, если Руди не ошибся, пытаясь определить это визуально, чтобы понять, с кем имеет дело. — А ты его персональный телохранитель? — усмехнулся парень, оборачиваясь. — Лучше иди, куда шла. — Только после того, как ты извинишься! — продолжила девочка, доставая волшебную палочку. Вздохнув, Руди последовал её примеру, сделав шаг вперёд. — Как тебя зовут? — спросил он. — Да причём, — парень осёкся, когда его за рукав ухватила гриффиндорка. — Хватит, — прошипела она, потянув его за собой. — Вы извините, просто этот дурень умудрился в первый день попасть в немилость профессору. Руди спрятал палочку, кивнув, а Белла скрестила руки на груди, но продолжать спор не стала, наблюдая, как старшекурсники уходят. Девушка, уведшая парня, покосилась на Руди, явно будучи несколько обеспокоенной. По всей видимости, последняя понимала, насколько опасно переходить дорогу Певереллу, причём даже не Руди, а самому главе рода. Руди оценивали через призму деяний и авторитета его отца. — Он тебя толкнул, а ты собирался просто проигнорировать это? — спросила Белла, пряча полочку. Во взгляде её ясно виднелось осуждение и доля непонимания. — Что случилось? — поинтересовался подоспевший Родольфус. Мальчик всё видел, но оставался в стороне, готовый прийти на помощь сокурсникам, если потребуется. Пусть с ним был Люциус, последний больше руководствовался тем, что дружба с Певереллом была бы крайне полезна во многих отношениях. Такими друзьями не разбрасываются. — Ничего, — пожал плечами Руди, удаляясь. Возведя очи к потолку, Белла последовала за ним, покачав головой, явно оставшись недовольной. Первый урок зельеварения был уже более интересным, да и Руди с детства любил этот предмет, считая его удивительно умиротворяющим, позволяющим собраться с мыслями и успокоиться даже после суровых наказаний отца. Однако после занятия, едва мальчик успел собрать вещи, профессор Слизнорт попросил его задержаться, чему он был несколько удивлён. Да, Руди знал со слов Беллы, что профессор может пригласить его в некий «Клуб Слизней», но даже предположить не мог, что подобное может случиться уже в первый учебный день. — Вижу, что вы дружны, ребята, — улыбнулся профессор, глядя на Руди с Беллой. — Не желаете выпить со мной чаю с печеньем? — Хорошо, сэр, — чуть удивился мальчик, переглянувшись с Беллой. — Мы будем рады, — он улыбнулся. «Интересно, а что всё-таки нужно профессору?» — мысленно вопросил он. Все однокурсники уже давно ушли, и они с профессором были в кабинете одни. Слизнорт повёл их в соседнюю комнату, мастерски заваривая чай, используя лишь магию, одновременно рассказывая о лучших способах приготовления этого чудесного напитка. — Видел, что вы с интересом слушали старика, рассказывающего о своём предмете, — усмехнулся профессор, ставя перед ними две чашки чая с печеньем. — Вам нравится зельеварение? — Конечно, сэр, — улыбнулась Белла. Девочка с ходу смогла понять, что профессор заприметил их, и у них с Руди появился шанс стать его любимчиками. Оба их рода были и в правду старинными. Понять всё это было достаточно легко, ибо известным фактом по крайней мере для Беллы было то, что чистокровные волшебники ввиду воспитания взрослели несколько раньше детей из семей полукровок или магглорождённых волшебников. — Тогда я уверен, что вам в будущем может потребоваться дополнительная литература, а возможно и дополнительные занятия, — улыбнулся профессор. — Мне нравятся трудолюбивые студенты, и я всегда готов немного подсобить. Руди призадумался и словил тычок от Беллы. — Думаю, это было бы прекрасно, сэр. Мы согласны, — поспешил ответить он. — Отлично, — кивнул Слизнорт, явно радуясь их согласию. — Думаю, через недельку-другую можем начать. А вы знаете, в чём прелесть зельеварения? — Помогает успокоиться? — предположил Руди. Белла вновь ткнула его в бок, отчего он чуть не поперхнулся чаем, а профессор весело рассмеялся. — Согласен. Зельеварение и вправду помогает успокоиться, но оно также невероятно сложное, и лишь самые трудолюбивые студенты могут достичь в нём успеха. Никакая удача и случайность вам не поможет, только упорный труд, внимательность и практика. Даже талант не столь важен, пусть и существенен. Некоторые другие предметы можно сдать исключительно с помощью врождённых способностей, но никак не зельеварение. — Мы не полагаемся на случайности, только на труд, — кивнула Белла. — Правильно, — хмыкнул профессор, допивая чай. Глянув на наручные часы, Руди произнёс: — Извините, сэр. Кажется, нам пора, чтобы успеть на урок вовремя. — Да, пожалуй, — согласился мужчина, улыбнувшись. — Рад был поговорить. Профессор проводил их к выходу, попутно объяснив дорогу на следующий урок. Стоило им отойти от кабинета на приличное расстояние, как Белла остановила Руди, схватив его за рукав. — Так и знала, что это случится, но не была в курсе, что так скоро. Похоже, профессор сразу пожелал отметить нас, — вздохнув, она продолжила: — А в частности тебя. Нам нужно ходить к нему на дополнительные и соглашаться на любую литературу. В случае чего профессор сможет прикрыть нас. — Истинная слизеринка, — хмыкнул Руди. — Конечно, — подтвердила Белла, сочтя слова мальчика за комплимент. Последний, впрочем, также был рад, что попал на Слизерин. — Ладно, идём, а то опоздаем на занятие. Руди кивнул, и они двинулись. — Слушай, а что ты думаешь насчёт того, чтобы погулять после занятий? — улыбнулась Белла. — Я помню, что рассказывала, насколько здесь красиво, особенно у озера. Думаю, это будет приятно. — А домашнее задание? — спросил Руди. — Разве мы не сможем выполнить его минут за пять? — хмыкнула Белла. — Ты же настоящий гений. Подскажешь мне, если что. — Ты специально мне льстишь, чтобы я помог? — едва не рассмеялся Руди, чудом подавив смешок. — Я бы и без этого согласился. — Ты весь курс уже наизусть знаешь, даже можешь ничего не повторять. — Значит погуляем, — кивнул Руди. «Первый учебный день проходит достаточно неплохо. Надеюсь, дальше всё так и будет».