Merry Christmas

На следующее утро Шота не смог успокоиться и в итоге утащил Тошинори покупать еловые ветки для украшения дома. Теперь они шли по улице, и в этот раз именно Яги был той самой жертвой, которая тащит пакеты. Он понял как было не очень Дэвиду, но уже ничего не изменишь, хотя нужно будет извиниться. Еловые ветки перекрывали весь обзор, а Айзава заходил в магазины набирая еды. — Зачем нам так много еды? Нас же двое. — Тошинори не мог понять зачем тащит уже четвертый полный пакет разных овощей, мяса и мандаринов. — Ну, я думал, может, позовём Мирая, ну и Дэвида. А что, ты не хочешь, чтобы мы общались? — Шота впервые за долгое время так много улыбался и был рад абсолютно всему. Тошинори иногда это начинало даже подбешивать, потому что Яги привык к несколько равнодушному и холодному Айзаве. И такие перемены были слишком сильными. Но он решил подождать до дома, чтобы высказаться. Когда он всё-таки дотащил все эти пакеты до дома, ему не хотелось ничего. Ни есть, ни пить, ни говорить. Все вместе весило около 50 килограммов. Для Всемогущего это, конечно, немного, но если бы он использовал геройскую форму, они бы и к ночи до дому не добрались. А в обычной форме он не такой сильный, как хотелось бы. Но он не падал духом и смог перетащить продукты на кухню, пока Шота разбирал пакеты со стеклянными игрушками для ёлки и зачем-то понадобившейся ему формы для пирога. Тошинори сел за стол, переводя дух. Стакан воды был выпит за один раз и теперь просто стоял на столе. Когда Шота зашёл в кухню, он пригласил его присесть. — Что с тобой происходит? — Серьёзный взгляд устремлён прямо на любимого. Теперь ему точно не увильнуть от ответа и не убежать за ещё одной ёлкой, потому что одной вполне достаточно. — А, ты про это? Это мне позвонил Дэвид, попросил отомстить. А так... Ну я захотел, чтобы ты понял как другим иногда сложно с тобой. А ёлка... Ну а почему нет? Когда то давно мы с мамой наряжали примерно такую же.... Когда-то давно...— Шота не стал продолжать, так как Тошинори все и сам прекрасно знает о матери Айзавы. Он вдруг понял, что не нужно было вот так резко спрашивать. Он, встав из-за стола и подойдя к мужчине, присел на корточки, чтобы видеть лицо любимого. Он приблизился к лицу Шоты и нежно поцеловал щеку. — Не надо было так резко спрашивать...—Тошинори коротко улыбнулся любимому, показывая, что все не так уже плохо. — Все нормально. — Шота улыбнулся в ответ и нежно посмотрел в голубые глаза. В них была чистая любовь и радость. Настолько сильно Айзаву никто не любил. — Будем украшать ёлку? Тошинори слегка закатил глаза, так как пусть прошло только пол дня, он уже устал. Но все же встал и пошел за всем тем, что они успели купить вместе и то, что привез он. Оказалось, что этого всего было очень много. Пока Шота копался в небольшой горе мишуры и ёлочного дождика, как довольный кот, Тошинори распаковывал ёлочные игрушки. Когда он закончил с первой парой коробок с шарами, Айзава развалился на мишуре, раскинув конечности в разные стороны. Яги лишь усмехнулся такому виду любимого и продолжил распаковку. Когда большинство украшений было открыто, осмотрено, а парочку шариков уже разбито гиперактивным Шотой, который зачем-то носился с ними, изображая Тошинори и оря на весь дом "Все хорошо! А почему? Потому что я здесь!", а Яги только тихо закатывал глаза на эту пародию и тихо хохотал, они начали украшать ёлку. Всемогущий вешал всё, что может разбиться, потому что ещё одной царапины от осколков на руках Айзавы он не переживет. Шота же скакал вокруг ёлочки, напевая "We wish you a Merry Christmas" и вешая мишуру. Ёлка вышла очень красивая, хотя мужчины успели несколько раз наколоться на иголки. Оставалось последнее — повесить гирлянду. После долгих споров какую повесить: однотонную или цветную, Тошинори всё-таки уступил любимому, и они повесили разноцветную. Кухня теперь переливалась разноцветными огнями, от гирлянд со шторы и с ёлки. Всё вместе было очень ярко и красиво. Шоте все очень понравилось и он запрыгнул на Тошинори, который за весь день очень сильно устал, но смог дотащить Айзаву до дивана в гостиной и сделать две чашки какао. Яги было не удобно тащить все сразу, поэтому в голову Шоты прилетела пачка зефирок, на что он был не очень доволен, но когда муж принес какао ему стало легче. Они укутались в плед и включили какую-то комедию по телевизору. Он залез ещё сильнее под огромный плед и положил голову на плечо Шоты. День подходил к концу и они знали, что это был прекрасный день.