Последний Певерелл

      «Руди, я требовал от тебя прислать письмо с подробным рассказом о школе, твоих успехах, а также твоих наблюдениях. Первая неделя в Хогвартсе уже подходит к концу, и меня особенно интересуют твои взаимоотношения с однокурсниками, о чём мы уже говорили ранее. Не забывай, что ты обязан выделяться, быть лучшим во всех отношениях, но это не должно привести к тому, чтобы ты стал отщепенцем, поэтому поступай разумно. Мне нужна правда. Опиши свои будни и относительно важные моменты без незначительных подробностей. Жду твоего письма на днях, иначе мне придётся поговорить с тобой на Рождественских каникулах. Эдвин Певерелл»       Мальчик скомкал письмо, бросив в стену, а затем схватился за голову. Отец говорил о легилименции. Руди обязан был не только говорить правду, но и не попадать в неприятности. Если хоть одно письмо придёт отцу из Хогвартса о его плохом поведении, то его на каникулах дома будет ждать легилименция и наказание. По сравнению с реальным наказанием легилименция была лишь мелкой неприятностью.       Руди около часа провёл в раздумьях, когда наконец-то собрался и поднял письмо, спрятав среди своих вещей, зная, что Селвин в любом случае не станет в них копаться. Сосед по комнате по какой-то непонятной причине побаивался его. Расположившись за столом, он пододвинул к себе пустой пергамент и чернильницу, затем достал из лежащего рядом портфеля длинное гусиное перо. Написание письма затянулось, так как мальчик испортил первые два образца, попросту разорвав их. Отец вместо поддержки начал угрожать ему наказанием, но мальчик слишком привык к этому, чтобы близко принимать это к сердцу. Третья попытка написания увенчалась успехом, и итоговый вариант через два часа был написан.       «Здравствуй, отец. Я прошу прощения за то, что не написал ни одного письма, однако у меня лишь хорошие новости. Однокурсники меня тепло приняли, и я уверен, что Родольфус Лестрейндж и Люциус Малфой уже в скором времени станут моими друзьями. С другими же ребятами отношения достаточно тёплые. Мы с Беллой обычно держимся вместе, а также ежедневно встречаемся с Андромедой. Незначительный конфликт с гриффиндорцем был, и связан он был темой грязнокровок, но я не выступал провокатором, прекратив конфликт и подняв свой авторитет среди однокурсников. Вероятно, в скором времени могут быть новые провокации со стороны гриффиндорцев, но я буду изо все сил стараться не попадаться. Я зарабатываю баллы и получаю хорошие оценки, что позитивно сказывается на моей репутации среди однокурсников. Нет сомнений в том, что я лучший на курсе, и я не собираюсь отставать от друзей. Обещаю написать новое письмо на следующих выходных. Руди Певерелл»       Стоило ему отложить перо, массажируя веки, как в дверь постучали.       — Да?       Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Родольфус.       — Здравствуй, Руди. Мы собираемся прогуляться у озера. Ты идёшь? Белла, кстати, просила передать, что убьёт тебя, если ты не выйдешь из комнаты в течение пяти минут. Похоже, она беспокоится, так как ты с утра не появлялся в гостиной. Подожди ещё чуть-чуть, и она вломится сюда, — хмыкнул Лестрейндж.       — Эм-м, — протянул он, удивившись многословности однокурсника. — Что-то случилось?       — Настроение хорошее, — улыбнулся он. — Старшекурсники в гостиной рассказывали, как гоняли заблудившихся первокурсников из гриффиндора в коридорах.       Руди изобразил улыбку. Поднявшись, он проверил, высохли ли чернила, а после свернув свиток.       — Жаль, что меня не было. Я читал книгу и писал письмо отцу, — по какой-то причине начал оправдываться он. Тут же он спохватился: — Да, я буду рад прогуляться, но сначала отнесу письмо в совятню.       — Мы в любом случае пойдём только через минут десять. Не все девочки ещё собрались. Пошли бы в полном составе, но кто же с грязнокровкой гулять будет?       