В мире Дуэльных монстров.

Совсем недавно мне приснился сон. Довольно странный сон. Я оказался в большом золотистом поле, и первым, что я увидел, был рыцарь, такой же, как я. Точнее, это и был я. Доспехи, внешность и даже меч – я словно видел себя со стороны. Он ходил по полю взад-вперед, а его рука сжимала рукоять меча. Его лицо было напряжено. Он явно волновался, но вот почему – я не знал. На мои вопросы он не реагировал, словно меня не было. Первая мысль, которая пришла мне в голову, была о том, что рыцарь волнуется перед битвой с Дартцем. Но почти сразу что-то отвлекло меня от этой мысли. Мелкие детали одежды рыцаря передо мной не были похожи на то, что я обычно носил, плюс, наконец, я оглянулся и понял, что не помню этого места вообще. Я никогда не был на таком большом золотом поле. Если подумать ещё, то я даже не знаю, что за растения дают такой цвет. Что же происходит здесь? Может ли быть… Мои мысли прервал громкий женский окрик. Кто-то звал меня по имени, и рыцарь замер на месте, обернувшись на ту, кто позвал его. Кто она? Я повернул голову, чтобы тоже ее увидеть, но передо мной был только женский образ. Да как же так? Я заметил, что девушка была одета в светлое платье, подол которого закрывал ей ноги. От бега ее длинные темные волосы развевались, но стоило рыцарю поймать девушку, как они спокойно легли ей на плечи. Сначала грудь начало переполнять от… восхищения? Вид этих двоих приятно грел, и я даже порадовался за них – они действительно прекрасно смотрелись вместе, причем их чувства были видны через те прикосновения, что они дарили друг другу. Но стоило девушке посмотреть в мою сторону, сердце проткнули острым мечом. Я всё ещё не видел ее лица и не мог вспомнить, кто она. По спине пробежали мурашки от понимания того, что я ничего из этого не помню. Ни места, ни ситуации, ни девушки. Ничего. Совсем. Вместо недавнего тепла в груди стало так плохо и больно, что я сам рефлекторно опустил руку на рукоять меча и сжал ее. Рыцарь нежно взял девушку на руки, как обычно принцы носят своих принцесс, а она ответила ему что-то приятным кротким смехом и красивым голосом. Сколько же любви в них было сейчас, и от этого было ещё больнее. Это же я! Я держал кого-то вот так на руках и… Любил? Кто она? Что она знала обо мне? Что она значит для меня? Мы были вместе? Когда? И где… она сейчас? Почему не со мной? Голову и сердце буквально разрывало от вопросов - и тоски, потому что ответов на них у меня не было. Я стиснул зубы, закрыл глаз и отвернулся, не в состоянии больше смотреть. — Тимей. Ее голос снова прошёлся мурашками по спине. Почему у меня стойкое ощущение, что звали именно меня? — Тимей… Будь осторожен… Прошу… Несколько слов девушки заставили… Нет, не заставили. Они каким-то образом почти успокоили бурю в душе, и я открыл глаз, видя ее прямо перед собой. Я по-прежнему не вспомнил лица той, кого, наверное, любил, раз сердце все ещё продолжало отчаянно биться в груди при ее виде. И даже не возникло вопроса, почему именно сейчас я смог увидеть только ее глаза, всего лишь взгляд, направленный на меня. Она смотрела на меня и больше ничего не говорила, но я осознал, что когда- то меня любили. Не как друга или товарища, иначе – и я любил в ответ. А ещё… Пожалуйста, знай, что теперь я никогда не забуду светлое платье, длинные темные волосы и глаза цвета аметиста, что смогли любить меня.