Сливочный горячий шоколад

      Илар проснулся с тяжёлой головой, полной тревог и безрадостных мыслей. Он ел и послушно глотал все лекарства, которые ему давала молчаливая медсестра, и даже переоделся в чистую одежду. В карманах ничего не было.       Надзиратели сегодня вели себя как-то странно: не обращали на Илара абсолютно никакого внимания, о чём-то переговаривались, постоянно выходили из медпункта. У Илара даже появилась мысль сбежать отсюда, когда на охране остался только нервничающий новичок. Он бы нашёл Стейна и брата, и они вместе сбежали бы из этого проклятого места. Но это были только фантазии.       Что прошёл день, Илар догадался только благодаря тому, что медсестра принесла поднос с едой в третий раз. Почему его держали здесь, а не в камере? Он нужен им ещё для чего-то? Удерживал Стейна? Об Иларе заботились, как о животном на убой.       Илар понял, что оказался прав в своих размышлениях, когда вечером к нему подошёл старший надзиратель и попросил подняться.       — Я иду туда в последний раз?       — Да, — честно ответил мужчина.       Он протянул ему руку и добавил:       — Давай, поднимайся. Скоро всё закончится.       Илар сморгнул слёзы и позволил довести себя до главного корпуса. Всю дорогу, разглядывая белый до блеска натёртый кафель, он думал о своей жизни.       Он многое откладывал на потом. Возможно, слишком многое. Получить высшее образование, спеть и сыграть на гитаре для Стейна, пойти с ним на первое свидание и показать Золотую площадь… Его время кончилось, и второго шанса не будет.       Он многое упустил, но всё-таки его жизнь не была безрадостной. Брат доверял ему и любил его, Илар ни на секунду не жалел о своём выборе отложить учёбу ради семьи. Ему довелось познакомиться со Стейном, и пусть поначалу у них всё складывалось не очень, они успели полюбить друг друга. Испытав это нежное, трепещущее и мучительно сильное чувство ко Стейну, Илар мог с уверенностью сказать, что раньше он не любил. И он так же был любим. Илар действительно был счастлив.       Однако когда перед ним предстала высокая чёрная дверь, ведущая в комнату пыток, Илара охватила паника.       — Нет! — закричал он, вырываясь из рук надзирателя. — Я не пойду туда! Ни за что! Нет!       — Осталось совсем чуть-чуть… — мягко произнёс мужчина, подталкивая Илара к двери.       — Нет! — чуть не плача, повторял тот.       Он не хотел умирать!       Из комнаты пыток вышли два других надзирателя, взяли Илара под руки и потащили внутрь. Он вырывался, но его держали крепко. Из глаз брызнули непрошеные слёзы, когда мрак окутал его. Когда Илар увидел железный стул, освещённый единственной лампой в комнате, ему стало дурно. Он распрощался со своим ужином, запачкав чёрные ботинки надзирателей. Ему ни капли не было стыдно за это.       Илара привязали к проклятому стулу, перед которым стояла камера на треноге, и оставили одного. Хотя он снова ошибался, думая, что находится здесь один.       Зажегся свет в соседней комнате. За стеклом стоял Кроу и мерзко улыбался.       — Снова здравствуй, Илар, — протянул он.       — Чтоб ты сгнил в тюрьме, тварь! — выплюнул Илар.       — Я уже говорил, что ты испорченный? К сожалению, ты совершенно неисправим, — отстранённо размышлял Кроу. — Не понимаю, почему Августин так тобой дорожит. Он готов сделать всё, что угодно, лишь бы тебя не трогали. Как он расстроится, когда узнает, что всё было зря.       Кроу покачал головой.       — Да мне прямо жаль его. Но мы же не позволим ему расстроиться раньше времени?       — Ублюдок! И что ты сделаешь? Убьёшь меня? Так давай, убивай, к чему это драматическое представление?       Кроу растянул губы в мерзкой улыбке.       — Как ты верно подметил, «драматическое представление»… Но я здесь только в качестве зрителя.       Кроу сел на стул за стеклом и посмотрел на наручные часы.       — А вот второй актёр задерживается, — протянул он.       — Ты псих, — выплюнул Илар.       — Всё-таки надо было отрезать тебе язык, — раздражённо ответил Кроу.       Хлопнула дверь, и раздался знакомый топот тяжёлых сапог, которые носили все надзиратели.       — Ты опоздал, — с укором произнёс Кроу.       — Приношу извинения, — раздался в ответ до боли знакомый голос.       Из тени вышел брат Илара.       — Виктор!.. — выпалил тот. — Что ты тут делаешь? Неужели ничего не?..       — Т-ш-ш, всё хорошо.       Брат сел на корточки возле его ног и заглянул в лицо.       — Всё будет хорошо, — повторил он.       Илар смотрел в глаза бледно-синего цвета, как у отца, и не мог поверить, что он наконец нашёл брата. Вот он, живой, прямо перед ним. Илару хотелось взлохматить короткие русые волосы, чтобы Виктор как всегда начал смешно возмущаться, но его руки были привязаны к стулу.       — Как ты себя чувствуешь? Ты ел? — обеспокоенно спросил брат.       — Д-да.       — Высыпался?       — Да…       — Всё это, конечно, до ужаса мило, — вмешался Кроу, — но мы и так потеряли уже много времени. Виктор, приступай.       — Прости, — тихо сказал тот и поднялся.       Он отступил в тень. Вскоре послышался лязг железа, словно Виктор перебирал инструменты. Спустя несколько минут томительного ожидания Кроу рявкнул:       — Чего ты там возишься?!       — Мне нужно время, — отозвался Виктор.       Он вышел на свет. В его руке был массивный чёрный пистолет.       «Он ненавидит пистолеты», — вспомнил Илар.       — Вот как… — протянул Кроу. — Значит, из-за вашей родственной связи ты решил облегчить его страдания?       Виктор ничего не ответил.       — Это так скучно! — воскликнул Кроу и всплеснул руками. — Но мне уже всё надоело. Давай.       Брат медлил. Только сейчас в бледно-синих глазах появилось беспокойство. Он кусал губы и неуверенно поднял руку с пистолетом.       Он хорошо умел стрелять, как и Илар. Когда они были подростками, отец отдал их в летний лагерь с военной подготовкой. Стоило ли говорить, это было худшее лето, особенно для Виктора. Стрелять в точку или по тарелочкам было весело, но однажды их повели «на охоту». Виктор не смог заставить себя выстрелить в животного, и их инструктор прочёл ему грозную лекцию, во время которой пытался убедить ребёнка, что оружие — это единственная сила, которую признают люди. Войдя в раж, инструктор выстрелил в землю перед Виктором, напугав того до полусмерти. После этого брат даже смотреть на пистолеты не мог, не то чтобы держать в руках.       Виктор нацелил пистолет на висок Илара. Он трясся как осиновый лист и с ужасом смотрел на оружие в своей руке.       — Всё хорошо, — прошептал Илар.       Он наклонился навстречу пистолету. Ледяное дуло оцарапало кожу на виске.       Тихо щёлкнул предохранитель.       Сердце Илара гулко билось, отсчитывая, возможно, последние удары.       Звенящую от напряжения тишину нарушил оглушительно громкий взрыв где-то наверху. Задрожали стены, с потолка посыпалась штукатурка, перевернулись ящики с железными инструментами, подняв ещё больший шум; лампа, висящая над Иларом, закачалась из стороны в сторону.       Загнанно дыша, Виктор бросил пистолет на пол. Как только пыль улеглась, Илар прищурился, пытаясь рассмотреть комнату за стеклом. Кроу и след простыл.       — Прости, прости… — повторял Виктор, принявшись отвязывать его.       — Всё нормально, — перебил его Илар. — Так было нужно. Я понял.       Когда он встал, брат порывисто обнял его.       — Это саботаж, — сказал он. — Я тянул время до последнего, но они задержались.       — Я же сказал, всё нормально, — ответил Илар, отстранившись. — Нам, наверное, нужно уходить?       — А, да!       Виктор отошёл и вытащил карту памяти из камеры и спрятал в карман.       Дверь распахнулась, и в комнату хлынул мигающий красный свет и звук сирен. Присмотревшись, Илар увидел стоящего в дверном проёме Микаэля.       — У вас всё нормально? — пытаясь перекричать сирену, спросил Микаэль.       — Да, — ответил Виктор.       Микаэль вошёл внутрь — щёлкнул тумблер, и зажглись лампы под потолком, осветив комнату холодным светом.       — Ого, я не знал, что здесь есть нормальный свет, — не к месту сказал Виктор.       Микаэль добродушно хмыкнул и ответил:       — Я работал здесь гораздо больше тебя.       Он посмотрел на Илара и, подойдя ближе, протянул ему спортивную сумку.       — Переоденься, так ты сможешь уйти незамеченным.       Илар внимательно посмотрел на Микаэля. Тот вздохнул.       — Всё ещё не доверяешь мне? Хорошо, мне очень жаль, что пришлось использовать тебя и Стейна.       — Ничего.       Он взял сумку за ручки.       — Я понял, — закончил он и приподнял уголки губ в улыбке.       В сумке была форма, которую носили надзиратели. Илар надел бронежилет, чёрную куртку и штаны. Надевать массивные сапоги он не стал и остался в своих чёрных туфлях. Пока он переодевался, Микаэль повернулся к Виктору:       — Всё идёт по плану. Почти. Ребята, которые должны были вывести пленников из пятого корпуса, не выходят на связь. Не знаю, что делать. Может, нам разделиться?..       — Но мы не можем! Как же Кроу? Мы должны…       — Я пойду, — вмешался Илар. — Я пойду в пятый корпус, только скажите, куда идти и что делать.       Микаэль посмотрел на него тяжёлым взглядом и кивнул.       — Нужно освободить пленников и вывести их из Типографии. Я покажу, куда идти. Все корпуса одинаковые, тебя держали в таком же. В конце коридора находится пункт управления и наблюдения, на пульте нужно опустить единственный рычаг. Тогда все камеры откроются.       Он уставился на туфли Илара и спросил:       — Ты переоделся?       — Да.       — Ладно. Тогда…       Вдруг Виктор схватил его за руку, остановив.       — Ты уверен? — спросил он. — Это очень опасно.       Илар улыбнулся и взлохматил короткие русые волосы брата.       — Всё будет хорошо.       Виктор нахмурился и убрал его руку.       — Возьми, — сказал он и вложил в ладонь Илара тяжёлый пистолет. — Защити себя, если потребуется. Пожалуйста.       Тот посмотрел на чёрный пистолет в своей руке и проверил, заряжен ли тот. Помнится, он сам брал похожее обещание с брата когда-то летней ночью.       — Обещаю, — тихо произнёс Илар и убрал пистолет в кобуру.       Микаэль открыл дверь. Завизжали сирены.       — Пошли, — коротко сказал он.       Быстрым шагом они добрались до зала с белоснежным кафелем. Перед ними носились люди в чёрной форме, некоторые из них кидали на их троицу подозрительные взгляды.       Микаэль указал Илару на коридор в конце.       — Там расположен пятый корпус. Освободи людей, приведи сюда, но поднимайтесь по лестнице, а не лифту. Наверху вас встретят. Сразу бросай оружие, а лучше вообще сбрось его где-нибудь здесь, и говори, кто ты такой.       Илар кивнул.       Микаэль показал рукой в сторону больших чёрных дверей, украшенных золотом.       — Мы пойдём туда, но через обходной путь. Эти двери заблокированы. Скорее всего, Кроу спрятался именно там. Наши скоро должны спуститься сюда, но не доверяй никому.       — А Стейн? Где он? — спросил Илар.       Микаэль посмотрел на Виктора, тот покачал головой.       — Мы… не знаем. Эля ищет его.       — Я понял, — резковато ответил Илар и попрощался: — Встретимся наверху!       