никто не видел.

понедельник — день тяжелый. особенно, если вместе с рюкзаком на спине ты носишь тяжелые секреты, которые никто не должен знать. даня вышел из дома. на часах было 7.47, до школы идти минут 10, звонок звенит в половину девятого. арсений, скорее всего, еще спал — он всегда приходил поздно. даня обычно приходил ненамного раньше, но сегодня ему нужно было все обдумать не в тишине. тишина съедала его как изнутри, так и снаружи. ему было больно. невыносимо больно, ему нужно было разобраться в себе и понять, что к чему. 8.26 сени все не было. первой была физика, но думать о ней даня не мог — все мысли были заняты темноволосым парнем с янтарно-зелеными глазами, которые съедали его своим взглядом. звонок. арсения нет. даня а4 тебя где носит? ау? эй? арсений? ответь! сообщения остались непрочитанными. даня волновался: он был виноват, он не знал в чем, но виноват, эта вина пожирала его изнутри. вдруг это из-за него арсений не пришел сегодня? вдруг вовсе не придет, никогда больше? вдруг из-за дани он сделал что-то с собой? 8.42 мысли дани кружили в танце. он не понимал, где арсений, ему было страшно, что он больше его не увидит. дверь класса внезапно заскрипела. в дверном проеме стоял он. растрепанный, с рюкзаком на одном плече. — извините, можно войти? получив утвердительный ответ, он сел за парту рядом с настей. даня а4 арсений арсений алексеевич! сеня! арс! ау! эй! прости меня что я сделал? телефон арсения сходил с ума от входящих уведомлений. — арсений, у тебя телефон разрывается, даня пишет. почему не отвечаешь? — неловко спросила настя. арсений сам не знал, почему. ему казалось это правильным, но он не знал, будет ли так лучше для них обоих. остаток дня они не общались. а смысл? одному это не надо, а второго это ранит сильнее тысячи ножей. 12.00 следующим был урок физкультуры. ученики разбрели по раздевалкам. даня пришел последним. место было только рядом с сеней. черт. он сел рядом и начал переодеваться, параллельно смотря за каждым движением арсения. он снял свою футболку и даня случайно задел рукой его голый торс. сеня подпрыгнул на месте и выгнул спину. «сеня нравился ему уже долгое время, и вот он, такой желанный, выгибается под его руками и молит о том, чтобы даня был быстрее и строже.» в голове дани пронеслись события той ночи. волна страха окатила его тело с головы до ног. — блять, ты гей? не трогай меня, — прошипел арсений. — прости, я случайно, я не хотел, сень, — даня начал оправдываться. арсений приложил палец к губам, показывая, что он не хочет его слушать. сердце дани сильно сжалось. урок физкультуры. сегодня восьмиклассники сдают гимнастический мост. ученики встали в очередь, чтобы сдать норматив. первым шел сеня. надо признать, что получилось у него отлично и держался он уверенно: высокий рост и гибкая спина выполняли свою роль. — ишь, как выгибается? повезёт же кому-то! — крикнул кто-то из толпы. даня залился смехом. он-то знал, кому уже повезло. сеня же, в свою очередь, напрягся. вдруг кто-то знает? ему было не по себе. урок пролетел очень быстро. второй урок был посвящён игре с мячом. ничего примитивнее футбола мальчики не придумали, поэтому развлекали себя как могли. арсений встал на ворота. ну, как сказать, ворота: абстрактное пространство, ограниченное двумя конусами. мяч разыграли. по ту сторону команд были не самые приятные люди: с первой недели школы у дани с ними не заладилось, но мячом они владели хорошо. перекидывая мяч, перед глазами все мелькали новые люди, лица и фигуры. даня не успевал следить за всем, что происходило на поле. и тут, удар. слева от дани пролетел мяч. не успев обернуться, он услышал глухой стук и сдавленный вдох. мяч с размаху влетел в живот арсению. парень упал. он был без сознания. даня быстро опустился на колени и перевернул арсения на спину. поняв, что сам он не справится, он подхватил сеню на руки и понес в медпункт. парень то вырубался, то пытался очнуться. пройдя три этажа с арсением на руках, даня заметно устал. ему повезло — медицинский кабинет был открыт. данила положил арса на кушетку: парень все еще не очнулся. никого, кто мог бы помочь дане, не оказалось. он посещал курсы первой помощи одну четверть, поэтому у него были некоторые базовые знания. — так, ну что может быть сложного в том, чтобы вывести человека из обморока, верно? дане было страшно. сейчас буквально вся жизнь арсения зависела только от него. конечно, это было не так, и арсений в любом случае проснулся бы, рано или поздно, но мозг дани рисовал самые плохие сценарии. сначала нужно было поднять ноги арсеня выше уровня головы, как было написано в учебнике по «первой помощи». даня в панике снял с себя кофту и смотал в комок, подложив под ноги арсения. далее он освободил грудь и шею от ненужной одежды. открыл окна: сене нужно было дышать полной грудью. затем, он нашел тряпку, намочил ее и начал протирать лоб арсения. он так надеялся, что это поможет. минута, две: арсений так и не очнулся. надо было идти на экстренные меры: даня нашел нашатырный спирт и вату. поднеся зловонную ватку к носу арсения, второй поморщился и очнулся. — блять, живой! ты меня так напугал, сень! — облегченно сказал даня. — да помолчи ты! заткнись! мне не нужна помощь, я не скажу «спасибо»! просто, — сеня на минуту прервался. он пытался встать, но пока что был слишком слаб. — ты постоянно бубнишь! мне плевать на тебя! ты надоел! все наши «отношения» — огромная ошибка! я ненавижу твой день рождения! ненавижу, понимаешь? ненавижу ту ночь! ненавижу все, что с ней связано! — сеня перешел на громкие ноты. он встал и надвинулся прямо на парня. даня медленно отходил назад, пока не уперся в стену. арсений продолжал говорить. помутненное сознание парня говорило все, что думал, без поблажек и мыслей о чувствах дани. рука сени уперлась в стену около лица данилы. он уже не слышал слов парня, до его ушей долетали только обрывки фраз. «никчемный», «ненужный», «манящий», «ошибка». у дани тряслись колени. ему было страшно, по-настоящему страшно. арсений замахнулся. данила думал, что сейчас его нос разобьется в алую реку, потому что сеня не будет жалеть. удар пришелся в стену, в сантиметре от головы дани. ноги подкашивало, в глазах появились слезы, но он не мог плакать: не перед ним, нельзя показывать слабость. в ушах звенело. даня зажмурился. арсений вдруг как будто очнулся. наверное, единственный человек, который ценит его, сейчас видит сеню тираном, который не против прокатить вас на эмоциональных качелях. он отошел от дани и резко оборвал свою мысль на полуслове. даня открыл глаза, выпрямился и направился к выходу. — надо будет убить кого-то морально — мне не пиши. со мной ты уже справился, — дрожащим голосом произнес даня. сеня перегнул палку. он наговорил много лишнего, того, что он даже не имел в виду, слов, которым он сам не верил. он любил даню. как друга. наверное. 13.20 последний урок алгебры. ученики заняли свои места. арсений зашел в кабинет последним. сев за парту, он позвал даню. тот не реагировал, но арсений знал, что он его слышит. он понял это по тому, как сильно напряглась его спина. ему было тяжело, очень тяжело, но он справлялся. арсений давно заметил эту черту в дане — он мог скрыть любую эмоцию, всё, что у него происходило, за маской счастья и спокойствия. — дань! — сеня легко дотронулся до спины парня. парень обернулся. — я уже получил свое «спасибо» за то, что я просто пытался помочь. от человека, который не признает очевидное мне ничего не нужно, — быстро выпалил он и уставился на арсения. он ждал реакции. — прости меня. правда, прости, даня, прости меня, я дурак, наговорил всего, чего не хотел, я не имею это в виду, ты мне очень дорог, даня, очень, как больше чем… — последние слова сеня недоговорил: они были не одни. лицо дани быстро переменилось. из расстройства и брезгливости в счастье и удивление. даня а4 я правильно понимаю, что ты сомневаешься?

