Слизеринская игрушка

      — Я правда ценю твою помощь, Фред. — С утра пораньше Гермиона и Фред сидели в общей гостиной, а на столе перед ними были разложены горы книг.       Пару дней назад несколько слизеринцев довольно грубо повели себя с Гермионой, что вымотало её, и она не успела доделать школьные задания на этой неделе. Ей предоставили несколько выходных, но всё равно оставалось много работы. Накануне вечером Фред застал её плачущей над книгами и предложил помощь.       — Я не против, я же жаворонок. В любом случае, мы не можем позволить тебе отставать, верно? Ты практически единственная, кто приносит баллы факультету. — Сказал он, подмигнув.       Гермиона знала, что он лжёт, он с братом обычно приходили на завтрак одними из последних. Но она безмерно ценила его помощь. Фред был действительно умён и довольно быстро справлялся со школьными заданиями, поэтому у него было достаточно свободного времени, чтобы успевать ещё работать над товарами для их с братом будущего магазина.       В то утро Гермиона так и не добралась до завтрака. Накануне вечером она получила записку с предложением встретиться с Люцианом Боулом в заброшенном классе в подземельях. По дороге туда её сердце бешено билось, готовое выпрыгнуть из груди. Люциан Боул был одним из студентов, которые пользовались ею не очень часто, но когда он это делал, это производило огромное впечатление. Его способ заниматься сексом был для неё довольно необычным, и она всегда нервничала при встрече с ним.       Когда она вошла, в классе было довольно темно, только пара свечей освещали помещение, а посреди стояла большая кровать. Люциан сидел прямо на ней, ожидая девушку. Люциан был на несколько лет старше и учился на последнем курсе. Должно быть, он часто практиковался с прежними игрушками, потому что был очень искусен в том, что делал.       Люциан щёлкнул пальцами, и из воздуха возникли верёвки, обвившись вокруг Гермионы. Её руки прижались к бокам, а ноги сцепились вместе. Она изо всех сил старалась не упасть. Гермиона занервничала, и у неё перехватило дыхание. Будучи слизеринской игрушкой, Гермиона знала, что никогда по-настоящему не контролировала ситуацию и должна подчиняться своим так называемым Хозяевам и Хозяйкам, но то, что Люциан связал её, вынудило её сдаться по-новому. Чувство беспомощности и потери контроля захлестнуло её, и на глазах выступили слезы.       Люциан подошёл к ней и погладил по щеке. Он был довольно красив, с волосами светло-каштанового оттенка, и тёмно-зелёными глазами. Он не очень высокий парень, не такой, как Монтегю или Драко, и не очень широкоплеч, но его присутствие наполняло комнату властной аурой.       — Успокойся, любимая. Всё будет хорошо. Тебе это тоже понравится, ты же знаешь. — Его голос звучал мягко, как будто он не хотел напугать её.       Люциан наклонился и прижался губами к её, его рука всё ещё находилась на её щеке.       Он, конечно, был прав. Ей это понравится, как бы она ни сопротивлялась. Гермиона приняла зелье похоти после того, как они с Фредом расстались. Но эффект определённо давал о себе знать, и от осознания того, что Люциан собирается овладеть ею, у неё уже подгибались ноги.       Люциан щёлкнул пальцами, и одежда Гермионы исчезла. Верёвки начали обвиваться вокруг её тела. Руки завелись за спину, а сами верёвки были довольно прочными. Гермиона оказалась на коленях перед ним. Несмотря на его спокойное поведение и слова, Гермионе пришлось бороться с паникой, поднимающейся в её груди. Она не могла встать, даже если бы захотела, или вообще свободно двигать какой-либо частью тела.       — Ты выглядишь великолепно. — Сказал Люциан, обходя её вокруг, чтобы рассмотреть со всех сторон. Когда он снова появился перед ней, то оказался полностью обнажён. Несмотря на его выражение лица и слова, его член выдавал, насколько он возбуждён оттого, что она в его власти. Он взял его в руку и похлопал им по её щеке. — Открой. — Прямо перед тем, как она подчинилась, её паника несколько утихла и сменилась возбуждением.       Кончик его члена скользнул ей в рот, и Гермиона не смогла сдержать стон.       — Да, постони для меня и моего члена. — Люциан прикрыл глаза, полностью погружая член в её рот, входя до тех пор, пока Гермионе пришлось бороться, чтобы подавить рвотный рефлекс. Люциан схватил её за волосы обеими руками и начал трахать её рот, медленно двигаясь взад-вперёд.       — У тебя так хорошо получается, любимая. — Люциан отодвинул член в сторону, струйка слюны закапала на пол. — Но я ещё не готов кончить. — Он опустился на одно колено и, взяв её за подбородок, поцеловал. — Ты готова к большему? — Спросил он. Его вопрос вызвал у неё лёгкую волну беспокойства, но отсос его члена так возбудил её, что она искренне надеялась, что он сделает что-нибудь, чтобы заставить её кончить. Поэтому она кивнула.       Верёвки снова начали скользить по телу и на мгновение отпустили её. Затем две натянулись на руках, пока она не оказалась подвешенной в воздухе. Вскоре верёвки натянулись и на ногах, широко раздвигая их. Её влажная киска оказалась прямо перед лицом Люциана.       Мгновение он просто смотрел на её интимные места. Затем посмотрел ей в глаза, наклонился и начал вылизывать. Он накрыл её ртом и слегка пососал, в то время как его язык продолжал вылизывать её, быстрые движения сводили с ума. Вскоре Гермиона не смогла больше этого выносить и кончила. Люциан что-то пробормотал, но Гермиона не расслышала его слов из-за собственных стонов. Откинув голову назад, она прокричала:       — О боже! — Всё её тело пылало, а ноги всё ещё дрожали даже после того, как утихли последние волны оргазма.       Люциан отступил и наблюдал за ней, пока она не перестала стонать и трястись.       — Тебе понравилось? — Спросил он с улыбкой на лице. Насколько Гермиона могла вспомнить, это был первый раз, когда Гермиона увидела его улыбку. — Я внёс небольшие коррективы в заклинание. Кое-что, что я хотел опробовать, и это оказалось довольно успешным. — Он выглядел очень гордым собой, и Гермионе пришлось признать, что она осталась впечатлена. Люциан всегда демонстрировал исключительные магические способности, особенно навыки трансфигурации. Жаль, что он не использовал свои таланты для чего-то другого, помимо секса.       Верёвки, которыми была связана Гермиона, ослабли, пока её осторожно опустили обратно на пол.       — Как бы завораживающе ты ни выглядела во время оргазма, настала моя очередь. — Люциан приобнял её и подвёл к кровати. Вместо того, чтобы позволить магии сделать всю работу, Люциан поставил её в положение, которое хотел сам, что казалось странно личным. Она оказалась на коленях, уткнувшись лицом в подушку. Люциан вытянул её руки вдоль тела и привязал запястья к лодыжкам. Положение было неудобным, но терпимым.       Нежное прикосновение к её заднице побудило Гермиону приподнять её ещё немного.       — Идеально. Прекрасный вид. — Обеими руками он схватил её за задницу и сжал. Его большие ладони ласкали её вверх и вниз, двигаясь по заднице к бёдрам и обратно. Он был близко к её игрушке, но так и не прикоснулся. Это сводило с ума.       — Ты восхитительна на вкус, знала об этом? — Тёплое дыхание коснулось её киски, когда его лицо оказалось совсем близко. Он потянулся вперёд, чтобы быстро лизнуть, всего раз. Гермиона поёрзала на кровати.       Внезапно кровать прогнулась, и что-то гораздо более твёрдое коснулось её входа. Её киска была невероятно мокрой, и Люциан сразу вошёл в неё.       — Это так приятно. Ты выглядишь такой сексуальной, когда связана и находишься полностью в моей власти. — Люциан особо не выражал свои эмоции, но ему определённо нравилось говорить во время секса. Гермиона солгала бы, если бы сказала, что это её не заводит, и по какой-то причине Люциан был довольно щедр на комплименты.       — Постони для меня, любимая. — Он полностью вошёл и задел чувствительное место внутри Гермионы, что облегчило выполнение его просьбы. — Мне нужно, чтобы ты была громче. — Он схватил её за бёдра и ускорил движения. Гермиона обычно не могла сдержать стонов, когда её использовали, но заставлять себя нарочно стонать было чем-то, что заставляло её чувствовать себя неловко. — Давай. — Люциан потянулся к её клитору. — Я думаю, ты можешь быть ещё громче. — Он коснулся её пальцами и ущипнул, затем надавил и начал грубо тереть. Это было на грани боли, но удовольствие помогло ей преодолеть стыд и заставило кричать в экстазе.       — Произнеси моё имя. — Он склонился над ней, схватил за грудь и подразнил сосок.       — Пожалуйста, пожалуйста. Люциан! — Закричала Гермиона как раз перед тем, как её накрыл очередной оргазм.       Вскоре Люциан тоже кончил, использовав своё заклинание на себе. Он тяжело дышал и на мгновение задержался в ней.       — Мне нравится, как ты стонешь. Это очень возбуждает.       Он слез с неё и освободил.       — Сядь рядом. — Люциан устроился в кровати, прислонившись спиной к изголовью, и натянул одеяло на нижнюю часть тела. Гермиона подошла и села рядом с ним, при этом по её телу текла струйка спермы. Она натянула на себя одеяло, чтобы спрятаться, что показалось странным после того, как он только что увидел каждую частичку её тела, и не в первый раз. Он щёлкнул пальцами, и к ним подлетели два сэндвича, один к нему, другой к ней.       — Ешь. Мы пропустили завтрак.       — Ты действительно выглядишь потрясающе, у тебя такое чувственное тело. — Сказал он, спокойно поедая свой сэндвич. Гермиона слегка покраснела.       — Спасибо, сэр. — Они вдвоём посидели ещё минут пять или около того, прежде чем Люциан встал и использовал несколько заклинаний, чтобы очистить Гермиону и себя. Люциан поцеловал её в губы и пожелал хорошего дня, как будто он только что не изнасиловал её.       Гермиона быстро ушла, спеша на свой урок, но прежде чем она успела дойти до комнаты, её затащили в потайную нишу, и она была вынуждена отдаться парням на курс младше. Оба быстро кончили, заставив её проглотить каждую каплю их солёной спермы. Она ещё успевала на занятия, и остаток дня прошёл в том же духе. Трах между занятиями и оргазм во всевозможных местах.       Последним уроком были зелья, чего Гермиона боялась. Она всегда нервничала, боясь совершить ошибку на уроке Снейпа, поскольку он мог использовать это как возможность наказать её. Когда она вошла в класс зельеварения, то застыла на месте, увидев Люциуса Малфоя, беседующего со Снейпом. Воспоминания о том, как двое этих мужчин трахали её вместе с Эваном Розье, заполнили разум. Она быстро и без шумно села на своё место и уставилась на свой стол, ни разу не подняв взгляда, хотя ей было безмерно любопытно, почему он здесь. Конечно, он был членом совета управляющих Хогвартса, и у него могли быть здесь дела, но Гермиона нервничала, боясь, что он что-нибудь предпримет.       К счастью, он вышел из класса, позволяя Снейпу начать урок, и никто из них даже не взглянул на неё. Снейп начал урок как обычно, не обращая на неё внимание. Он не попросил её остаться после занятий, чему она была рада. Она предпочла бы избежать любого дальнейшего внимания с его стороны.       Сразу после ужина Гермиона возвращалась в свою башню одна, когда повернув за угол вдруг столкнулась с Люциусом.       — Извините, сэр. — Пробормотала она и перевела взгляд в пол, надеясь, что он не увидит румянец на её щеках.       — Всё в порядке, дорогуша. На самом деле, вы именно тот человек, которого я искал. — Он схватил её за запястье и потащил за собой, пока они не добрались до ванной комнаты старост. Он запер за ними дверь несколькими заклинаниями, затем повернулся к ней. — Девочка моя, ты выглядишь так, что тебя хочется съесть. — Он соблазнительно облизнул губы, заставив Гермиону вздрогнуть.       Он подошёл к ней так близко, что мог дотронуться.       — Я думал о тебе больше, чем хотел бы признать. — Он протянул руку и начал расстегивать её блузку, не отрывая своих серых глаз. — Наша последняя встреча была... потрясающей, ты согласна? — Он расстегнул её блузку и спустил по рукам, позволив упасть на пол. Когда она не ответила, он ущипнул её за сосок поверх лифчика. — Разве ты не согласна? — Конечно, она чувствовала влечение между ними той ночью, но не хотела этого признавать. Он был гадким человеком, и она должна его презирать. Поэтому покачала головой.       Его рука скользнула вверх по её груди, пока не достигла горла, и он слабо его сжал.       — Не лги мне. Я помню, что происходило там, я знаю, ты тоже это почувствовала. — Он взмахнул палочкой, не отрывая взгляда, и внезапно большая ванна начала наполняться горячей ароматной водой. Он засунул палочку обратно в карман и свободной рукой снял с неё юбку, оставив в нижнем белье. — Между нами что-то происходит, мисс Грейнджер, и я хочу услышать, как вы это признаете. Скажите мне, что вы на самом деле чувствуете. — Потребовал он, нежно сжимая её горло.       Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, опасаясь говорить откровенно.       — Я... Я тоже что-то почувствовала. — Прошептала она. Его серые глаза сверкнули. — Быть с вами было очень чувственно и... — Он прервал её поцелуем, который вызвал волну жара внутри. Между ними была страсть, что-то очень эротичное и неописуемое. Просто поцеловав его, она почувствовала себя более живой, чем когда её трахали все те парни, которые загоняли её в нишу.       Он схватил её за задницу своими большими руками и приподнял, сильно прижимая её тело к своему.       — Скажи мне, что хочешь меня. — Прошептал он между поцелуями. — Скажи мне, что я тебе нужен. — Одной рукой он ласкал её спину, пока не нащупал лифчик, и быстро расстегнул его. Он покусывал её за подбородок, пока она не начала задыхаться и извиваться в его объятиях.       — Вы нужны мне, мастер Малфой. Пожалуйста. — Захныкала она.       Он зарычал ей в шею и резко опустил её на пол, заставив вздрогнуть. Он был в нетерпении, когда начал раздеваться сам. Она никогда не видела Люциуса Малфоя таким растрёпанным, человека, который всегда был таким серьёзным. Её бросило в дрожь при мысли, что это она пробудила в нём это чувство.       Он оказался полностью обнажён перед ней, когда распустил чёрную ленту в волосах. Удерживая зрительный контакт, Гермиона скинула лифчик с рук, открыв ему вид на грудь идеальной формы, и, наконец, избавилась от трусиков и чулок, так что оказалась перед ним такой же обнажённой. Он протянул руку и она последовала за ним. Вода оказалась горячей, что только усилило румянец Гермионы. Люциус отпустил её руку и поплыл к глубокой части бассейна, пока не достиг конца, затем обернулся, взглянув на неё. Инстинктивно она последовала за ним. Она убедила себя, что это произойдёт в любом случае. Он хотел трахнуть её независимо от того, последует она за ним или нет. Она не призналась бы себе, что мысль о том, что он будет трахаться с ней, возбуждает её. Любые чувства, которые она может испытывать, должны быть вызваны зельем похоти.       Когда она оказалась близко, он протянул руку, чтобы прижать её к себе. Он опёрся одной рукой о край ванны, а свободной обнял её за талию, оглядывая с головы до ног.       — Ты и понятия не имеешь, что со мной делаешь. — Пробормотал он, будто в тумане. Он поменялся с ней местами, так что она оказалась прижатой к плитке, и заключил в клетку своих рук. Тёмный взгляд заставил её киску трепетать.       Он прижался к ней всем телом, его эрекция скользнула по нижней части её живота. У неё перехватило дыхание, и она почувствовала, как её лицо запылало ещё сильнее.       — Мне нужно большее. — Прошептал он, прежде чем одной рукой раздвинуть её ноги, а другой прижать свой член.       Мужчина прижался лбом к её, когда очень медленно скользнул внутрь, наслаждаясь моментом, когда они соединились. Гермиона не могла этого объяснить. Она чувствовала связь с ним, когда была вот так близко к нему. На этот раз всё было по-другому, без Снейпа и Розье. Это было более интимно и гораздо более возбуждающе, тем более что её разум был более ясным без повышенной дозы зелья похоти. Конечно, в первый раз её тело было гораздо более возбуждённым, но на этот раз она действительно наслаждалась. На этот раз ей было трудно свалить всё на зелье похоти.       Он медленно ласкал её, заставляя чувствовать каждый толчок, каждую пульсацию.       — Скажи мне, что это не идеально. — Он полностью вошёл в неё и нежно поцеловал. — Скажи мне, что наши тела не созданы друг для друга. — Гермиона кончила с криком, сжимая его член внутри и выгибая спину так, что прижалась грудью к его. Он крепко прижимал её к себе, пока она дрожала, целовал и входил всё сильнее и быстрее. Он кончил сразу после неё.       Он остался внутри и отстранился, чтобы взглянуть на неё. Вытянул руку, и в неё влетел маленький пузырёк. Он проглотил жидкость одним глотком и отбросил в сторону.       — Мне нужно ещё больше. — Она почувствовала, как его член дёрнулся и снова затвердел внутри неё. — Я не знаю, когда увижу тебя снова. — Объяснился он и развернул её в своих объятиях, чтобы трахнуть сзади. Он держал одну руку на её груди, а другую - на бедре, чтобы удержать её на месте, когда начал трахать. Он тяжело дышал ей в ухо, покусывая мочку. Мужчина входил так, что вокруг них плескалась вода.       