Он побежал ко входу в пятый корпус. Никто не обращал на него внимания, а Илар смотрел только себе под ноги, щурясь. Визжала сирена, а вдалеке мигали красные лампы.       В белоснежном кафеле отражались вычурные люстры, висящие под высоким потолком. Когда сюда ворвутся военные и полицейские, на этом идеальном кафеле появятся лужи алой крови. Как рубашка Кроу.       Илар врезался в кого-то.       — Смотри, куда прёшь!       От удара он развернулся и увидел перед собой огромные чёрные двери. Узор из золота складывался в грозную змею, которая приготовилась к атаке. С клыков из раскрытой пасти капал яд.       «Где же ты, Стейн?»       Илар опустил голову и побежал к корпусу номер пять. В коридоре царил хаос. Горели лампочки аварийного освещения, погрузив длинный коридор в зловещий красный полумрак. В воздухе стояла пыль, по стенам позли широкие трещины, а потолок частично разрушился.       «Взрыв был где-то над этим местом?» — подумал Илар.       Пробираясь через обломки, Илар оглядывался по сторонам. Впереди обвалилась целая плита, и в коридор проникал яркий свет. Услышав шаги сверху, он быстро прижался спиной к бетонной стене, спрятавшись за крупным обломком.       — Остальные группы уже спустились? — раздался приглушённый голос сверху.       — Да. Нам приказано обеспечить эвакуацию людей. И скоро какая-то группа должна пройти здесь.       Шаги отдалились, и Илар осторожно выбрался из-за своего укрытия. Стараясь не шуметь, он прошёл вперёд.       В коридоре был крутой поворот, и, заглянув туда, Илар увидел камеры. Когда он зашёл туда, крики людей накрыли его, словно волной.       — Помогите нам!       — Спасите!       — Он работает на «Перст»!       — Вы оставляете нас подыхать здесь?!       — Я не работаю на «Перст»! — выкрикнул Илар, остановившись. — Я тоже был пленником! Я пришёл, чтобы вывести вас отсюда! Когда я открою камеры, пожалуйста, не убегайте!       Раздались радостные крики, но Илар уже не слушал их. В конце коридора была одна-единственная дверь. Толкнув её, Илар оказался в пункте управления корпусом.       Комната освещалась только синим светом, испускаемым мониторами видеонаблюдения. На каждом прямоугольнике стекла отображалась картинка из какой-либо камеры. Люди стояли у решёток, выглядывая в коридор.       Илар посмотрел на пульт управления. Все панели сенсорные.       «Рычаг, рычаг, тут нет ни одного!..»       За дверью раздались крики. Илар поднял взгляд, посмотрев на мониторы. Люди кричали и били по решёткам руками. Что случилось?       Наконец Илар заметил серый рычаг сбоку на стене. Он потянул его вниз, приложив усилия. Когда рычаг был опущен, загорелась красная лампочка над ним, и раздался долгий гудок.       Уже выбегая в коридор, Илар слышал лязг железа. Решётки открывались. У него получилось! Осталось только отвести этих людей к той обвалившейся плите. Пожалуй, это будет гораздо быстрее, чем вести их к лестнице. Тем более, там опасно.       Илар выбежал в коридор, ожидая увидеть толпу людей, но все оставались в камерах. Почему?..       Раздался звук, от которого по коже Илара побежали мурашки. Щелчок предохранителя.       Он медленно поднял голову и увидел впереди мужчину, направившего на него оружие.       — Умри, предатель! — выкрикнул тот.       Если бы они сейчас были на стрельбище, Илар стал бы самой лёгкой мишенью.       Раздался громкий выстрел, и он испуганно зажмурился. Послышалась возня, а потом короткий треск. Распахнув глаза, Илар увидел клубок из двух тел на месте, где недавно стоял угрожавший ему мужчина.       Он подбежал ближе, не зная, что делать в такой ситуации. Человек, навалившийся сверху на надзирателя, вдруг застонал и попробовал подняться. Ахнув, Илар помог ему.       — Чёрт, больно-то как, — прошипела женщина.       Она упала спиной на пол, схватившись руками за грудь. На ней был повреждённый бронежилет и тёмно-синяя полицейская форма. Её тёмные волосы были собраны в строгий хвост, в ухе был чёрный наушник. Рассмотрев её лицо, Илар воскликнул:       — Элеонора! Что ты здесь делаешь? И что с этим…       — Шокер, — кратко ответила та, судорожно втянув воздух.       Она лежала на полу, болезненно морщась.       — Илар, будь другом, помоги встать…       Он потянул её за руки, и Элеонора сначала села. За его спиной раздался топот группы людей.       Обернувшись, он оказался на прицеле сразу у троих. На самом деле, ему уже надоело смотреть на дула.       — Он свой! — закричала Элеонора, поднимаясь на ноги.       Мужчины опустили автоматы, и Илар выдохнул.       — Нужно вывести людей! — сказал он. — Лучше в дыру в коридоре, видели её?       — Мы оттуда и пришли, — ответил один из троих. — Мы эвакуируем людей.       Элеонора кивнула, проводив их взглядом.       — Что ты здесь делаешь? — повторил Илар. — Разве ты не должна искать Стейна?       — Я этим и занимаюсь. Скорее всего, он в убежище Кроу. Главный вход заблокирован, а обходной путь завалило обломками. Пройти можно только здесь.       — Я пойду с тобой!       — Хорошо, помощь мне не помешает.       Они быстрым шагом пошли вперёд. Чем дальше они шли, тем больше было пыли и обломков. На всякий случай Илар достал пистолет.       — Что взорвалось? — спросил он, аккуратно переступая через куски бетона.       Он старался не думать о том, что потолок мог в любую секунду рухнуть, а они — умереть под обломками.       — Вход, он прямо над нами. Наши люди устроили саботаж.       Они прошли немного в тишине.       — Мне очень жаль, что ты и Стейн попали в Типографию. Мика рассказывал мне, что они делают с пленниками…       Илар нахмурился и крепче сжал пальцы на рукоятке пистолета, продолжая идти вперёд.       — Ничего. Это было неизбежно.       Он бросил быстрый взгляд на Элеонору. Та поджала губы и выглядела напряжённой. Вдруг Илар понял, что уже видел этот настороженный взгляд. Только у второго обладателя такого взгляда глаза более тёмного оттенка.       — Кстати говоря, почему ты в полицейской форме? — поинтересовался Илар.       — Я как бы на… испытательном сроке? Я хочу стать детективом.       — Если тебе удалось собрать улики на «Перст», то, думаю, ты будешь отличным детективом.       Элеонора хмыкнула.       — Я работала не одна.       Она посмотрела на него и ухмыльнулась.       — Немного жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, а не на каком-нибудь семейном ужине, а, Илар?       Тот почувствовал, что слегка покраснел, и ответил, смотря прямо перед собой:       — Семейный ужин — это вряд ли. Я ужасно не нравлюсь вашей маме.       — Мика ей тоже не нравится, и она обвинила его в моей смерти. Так что ей никто не нравится.       Вдруг Элеонора замедлила шаг, приложив ладонь к уху с наушником.       — Они хотят взрывать вход в убежище Кроу, — выпалила она и обратилась к людям, слушающим частоту: — Если вы это сделаете, тут всё обрушится окончательно. В здании ещё полно людей!       — Надо спешить!       Они побежали, задевая обломки на полу.       — Вроде бы какая-то группа успела попасть в убежище Кроу до того, как проход засыпало. Но они не выходят на связь, — сообщила Элеонора.       Они пробегали мимо множества кабинетов, в которых стояли десятки печатных станков. Возле стен стояли высокие стопки бумаги.       — Они что, действительно печатали книги здесь? — спросил Илар.       Элеонора хихикнула.       — Конечно, а ты думал, почему это место назвали Типографией? А в убежище Кроу расположен вычислительный центр, самое сердце «Перста».       — Так компьютер правда предсказывает судьбы людей?       — Искусственный интеллект способен только выполнять команды человека и просчитывать вероятность заданных ситуаций. Во всяком случае, пока. У «Перста» была целая армия специалистов.       Они пробежали мимо поворота и, посмотрев в сторону, Илар заметил людей в чёрной форме.       — Как понять, это наши или нет? — крикнул он.       — Если начнут стрелять, значит, не наши.       — Вот спасибо!       — Обращайся.       Они остановились возле высоких чёрных дверей. Они уже не были украшены золотом, но, видимо, вели в убежище Кроу. Справа находилась электронная панель, к которой подошла Элеонора. Она вытащила какой-то гаджет и прикрепила его на панель.       — Что это? — спросил Илар       — Это — чудо технического прогресса.       На панели высветилось: «Доступ разрешён». Илар толкнул дверь, и та поддалась.       — Ты идёшь? — поторопил он Элеонору, которая стояла в стороне.       — Нет.       Она вытащила пистолет.       — Хочу проверить теорию определения свой-чужой.       — Элеонора! — прикрикнул Илар.       Та обернулась к нему и улыбнулась уголком губ.       — Вытащи моего братца, хорошо?       Илар, нахмурившись, кивнул.       — Обещаю, — сказал он и бесшумно проскользнул за чёрную дверь.       «Если мы выберемся отсюда живыми, Стейн меня убьёт», — думал Илар, крадясь по залу.       Тут тоже было много разрушений, но всё ещё различалась лепнина на потолке, под слоем пыли стояла шикарная мебель, а на огромном ковре валялась разбитая хрустальная люстра.       Всё чаще он замечал высокие стопки бумаги и книг у стен и печатные станки.       «Неужели и здесь печатали Книги судьбы?» — подумал он.       Он дошёл до комнаты с кучей рабочих мест. На каждом столе был компьютер. Прислушавшись, он услышал гудение серверов и резкие голоса людей.       Тихо переступая через битое стекло и куски бетона, он вошёл в помещение с монитором во всю стену. На нём отображалась карта с тысячами движущихся точек.       «Это и есть вычислительный центр».       Впереди Илар увидел людей в чёрной форме и быстро спрятался за одним из столов.       — Подумай над тем, что мы предлагаем, — раздался твёрдый голос Микаэля.       — Мне кое-что интересно, — протянул Кроу, — какой мотив у тебя, Виктор? Зачем тебе участвовать в этом двойном заговоре?       — Деньги, — послышался равнодушный ответ брата. — Это весьма выгодное дельце, а мне нужны деньги.       — Всё так просто?..       Илар осторожно выглянул из-за своего укрытия. Довольно далеко Кроу стоял к нему спиной и держал в заложниках Стейна, приставив к голове того пистолет. Перед ними была группа людей в чёрной форме, среди которых Илар знал только двоих.       «Нужно освободить Стейна! Но что тут происходит? Они пытаются развести Кроу на какую-то сделку?»       Вдруг он пересёкся взглядом с братом. Бледно-синие глаза слегка расширились от удивления, а затем Виктор неторопливым движением положил пальцы на пустую кобуру.       Илар понял намёк. Стараясь не издавать никаких звуков, он вышел из-за своего укрытия.       — Чего ты тянешь резину?! — воскликнул Микаэль.       — Здесь уже всё ясно!       Илар постарался успокоиться. Он обхватил пистолет двумя руками и направил его на Кроу.       «А если я промахнусь?..»       — Я жду дражайшую сестрёнку Августина, — протянул Кроу. — Хочу, чтобы она своими глазами видела, как я застрелю её брата. Где же она?! Эта надоедливая трусливая сука, испортившая всё! Я отомщу ей!       Илар прицелился и снял пистолет с предохранителя. Он задержал дыхание и нажал на спусковой крючок.       Раздался выстрел, и пол окропила алая кровь.