арсений 228

к сожалению. дань, я запутался

даня полностью расслабился. было видно: он рад настолько, насколько возможно. 14.00 звонок. радостные школьники вышли из кабинетов. всем было так спокойно, легко. арсений и даня шли рядом. они много говорили обо всем: игры, машины, эмоции, растения, деревья: все темы мира были у них в головах. было хорошо. искренне хорошо, без натяжек и масок, без наигранного «я в порядке». 14.38 сеня и данила разошлись. не удержавшись, даня подарил арсению нежный, полный чувств, поцелуй. пустая лестничная клетка, солнечные блики на полу, облезлые стены и они вдвоем. ничего не могло им помешать, кроме них самих. на тот момент не было слова «я», было только слово «мы». именно те ощущения, которых пытаются добиться «те самые парочки», ненавидя друг друга и пытаясь связать их ощущения нужности с другим человеком. у этих двух все было по-настоящему. они чувствовали друг друга. жар чужого тела вызывал эмоции, непередаваемые словами. возможно, нужное выражение существовало, но на совсем другом языке, в совсем другом мире. казалось, им не нужны слова: они просто знают, что нужно друг другу. родственные души, так? 21.48 даня а4 сень киткат или баунти?

арсений 228

киткат, а что?

даня а4 😉

арсений 228

мне стоит волноваться?

даня а4 доверься мне, милый, а мне нравится запишу тебя «мой милый» в контактах главное, чтобы никто не подсмотрел

арсений 228

фу

даня а4 да ладно тебе, солнце:) арсений улыбнулся в экран телефона. осознав полностью, что он это сделал, он понял: отрицать симпатию к дане было бесполезно, но и принимать полностью слишком рано. им нужно время. никто же не знает, что было в ту ночь?