Мальчик кивнул. Родольфус улыбнулся, а затем они вместе вышли в гостиную. Белла действительно ждала его, сидя на диване рядом с камином. Она смерила его раздражённым взглядом, едва он появился в гостиной.       — Здравствуй, — поприветствовал он девочку, тут же решив разъяснить причину долгого отсутствия: — Письмо отцу писал, нужно отправить.       Белла поднялась.       — Идём.       Руди последовал за ней. Стоило им покинуть спальню, как девочка спросила:       — Хватит улыбку изображать. У тебя проблемы?       — Нет…пока, — он покачал головой.       — Анне не помогай — проблем не будет, — кратко ответила Белла, покачав головой. — С ума меня сведёт, дура, — выплюнула она.       — Что она успела сделать? — краем губ улыбнулся он.       — Я сказала, чтобы к тебе не смела подходить, — нехотя ответила она. — Грязнокровка назвала меня твоей мамочкой, но согласилась. Она не хочет, чтобы у тебя были проблемы, и это единственная причина, по которой я ещё не выцарапала ей глаза.       — Да, это обнадёживает.       Руди двинулся вперёд. Он был не прочь прогуляться, поэтому хотел поспешить.       — Нужно написать и Цисси. Знаешь, она привязалась к тебе.       — Знаю, — улыбнулся мальчик. — Собирался ближе к вечеру. Не хочу писать, когда у меня настроение скверное. Получается неискренне.       — Мама требовала, чтобы я чуть ли не каждый день писала им, — вздохнула Белла.       Мальчик промолчал, но он был уверен, что его мама тоже поступила бы так. Грусть отразилась на его лице, и Белла решила поднять ему настроение.       — До Рождества не очень скоро, но ты всё же приедешь праздновать к нам? Думаю, будет весело. Возможно, Сириус не приедет.       — Мы с ним начали ладить. Он обещал в следующем году начать учить меня полётам на метле, когда первый курс окончим. Я добьюсь того, чтобы лето у вас провести, если ты и твои родители не против, конечно.       Белла аж потеряла дар речи от негодования.       — Ты…ты, — она не могла подобрать нужное слово. — Идиот. Тебя все любят, можешь даже поселиться у нас.       — Спасибо.       — Держи выше нос, ты Певерелл.       — Да, ты права.       Руди постарался принять более гордый и боевой вид, стоило им покинуть коридоры вблизи гостиной Слизерина. Ребята с других курсов должны были видеть именно уверенного в себе наследника старейшего рода Магической Британии. Белла в этом была совершенно права.       Письмо отцу вскоре было отправлено, и Руди с Беллой покинули совятню и направились к остальным ребятам в гостиную Слизерина, чтобы вместе отправиться на прогулку у озера. Мальчик не знал, у кого возникла такая идея, поэтому поинтересовался у Беллы. Оказалось, что инициатором стал Родольфус, пригласив всех, за исключением Анны. Руди, однако, не верил, что это и был повод прогуляться, но он всё же задумался, может ли это быть очередной попыткой навредить ей. Ситуация в целом была не слишком хорошая, но он старался держаться, словно бы всё в порядке, следуя совету Беллы. Но он всё же не мог не спросить её об этом, чтобы хоть как-то развеять сомнения.       — Зачем ему нужна эта прогулка? — напрямую спросил он.       Белла проводила взглядом мимо проходящих учеников из Когтеврана, а затем ответила:       — Не беспокойся, мы не собираемся твою Анну трогать.       Мальчик нахмурился.       — Мы с ней не друзья.       — Очень наде… — Белла замолкла, заметив впереди Анну. Девочка их вовсе и не заметила, свернув в другой коридор.       — Так для чего же?       Девочка вздохнула.       — Гриффиндорцы. Родольфус откуда-то узнал, что этот придурок, что хотел напасть на него перед уроком защиты, будет там с кем-то из друзей.       — Я не хочу, — Руди опустил голову, замедлив шаг. — Не знаю даже. Если откажусь, то стану парией среди однокурсников, а пойду — получу наказание. В худшем случае директор моему отцу напишет.       — Они могут и не быть у озера, и мы просто прогуляемся.       — Я надеюсь, — вздохнул мальчик.