Гермиона изо всех сил цеплялась за край ванны. Каждый толчок болезненно прижимал её к плитам. Это было восхитительно. Его большая тёплая рука скользила между грудями, потому что он не мог решить, за какую из них держаться, другой рукой он сжимал её бедро, чтобы удерживать в нужном положении. Всё было идеально, как он и говорил. Она ненавидела, что именно этот мужчина вызывал у неё такие чувства, с кем у неё была такая связь. Всё это было неправильно, но в то же время идеально.       Мужчина отпустил её бедро, чтобы взяться за пробку. Он крутил и выворачивал, пока она не выскользнула.       — Ты нужна мне вся. — Он вытащил свой член из её киски и приставил к заднице.       Гермиона по-прежнему не была любительницей анала, но с Люциусом это казалось скорее эротичным, чем развратным. Она оглянулась, чтобы встретиться с ним взглядом, когда он медленно вошёл в неё. Он притянул её ближе за волосы, чтобы поцеловать, как только вошёл внутрь. Они ахнули одновременно, Люциус застонал в её рот. Гермиона чувствовала себя наполненной, как всегда, но боли не было. С Люциусом это вызывало сильное возбуждение, и оргазм быстро нарастал, заставляя её стонать всё громче и громче с каждым движением его бёдер. Их лица находились близко друг к другу, пока он трахал её в быстром темпе, нежно целуя друг друга, в перерывах между стонами от удовольствия.       Внезапно он схватил её за груди обеими руками и крепко прижал к своему телу. Его движения стали беспорядочными и менее глубокими, прежде чем он полностью вошёл в неё и кончил внутрь. Ощущение его сущности внутри и его твёрдого члена, пульсирующего между ног, было настолько возбуждающим, что вызвало оргазм.       — О, мистер Малфой! — Воскликнула она, не задумываясь, охваченная удовольствием.       Они оба задрожали и тяжело дышали, когда начали медленно приходить в себя.       — Мне нравится, когда ты выкрикиваешь моё имя. — Он нежно прикусил её за шею.       Гермиона откинула голову назад, положив ту на его грудь. Его руки всё ещё находились на её груди, удерживая и массируя чувствительные полушария. Она накрыла его руки своими и отвела их, обхватывая живот, расслабляясь в его объятиях. Им обоим потребовалось время, чтобы прийти в себя, хотя и не очень много, поскольку Гермиона была под действием зелья похоти, а Люциус принял нечто подобное. Его эрекция не спадала, а была полутвёрдой всё время, пока они стояли рядом, просто наслаждаясь объятиями.       — Когда-нибудь ты будешь моей. — Прошептал он ей на ухо и развернул лицом к себе. — Я никогда в жизни не чувствовал ничего подобного, подобной... связи, и я не позволю ей исчезнуть. — Он положил руку ей на горло и посмотрел в глаза. — Я обещаю вам, мисс Грейнджер, когда-нибудь вы будете моей. — Она вздрогнула, услышав его слова. Они пугали её так же сильно, как и возбуждали. Нет, она не хотела принадлежать ему. Он ужасный человек... Насколько она знала. Но он действительно был прав насчёт их связи. Она не могла понять, в чём дело, но между ними что-то происходило. Это вызывало у неё любопытство и ужас, и она вдруг поняла, что с ним легко поддаваться своим желаниям, хотя и знала, что должна ненавидеть этого человека.       Она не знала, что ответить, поэтому просто поцеловала его. Её поцелуй быстро привёл к большему, и Люциус ещё пару раз поимел её. Когда они, наконец, выбрались из ванны и вытерлись, оба были погружены в свои мысли. Гермиона не могла перестать ругать себя за то, что ей так нравится с мужчиной, от которого она должна испытывать отвращение. У каждого были определённые желания, она лучше всех видела это, и у человека не всегда был выбор в том, какими эти желания были. Она знала, что её так влечёт к волшебнику, и она не могла помешать ему получать от этого удовольствие, поскольку она была игрушкой Слизерина. Она не должна наказывать себя за то, что ей это нравится, или, по крайней мере, она пыталась этого не делать.       Люциус ещё раз поцеловал её.       — Скоро я увижу тебя снова, моя девочка. — Он нежно погладил её по щеке, и они разошлись.       Гермиона глубоко вздохнула, напрявляясь в свою спальню. Она была уверена, что этой ночью будет спать как младенец. Её никогда раньше не трахали до такого состояния удовлетворения.